Подростки Мутанты Черепашки-ниндзя

Глава 1

Это были худшие времена. Жители Нью-Йорка ежедневно становились жертвами ужасной волны преступности. Казалось, ничто и никто не мог, или не хотел, остановить это.

Эйприл О'Нил, криминальный репортер Третьего канала новостей, посмотрела в объектив камеры.

– Те из вас, у кого с запястий были украдены часы, из карманов – кошельки, а из домов – телевизоры, знают, что это нечто большее, чем просто серии мелких, не связанных между собой краж. Это дело рук организованной преступности, и на данный момент дела у неё идут хорошо. Хорошо настолько, что кажется, нет свидетелей ни одного из этих преступлений!

В это было трудно поверить, но это было правдой. Преступники были настолько искусны и быстры, что никто никогда не слышал, как они приближались или уходили! Люди начали называть это невидимой, бесшумной волной преступности.

– Но, пожалуй, самое тревожное молчание исходит из мэрии, – сурово продолжала Эйприл, заканчивая свой отчёт.

Как и многие горожане, Эйприл была недовольна тем, что полиция так и не смогла раскрыть преступления. Казалось, что полиция пытается сделать вид, что никакой проблемы вообще не было!

Эйприл отключила микрофон. На сегодня её работа была закончена. Пора было идти домой. Эйприл пожелала спокойной ночи операторам и охраннику Третьего канала. Ее старый фургон "Фольксваген" стоял на парковке рядом со студией Третьего канала. Проходя через парковку, она думала об интервью, которое ей предстояло взять у шефа полиции Стернса на следующий день. Она не заметила тихого звона разбитого стекла неподалёку. Она не заметила четырёх мужчин в тёмной одежде, которые доставали телевизионные мониторы из грузовика Третьего канала, стоявшего рядом с её фургоном. Она не заметила видеокамеру, которую они забрали с переднего сиденья. Она просто думала о шефе Стернсе, пока яркий свет с парковки не отразился от лезвия острого, как бритва, ножа, направленного на неё!

– Как не вовремя, – пробормотал один из воров.

– Вы ко мне обращаетесь? – спросила Эйприл. Один из головорезов схватил её. Девушка закричала, но бандит закрыл ей рот рукой. Эйприл знала, что охранник на Третьем канале находится слишком далеко, чтобы услышать её. Эйприл, криминальный репортёр, боялась, что вот-вот станет ещё одной статисткой на волне преступности в городе!

Внезапно высоко над её головой блеснула сталь и раздался звон разбитого стекла. Кто-то или что-то погасило освещение на парковке. Всё вокруг погрузилось в кромешную тьму. Бандит, державший Эйприл, отпустил её, прижав к её собственному фургону. Эйприл ничего не видела, но слышала глухие удары, кряхтение и стоны. Кто-то нападал на бандитов, и, судя по звукам, этот кто-то побеждал. Но кто бы это мог быть?

Через несколько минут воцарилась тишина, затем Эйприл услышала звук полицейских сирен. Когда прибыла полиция, они включили свои прожектора. Там, перед Эйприл, стояли четверо нападавших, полностью связанные, готовые к отправке в тюрьму. Не было никаких признаков того, кто их избил и связал. Полицейские посмотрели на Эйприл, ожидая объяснений. Но их не было.

Пока полицейские заталкивали бандитов в автозак, Эйприл снова огляделась. Произошедшее ничем нельзя было объяснить, за исключением того, что… Взгляд Эйприл привлекло что-то блестящее. Это был странного вида трёхзубый кинжал. Он лежал прямо под разбитым фонарём на парковке, рядом с крышкой канализационного люка. Эйприл наклонилась, чтобы поднять его. Когда она это сделала, ей показалось, что крышка люка приподнялась. Ей показалось, что она увидела пару глаз, наблюдавших за тем, как она поднимает кинжал. Ей показалось, что она увидела что-то зелёное в красной маске! Крышка люка опустилась на место. Эйприл подошла к люку и посветила фонариком в одно из отверстий, чтобы заглянуть в другое.

Сначала там была только темнота. Затем она почувствовала лёгкое движение. Девушка прищурилась, чтобы разглядеть, что движется. Это было немного, совсем чуть-чуть, похоже на панцирь черепахи!

Эйприл потрясла головой, пытаясь избавиться от наваждения.

– Похоже, один из этих парней сильно меня ударил, – сказала она, размышляя вслух. – Кажется, я начинаю кое-что понимать!