Подростки Мутанты Черепашки-ниндзя

Глава 22

Через несколько минут улица была заполнена полицейскими, машинами скорой помощи, пожарными и даже фургоном Третьего канала, в котором находился Чарльз Пеннингтон.

Дэнни первым заметил своего отца. Он знал, что ему предстоит проделать большую работу, чтобы загладить все те неприятности, которые он причинил. И он хотел начать прямо сейчас, поэтому поспешил к отцу. Но, прежде чем добрался до него, он увидел Эйприл.

– Вот, – сказал он, протягивая ей двадцать три доллара.

– Что это? – растерянно спросила Эйприл.

– Мой долг перед тобой, – сказал он. – Поверь мне.

Эйприл посмотрела на деньги. Затем она вспомнила о своём кошельке. Она всё ещё слышала слова Дэнни: «Поверь мне». Впервые за долгое время она подумала, что может доверять ему. Она смотрела, как он обнимает своего отца. Это должна была быть история со счастливым концом.

Затем Эйприл наблюдала, как шеф полиции Стернс собирает изодранные в клочья останки клана "Фут". Ей хотелось бы оказаться в роли мухи на стене, когда Стернс должен был признать перед всем миром, что она, Эйприл О'Нил, была права! Но Эйприл больше не была репортёром. Её уволили. Или все-таки не уволили? Через несколько минут Чарльз буквально умолял её вернуться на работу.

– Но, Эйприл, я же говорил тебе, что были обстоятельства. Мне на самом деле нужна ты, чтобы распутать всё это!

Эйприл решила уйти. Он последовал за ней.

– Ну, я не знаю, Чарльз. Видишь ли, у Мэй Вильямс с Пятого канала есть свой собственный офис…

– У тебя тоже может быть офис.

– А ещё она самый высокооплачиваемый репортёр в Нью-Йорке.

Чарльз посмотрел на историю, которая творилась вокруг него, но репортёра, который мог бы её рассказать, не было. Он проглотил свою гордость.

– Теперь ты самый высокооплачиваемый репортёр в городе.

– Хорошо, – сказала Эйприл. – Достань мне микрофон. – Она снова была в деле!

Сплинтер и Черепашки наблюдали за происходящим с крыши.

– Мы были великолепны, – сказал Леонардо.

– Потрясающими! – добавил Микеланджело.

– Безрассудными! – сказал Рафаэль.

– Радикальными, – сказал Донателло.

Они посмотрели на Сплинтера, ожидая его оценки.

– Мне всегда нравилась... – Он остановился, они ждали. – Ковабанга!

– Кова-бан-га! – хором воскликнули они. Затем они подняли "пальцы" вверх, насколько позволяли их руки.

Победа была сладкой.