Благодаря нашей с Виктором ночной вылазке, полноценному отряду довольно быстро удалось зачистить седьмой уровень. Ловушки мы устранили заранее, да и большую часть инсектоидов за компанию со стражами изничтожили. Всё, что оставалось — прикончить недобитков и по пути постараться не увязнуть в топях.
— Три неполных часа на такой глубине… — с довольным прищуром огласил во всеуслышание Ковалев, сверившись с часами Даниила на тонкой золотой цепочке. — Редкое достижение на моей-то памяти, хех.
— Ценой здорового сна, — чуть слышно прошипела Кара, скосив на меня взгляд.
Алиса, в отличие от целительницы, выглядела, скорее, обеспокоенной моей внезапной инициативой, нежели раздраженной. Догадки свои она мне высказала еще до отбытия из лагеря.
— Если ты так торопишься, значит ли это, что мы можем опоздать?
— Я не знаю, — предельно искренне ответил ей тогда. — В том-то и дело.
И неизвестность раздражала меня сильнее всего.
Если план выверен до мельчайших подробностей, включая точные или хотя бы примерные временные рамки, поводов для беспокойства я не видел. Предсказуемость дарила мне чувство контроля над ситуацией.
Так происходило в моменте разоблачения Лугова. Даже при задержании Оболенского во время его попытки побега из города, я знал, чего ожидать от них обоих, а потому оставался совершенно спокоен, когда остальные ощущали себя сидящими на бочке с магическим порошком.
Здесь же всё было в корне иначе. Вперед меня вело лишь видение, которое из раза в раз оставалось неизменным. Никаких подробностей, никаких сроков. В любой момент мы могли совершить критическую ошибку, и я в том числе.
Но что собой представляло это видение? Каким образом Ирина вообще сумела проникнуть в мои сны? Благодаря скверне? Теперь она связывала нас обоих?..
Кайрос упорно молчал, а я и подавно не знал, как и почему.
Я продолжал двигаться вперед хотя бы ради того, чтобы ответить на все эти вопросы. Вел за собой отряд и надеялся, что следующий этаж не станет для нас последним.
— Остановимся на короткий привал, — скомандовал остальным без тени эмоций на лице. — Раны, даже мелкие, не игнорировать, а обращаться к Каре за обработкой и противоядием. Новые жертвы нам не нужны.
Поместье рода Громовых.
В то же время…
Когда лекарь прибыл в поместье так быстро, как только смог, счет уже шел на минуты. И Вадим, издалека наблюдавший за суетой слуг возле покоев Дмитрия, прекрасно это понимал. Поэтому, собственно, нисколько не волновался, отыгрывая свою роль до конца.
Сергей Иванович, едва его уведомили о произошедшем, заперся в своем кабинете наедине с парой бутылок вина и не выходил оттуда до сих пор, а бледный и молчаливый в последнее время Александр сидел возле постели младшего брата, невидящим взглядом уставившись в стену перед собой.
Вот лекарь вышел из покоев с низко опущенной головой и влажным от испарины лбом, а столпившиеся в коридоре слуги выжидательно уставились на него, дабы услышать неутешительные новости:
— Его Сиятельство Дмитрий Сергеевич… скончался. Соболезную…
Легкая улыбка тронула губы Вадима, однако в следующее мгновение он потрудился взять себя в руки, вернуть на лицо скорбную маску и нерешительным шагом двинулся в сторону мужчины.
— Вы уверены? — дрожащим голосом осведомился парень у целителя. — Мой дорогой брат намного сильнее, чем кажется. День-другой, и обязательно пойдет на поправку — вот увидите!
— Мне жаль, господин, но я и так сделал всё возможное, — тяжело вздохнул мужчина. — Слишком… поздно.
— Он был еще так молод, так молод… — запричитали старшие служанки.
В глазах женщин блестели слезы. Младшие же прикусывали губы, переминаясь с ноги на ногу и не находя себе места рядом с остывающим трупом почившего господина.
— Вот именно, — закивала престарелая экономка, поправив сползшие на нос очки-половинки на тонкой цепочке. — Дмитрий Сергеевич был еще слишком молод для того, чтобы покинуть нас так скоро и внезапно. Тогда какова же причина?..
Тут Вадим внутренне напрягся, ну а лекарь, еще раз тяжело вздохнув, дал рассудительной женщине, казалось бы, исчерпывающий ответ:
— Остановка сердца. Боюсь, даже в столь молодом возрасте от внезапной смерти, тем более на фоне пережитого стресса, не застрахован никто.
— Стало быть, недолго Его Сиятельство мучились… — подхватила одна из служанок. — Никто ведь и не догадывался, как на сердце у них погано делается.
— А всё эта чертовка младая, которая окромя дел своих сердешных ничего вокруг не замечала, — поддакнула ей другая. — Чтоб ее демоны в котлах сто веков варили, да простят меня Сестры…
— Смерть Ирины подкосила всех нас, — уже в который раз произнес Вадим, пристально оглядев слуг. — Но это вовсе не значит, что за свою ошибку она обязана и на том свете расплачиваться. Возвращайтесь к своим обязанностям и только попробуйте сказать еще хоть одно дурное слово в ее адрес. Десять ударов плетьми никого не заставят ждать.
Напоследок скользнув взглядом по сгорбившейся фигуре Александра подле постели брата, молодой граф развернулся на пятках и отправился прямиком в отцовский кабинет. Перенимать себе часть снятых с Дмитрия полномочий, раз уж старшему вряд ли доверят их снова.
«Ну, вот и остались лишь мы с тобой. Но как же долго ты еще протянешь?..» — приподнялись уголки его губ.
Восьмой уровень Бездны встретил нас еще менее приветливо, чем предыдущий — непроглядной тьмой, запахами сырости и разлагающейся плоти.
Ботинки всё так же вязли во влажной земле чуть ли не по самую щиколотку, но беглый осмотр местности при помощи магических огней показал, что растительности на этом этаже значительно больше. Проглядывались даже деревья с пышными кронами, кусты с неизвестными плодами и густые травы, а это не могло не радовать — богатая корневая система лучше укрепляла почву.
Возможно, уже со следующего уровня мы перейдем в новый биом, а труднопроходимые топи наконец-то останутся позади.
По пути я перебирал в уме тварей из бестиария, которых мы с наибольшей вероятностью могли здесь повстречать. Любителей затаиться во мраке, выслеживать и нападать на путников исподтишка.
Однако ход моих мыслей оборвал Кайрос, объявившийся рядом, с извечной клыкастой ухмылочкой на бесстыжей физиономии. Его-то, похоже, вообще все только радовало — не ему же в этом всем возиться.
— Если Ваше Светлейшество и дальше будет держать на меня обиду, так и ответную затаить можно, — развел демон руками. — Может, пришла пора пожать друг другу руки?
— Кто бы говорил… — мысленно ответил ему, закатив глаза. — Припоминаю, что обиду на меня затаил как раз таки ты.
— Не суть важно, раз уж мы оба согласимся пойти на мировую! — весело щелкнул пальцами тот. — Я ваш наставник, тогда позвольте же мне наставлять ваше рискованное Светлейшество и дальше.
Подозрительно. Понял, видать, что с намеченного пути я сворачивать не собираюсь. Или же твари на этом этаже представляли опасность в разы серьезнее. Настолько, что игнорировать свои обязанности Кайрос попросту не хотел.
— Переходи уже к сути, — поторопил я его.
Ветер зашелестел в кронах вековых деревьев, но помимо этого шелеста не слышно было ни звука. Слишком тихо. И это напрягало не только меня.
— Вы называете их теневыми ловцами и пожирателями снов. Вот, кого вам следует опасаться на восьмом уровне в первую очередь. К слову, парочка ловцов уже заприметила тут незваных гостей… — едва слышно прошептал демон мне на ухо. — Так что советую отыскать их прежде, чем от вашего отряда останутся жалкие крохи.
Я резко остановился.
Согласно бестиарию, теневые ловцы были способны сливаться с окружающей средой, становясь невидимыми для чужих глаз. Даже магическое зрение было бесполезно при их обнаружении, поскольку способно различить лишь колебания энергии с поверхности.
Вот сейчас и узнаем, относится ли то же самое к носителю аспекта скверны. Такому, как я.
— Меняем строй, — скомандовал отряду. — Постройтесь в две колонны, сомкните их и развернитесь друг к другу спинами. Всё внимание на местность и людей по обеим сторонам от себя.
Что касается пожирателей снов, то люди для них были сродни редкому деликатесу. Эти твари питались чужими сновидениями и воспоминаниями, оставляя своих жертв в состоянии тяжелой апатии.
Сами по себе пожиратели опасности для жизни не представляли, зато их жертвы могли стать легкой добычей для тех же ловцов, которые высасывали жизненные силы досуха. Подобно способностям Кары — энтропии — но в еще более мрачной их вариации.
— Вы кого-то заметили, Ваше Светлейшество? — осведомился Ковалев, становясь спиной к спине с Алисой.
— Пока еще нет, но предчувствие редко обманывает Морозовых в Бездне, — ответил ему уклончиво.
Кто может быть хуже сильного врага? Сильный враг, которого ты не видишь.
Так что, направив энергию в область глаз, я окинул местность усиленным магией взглядом. Мрак частично рассеялся, каждая травинка вокруг и даже капли росы на них стали отчетливо видны.
А еще несколько пар горящих в полутьме глаз. Раскосых и хищно прищуренных.
Значит, это ловцы. Силуэты замаскированных тварей оставались для взгляда полупрозрачными, однако бегущая по их энергетическим каналам скверна, подобно древесным ветвям, видна была хорошо.
Чуть поодаль от них притаились существа со сложенными за спиной пушистыми крыльями. Если сопоставить их внешний вид с иллюстрациями в бестиарии, вывод напрашивался сам собой — охоту на нас успели открыть и пожиратели снов.
Ждать, пока ловушка окончательно захлопнется, я бы не стал. Придется нападать первыми. Но если этих тварей способен видеть лишь я, всему остальному отряду была уготована судьба наблюдателей.
Неудивительно, что Громовы без помощи нашего рода сумели дойти только до восьмого этажа. Вот пускай и дальше маячат позади, обделенные столь сильным преимуществом.
— Сперва давайте-ка позаботимся о ловцах, — предложил Кайрос, всё это время расхаживающий рядом. — Расчистим путь для отряда, чтобы людишки смогли заняться мотыльками-переростками.
— Идет, — кивнул я с улыбкой, одновременно проворачивая кольцо-печатку на среднем пальце. Остальным же бросил уже на бегу: — Держать строй и ни шагу вперед!
Как только невидимые твари осознали, что их местоположение для меня уже не секрет, то в тот же момент поторопились убраться за спины прикрывающих их пожирателей снов.
Причем прозвище мотыльков-переростков пожиратели получили заслуженно, и не только благодаря пышным крыльям. Практически всю их морду занимали два черных фасетчатых глаза.
Закрученного хоботка посередине следовало остерегаться в первую очередь. Воспоминания, похищенные при помощи его, будут утрачены навсегда — так гласил сухой текст бестиария. И пусть в жизни моей были как взлеты, так и падения, не хотелось бы отправлять свои воспоминания в небытие. Каждое из них было ценно для меня… по-своему.
Успел отправить энергетический серп вдогонку ближайшему ловцу, и его сотканное из теней тело разорвало напополам. Обе его части растворились в воздухе, не оставив после себя ни следа, а значит. пора было переходить к следующему «охотнику».
Краем глаза я продолжал наблюдать за отрядом. Кто-то из числа гвардейцев уже порывался броситься в бой вместе со мной, но окрик «Держать строй!» заставил паренька сделать пару шагов назад.
Понимаю, что в критической ситуации лучшая защита для некоторых — это нападение, но нет. Еще слишком рано. Кайрос прав, ведь сперва необходимо было избавиться от тварей, скрывающихся в тени.
Перемахнул через голову крупного «мотылька», подлетевшего мне наперерез, и бросился к следующему ловцу.
В голове вдруг промелькнула интересная мысль. Буквально на долю секунды. Что, если попытаться взять под контроль скверну в теле этого порождения?.. Извлечь ее из энергетических каналов твари насильно, на дистанции, и перекрыть ей доступ к способностям.
Не самое подходящее время для экспериментов, когда на кону жизни всего отряда, однако воля оказалась еще быстрее, чем мысль. Сконцентрировавшись на скверне внутри ближайшего ко мне ловца, отдал ей ментальный приказ покинуть тело носителя.
И она услышала мой зов! Послушно поддалась приказу, даже с некоторым… нетерпением. Тело ловца взорвалось прямо на моих глазах, а потоки скверны, вырвавшиеся из него, устремились ввысь.
Я проводил их восхищенным взглядом.
Так это же…
— Вот тут я уже не советовал бы тебе увлекаться этим, пацан, — предупредил меня Кайрос, резко посерьезнев. — В твоих руках меч, вот и используй его по назначению. А то заведет тебя это не туда.
Медленно повернул голову к демону, пока мои губы так же медленно расплывались в улыбке.
Меч? Хах… Даже при том, что я нашел средство преодолеть оставшиеся этажи за считаные дни? Кто-то явно недоговаривал мне об абсолютном потенциале способностей рода Морозовых. В собственных интересах? В интересах Инферно?..
Хотя неважно. Мне уже плевать.
— Не хочу, — произнес полушепотом, а в доказательство своих слов легким движением прокрутил печатку на пальце, возвращая меч в хранилище.
От следующего ловца я избавился тем же образом — разорвал его на куски стремящейся наружу скверной. Затем пришел черед пожирателей снов, обступивших отряд. Одного за другим, одного за другим…
С каждым новым трупом мое желание пустить в ход новообретенные силы лишь росло. Скверна с приятным теплом заворочалась где-то внутри, словно благодаря меня за долгожданное освобождение.
Подобно разумному существу, она делилась со мной чувствами и эмоциями, и теперь я ощущал их так же отчетливо, как свои собственные. Мы вступили в идеальную синергию, но останавливаться на достигнутом я не собирался.
Тринадцатый этаж еще слишком далеко. Рано расслабляться.
Озадаченные лица гвардейцев и бывших наемников забавляли меня. Можно только гадать, какие мысли сейчас крутились в их головах при виде развороченных трупов мотыльков-переростков. Притом, что лезвие моего меча в ходе боя даже не коснулось их.
— Это… — начал уж было Ковалев, но я жестом заставил его замолчать.
— Путь чист, — с воодушевлением сообщил я остальным, — а это означает, что мы можем двигаться дальше. Разве это не главное?
Теперь отряд мог ускориться. Не плутать в полутьме, как слепые котята, а уверенно продвигаться к следующему спуску. Встреченных нами порождений Бездны разрывало на куски еще до того, как они осмеливались приблизиться к нам.
Слишком легко, чтобы быть правдой, и всё же… раз уж некто одарил нас столь мощными силами, было бы глупо растрачивать их потенциал понапрасну.
Только спустя некоторое время я ощутил покалывание в висках.
Сначала ненавязчивое, но возрастающее с каждой новой тварью, погибшей от моей руки. Ясность мыслей постепенно начал заглушать стук крови в ушах, переросший в пронзительный писк, и в какой-то момент картинка перед глазами помутнела настолько, что я не сумел различить собственную руку, протянутую перед собой.
Окончательно с небес на землю меня спустил голос Алисы, раздавшийся откуда-то издалека. Взволнованный и почему-то охрипший.
— Влад! Кровь… Остановись же, прошу! Ну пожалуйста!..
Сам тогда не понял, как очутился на земле. В нос отчетливо ударил запах перегнившей почвы. И, кажется, меня вырвало. Не мог понять наверняка, потому что тело вместе с внутренностями стало стремительно неметь, начиная с макушки.
Голоса, знакомые и незнакомые, но одинаково неразборчивые, окружили меня со всех сторон. И бормотали бессвязную ерунду до тех пор, пока плавно не затихли одновременно с отключившимся сознанием.