Пожиратель демонов. Том 3

Глава 24

Лежа в холодном поту, я то открывал глаза, то снова закрывал. Когда открывал, видел, как мельтешили возле меня расплывчатые фигуры. Перекрикивались друг с другом, ругались, но отчетливее всего я слышал голос Кары.

— Этого не хватает! Ведите еще! Двух, трех… Чем больше, тем лучше! И поживее!

А когда закрывал, вновь падал в непроницаемую темноту без снов и видений.

Но если видений больше нет, значило ли это, что Ирину уже не спасти? Или ей более не было смысла посылать их, раз уж от демонов, тревожащих ее покой, мы избавились?..

Хотелось поговорить с Алисой и узнать о положении дел, количестве жертв. Воззвать к Кайросу, чтобы спросить, сумел ли Ромео достичь моря моей души. Осведомиться у Вязова о состоянии Данила, ведь это была их первая встреча с демонами и первый бой с ними же.

Однако тело и разум оказались настолько измотаны процессом пожирания, что я даже рта раскрыть не мог и сфокусировать зрение на чем-либо тоже.

Вот тут хитрец Кайрос был по-своему прав. Поглотить обе высших души я вряд ли сумел бы. По крайней мере, пока…

Неизвестно, сколько времени прошло, когда тьма наконец отступила, и я сумел окончательно прийти в сознание. Осмотреться, чтобы снова обнаружить себя в палатке на кушетке. Алиса сидела рядом и дремала, положив голову на мои ноги под слоем тонкого одеяла.

Беспокоить сестру я не стал. Лишь огладил по волосам правой рукой, едва касаясь, а вот вторая рука…

Стиснув зубы, слегка откинул край одеяла, и моим глазам предстало только то, что от нее осталось — перемотанная бинтами культя. Плечевой сустав функционировал, и я спокойно мог двигать им. Один оборот вперед, один оборот назад… При этом, несмотря на отсутствие руки как таковой, я всё еще хорошо чувствовал конечность и пронизывающую ее боль. Чувствовал, хотя не видел.

Кровь я сумел остановить еще во время боя, с этим проблем не возникло. Скверна запечатала сосуды, но…

— Говорят, что шрамы украшают мужчин, — возник Кайрос на корточках возле кушетки и ободряюще улыбнулся мне. — Поэтому женихом Ваше Светлейшество стали еще завиднее, чем прежде! И это очень хорошо, просто замечательно! Но конечностями могли бы и не разбрасываться.

— Благодарю за поддержку, но не от всего сердца, — буркнул я. — Впрочем, хорошо, что не правая.

— И правильно. В столь жестоком мире, как наш, немного оптимизма никому не помешает! Но если тебя интересует судьба Ромео, — перевел он тему, резко посерьезнев, — то здесь у нас возникли некоторые… трудности.

— Трудности какого рода? — нахмурился я.

— Его душа… — задумчиво потер демон подбородок. — Как бы это правильно выразиться? Похоже, что ты не успел поглотить ее целиком. Лишь часть, слепок сознания, который растворился, спустя несколько минут.

— Хочешь сказать, что Ромео… жив⁈ И благополучно вернулся в Инферно⁈

— Насчет его благополучности у меня остаются некоторые сомнения. Всё же ритуал состоялся, хоть и не был завершен как надо. Сказать по правде, я впервые стал свидетелем чего-то подобного, а потому ничего с уверенностью утверждать не могу. То же касается и тебя самого.

— Во время слияния душ я получил все его воспоминания и…

— Означает ли это, что Ромео лишился их? — принялся размышлять Кайрос вслух. — Или же, напротив, посредством вашего слияния вдобавок заполучил и твои? Какие последствия для него несет частичная утрата души? А какие для тебя при ее же частичном поглощении? Сложно. Очень сложно. До этого таких случаев, знаешь ли, не было.

Беседу с Кайросом я поддерживал вслух, поэтому неудивительно, что Алиса сначала заворочалась во сне, а после приоткрыла глаза и воззрилась на меня снизу вверх.

— Влад?.. — прошептала сестра одними губами, и я слабо улыбнулся ей. — Влад! — вдруг резко подскочила она и бросилась мне на шею. — Живой, живой!..

— Такого способно убить только чудо, — хмыкнул Кайрос.

Вообще, я ожидал, что мое пробуждение начнется с разбора полетов. Насколько я лживый и двуличный, раз уж до последнего скрывал от единственной родственницы факт своей одержимости. Но, похоже, мое скверное состояние волновало Алису куда сильнее, и на первое время можно было выдохнуть.

— Твоя рука… — украдкой глянула сестра на перемотанный обрубок и снова на меня. — Кара сутки не спала, чтобы попытаться вернуть ее, но мы… мы обязательно найдем способ! Я… я обещаю, что…

— Успокойся, — огладил Алису по спине. — Всё нормально. Это еще не конец света.

Судя по горке трупов из самых разнообразных тварей за пределами палатки, я охотно верил, что наша целительница сделала всё возможное и потратила на это немало сил. Благо, светлая энергетика одиннадцатого этажа позволяла Каре использовать способности без особого вреда для ментального здоровья.

Однако навряд ли даже с ее способностями удалось бы приживить оторванную конечность обратно, если лучшим лекарям Империи, насколько я знал, подобное провернуть еще не получалось.

Алиса не верила моему спокойствию. Теперь ей в принципе было бы сложно довериться мне, поэтому я решил так же ловко, как Кайрос, перевести тему.

— Вы же потрудились исполнить мои приказания в точности? Не лезть в бой.

— Игорь Владимирович… — неуверенно начала сестра, пряча взгляд. — Он принял командование на себя сразу, как только ты потерял сознание. Приказал идти в атаку, и мы… пошли.

— Как ожидаемо от Ковалева, — тяжело вздохнул. — Жертвы есть?

— В основном люди Виктора и двое гвардейцев Ланских, — ответила сестра, присев на край койки. — Раненные есть, без угрозы для жизни. Ими занималась я, пока Кара…

— … силилась совершить невозможное, — завершил за нее, и та кивнула. — Понятно. А что демоны? Мертвы? Все?

— Кто-то видел, как двое из них успели сбежать. Вместе с телом своего командира. Ромео… кажется?

Начатое мы всё равно должны закончить. Спуститься еще ниже и своими глазами поглядеть на хризалиду, о которой он твердил. Должен быть способ извлечь из нее Ирину, хотя я понятия не имел, о каких именно мутациях демон вел речь.

— Отдыхай, хорошо? — тепло улыбнулась Алиса. Взгляд ее снова скользнул по тому, что осталось от моей левой руки, и она поспешно отвернулась. — Если намерен идти дальше, мы пойдем, как только восстановишь силы. Об остальном я позабочусь.

— Спасибо.

Она ничего не ответила. Поднялась и нетвердой походкой направилась прочь из палатки.

Кары нигде не было видно. Скорее всего, темная вымоталась настолько, что Алиса заботливо расположила ее подальше от раненых, хотя бы на время. Зато рядом со мной на раскладном столике стояло несколько бутыльков с уже известным мне содержимым и материалы для перевязки. А еще кувшин с водой, к горлышку которого я сразу же приложился.

Затем, выпив один из бутыльков с лекарством, откинулся на жесткую подушку и уставился в суконный потолок.

— Мне и самому жуть как интересно посмотреть на эту хризалиду, — нарушил Кайрос благоговейную тишину. — Впервые, знаете ли, слышу о чем-то подобном.

— Вот и я… тоже.

Но было не менее интересно, какая судьба ожидала теперь Ромео из рода Белетов. Наполовину лишенный души, как долго этот демон еще протянет? И хватит ли мне поглощенной силы, чтобы наконец-то увеличить свой резерв?

Кайрос, несомненно, прав. Очень сложно дать однозначный ответ на все эти вопросы, не будучи уверенными наверняка.

Поместье рода Громовых.

Следующим утром…

Взволнованные крики служанок переполошили поместье еще на рассвете. Даже Вадим не догадывался, с чем могла быть связана вся эта суета, а потому он прибыл на место трагедии в числе первых.

Улыбнувшись лишь на долю секунды при виде покачивающегося на люстре тела, молодой граф быстро взял себя в руки. И что самое главное — к столь неоднозначному поступку со стороны Александра прямого отношения Вадим не имел. Лишь косвенное, хотя и этого оказалось достаточно, чтобы окончательно сломить волю наследника.

— Что же ты наделал… — покачал парень головой в окружении заламывающих руки женщин, бегающих туда-сюда без особого смысла. — Это моя вина. Это я не сумел достучаться до него, когда еще была такая возможность…

— Не берите такой тяжелый грех на душу, Ваше Сиятельство! — тут же запричитала одна из служанок, подтаскивая к люстре стул.

— Да благословят его Сестры и примут к себе в распростертые объятия… — сложила другая ладони на груди и принялась тараторить молитвы одними губами.

Сейчас в глазах испуганных до глубины души слуг Вадим выглядел чуть ли не героем, когда схватил со стола Александра острый нож для резки бумаги, поднялся на стул и решительно перерезал веревку. Подхватить тело еще в полете он не успел, да и не хотел. Оно рухнуло на пол, словно мешок картошки.

— Александр! Сашенька… — вдруг объявился на пороге Сергей Иванович в одной только ночной рубахе и тут же бросился к наследнику. — Лекаря! Лекаря сюда! Немедленно!

«Лекарь здесь уже без надобности, батюшка», — про себя сделал выводы Вадим.

Но всё же обернулся к столпившимся в комнате женщинам и воззрился на них сверху вниз.

— Слышали, что Его Сиятельство приказал? Чего встали⁈ Или сдуру оглохли? Лекаря сюда, и прямо сейчас! Вот же глупые бабы… — цокнул он языком, когда служанки все как одна ломанулись к дверям.

— Как же так?.. — чуть слышно шептал граф, покачивая на руках тело старшего сына. — Ну как же так, Сашенька?..

— Может, если бы ты меньше заливал горе вином, этого еще можно было бы избежать, — укорил его Вадим. Спустился со стула, стряхнул с плеч невидимые пылинки. — Ты лишил своего наследника всего. Передавал его полномочия от одного сына к другому, нисколько не задумываясь о том, каково при этом приходится самому Александру. И после всего, что совершил, еще удивляешься, каким образом наша семья так стремительно начала редеть. А были ли мы вообще когда-то семьей?.. Дружной, любящей и стоящей друг за друга горой.

Сергей Иванович шумно задышал, приложив руку к сердцу.

— Что, совестно теперь тебе? — изогнул парень бровь, стоя за его спиной. — Покаяться ты можешь, но никакие молитвы уже не вернут моих дорогих братьев к жизни, батюшка. Знай же, что это ты и только ты привел род Громовых к краху. Вот и живи теперь в этом проклятом мире, который сам же и создал.

Лицо графа Громова скривилось в болезненной гримасе, а на лбу проступила испарина.

— В авантюристы податься, что ли?.. — небрежным тоном продолжал Вадим испытывать терпение отца на прочность. Как единственному наследнику, ему уже нечего было терять. Только приобретать. — Может, хоть в компании этих бедолаг ко мне преисполнятся большим уважением, нежели в родном доме?

После чего Сергей Иванович всхрапнул, бросил на младшего взгляд, полный отчаяния, и с закатившимися глазами рухнул на пол рядом с остывающим трупом Александра.

— Хм, — уставился парень на лицеприятную картину.

Убийство отца в его планы не входило. Если тот прямо сейчас сляжет от сердечного удара, не переписав наследство, проблем с бумагами при оставшейся в живых Римме не оберешься…

Лекаря привели в покои как раз вовремя.

— Ваше Сиятельство!.. — воскликнул он еще с порога.

— Хоть вы не причитайте и сделайте уже что-нибудь! — рявкнул на него Вадим, и старик, опустившись на колени перед обоими, принялся совершать манипуляции с целительной энергией.

— Он уже мертв, — припечатал молодой граф, когда объятые голубоватым сиянием руки коснулись груди Александра. — С того света вы его не достанете, так что позаботьтесь в первую очередь о моем отце. Если он тоже к Сестрам отправится, всю вину я повешу на вас. Вы меня услышали?

Лекарь, побледнев, судорожно сглотнул, однако приказание исполнил в точности. Не прошло и десяти минут, как тело Сергея Ивановича перенесли в господские покои.

Всё время, пока длился осмотр, Вадим со сложенными за спиной руками мерил шагами коридор. Беспокойство о судьбе отца со стороны любящего сына не должно было возбудить подозрений, поэтому парень не считал нужным утаивать эмоции.

Даже если отец отправится следом за старшим братцем, последствия этого и всю бумажную волокиту молодой граф с готовностью возьмет на себя.

Стать не просто наследником рода, но и его главой в один день…

«Теперь, Влад Морозов, наш с тобой статус практически равноценен, — про себя подметил Вадим, улыбнувшись уголками губ. — И тем больше причин для заключения союза. Если я, конечно, сам того захочу. Но захочу ли?..»

Он ведь уже предлагал высокомерному князю занять одну сторону. Поспособствовать тому, чтобы прийти к аналогичному результату. Властью опальные Морозовы давно уже были обделены, как и доверием со стороны высокородных, но сила… Во время рейда Вадим собственными глазами увидел, на что способны эти так называемые демоноборцы. Иметь с ними какие-либо разногласия — себе дороже, но в случае чего союзники из них вышли бы что надо.

Поэтому после непродолжительных размышлений молодой граф пришел к единственно верному выводу. Отец со своими предрассудками и кровными обидами может катиться куда подальше. И даже если ему посчастливится выкарабкаться, проживет он на этом свете недолго.

Равноценный союз с Морозовыми — вот, к чему его роду следовало бы стремиться.

Когда лекарь вышел из господских покоев, Вадим молча устремил на него вопросительный взгляд. Однако, судя по лицу старика, новости относительно самочувствия графа были скверные.

— Хвала Сестрам, отец Вашего Сиятельства жив, — поспешил обнадежить целитель.

— Но?.. — приподнял парень бровь.

— Но, к моему глубочайшему сожалению, на этом хорошие вести заканчиваются. Его состояние… Как бы вам его описать?..

— Словами через рот, — с нотками стали в голосе подсказали ему. Этот трусливый мужчина уже стал его раздражать.

— Да-да, разумеется… В общем и целом, как я уже сказал, жизни его ничто не угрожает. Он всё так же способен дышать, глотательный рефлекс сохранен, а зрачки реагируют на яркий свет. Что касается его сознания, то оно оправиться от удара не смогло. Нечто подобное мне уже приходилось видеть, и…

— И?..

— Такое состояние в целительной практике мы называем комой.

— Комой? Продолжай…

— Бывали случаи, когда человек выходил из этого состояния самостоятельно спустя некоторое время. Бывали, но вероятность такого стечения событий крайне невелика.

Уголки губ Вадима нервно дрогнули, однако парень совладал с собой.

— Какое жестокое бремя в одночасье пало на всю мою семью… — прошептал он, отводя взгляд. — Ни глазам, ни ушам своим поверить не могу. А вот поглядеть — погляжу, и тотчас же назначу слуг, ответственных за заботу о нем.

Мягко, но настойчиво оттолкнув лекаря в сторону, парень уже коснулся дверных ручек, когда старик предпринял слабую попытку достучаться до него.

— Пускай бы лучше в покое сейчас полежал, чтобы никто его не тревожил…

— Уж не мне ли вы тут указывать будете, как следует поступать господину в его же собственном доме? — окатил его взгляд Вадима волной холода с ног до головы.

— Разумеется, нет… — потупился старик, — … Ваше Сиятельство.

— Вот то-то же. Здесь вы находитесь исключительно на правах гостя, так что и место свое знать обязаны.

С этими словами Громов вошел в отцовскую комнату, аккуратно прикрыл за собой двери и неспешным шагом подошел к просторной кровати с темно-фиолетовым балдахином. Сергей Иванович лежал на ней неподвижно с открытыми глазами, а лицо его не выражало ни единой эмоции. Будто манекен какой-то, а не живой человек из плоти и крови.

— Ну и заставил же ты нас поволноваться, — присел Вадим на край кровати. Теперь торжествующую улыбку он не скрывал. Незачем было этого делать. — Вот ты глава сильного, уважаемого рода, который даже князьям Морозовым осмелился бросить вызов… А вот уже не способен подтереть свою задницу без помощи прислуги. Воистину пути богинь неисповедимы! Но ты не переживай, — взял парень руку отца в свою и крепко сжал до чуть слышного хруста костей. — Теперь наш род в надежных руках. В моих руках, дорогой батюшка. Обязательно помолюсь Сестрам за твое выздоровление… если, конечно, улучу свободную минутку. Слишком много чего нужно сделать…

Сергей Иванович моргнул.

— Тогда с вашего позволения, — насмешливо поклонился ему Вадим, — я приступлю к делам немедленно.