Глава 22

Айдахо Джо остановился в дверях, прислонившись к косяку.

Мысль, не дававшая ему покоя и заставившая вернуться, мгновенно улетучилась при виде Хариты. Его хищный взгляд задержался на стройной красотке, которую покровительственно обнимал Ванс, поглаживавший раненое плечо.

Как он мечтал заполучить эту соблазнительницу в свои руки!

При всей своей кровожадности и жестокости Джо питал слабость к красивым женщинам, и в данный момент его мысли занимала Харита Гардинер.

Джо с досадой покосился на новых членов банды, примкнувших к ней две недели назад. Они тоже плотоядно поглядывали на Хариту. Она была совершенно недоступна, такой и останется до тех пор, пока находится под защитой Нейта и Ванса. Впрочем, в глубине души Джо подозревал, что Харита вовсе не так уж невинна, как нравится думать ее братьям. Достаточно посмотреть, как она соблазнительно покачивает бедрами и томно век иды идет глаза, отчего ее взгляд становится особенно волнующим…

— Что-нибудь случилось, Джо? — поинтересовался Ванс, перехватив его взгляды, которые тот бросал на Хариту.

Голос Ванс заставил Джо очнуться.

— Может, случилось, а может, и нет, — промямлил он, отделясь от дверного косяка и подходя к столу, чтобы приложиться к бутылке виски, переходившей из рук в руки, — Я случайно забрел в сарай возле кузницы и обнаружил там лошадь и седло. Вот только старика, которого я прикончил пару недель назад, там не оказалось.

— Как видно, оп вскочил и ушел прогуляться? — хмыкнул Хэнк Форбс, делая очередной глоток. — Может, он и не умер, а тебе просто показалось?

— Он был мертв! — заорал Джо. — Наверное, кто-нибудь нашел его и похоронил. Но откуда тогда взялась лошадь?

Харита нахмурилась:

— Нейт, тебе лучше сходить и проверить все вокруг. Вдруг кто-нибудь шпионит за нами?

Харита всегда отличалась предусмотрительностью.

Конечно, шайкой руководил Ванс, но Харита не упускала из виду ни одной мелочи, а ее наблюдательность не раз спасала их от верной смерти. Нейт всегда доверял ее женской интуиции. Если его младшую сестру что-то тревожит, он сделает все, чтобы развеять ее подозрения.

— Хэнк, ты пойдешь со мной, — скомандовал Нейт, хватая свою куртку и направляясь к двери. — Нужно все проверить и убедиться, что нам ничто не угрожает.

Нейт и долговязый молодой бандит вышли на улицу. Ванс устроился поудобнее на постели и с любопытством посмотрел на сидевшую радом Хариту:

— Ты еще не раздумала ехать в Элрино на поиски этой загадочной подружки Лоутона Стоуна?

Харита кивнула:

— Если она действительно похожа на меня, найти ее будет несложно.

Ванс с нежностью взял ее за подбородок и повернул к себе.

— Она наверняка не так красива, как ты, девочка, — прошептал он, проводя тыльной стороной ладони по ее смуглой щеке. — Поезжай, но будь осторожна. Не уверен, что Стоун знает о тебе, но все же не хотелось бы предоставлять ему такую возможность. — Ванс нахмурился. — Хотелось бы мне узнать, что случилось с Попрошайкой Диком и Алом Фонтейном. Они должны были выследить Стоуна и, вероятно, знают, что замышляет этот сукин сын.

— Что бы он ни замышлял, скоро нам не будет до этого никакого дела, — злобно усмехнулась Харита. — Когда Кейро Калхоун попадет нам в руки, Лоутои поймет, что его дела плохи. Билли сможет покоиться с миром, когда мы отомстим Стоуну за его смерть.

— Возьми с собой кого-нибудь из наших, когда поедешь в город на поиски этой маленькой дряни, — приказал Ванс. — Впрочем, я не настолько доверяю этой шпане, чтобы отправить тебя с ними одну. Они еще не доказали своей преданности. — И Ванс настороженно покосился на мужчин, сидевших вокруг стола и по очереди прикладывавшихся к бутылке с виски.

— Я сумею о себе позаботиться, — уверенно заявила Харита, и задумчивая складка между ее бровей разгладилась.

— Не сомневаюсь в этом, девочка, но пока Стоун околачивается поблизости, мне не хочется рисковать. — Ванс здоровой рукой махнул в сторону спальни. — Тебе лучше поспать, ведь мы почти всю ночь провели в седле. Я прикажу им вести себя потише и не тревожить твой сон.

Кивнув в знак согласия, Харита поднялась с постели и неторопливо вышла из комнаты. Ванс с досадой отметил, что по крайней мере четыре пары глаз не могут оторваться от ее грациозно покачивающихся бедер.

— Девочке нужно отдохнуть, — объявил он, прервав сладострастные мечты своих подчиненных. — Не беспокойте ее… ни сейчас, ни впредь… если вы понимаете, что я имею в виду.

Бандиты поспешно опустили глаза, но возбуждающие мысли о соблазнительной красотке им обуздать не удалось. Харита отлично знала об этом и любила дразнить членов банды, когда была уверена, что ее братья не спускают глаз со своих головорезов.

Нейт Гардинер вышел на улицу и, выхватив пистолет, направился к гостинице. Они с Хэнком Форбсом обыскали каждый дом, заглянули во все уголки и щели, но ничего не нашли. Нейт сомневался, что в городе прячется кто-то из посторонних, но для того, чтобы окончательно в этом убедиться, следовало обыскать каждый номер в гостинице.

Половица под его ногой скрипнула, и откуда-то из глубины гостиницы послышался собачий лай. Нейт кивком головы приказал Хэнку вернуться на ферму за подкреплением. Тот факт, что в сарае стояла только одна лошадь, свидетельствовал о том, что и хозяин у нее тоже один, однако рисковать понапрасну Нейту не хотелось. Имея в своем распоряжении целый отряд стрелков, идти на разведку в одиночку было бессмысленно.

Крадучись в темноте, как кошки, пятеро бандитов окружили гостиницу. Нейт указан им на парадную и заднюю двери здания, и, взяв оружие на изготовку, бандиты двинулись на поиски непрошеного гостя.

У Кейро душа ушла в пятки. Лай собаки выдал ее. Она слышала, как заскрипели половицы, но не успела зажать собаке пасть, и та разразилась громким лаем. Кейро выхватила пистолет и спряталась в шкафу, схватив собаку на руки.

«Вот и пришел твой конец», — мысленно шепнула она сама себе. Сидя в шкафу, Кейро слышала, как бандиты ищут ее. Подтянув колени к подбородку, она держала «кольт» наготове и ждала. Сердце выбивало такую оглушительную дробь, что только глухой мог ее не услышать, а что уж говорить о бандитах. Они без труда найдут ее.

Стоун… Мысль о нем вызвала у Кейро горькую усмешку. Интересно, огорчит ли его известие о том, что ее пристрелил не он, а кто-то другой? Узнав о том, что бандиты лишили его заслуженных лавров, он пойдет за ними на край земли. Конечно, к тому времени она уже станет их очередной жертвой, но они заплатят за это, когда Лоутон Стоун обрушит па них свой гнев…

Дверь заскрипела, и собака снова попыталась залаять, хотя Кейро изо всех сил стиснула ей морду. Догадавшись о том, что бандиты уже вошли в комнату, она еще крепче стиснула в руке «кольт». Теперь се единственной зашитой оставалась дверца шкафа.

Треск взламываемой двери пробудил в Кейро инстинкт самосохранения, и воля к жизни вспыхнула в ней с новой силой. Перед лицом надвигающейся опасности все ее чувства обострились в полном соответствии с правилом, которому обучил ее Лоутон, — сначала действия, а мысли и чувства потом.

Дверь приоткрылась, и в образовавшуюся щелку Кейро увидела свет фонаря и услышала тихое ворчание. Этот звук исходил не от собаки, однако едва ли его мог издавать человек, стоявший по другую сторону двери. Увидев просунувшийся внутрь блестящий ствол пистолета, Кейро запаниковала.

Ее палец, лежавший на спусковом крючке «кольта», дрогнул, и она трижды выстрелила сквозь дверцу.

Комната наполнилась стонами и проклятиями, а за дверью послышался сильный топот. Кейро поняла, что настал подходящий момент для того, чтобы сообщить бандитам об украденных деньгах. Медлить было нельзя: еще мгновение — и бандиты прошьют дверцу шкафа пулями. Тогда уже Кейро никому и ничего не расскажет!

— Я украла ваши краденые деньги! — стала выкрикивать она изо всех сил.

Нейт Гардинер, ворвавшийся в комнату сразу же после того, как до него донесся грохот выстрелов, поднялся на колени и выглянул из-за кровати. Голос был женским, и он нахмурился. Хитрая девчонка обвела их вокруг пальца и перестреляла всех, кто первым вошел в комнату. Нейт мельком покосился на двух испанцев, лежавших на полу, — они стали первыми жертвами этой женщины. Он перевел взгляд на Хэнка, пытавшегося перетянуть раненое колено.

— Не стреляй в нее, — приказал Нейт, вылезая из-за кровати.

Хэнк взревел от боли и покосился на бандитов, нашедших сегодня свою смерть. Из-за какой-то дряни этот день оказался для его товарищей последним.

— Выброси пистолет наружу! — грубо приказал Нейт. Кейро выбросила пистолет из шкафа, выпрямилась и сделала шаг вперед.

— Я выхожу.

Мужчины вскинули оружие и навели его на шкаф, опасаясь, что у стрелявшей из него мог быть еще один пистолет. К их величайшему изумлению, из шкафа вышла копия Хариты Гардинер, держа на руках вырывающуюся собачонку.

Нейт во все глаза смотрел на стройную блондинку, остановившуюся возле приоткрытой дверцы шкафа. Часть ее лица скрывала тень, отбрасываемая дверцей, и он готов был поклясться, что видит перед собой свою сестру, Нейту хватило одного взгляда, чтобы понять, что это и есть та самая женщина, что околдовала легендарного Лоутона Стоуна.

Нейт Гардинер был не единственным, кого сбило с толку это поразительное сходство между девушкой из шкафа и Харитой. Хэнк и Айдахо Джо тоже застыли с разинутыми ртами. Кейро никак не могла попять, отчего бандиты таращатся на нее, как на привидение, но решила не упускать подходящего момента.

Со скоростью пушечного ядра она вылетела из комнаты и с грохотом захлопнула за собой дверь. Опустив собаку на землю, Кейро выбежала в коридор, на ходу оставляя за собой полосу препятствий в виде опрокинутой мебели. Конечной целью ее маршрута был сарай возле кузницы. Если она успеет добежать до своей лошади прежде, чем ее схватят бандиты, то, возможно, сумеет вырваться из этого негостеприимного города. Это было рискованно, но другого выхода у Кейро не оставалось.

Топая, как стадо слонов, бандиты бросились за ней в погоню, натыкаясь друг на друга и на бурелом из мебели, который Кейро оставила за собой в темном коридоре.

Заря уже вывесила на горизонте свои розово-золотые вымпелы, и бандиты, выбежав на улицу, сумели разглядеть, как Кейро сворачивает к сараю.

Хэнк поднял свой пистолет и прицелился, но Нейт ударил его по щеке:

— Идиот! У нее наши деньги! Если ты убьешь ее, мы никогда не узнаем, где она их спрятала.

Нейт и Джо бросились вслед за Кейро, оставив позади хромающего Хэнка. Нейт едва не угодил под скачущую прямо на него лошадь, на которой сидела Кейро.

— Стреляй в лошадь! — заорал Нейт, выхватывая пистолет.

Кейро не сомневалась в том, что бандиты будут стрелять в нее. Три пистолета выстрелили одновременно, и она пригнулась, спасаясь от пуль. Лошадь споткнулась и сбросила свою всадницу прямо в грязь. Пронзительный женский крик разнесся далеко в утренней тишине.

Сильно ударившись при падении, Кейро едва могла дышать, но все же поднялась и попыталась на трясущихся ногах сделать шаг, но тут заметила, что окружена бандитами. Полдюжины рук потянулись к ней со всех сторон.

Пока Кейро, словно дикая кошка, отбивалась от бандитов, собака тоже громко выражала свой протест и, рыча, хватала зубами ноги, обутые в сапоги. Однако в конце концов бандитам удалось повалить Кейро на землю. Так она стала пленницей Гардинеров. Надежды остаться в живых у нее не было никакой. Но оттянуть свою кончину она все же могла, поскольку была единственным человеком, знавшим, где спрятаны украденные у бандитов деньги. Кейро все еще продолжала отбиваться, но се рывком поставили на ноги и передали в руки Нейту Гардинеру. Исполнившись решимости сражаться до конца, она врезала Нейту локтем в живот и разбила ему каблуками голень. Когда же он попытался схватить Кейро за руку, она до крови укусила его.

— Будь ты проклята! — взревел Нейт, увернувшись от очередного удара коленом, нацеленного ему прямо в пах.

Разразившись очередными проклятиями, он выхватил пистолет, перехватил его за ствол и, сделав неуловимое движение рукой, ударил Кейро рукояткой по голове. Когда она поникла, как хрупкий цветок, сожженный безжалостным солнцем, Нейт подхватил ее на руки и понес к фермерскому дому.

— Дикая кошка, — пробормотал он, всматриваясь в побледневшее лицо девушки. — Теперь ты узнаешь, что ждет тех, кто осмеливается вставать мне поперек дороги.

Лоутон прирос к седлу, оцепенев от ужаса. Едва он взлетел на вершину холма, с которого открывался вид на город, как тотчас же заметил Кейро, которая выбежала из гостиницы и бросилась к конюшне. Его сердце бешено заколотилось, когда он услышал грохот выстрелов, а потом увидел, как Кейро упала с подстреленной лошади. Когда же трое бандитов скрутили ей руки, душа Лоутона едва не разорвалась на части.

Никогда он не испытывал такого отчаяния, такой крайней беспомощности: обидчики Кейро были слишком далеко, и пуля наверняка не долетит до них. Впрочем, расстояние не имело никакого значения — Лоутон все равно не стал бы стрелять, опасаясь ненароком задеть Кейро. Конечно, он мог бы выхватить свои пистолеты и броситься в атаку, но и тогда не спас бы ее. Ему оставалось только сидеть и издали наблюдать за происходящим. Это было невыносимо, и Лоутону казалось, что пробил час расплаты за все его грехи.

Если бы он мог оказаться на ее месте! По долгу своей службы он не раз встречался лицом к лицу со смертельной опасностью, но теперь, беспомощно глядя на то, как Кейро отчаянно дерется с бандитами одна, впервые по-настоящему испугался, будто он сам был на месте Кейро. Кровь его кипела от ярости, как будто это он бежал к сараю, где стояла его лошадь, и давал отпор целой армии насильников.

Когда Нейт оглушил Кейро рукояткой пистолета, Лоутон едва не скатился с холма, чтобы броситься в атаку, но огромным усилием воли заставил себя оставаться на месте. Его опыт подсказывал, что сейчас не время. Задыхаясь от бессильной ярости, Лоутон проследил за тем, как бандиты поволокли Кейро к ферме.

Наконец все они исчезли внутри, и Лоутон как-то даже весь съежился, будто па него обрушились все несчастья мира. Сердце так колотилось у него в груди, что ему было трудно дышать, а мозг отчаянно искал решение вопроса, как спасти Кейро.

До сих пор Лоутон считал, что, выстрелив в нее, уже совершил самый подлый в своей жизни поступок. Как же он ошибался! Куда страшнее было то, что он уехал, бросив Кейро на растерзание этим волкам! Проклятие! Он не может даже утешить и поддержать ее в такую трудную минуту. Однако Лоутон понимал, что бросаться очертя голову бессмысленно.

Нужно тщательно подготовиться к атаке, но без подкрепления ему не обойтись — он только погибнет сам и погубит Кейро.

Приняв решение, он пустил галопом вороного жеребца и помчался обратно в Элрино. Есть еще один способ спасти Кейро от неминуемой гибели, но платой за ее освобождение должна стать жизнь самого Лоутона. Только его смерть может спасти жизнь зеленоглазой чертовки.

— Нет, ни за что! — Такер Магуайр выкрикнул эти слова прямо в лицо Лоутону, как будто его друг внезапно оглох. — Тебя и раньше посещали самые бредовые идеи, но эта, несомненно, худшая из них!

— Присоединяюсь! — поддержал товарища Вуди, глядя на Лоутона, как на последнего идиота. — Ал Фонтейн еще не доказал, что действительно готов сражаться на стороне закона. Кроме того, он еще совсем зеленый юнец. Черт возьми, Лоутон, если ты впутаешь его в такую передрягу, он может не выдержать давления и сломаться, и тогда они убьют тебя во второй раз!

Изложив свой план, Лоутон и ожидал, что он не вызовет восторга у его приятелей, но отступать не собирался.

— Это единственный шанс спасти Кейро. Не будем же мы ждать, пока Гардинеры сами предложат нам план. Они не знают о том, что Ал сменил окраску.

— Я тоже этого не думаю, — мрачно пробормотал Такер.

— Ради Бога, Лоу, при первом же удобном случае парень легко предаст тебя, чтобы спасти свою шкуру! — воскликнул Вуди, — Ты действительно идешь на верную смерть, и я не хочу участвовать в твоих похоронах после того, как ты приведешь свой сумасбродный план в действие!

— Я тоже, — подхватил Такер, — однако не сомневаюсь, что именно эта причина будет указана в свидетельстве о твоей смерти.

Лоутон досадливо вздохнул. Пока он спорит со своими компаньонами, Кейро живет в ожившем ночном кошмаре.

Каждая секунда промедления оборачивается для него и Кейро лишними мучениями.

— Я не могу ждать неделями и месяцами, проверяя, как Ал поведет себя в критической ситуации. Он — единственный, кто может провести меня в город, не вызывая лишних подозрений. Ал знает Гардинеров. Если они подумают, что он пристрелил меня и явился за вознаграждением, то наверняка пропустят его в город.

— А когда ты будешь свисать с его седла, как покойник, Гардинеры вполне могут начинить тебя свинцом, просто ради развлечения, — добавил Такер.

— Я подумал об этом, — не унимался Лоутон.

— Должно быть, ты думал не слишком усердно или легкомысленно отбросил этот вариант, — заметил Такер, — Если ты войдешь в долину смерти, безжизненно распластавшись на спине у своей лошади, Гардинеры пристрелят тебя, едва ты поднимешь свою глупую башку.

— Тогда Ал получит вознаграждение и объяснит, что ты оказался не настолько мертв, как ему показалось, и вернется к Гардинерам! — в отчаянии воскликнул Вуди. — И если ты считаешь, что это спасет Кейро, значит, ты перегрелся на солнце и у тебя подгорели мозги.

— Насколько я могу судить, это мой единственный… — Лоутон не договорил, заметив, что к ним направляется Ал с сырыми бифштексами, за которыми его посылали к мяснику.

— Кто-нибудь объяснит мне, зачем меня за ними посылали? — возмутился Ал, останавливаясь перед судебными исполнителями, назначившими ему встречу в миле к югу от города. — Что происходит?

Лоутон спрыгнул с седла и снял с себя куртку из чертовой кожи. Повесив ее на сучок, он вскинул винтовку и несколько раз выстрелил в куртку, проделав в ней огромные дыры с опаленными краями.

Ал вытаращил глаза, затем перевел взгляд на Такера и Вуди;

— Что все это значит?

Не произнеся ни слова, Лоутон выхватил из рук Ала пакет, развернул мясо и размазал кровь вокруг проделанных в куртке отверстий.

— Чего ради он испортил такую хорошую куртку? — недоуменно спросил Ал.

Придав куртке такой вид, как будто по ней стреляли, Лоутон набросил ее на плечи и снова вскочил в седло. Ал все это время смотрел на него недоуменным взглядом.

— Гардинеры обосновались в заброшенном поселке к югу отсюда, — мрачно пояснил Лоутон, — Они захватили Кейро.

Лицо Ала стало белее мела.

— Ты единственный, кто может проникнуть в город, не вызывая подозрений. Поскольку вас с Попрошайкой Диком послали убить меня, Гардинеры не удивятся, если ты приедешь туда, положив мой труп поперек седла.

— Но что, если…

Лоутон взглянул на юное лицо Ала;

— Ты — единственная надежда Кейро, малыш. Тебе придется убедить Гардинеров в том, что ты все еще на их стороне. Ты хотел извиниться перед Кейро за то, что оклеветал ее, но теперь можешь оказать ей гораздо более серьезную услугу. — Лоутон выдержал драматическую паузу. — Без твоей помощи она не доживет и до утра.

— Но я… — начал было Ал, по Лоутон не дал ему договорить.

— Наше преимущество будет заключаться в неожиданности, поскольку в нужный момент я воскресну из мертвых и возьму на себя Гардинеров. Тебе же предстоит вывести оттуда Кейро.

— Ты рассчитываешь справиться со всеми? — хрипло выдохнул Ал.

— Такер и Вуди спрячутся в засаде и тоже будут участвовать в заварушке, поддерживая нас огнем.

Ал с трудом проглотил ком, подкативший к горлу и чуть не задушивший его.

Такер покосился на Вуди, который всем своим видом выражал сомнение в успехе дерзкого мероприятия. В его глазах, как в зеркале, отражались все опасения, которые испытывал и сам Такер.

Лоутон не дал Алу возможности снова попытаться возразить — он просто развернул своего жеребца и двинулся на юг. Парню нужно было время, чтобы собраться с духом и сообразить, что он скажет, когда встретится с Гардинерами.

— Если Ал сболтнет лишнее, никто не даст за жизнь Лоутона и Кейро ни гроша, — проворчал Такер, пристраиваясь рядом с Вуди.

— Мы должны все время держать их на прицеле, — сказал тот. — Даже если мы уложим двоих, Лоутону все равно останется еще пятеро.

— И это при том, что он будет ползать по спине у лошади, — упавшим голосом добавил Такер. — Сумасшедший идиот — вот что я скажу, если кого-нибудь интересует мое мнение.

Такер поравнялся с Лоутоном:

— Если бы мы с Вуди знали, что тебе так не терпится схлопотать пулю, мы бы давно сами пристрелили тебя. По крайней мере сделали бы это быстро и безболезненно.

— Черт, да я не дал бы тебе в руки оружия, даже если бы ты собирался застрелиться сам, — вмешался Вуди, услышавший замечание Такера.

— Нет ли у вас идеи получше? — прервал друзей Лоутон.

— Нет… пока, — хором отозвались оба.

— Вы не хуже меня понимаете, что только Ал поможет нам спасти Кейро, — снова повторил Лоутон.

— Допустим, только кто поможет нам спасти тебя? Криво усмехнувшись, Лоутон остановил лошадь и спрыгнул с седла:

— Предоставлю вам самим решать, хотите ли вы видеть меня живым или мертвым.

— Странное заявление для человека, собирающегося во время перестрелки болтаться поперек седла в виде безжизненного тела, — фыркнул Вуди. — Никогда не рискнул бы тягаться с таким метким стрелком, как ты, Лоу.

От улыбки Лоутона не осталось и следа, когда он вытащил веревку, чтобы привязать себя к седлу. Вскинув глаза на друзей, он перевел взгляд с веснушчатого лица Такера на тревожно нахмурившегося Вуди.

— Если я не… — Лоутон взглянул туда, где вдали виднелись силуэты городских домов. — Скажите ей, что я… — Лоутон глубоко вздохнул и пристально посмотрел на Вуди из-под полей низко надвинутой шляпы. — Скажи Кей о том, что я чувствовал… к ней. Тебе всегда удавалось найти нужные слова, чтобы сказать об этом женщине.

— Милостивый Боже, — проворчал Такер, — полезай на эту чертову лошадь, и покончим с этим поскорее. Когда все будет позади, ты сам придумаешь, что скажешь Кейро. С какой стати Вуди или даже я будем говорить вместо тебя? Ты должен сам ей это сказать.

Лоутон лег на седло и обмотал себя веревкой.

— Но если мне не удастся самому сказать ей об этом, я хочу, чтобы вы…

— Черт возьми, заткнитесь наконец! — не выдержал Ал, ерзая в седле. — От ваших разговоров у меня полжилки трясутся.

— Ты должен взять себя в руки, малыш, — напутствовал его Такер. — Не можешь же ты явиться в поселок, дрожа как осиновый листок. Слишком многое поставлено на карту.

Ал подхватил под уздцы жеребца Лоутона и повез «мертвое тело» судебного исполнителя в заброшенный город.

— Надеюсь, что в нас не наделают дыр…

— Ради Бога, Лоутон, не поднимай свою чертову голову, — раздраженно перебил Ала Такер. — Говорящих мертвецов не существует. Если Гардинеры, как обычно, выставили часовых, они вычислят тебя через минуту.

Лоутон прижался головой к лошадиному боку и безжизненно повис в седле, как кусок бекона в мясной лавке. Он вдруг подумал о Кейро, и его лицо исказила страдальческая гримаса. Какие ужасные страдания ей приходится переносить от своих мучителей! Может быть, они насилуют ее? Или бьют? Или Айдахо Джо уже пустил в ход свой знаменитый нож?

Лоутон разглядывал комья земли, летевшие из-под копыт его жеребца. Если эти грязные ублюдки посмеют тронуть Кейро, он отправит их в ад по кусочкам, пусть это будет последнее, что он успеет сделать в этой жизни. Впрочем, его план и без того настолько рискован, что скорее всего тоже будет последним. Ал трясся, как заяц. Бедного малого ждало суровое испытание, при том, что он так и не успел ничему научиться. В такой ситуации все его недостатки всплывут на поверхность, как сливки в свежем молоке.

Час расплаты наступил. Лоутон надеялся, что не ошибся в Але Фонтейне, поскольку в случае опасности парень легко мог выдать его, спасая собственную шкуру. Их успех во многом зависел от умения Ала владеть собой перед лицом опасности и противостоять искушению. Если Ал сломается под давлением обстоятельств, они попадут в настоящую мясорубку!

Лоутон застонал. Возможно, Такер и Вуди были правы.

Возможно, его идея действительно безумна. Возможно? Лоутон едва не расхохотался. Без сомнений — так оно и есть!

Загрузка...