Попаданка из бухгалтерии для злодея (СИ)

Глава 17. Лара

Я пролежала на полу около получаса, пока один из служителей не решил позвать меня к столу.

— Стража принесла хлеб и молоко, они наконец смилостивились над нами, — говорит и идёт ко мне. — Лара, что с тобой?

Подходит ближе и охает. Он боится ко мне прикасаться, думая, что проклятье перекинется и на него тоже. Это со мной богиня разговаривала, а с ними она общалась намеками. То книгу перелистнет, то колокольчик зазвенит, то свеча погаснет.

— Что же ты такое сделала? Господи боже! — Мужчина убежал за подмогой. Все, кто меня оберегал, теперь смотрели издали, как на прокаженную.

— Её наказала богиня Сатхар... — донёсся до меня шёпоток.

— Богиня разгневалась... — подтверждал кто-то.

— Надо выдать девчонку, раз богиня её прокляла... — новый шёпот.

— Она виновница наших бед... — тихий вердикт.

Они долго спорили, кто возьмёт меня на руки и отнесёт наверх. Они решили попробовать исцелить меня своими настоями, а если не получится, отдать меня Араху. Магия вокруг крепости не пропала, и служители решили, что богиня защищает своих верных почитателей, а девчонку решила убить своими руками. В чём-то они были правы.

Самый низший по званию из мужчин взял меня на руки и понёс наверх. Ему было тяжело. Постная диета не прибавляла сил. Он отдыхал со мной на руках и шёл дальше. Меня уложили на кровать в моей спальне. В мой рот залили один бутылёк, потом второй, но ничего не помогло. Я только моргала глазами и ждала своей участи.

Они посовещались прямо при мне, не стесняясь в выражениях, и отправили переговорщика. Они решили поступить хитро, отдать меня, но не говорить о моём состоянии. Служитель вернулся с новостями.

— Арах будет здесь вечером, стражники передадут ему моё предложение. Надо ждать, — говорит воодушевленно.

Меня оставляют одну. Возвращаются вечером напряженные. Толпятся у двери, пропуская одного внутрь. Всё тот же мужчина, который нес меня из подвала, тащит меня к выходу. Он останавливается у выхода, а Арах окидывает меня взглядом.

— Что с ней? — спрашивает он, хмурясь.

— Богиня прокляла.

— И поэтому вы решили её отдать, — делает вывод палач короля.

— Всё как договаривались, — неуверенно заверяет второй служитель. — Мы отдаём вам девушку, вы не трогаете нас и храм.

— Мне нужна информация, а говорить она не может. Я отменяю нашу договоренность, — чеканит Арах, разворачивается и уходит. Я думала, служитель бросит меня прямо там от негодования. Их сделка сорвалась, как я и предполагала.

Меня понесли обратно, уложили на кровать и выругались. Да, я ему не нужна. Арах не склонится перед богиней.

Меня поили водой, но черные прожилки на моих руках расползались всё больше и больше. Мне казалось, что они давят на меня, проникают под кожу к самому сердцу и другим внутренним органам.

— Прибыл королевский лекарь, — говорит кто-то за дверью. — Но защитная магия его не пускает. Нужно вытащить её на улицу.

— Это обмен? Арах согласился на обмен? — раздался голос служителя.

— Нет, — отвечают ему.

— Значит, мы не понесем её! — решительно говорит один из священнослужителей.

— Но она же умрёт.

— Раз прибыл лекарь, значит, она нужна живой, а я наконец хочу вернуть храм, а не сдохнуть голодной смертью. Пусть забирает её и уходит. Богиня послала нам шанс на спасение!

Я с закрытыми глазами лежу и поражаюсь, как быстро меняются люди. Готовы передать меня, не зная истинных помыслов, не зная сути. Трясутся за свою шкуру. С другой стороны, они правы, зачем из-за одной никому не нужной девушки умирать всем хранителям. Наверное, сейчас я бы, и сама вышла к Араху, сдалась, чтобы не пострадал кто-то ещё.

Спустя время мужчины вернулись ко мне и подхватили на руки, палач согласился на обмен. В груди затаилась маленькая надежда. Может, он одумался и хочет меня спасти, хотя бы из-за ребенка. Я открыла тяжелые веки, разглядывая своды главного зала, а потом и стену у выхода. Меня передали из рук в руки. Стражник в броне не трясся, не дрожал от бессилия, как священнослужитель. Ко мне подошёл лекарь, взял за руку, разглядывая черные жилы, уходящие вверх к плечам, а затем и к груди. Произнес заклинание, прикрыв глаза, но оно не сработало. Неподалеку, сложив руки на груди, стоял Арах. Он наблюдал за происходящим, но не вмешивался.

— Несите её в шатер, — приказал лекарь и следовал рядом, как надзиратель, убрав руки за спину. Он о чём-то задумался. Его черные смоляные брови хмурились. Он явно не знал, как меня излечить, но решил попробовать все методы. Меня уложили на проходную большую кровать-раскладушку, которая пахла Арахом. Это его запах — я отчётливо это знала. Королевский лекарь поставил рядом со мной раскладной стул и уселся рядом с лицом. Мы остались наедине. Взяв мою руку, он шептал заклинание снова и снова, как повернутый на голову. Он явно хотел меня спасти, но его метод не работал. Он проводил руками над моим телом, будто сканирует меня, и задержался в области живота.

Продолжил свои потуги, но его отвлек Арах, который решительно зашёл в свой шатёр, чтобы узнать результат.

— То, что ты спрашивал, правда. В остальном я не могу её вылечить. Это похоже на проклятие богов. Сатхар — одна из сильных богинь. Девушка вызвала её гнев, и богиня её наказала, — делает своё заключение лекарь и поднимается на ноги, уступая место рядом со мной Араху.

— Зачем она тогда защищала её?

— Сначала защищала, потом передумала.

— Здесь что-то не так. Лара для богов мелкая пешка.

— Может, у неё есть влиятельные родственники? Богиня хочет поучить их, — отвечает чернобровый лекарь.

— Я знаю, что ты хотел сказать. Сатхар думает, что, забрав её жизнь, она накажет меня за мои угрозы ей, за то, что я посмел прийти в её храм и требовать. Но я не стану преклоняться богине. Если Ларе положено умереть, то эта смерть будет исключительно на руках самой богини, а не на моих, — заявляет упрямо палач.

— Забирать её в лечебницу?

— Забирай. Сколько протянет — все дни её. Хотя я бы с радостью убил её за свой меч, — отвечает Арах.

— А ребенок?

— Он мне не нужен. Теперь ему нечего наследовать, — мужчина пренебрежительно бросает свой взгляд на меня и уходит.

Меня переносят порталом в лекарню. Кровать, шкаф, небольшой столик с вазочкой. Лекарь ещё сколько раз попробовал мне помочь, но ничего не вышло. Тогда он взял меня за руку и попрощался.

— К сожалению, я ничем не могу вам помочь. Если я прав, и богиня захотела проучить... В общем, он не будет преклоняться перед богиней. За вами пока будет ухаживать служанка, но это всего лишь вопрос времени, когда проклятие остановит ваше сердце. Он посмотрел на меня с сочувствием. — Мне очень жаль. Вы очень красивая девушка, тем более с ребёнком, но я ничем не могу вам помочь.

Он удалился, а служанка, наоборот, зашла. Поохала, поахала надо мной. Подложила подушку под голову и укрыла одеялом. Женщина принесла мне пюре, как для маленьких детей, пихала его в рот насильно, так, что оно вставало поперек глотки. Я плакала от безысходности и к вечеру уснула с больной от слёз головой.

Проснулась поздней ночью оттого, что перевернулась на бок и обняла подушку, почесала щёку и распахнула глаза. Не поверила. На стене горит небольшой светильник, а я лежу на боку и боюсь смотреть на свои руки. Вдруг показалось. Перевернулась на другой бок, лицом в стену. Улыбнулась как ненормальная и снова перевернулась на левый бок. Если могу ворочаться — значит, чары пали. Значит... Это значит, что Арах убил богиню или всё-таки попросил её спасти меня.

Я резко села на кровати и задрала подол рясы: чистые беленькие ножки и такие же руки.

— Боже! Боже мой! — закричала я от радости. Ко мне в палату тихим шагом заглянула служанка.

— А как вы...? А мы уже гроб для вас заказали... — растерялась женщина, поправив свой чепец.

— Я живая, — говорю ей, смутившись, что не оправдала их ожиданий.

— Да я вижу. Приходил ваш... Которого все боятся. Оплатил ваши похороны. А вы выздоровели.

— Какой заботливый...

— Ну так вы же всё.

— Я не всё. Совсем не всё, — ответила я недовольно и встала босыми ногами на пол. Два раза топнула, а потом пошла в пляс.

— Я не всё! Ларочка ещё поживёт! — крикнула я, завертелась на месте. Только вот моя диета и беременность явно были не на моей стороне. Меня повело в сторону, и я еле как схватилась за стенку.

— Давайте-ка обратно, — подхватила меня под руки служанка и усадила на постель, а потом и заставила лечь.

— Это от стресса голова закружилась, а так-то я здорова, — объясняю ей, чтобы меня не закрыли тут надолго.

— Дождитесь утра, поспите, отдохните, придёт лекарь его величества и сам вас осмотрит, сейчас его нет, ночь на дворе, — пытается утихомирить меня женщина.

— А меня отсюда выпустят?

— Конечно. Если вы здоровы, то зачем вас тут держать.

Она уходит, а я потихоньку начинаю паниковать. Что будет делать Арах? Отпустит? Заберёт к себе домой, ожидая своего наследника? Может, убьёт?

Но если я снова здоровая, может, он любит меня? Может, он пришел в храм или помолился богине у входа, но он же явно что-то сделал.

Меня разрывало от догадок и предположений. Может, он нашёл способ разнести храм на кусочки? Разозлился, что я при смерти, и снёс его?

Хотелось верить в хорошее, но, зная его характер, хорошее вряд ли было.

Утром меня навестил лекарь, разглядывая меня с явным интересом.

— Значит, Арах всё-таки покорился, — шепнул он, задумчиво разглядывая мои руки.

— Думаете, он любит меня? — спросила наивно.

— Не уверен, он вчера на полном серьезе внёс аванс на ваши похороны, а теперь, видите, вы здоровы.

— Может, передумал? — поднимаюсь на локте.

— Но он так и не пришёл к вам. Я доставлю вас в его дом.

— Зачем? — всполошилась я.

— Потому что вы здоровы, а я хочу жить. Даже без меча он слишком меня пугает, — оправдался лекарь. Ему пришлось куда-то сходить, вызвать портального, и мы переместились в дом Араха. Лекарь крепко держал меня за талию, чтобы я не дёргалась. Камин в гостиной ярко пылал, съедая подкинутую недавно охапку дров. На кухне суетился слуга, который, завидев нас, растерялся.

— Где хозяин дома? Я привёл ему девушку.

— Хозяин... Он наверху... Я схожу за ним... — слуга бросился к лестнице, поднялся на второй этаж, постучал в дверь.

— Девушку велено поселить внизу, в одной комнате для прислуги, — спустился к нам слуга.

— А где сам Арах?

— Вы знаете, он малость занят... — виновато ответил работник.

— Я хочу с ним поговорить, — дёрнулся лекарь к лестнице, отпуская меня.

— Не сейчас. Он занят, — пресёк ему дорогу мужчина.

— Ну хорошо, передайте, что я пытался. Хорошего дня, — и, расплываясь в улыбке, лекарь ушёл в портал, явно радостный, что не придётся контактировать с Арахом.

— Давайте я вас провожу, — подал мне руку слуга и повёл в одну из маленьких комнатушек. Небольшая кровать, шкаф, даже стола нет.

— Вы пока располагайтесь, а я займусь своими делами, если что-то потребуется, позовите меня.

— А я могу уйти? — спросила я, и улыбка мгновенно стёрлась с лица прислуги.

— Он сказал, что убьёт меня, если вы сбежите, — отвечает шёпотом.

Ну, собственно, что и следовало ожидать.

— Почему не спустился ко мне?

— Он занят.

— Один?

— Один в плане... Да, он один. А что?

— И чем же он занят?

— Я не лезу в дела господина.

— Хорошо, я вас поняла.

— Скоро будет готов завтрак, я позову вас, — мило улыбается и уходит. Я выждала время, вышла за дверь и прошмыгнула на второй этаж. Больно интересно, чем это он занят, да и узнать, что меня ждёт, хотелось уже сейчас.

Я приоткрыла дверь и заглянула в комнату. Полностью одетый Арах лежал на постели, а рядом с кроватью и на тумбочке стояли пустые бутылки. От него несло алкоголем, поза для сна была не самой удобной.

Я вроде ещё не родила, чтобы он так праздновал. Я прошла в глубь и увидела рядом с подушкой деревянную фигурку богини любви и мою записку.