Попаданка под соусом

Глава десятая

Первое, что я спросила:

— Слушай, у меня же переводчика нет, язык я не знаю, как мы общаемся?

— Это у тебя нет, а у меня-то есть, — хмыкнул парень.

— А в магазине?..

— Да везде. Тут же не только мигрантки, тут еще и иностранцы бывают. Тут уж лучше вложиться, чем кучу денег терять, потому что клиента не поймешь, да?

Я обдумала эти слова. Ну, так-то верно. Хочешь делать бизнес — придется вкладываться.

Парень, зараза, шел очень быстро, почти бежал. А я — а мне приходилось прилагать все силы, чтобы туфли не потерять, тоже, кстати, не очень и по размеру… А шли мы все по каким-по дворам и подворотням, и будь я в своем мире, в жизни бы не сунулась в такую жуть, но сейчас у меня взять нечего. Да, черт возьми, даже меня лично никто не возьмет — это же разбирайся потом с министерством миграции, что да как, да почему мигрантка не работает, а где налоги и прочее. Короче: самое страшное тут — дракон. Для меня уж так точно.

А еще все так и норовят обобрать. Полгелда за то, чтобы меня привели куда-то. С другой стороны: а сама я куда мне надо дойду?

И тут я вспомнила одну нехорошую вещь: у меня же и правда нет денег! Я же напялила на себя чужое платье! Чем я думала? А еще в магазин пошла! Где теперь взять полгелда? Но прежде чем начинать блеять и срочно придумывать себе неотложное дело, я сунула руку в карман — и чудо! Действительно, не иначе как чудом я положила несколько монет в карман. Негусто, гелдов пятнадцать-двадцать, но должно хватить. Сколько там стоит этот восстановленный переводчик?

Наконец мы остановились напротив длинного забора. На нем было даже что-то написано, причем от руки, вот что у нас на заборах писали, я знала, а здесь — а, может, даже и то же самое? Спросить у парня или ну его в пень?

Парень оглянулся, ухмыльнулся, протянул руку. Ах да, денег ему давай.

— Ты сначала приведи меня, — заартачилась я.

— Так мы пришли.

— Нет, я хочу прямо туда, где переводчики продаются, — упрямилась я. Ну не отдавать же ему полгелда ни за что, правда?

— Там тебе любой покажет. Это рынок. Не совсем, конечно, легальный, но какая тебе разница? А я, если буду всех за ручку водить, ничего не заработаю. Давай полгелда.

— Да на, — в сердцах сказала я, и парень выстучал замысловатую мелодию по забору.

Я не успела рот раскрыть и на него наорать, и отобрать полгелда обратно, как невидимая дверь в заборе открылась и меня втянуло туда.

— Что ищет благочестивая бонна? — зашипели у меня над ухом.

— Переводчик, — буркнула я. — Восстановленный. На замену.

Вот врать у меня в таких вещах отлично получалось. Брала я как-то себе телефон с рук — столько форумов пришлось перелопатить, чтобы точно понимать, и что смотреть, и о чем спрашивать, но я прикинулась, и довольно удачно, что, мол, пока соседка на курорте, я ее дорогущий телефон разбила, и вот ищу теперь на замену, чтобы быстренько все сделать, как будто я ничего не трогала. Телефон я в итоге купила и даже записала номер спеца, который мог выкачать информацию и закачать на другой смартфон так, чтобы хозяйка ничего не заметила — ну, слетит что-то вроде распознавания лица или пальца, так бывает, ну и логиниться везде руками придется, и обновлять все… Спец мне, конечно, не понадобился. А здесь?

— Вы мне совсем говно не суйте, — вздернула я подбородок. — Мне нужен хороший, такой в точности, как у меня был. Чтобы хозяева на догадались.

Ну переводчик, наверное, все-таки проще, чем смартфон?

— Пойдем, благочестивая бонна, провожу, — предложил парень. Просто как однояйцевый близнец того, который меня сюда привел.

Я вспомнила про полгелда и замотала головой.

— Да ты мне покажи, я сама найду. Денег не дам.

— Ну что вы, бонна, какие деньги! — возмутился парень. На вид он был как тот, с которым я сюда пришла, зато манеры просто восхитительные. — Страховку не желаете?

— Какую страховку?

Рынок был… ну, рынок. Суета, выкрики, кого-то бьют, торговцы машут всем, чем можно махать, а если махать нечем, то таинственно улыбаются. Я натянула на лицо выражение «отвалите».

— От дракона, бонна. Если вы совершаете правонарушение или преступление, за которое следует церемония поглощения, страховая компания оплатит сумму залога.

Дама, одна шляпка на которой явно стоила больше, чем все заведение Федро, шла нам навстречу, сжимая в руках какой-то сверточек. Мы с парнем посторонились, он поклонился, мне было плевать.

— То есть, — уточнила я, провожая даму взглядом исподлобья, — если меня захотят сожрать, то не сожрут? Так, выходит?

Парень на секунду остановился и посмотрел на меня даже с какой-то жалостью, что ли.

— Залог предоставит отсрочку, чтобы вы могли уладить все дела, благочестивая бонна. Все знатные и богатые люди приобретают такую страховку. А вы к тому же еще и дама, это значит, что если вы забеременеете, то вам дадут отсрочку, а потом забеременеете вторым, а если третьим, то вообще будет амнистия…

Теперь уже я остановилась.

— Так, ладно, сколько стоит, в чем подвох?

— Ну, благочестивая бонна, вы никогда не купите министерскую страховку, их количество ограничено, приобрести их может только тот, в ком заинтересована Ерония. Министры, чиновники…

Мы свернули в ряд, где продавалась еда. Ого! Это что, черная икра? Ну на вид она зеленая какая-то и пахнет так, что проще сдохнуть с голоду, чем пытаться ее съесть, но они тут тараканов лопают как великий деликатес!

— Тогда зачем вы мне эту страховку предлагаете?

— Потому что у нас есть специальное предложение! — засиял парень. — Всего за сто гелдов вы можете купить доступную вам страховку от поглощения!

Ага, ты, милый, не на ту напал. Думал, я никогда кредит не оформляла? Вот уж одного раза мне хватило подписать договор не читая, ага, это я кредитный имею в виду… теперь, конечно, и трудовой читать буду с лупой.

— И какие условия?

— Льготный период две недели.

— И что это значит?

Прямо передо мной шлепнулось чье-то яйцо. Желток был белым, белок — желтым. А может, просто яйцо наизнанку было.

— Жулик! — донесся женский визг. — Засунь себе свои яйца знаешь куда? — Я успела отпрыгнуть, плюхнулось второе яйцо. — И если не вернешь деньги сейчас же, сам по частям полетишь следом за своими яйцами!

Да, подумала я, здесь шутить не будут.

Парень обошел яичные лужи и ответил:

— В течение двух недель вы можете совершить любое правонарушение или преступление, и вас не съедят. Даже если вас поймают позже, главное, чтобы само преступление было совершено в эти две недели. Четырнадцать дней.

Я как-то не планировала на ближайшие две недели никаких противоправных действий. Вроде как.

— А если я совершу что-то на пятнадцатый день?

— Тогда действие страховки закончится.

— То есть меня съедят? — возмутилась я. — Ну и на кой она мне тогда? Каждые две недели бегать покупать ее за сто гелдов? Да это мне банки надо грабить или прохожих, чтобы ее отбить. Не надо, спасибо.

— Ну, тогда вам сюда, — и парень, подмигнув продавцу, испарился.

Я быстро, не тратя времени — мне же еще в пансион идти — объяснила, что мне надо. Переводчик восстановленный. В рабочем состоянии. Продавец был, наверное, глуховат, потому что вытягивал шею, поворачивался ко мне то одним, то другим ухом, морщился, и в конце я уже чуть ли не орала.

Но продавец замахал руками, показал четко — пять гелдов, и выложил передо мной целую россыпь кулончиков.

— Какой из них самый надежный? — спросила я, но продавец попался неразговорчивый, впрочем, все равно бы соврал. Я выбрала один, наименее потрепанный, активировала его, показала продавцу. — Скажите что-нибудь.

— Добрый день, бонна. Спасибо, что пришли.

Работает, решила я. И задерживаться тут не стоит, еще дел полно и работа! Я вручила продавцу пять гелдов, довольная, что все так легко обошлось, и начала пробираться к выходу.

Конечно, я бы запросто заблудилась, но я пристроилась за каким-то целеустремленным господином. Он точно шел к выходу, главное, чтобы он не обернулся и не спросил, чего это я за ним слежу. С переводчиком я уже не боялась оплошать, но зачем нарываться на неприятности?

Господин дошел до выхода, тут же подскочил ушлый деятель, выпустил его наружу, ну и меня заодно — я испытала невероятное облегчение. Вот не хватало мне еще на этом рынке спалиться, судя по всему, не самое подходящее место для бонны, которую уже внесли в лист ожидания. Возьмут еще и переставят куда повыше.

Господин чесал все так же уверенно, а я семенила за ним метрах в трех-пяти. Я плохо запомнила, куда идти, потому что повороты, улочки, переулки и проходные дворы в этой части города были совсем уж однообразные и диковатые. Но это я с парнем шла долго, а господин повернул направо, на средней загаженности улицу, и там его ждала повозка.

— Добрый боно! — пискнула я. — Добрый боно, подвезите меня до центра. пожалуйста! Я одна отсюда не доберусь, я ничего здесь не знаю!

Господин вылупил на меня глаза, подобрал челюсть и все с таким же офигевшим выражением на лице, даже испуганным, что ли, исчез в своем экипаже.

И?.. Что, я уже настолько страшная? Пока я спала в суде, мне клеймо на лоб налепили? И главное: выбираться теперь как?

— Бонна! Иди сюда, сядь, и я скажу тебе, куда я тебя отведу..

Я недоверчиво посмотрела на возницу. Ну, на вид мужик как мужик, ну иностранец, наверное, такой же гастарбайтер, как и я, только локальный, в смысле — не из нашего мира. А хотя как знать, я же все равно не проверю с моим-то знанием языков. Но раздумывать было некогда, я быстро шлепнулась на сидушку рядом с возницей, порылась в кармане, протянула два гелда, но он только палец к губам прижал и указал на карету, мол, тихо, чтобы хозяин не услышал. Но два гелда, подумав, все-таки взял.

Мы проехали по улице — я смотрела не столько по сторонам, сколько на задницу дисса. Интересно так, когда она вот — руку протяни, и виляет. Вообще дисс сзади напоминал кота, если сделать скидку на то, что у него не шерсть, а чешуя.

— Хороший зверь, — сказала я, чтобы сделать вознице приятное. Он же любит свое животное?

— Ешь меньше, ешь меньше, — непонятно отозвался возница. Я уставилась на свои бока. Да вроде как в этом платье похоже, что меня недокармливают?

Болтать с мужиком, оскорбляющим мое достоинство, мне как-то расхотелось. Я нахохлилась, стала рассматривать улицы, которые уже стали похожи на привычные, а не на черт знает что, но тут возница остановился и быстро сказал:

— Благодарим вас за оплату.

Я так поняла, что мне пора сваливать. Ну хоть пинка не дал, и то хорошо. Мне нужно было в пансион бонны Маррон, но, к счастью, место, где меня высадили, я узнала. Почти центр, и до пансиона тащиться как до Луны, но можно сесть на диссфор — аналог нашей конки. Да, давка, но кому сейчас, скажите, легко?

На диссфор я потратила еще гелд. Деньги таяли, но я не унывала. Еще немного, и не то чтобы я начну купаться в деньгах, но жить начну точно не хуже, чем раньше. Разве что пахать придется в три раза больше, но во всем надо искать позитив: зато ответственности вообще никакой! Ну разве что за разбитую тарелку вычтут. Меня зажали между бонной и боно, и я, покорно уткнувшись в самую, наверное, выдающуюся часть бонны — потому что зад я все равно не видела — закрыла глаза и принялась в уме налаживать работу на кухне. Опыт у меня уже был, примерный объем я себе представляла. А что нужно будет попросить купить? Полотенца, сушилки, определенно мне нужно еще несколько ведер и штуки три тазов, нет, лучше четыре, и если сушилки терпят, то ведра и тазы точно нет. Ну и средства для очистки, конечно.

Диссфор выплюнул меня примерно в трехстах метрах от пансиона бонны Маррон, и я, важная по самое не могу, гордо выпятив грудь, направилась забирать свои шмотки. Ну, во-первых, посудомойке все равно, в чем ходить, а в штанах удобнее, во-вторых, у меня там еще деньги лежат, в чемодане под кодовым замком.

— Ой, Лилечка, а я думала, тебя уже съели!

Нина. Надо же, а что это…

— Да прям, — фыркнула я. — А ты что не на работе?

— А у меня смена только через три часа. — Она схватила меня за руку, потащила в сторону комнат. — Слушай, ты это, в общем, с утра бонна Маррон твои вещи все выставила, ну, там что накидано было, они тебе нужны, нет? А чемодан я так и не открыла пока.

— Да не рано ли ты меня хоронить собралась? — озверела я, но вовремя взяла себя в руки. — Уже и вещи померила? И как, налезло или там уже все в тряпочки порвано?

Нина выпустила меня, открыла от возмущения рот, закрыла. Видимо, сообразила, что по этому поводу лучше в открытую не скандалить. Вряд ли хозяйке понравится, что тут так влегкую процветает воровство между постояльцами.

— Между прочим, если бы не я, тебя бы съели, — резонно заметила она. В этом была правда, но я все равно дернула плечом:

— Подавятся. Я работу нашла за пару часов, четыреста гелдов и проживание. Так что давай вещи сюда, и я пошла.

Комнатка Нины была такая же, как и моя: чуть не так повернешься — синяк. А еще ее окно, если так можно было назвать узкую створочку, выходило на кухню, так что как Нина спала, я понятия не имела. Если не смех и стук посуды, то вой голодных мексов за забором. Эти мелкие вредные тварюшки, похожие на опоссумов, постоянно паслись в местных помойках, на них и внимания никто не обращал. Когда привыкнешь, вообще не их не замечаешь, но в первую ночь я чуть было постель не намочила от адского хохота возле помойного ведра.

— Вот, все твое, — брезгливо сказала Нина. Развернуться и так было негде, но Нина не ушла, а я показательно стала собирать вещи. Чемодан открывала с опаской — вон и в замке уже покопались, но, к счастью, открыть не смогли.

Глаз да глаз! Причем что свои, что чужие, все норовят залезть тебе в карман и как можно прицельнее наплевать в душу. Вот честно, из всех людей, которых я здесь встретила, самыми порядочными оказались гуляка-Киддо, жулики, ну и мои хозяева.

А неплохой так-то расклад.

Я демонстративно собрала чемодан и рюкзак, схватила все и покатила к выходу. Нужно было найти бонну Маррон и сказать ей, что я жива, но съезжаю, поэтому я затормозила возле домика. А, и еще попросить вызвать мне экипаж. У меня такого амулета все равно нет, а сама я с вещами еще часа три тащиться буду, а время дорого.

Я отряхнулась, пригладила волосы, поднялась по ступенькам и позвонила в колокольчик. Бонна долго не открывала, я уже думала еще раз звонить, хотя она этого и не любила, но какая мне теперь разница, что она любит, а что нет, — как дверь открылась.

— Добрая бонна, спасибо вам за приют, я нашла работу и вас покидаю, — лучезарно улыбнулась я.

Бонна Маррон изменилась в лице и шарахнулась.

Э?..

— Я говорю…

— Я очень рад, что ты нашел работу. Надеюсь, что нет, иначе вы будете есть медленнее, чем думаете, — процедила она с деревянным лицом.

Э?..

— Бонна? — растерянно окликнула я. — Бонна, а что происходит? Я вас чем-то обидела?

Что она несет? Пока я сидела в тюрьме, тут прошла эпидемия косноязычия?..

— Я желаю вам приятного путешествия, благодарю вас за вашу чистоту и своевременную оплату аренды, — оттараторила бонна Маррон и захлопнула перед моим носом дверь.

Я стояла как оплеванная. Не поняла, а что вообще происходит?