Проект "Молния"

Глава 9.

Вербовка.

Том легко, словно танцуя, уклонился от бокового удара и отступил, слегка ухмыляясь. Он был хитрее и гораздо профессиональнее, отвечая на выпады четко и быстро. Ко всему еще хорошо тренированный и заметно выносливее. Буквально сейчас мы сошлись вплотную, не уступая сопернику ни шага. Но толку от этого немного. Достать всерьез негра не получалось.

Он скользнул вперед, левой не хуже гири двинул в глаза, правой под ребра. Нырнул, избегая ответного удара, отступил на пол шага, пока противник сосредоточился на левой руке нанес апперкот правой, не оставив ни малейшего шанса и свалив спарринг-партнера, так что тот всерьез стукнулся плечами и головой в шлеме о ринг. Если б не защитное снаряжение, наверняка состоялся б чистый нокаут. Но у них все серьезно. Травмы никому не требовались. Синяки - другое дело. Мелочь.

- Уже лучше Дик, - сказал на правильном русском, - Гораздо лучше. Возвращаешь правильную форму. А злость и желание победить в тебе имеется.

Говорил он вовсе не случайно на этом языке. Большую часть времени я проводил в изучении и немалая часть инструкторов объяснялась на нем или польском. Мои успехи хвалили, не подозревая, насколько иногда непросто избегать архаичных выражений. Да и подзабыл я многое. Зато процесс улучшения речи выглядел совершенно нормальным, когда запинался или искал в словаре нужное.

- На сегодня все, - махнул Том, подзывая, чтоб помог снять перчатки вечно молчащему типу со сплющенными ушами и свернутым носом, характерными приметами мордобоя, заменяющему массажиста, уборщика и прочее количество народа в спортзале. На самом деле, вряд ли перетруждался. Пара часов тренировок в день не самый тяжкий распорядок, - в душ и переодевайся. Поедем кататься.

- Куда? - настороженно спрашиваю. Прежде такого не происходило.

- Учиться летать на вертолетах.

- Чего? - оторопел реально.

Мало мне поездки через океан из-за чего едва не отказался идти дальше, так еще и это!

- Приказ начальства обсуждению не подлежит.

Нет, он не издевался.

- Но это ж полгода!

- Стандартно месяца три, но чем больше налет, тем быстрее наберешь нужное количество часов. Каждый день вряд ли получится, но затягивать не станем. А тебе разве плохо? Денежка-то капает...

Ну, да. Вроде бы так. Чем дольше сидишь и учишься, тем красивее счет в банке. Для него аргумент, он же не в курсе размеров моего даже официального состояния. Десятку-то миллионов кинули от щедрот за компанию, оставив малый пакет для получения постоянного дохода. Дивиденды на чужом мире. Те самые, о которых Келли говорил.

Но не было такого уговора! Никто не говорил, что придется летать. Все хорошо в меру! Завтра посадят на реактивный истребитель! И так хватало всякого разного. Из меня готовили натурального разведчика, обучая способам ухода от слежки, вербовки и различным вариантам связи. К счастью, хоть азбуку Морзе и передатчик с ключом радиста не заставляют учить. Есть более продвинутые технологии.

Большинство методик и без нудных лекций освоил давным-давно неплохо на практике, но это я. А Ричард внимательно слушал и лишь иногда задавал правильные вопросы. Ко всему впихивали интенсивный курс языка, практически запретив общение на английском. Оно и к лучшему, что былая разговорная легкость ушла в прошлое. Преподаватели здесь ушлые и неминуемо просекли бы чересчур хорошее знание. А так, когда невольно вспоминаешь и употребляешь невольно искаженное из-за времени слово, воспринимают с глубоким одобрением интенсивный рост владения чужим наречием. Мне все ж приходится корректировать лексикон, приближая к нынешнему. Все меняется и тот диалект, на котором говорили в Сечи сегодня звучит странно, но знатоки украинского, в отличие от русского здесь отсутствуют. Никакой Украины в этом мире не существует, разве селюки где-то далеко от дорог.

- Сходим выпьем? - непринужденно спрашивает Том, уже вытирающийся после душа.

- Опять те же рожи? - бурчу. - И обязательно слушают, что ляпну, чтоб потом доложить начальству.

- Да, ладно, - ржет, - кому ты сдался.

- Уж не знаю кому, а почему запрещают даже в Ньюарк съездить, развлечься?

- Тебе лучше знать, - говорит он ехидно. - Я к 'СР' отношения не имею и мне не докладывают. А здесь, - уже серьезным тоном, - тебя готовят к серьезным делам, а не гулянкам.

- Как раз так и прокалываются великие разведчики, - сообщаю проникновенным тоном. - Увижу первую же русскую девушку и сразу паду к ее ногам. А они все там служат в КейДжиБи.

- Все не все, а работающие на иностранцев стандартно освещают происходящее в докладных.

Язык у него был хоть и с акцентом, но очень чистый. В смысле без всяких англицизмов и заимствований. Даже не произносил негативно или позитивно, а употреблял положительно и отрицательно. Зачем человеку с его внешностью, видной в СССР за километр так знать обороты, включая всевозможные аббревиатуры, не представляю. Даже специально изучил доступные данные. Черных там минимум. Ничего не изменилось. И дело не в расизме, а в отсутствии серьезных контактов.

- Сам все знаешь, - демонстративно разводя руками.

Реально это все никчемное бурчание. В отличие от моего мира здесь находится огромная военная база, откуда просто так не очень-то выйдешь. Практически все, от магазинов до школ членов семей и даже баров, находится внутри забора. Наше заведение окружено дополнительными стенами. Закрытое место на охраняемой территории. Общение с внешним персоналом не поощряется. Внутри даже интернет отсутствует, лишь внутренняя сеть. Телефоны тоже глушатся. Я подозреваю, не ради меня все создано, но с другими учениками не пересекаюсь. Хотя, может и встречались. Тут все ходят в полевой форме без знаков различия и не всегда персонал от охраны или начальства отличишь.

За все время мне лишь однажды, до начала учебы, устроили ознакомительную экскурсию. Очень было впечатляюще посмотреть на несуществующий Нью Йорк. Точнее он был, но практически пол города снесли полностью и даже землю вывезли, захоронив где-то. На месте небоскребов существовали несколько отдельных поселков, населенных преимущественно бывшими эмигрантами из Европы. Радиация местами выше уровня, но зато неплохо платят. Все ж слишком удобное место и транспортный узел, чтоб забыть про него. Правда, прежних жителей почти не осталось, хотя встречались экземпляры, отказавшиеся эвакуироваться в 1962г, даже после удара с подводной лодки.

Этот оказался мир, где Карибский кризис закончился войной. До сих пор работы историков достаточно противоречивы и неизвестно насколько правдивы. Во всяком случае, начиналось знакомо. На стол Кеннеди ложатся фотографии размещающихся на Кубе советских ракет. Моментально собирается совещание. Благодаря Пеньковскому американцы достаточно четко представляли потенциал СССР. Председатель объединенного комитета начальников штабов генерал Тэйлор и начштаба ВВС США генерал Ле Мей выступили с предложением начать вторжение. По их мнению, Советский Союз не решился бы на серьёзные контрмеры.

Я об этом читал в наших книгах, никаких отличий. Уже 27 сентября 1962 года совместная резолюция обеих палат ? 230 дала право президенту страны использовать вооружённые силы против Кубы. Попытка прояснить обстановку ничего не дала. Громыко категорически отрицал наличие любого 'наступательного' вооружения на Кубе. Были еще переговоры с братом Кеннеди, где тоже опровергалось наличие ракет. 19 октября очередной полёт U-2 выявил ещё несколько смонтированных ракетных позиций и дивизион ракет, нацеленных на Флориду. Верить русским стало как-то немодно. И вот тут все поехало куда-то резко не туда, расходясь с нашей историей.

Объявление Блокады само по себе акт войны, так что Кеннеди не стал заморачиваться и отдал приказ, поверив своим генералам. Через несколько дней неожиданным ударом были вынесены ракетные позиции, а заодно и кубинские базы. Американская армия начала массированную высадку на острове Свободы. При ударе и дальнейших обстрелах пострадали очень многие советские граждане в пиджаках, под которыми у них были погоны. Это взбесило Хрущева, который выступил с угрозами похоронить империализм навечно и заявил о готовности нанести удар по США. Баллистические ракеты встали на готовность номер один, в СССР начали переброску к границам и пошла мобилизация. Западный Берлин был оккупирован, причем находящие там английские, американские и французские войска понесли потери, остатки взяты в плен. Наверняка убиты были и советские солдаты, но зато ответ состоялся полностью.

Происходящее настолько обеспокоило Кеннеди, не ожидавшего столь резкой реакции, что попытался сдать назад. Но Хрущев почуял слабину и стал требовать не просто компенсации в виде Берлина и обещания не трогать Кубу, а вновь размещения ракет. Кеннеди заплакал (сарказм) и нажал кнопку, не дожидаясь начала наступления СССР в Европе. США нанесли ядерный удар первыми.

На тот момент СССР располагал минимумом ракет, способных достичь США. Четыре Р-7 на Плесецке и 12-18 ракет Р-16. Плюс около сотни стратегических бомбардировщиков и ракетоносцев с необходимой дальностью. Плюс подводные лодки с крылатыми ракетами (баллистические обладали слишком малой дальностью). 25, оснащённых ядерными баллистическими ракетами: 5 атомных и 20 дизельных. Эти субмарины и их ракеты радиусом действия 650 км имели надводный старт ракет (в три раза меньшей дальности), что подвергало их демаскировке. Также в наличии имелись 4 атомных и 12 дизельных субмарин с 60 крылатыми ракетами.

Одних МБР у США более 130 штук. В распоряжении авиации Стратегического командования почти семь тысяч зарядов. Самолеты шли после БРПЛ и МБР когда системы ПВО в СССР уже не существовало, как и единого командования. Хрущева почему-то больше никто и никогда не видел, но Политбюро выкинуло белый флаг после первого же захода на города, реально оценив дальнейшие перспективы. Трехдневная война закончилась. Правда за такой короткий срок успели превратить в щебень Германию, как Восточную, так и Западную, запад Чехии, Польши, почти все крупные порты Англии и северного европейского побережья. Досталось и другим, особенно почему-то Китаю. Как оказалось, там тоже имелись цели для ядерных ударов, причем грохнули обе стороны по сомнительному Мао с его борьбой против ревизионистов и империалистов вне зависимости от остальных событий.

Прилетели ракеты и в США. Практически все они были с подводных лодок и выстрелить успели немногие. Не считая накрытых прямо на базах, ведь не все болтаются в море постоянно, в воздухе висела огромное количество авиации, занимающейся патрулированием. Тренировочные маневры 'Щит неба 2' были за год до событий и достаточно поднять прежние планы и инструкции. И все ж советские подводники выполнили приказ. Были атакованы Вашингтон, авиабаза Энт (командный центр НОРАД в то время), упало рядом с военно-морской базой Норфолк, нанеся ей серьезный ущерб. А еще пострадали Нью-Йорк, Филадельфия, Сан-Франциско и Сиэтл.

Одно можно считать удачным: весь накопленный арсенал вываливать не стали. Очень вовремя СССР решил остановиться. До ядерной зимы не достукались, как и до полного уничтожения целых стран. Тем не менее, холода наблюдались не виданные давно и к разрухе добавился неурожай. Если людей в СССР не ели, то исключительно из-за заключенного договора. Коммунисты отказались от ядерного оружия, получив взамен продовольствие. Вряд ли они считали это удачной сделкой, но на тот момент решалось сохранится ли государство в принципе. Восточная Европа уже убежала из Варшавского договора, а армия за границей пострадала не меньше страны. Ракеты и бомбардировщики сыпали по базам и частям, начавшим наступление после первого американского удара. Местное население, естественно, винило в своих бедах именно советских. Социализм внезапно стал бранным словом.

СР - стратегическая разведка, в которой я якобы числился, занималась отслеживанием любых поползновений в мире к созданию ядерного оружия. То есть только США и Англия с Францией имели. И то оно находилось под американским командованием. А все прочие видели крайне резкую реакцию при малейшем подозрении в нарушении атомного статус-кво. Причем доктрина превентивного ядерного удара по излишне много позволяющим странам не только оглашена публично, но никто и не сомневался в ее исполнении после произошедшего. На этой почве Вьетнамская война не состоялась и территория так осталась разделенной на два государства, как в Корее. Привели ракеты в боевую готовность и моментально Хо Ши Мины осознали необходимость и важность раздельного существования.

- Уааау, - заорал счастливо и абсолютно бессмысленно, совершено счастливый. Я висел в двух метрах от посадочного круга неподвижно и четко, ничуть не сдвигаясь.

Через две недели еженедельных тренировок первый самостоятельный полет. Кто не вел машину в воздухе никогда не поймет этого чувства. Голубой океан и ты в нем. Паришь, как птица, живущая в небе.

Когда инструктор при первом знакомстве начал предполетную подготовку, проверяя кучу переключателей и предохранителей на панелях захотелось выругаться и навсегда покинуть кабину. Все одно запомнить расположение и зачем служат невозможно. Даже не смотря на разные формы ручек и кнопок. Скорее сбивало разнообразие с толку. Плюнуть и уйти. И пусть будет что будет. Самолюбие не позволило. О чем крепко пожалел, когда получил управление. Хвост вертолета вилял не-детски, высота то резко набиралась, то не менее неожиданно стремительно падала. Вроде бы чего сложного, каждый джойстиком баловался и руль крутил. Такие же педали и ручка. Она нагло дергала руку, шаг-газ толкался, педали лягались и проваливались, а одновременно всем набором действовать никак не выходило. Одна радость, не ревел дико двигатель. Почти отсутствовала вибрация и неизбежная тряска, только легкий вой турбины. Собственно и дергалась машина из-за излишне легкого и чуткого управления. Наверняка на военных вертушках все гораздо грубее и не настолько комфортно летчику. А к удобству привыкаешь быстро.

Кто первый раз садился за руль, безусловно помнит мокрую спину после окончания поездки. Весь путь мучительно вспоминаешь: включить поворотник, сцепление, переключение на очередную скорость, понятно, кто не на автомате ездит. Через несколько поездок все это делается машинально, вы катите куда надо, не вспоминая о мелочах и делая их машинально. Так и с вертолетом. Главное опыт и умением придет.

- Наш секретчик балдеет, - сказал кто-то со смешком в наушниках на русском.

Здешние сознательно общались на этом языке постоянно и даже персонал в инструкторы и диспетчерской подбирался умеющий говорить без словаря и мычания. Только они не в курсе про мое знание. Как всегда в разведке, левая рука не ведает про действия правой. Так что это было не для моих ушей и реагировать не требовалось. Зачем такие сложности и надо ли было заморачиваться, когда проще по обычным документам дома учиться, вопросов не задавал. Как и откуда взялся самый настоящий паспорт гражданина США с моей фотографией на имя Ричарда Дана. Имя оставили прежнее, что позволяло не путаться.

Набежало уже много странностей, невольно заставляющих верить в единственное возможное объяснение. Я помалкивал. Сами не станут поднимать вопрос, я тоже заострять не буду.

Сбросил шаг винта, аккуратно повернулся против ветра и пошел вниз на авторотации, как положено по плану полета. Почти без толчка опустился, поставив мысленно себе отметку 'отлично' и выключил двигатель. Тишина изумительная. Как бы мягко не урчал, а даже шлем через пол часа не помогает. И чего раньше боялся? Всю жизнь рискую, хотя мог бы сидеть в медвежьем углу и картошку выращивать триста лет. Одним вариантом опасности больше или меньше - плевать. Я натуральный адреналиновый наркоман и идет это от чистой психологии, а не физиологии. Себе то нет смысла врать.

Наверное, морда была счастливая, потому что подбежавший инструктор показал большой палец.

- Поздравляю! - сказал летчик через пару минут, когда спрыгнул на твердую землю. - Теперь час со мной и полтора самостоятельно, устраняя указанные ошибки. Не сегодня, - фыркнул от смеха при виде вытянувшейся физиономии. - Но налет должен быть не меньше 85 часов, плюс полеты по приборам и ночные. Лицензия по полной программе. Но сегодня выпьем за 'крещение', - это он сказал по-русски и тут же поправился на английском, - за первый настоящий полет!

Короче, без легкого праздника не обошлось. Даже Том с вечно молчащим напарником, привозившие меня сюда, поучаствовали. Ну, не до нормального уровня, когда кому-то бьют морду, предварительно сбегав за добавкой. Просто пару бутылок хорошего виски на десяток человек. Наверняка после нашего отъезда гулянка продолжалась. Увы, сие от меня нисколько не зависело, хотя и изображал на публике большого начальника, а остальные прислугу.

Мне впихивали массу сведений от советской кухни, которую предстояло полюбить, до множества других сведений. Тамошние анекдоты, как проехать до дома и на работу, как расплачиваться в магазинах и на заправках и еще масса бытовых мелочей, для местного жителя само собой разумеющихся. Мало знать язык, спалится можно при обычном общении с дорожным полицейским, если не в курсе как к нему обращаться и правильно себя вести. Все это даже разыгрывали в лицах, в промежутках между полетами, боксом, уроками языка, всевозможными тестами и прочими обязательными занятиями. Даже по выходным подъем в 6.00 и пробежка на пять миль. Потом подтягивания, отжимания, приседания, работа на брусьях, опять отжимания, но уже с весом на спине и на закуску, с трясущимися руками на стрелковую позицию. Причем каждый раз нечто новое. Пистолеты, карабины, автоматы, пулеметы, даже ракетные установки. Попадать в цель я умел, но здесь подсовывали иностранные образцы и далеко не все знакомо.

На сон оставалось совсем не много, да и нагрузка огромная. Жестко? Но ведь не силой тянули. Сам решил поиграть и нужно принимать правила. К тому же я давно знаю и руководствуюсь простым правилом: все могло быть гораздо хуже. Не выспался? Могли не позволить прилечь совсем. Устал? Но ведь не в каменоломне с кандалами трудился. Замерз? А мог бы отморозить пальцы до гангрены. Ранили? А ведь могли убить. Живи и радуйся имеющемуся.

Ничуть не удивился, когда был деликатно разбужен уже во дворе перед учебным корпусом. Усталость и выпивка дали понятный итог и задремал почти сразу. Теперь оставалось лишь потянуться до хруста костей и бодро отправиться на очередное занятие в кабинет. График положено соблюдать. Причем наказывали не нотациями, а денежными штрафами за нерадение. Вычетами из месячной зарплаты. Не ужасно, однако достаточно неприятно для нормального человека. Здешние явно были не в курсе подробностей моего финансового состояния и не видел смысла просвещать. Раз начальство не сообщило, значит так и надо. Они и знают меня как Питера и никак иначе.

- Опаздываете, - сказала укоризненно при моем появлении мисс Анна, женщина далеко за срок, но сколько именно понять невозможно. Со спины девушка - лицо зрелой бабы. И хотя общаются исключительно на русском, он для нее явно не родной.

- Претензии к водителю, - бурчу. - В следующий раз сяду на вертолете прямо здесь.

- Лучше не надо, - возразила она серьезно. - Собьют.

- Где-то здесь и, - замялся, не зная, как правильно выразиться на языке родных осин, - и ракеты земля-воздух есть? Stingers?

- ManPADS, - поправила. И пишется вот так: Man Portable Aid Defence System shoulder launched heat seeking missile. Правильно: портативная зенитная пусковая установка, ПЗРК, запускающая "с плеча" зенитную ракету с головкой теплонаведения, - перевела ближе по смыслу, чем дословно. - Скорее всего не понадобится. Скажите ПЗРК и прекрасно поймут.

- Ясно.

Сам виноват, нечего было лишнего болтать, подумал, покорно произнося в полном виде, а затем сокращение. Не верится, что в моих штатах чем-то отличается название, а я служил и теоретически не мог не знать, но заострять не собираюсь. Если знает о другом мире - прекрасно, но ежели нет, то зачем давать сомнительную информацию.

- Повторите!

- Хорошо, выслушав, признала. - Это кто? - извлекая из кармана и подсовывая под нос фотографию, резко потребовала.

На деликатный стук, прервавший начавшуюся 'пытку', крикнула с раздражением.

- Курсанта Дана к полковнику вызывают, - сообщил дежурный.

- Иди уж, - сказала мисс Анна, без всяких эмоций.

Ну, я и пошел, с ощущением начала чего-то нового. Причем до самого кабинета проводил солдат, не оставляя без внимания. В штабе я еще не был, но ничуть не удивился, обнаружив в кресле Патрика Дабровски в форме. Плюхаюсь на стоящий напротив офисное и молчу.

- Ну и? - спрашивает начальник, закидывая руки за голову и потягиваясь.

- Кто-то обещал честность.

- Не отказываюсь.

- Как давно этот мир контролирует проход на наш?

- Ты потом напишешь краткое изложение фактов, толкнувших к такому выводу, - сообщил Патрик невозмутимо, - но да. Бинго! Четырнадцатый год, как мы приняли решение взять под контроль ситуацию. На самом деле, само проникновение было зафиксировано еще лет тридцать назад. Это было не сложно. Агентов повязали практически сразу. Уж очень они отличались поведением и разговорами. Сейчас с этим попроще, а тогда шпиономания была сильно развита и заподозрили Советы, - он хохотнул. - Твой дед оказался предусмотрительным и больше сюда не совались при нем. Оригинальная лаборатория Теслы в нашем мире была снесена еще в 20е. Вход с этой стороны отсутствовал. Не спрашивай, как это возможно, здесь есть - там нет. Я сам не понимаю, а повторить результат не смогли современные физики или кто этим занимался. Но мы ждали. И дождались вторичного открытия двери.

Не удивительно, что теперь в тамбурах сидят люди с оружием. Возможно еще чего предусмотрено солидное.

- Любопытство не порок, но иногда лучше не лезть куда не звали. Подробности, полагаю излишни. Сначала мы таскали технологии и перспективных людей. Затем, где-то там, - показал в потолок, - было принято решение о влиянии на тамошние события. Ваше сползание в левое сумасшествие и уничтожение ценностей нашей цивилизации, - он был абсолютно серьезен, - нам крайне не понравилось. Мы вмешались. Пока очень точечно. Ты ведь видел разницу?

- Еще бы.

- И где лучше?

- Это смотря кому.

Он посмотрел неприятным взором. Даже не имея возможности гулять свободно и выходить в здешний интернет достаточно общался с окружающими. Ядерная война серьезно повлияла на мышление местных. Ментально они застряли в конце 50х с соответствующими ценностями. Служить родине - самое главное и отказники на манер 60х из-за войны во Вьетнаме отсутствовали полностью. Если б кто посмел, загремел бы лет на десять в тюрьму. Ну не Вьетнаме, так еще где. В Латинской Америке высаживались бравые штатники неоднократно, снося правительство. Никто не дожидался Пиночетов.

Левых любого вида здешние американцы ненавидели, как и сексотклонения. Вплоть до линча, который не одобрялся официально, но власти практически всегда закрывали глаза на участников. При этом существовали мощные профсоюзы и черные имели не декларируемое, а реальное равноправие. Но никаких льгот за цвет кожи. Кстати, баланс населения заметно сдвинулся. Из разоренной Европы многие уехали в США и разных немцев с поляками, особенно пострадавших от радиации охотно принимали. Эти люто ненавидели коммунистов вообще и русских в частности. Плюс их дешевым трудом заменили латиносов и их тоже пропорционально заметно меньше. К тому же отсутствуют лотарея грин-карты и законы, позволяющие въехать всем подряд. Здесь, скорее, похоже на канадские правила. Чтоб получить право жить, с 80х требуется нужная профессия или солидная сумма. Не самый плохой вариант. До идей мультикультуризма если и додумались, то вряд ли смеют проповедовать. Плавильный котел работает. Конечно, для таких твердолобых, даже я гнилой либерал.

- Нет, лично меня устраивает результат, - говорю, не кривя душой. - Осталось понять, зачем я вам такой красивый, раз располагаете ресурсами целого государства. Тем более здесь. Там у меня связи и возможность заводить полезные контакты, пользуясь знакомствами. Вплоть до политической карьеры.

Хм... А ведь в Сенате я еще не сидел. Правда политика - это путь сплошных компромиссов и купания в дерьме. Никакие иллюзии ее не выдержат, а у меня и вовсе их нет давно. Но было б любопытно поиграть на таком поле. Президент с их подачи, а? До такого уровня никогда не добирался с подменой. Слишком много внимательных глаз и ушей вокруг, а много лет делать карьеру с обязательным лизанием зада начальству не интересно.

- Но здесь? У вас нет возможности набрать сколько угодно пешек?

- А если мы хотим посмотреть на тебя в деле? - вкрадчиво спросил полковник. - На нашей территории? Как себя поведешь?

Я молча развел руками. Это не объяснение.

- На вашей стороне есть люди, работающие на нас по убеждениям, за деньги или потому что их поймали, - он щелкнул пальцами, - на горячем. Но практически никто не знает на кого. Иногда проще служить иностранной разведке, чем пришельцам. Уж больно штампы въелись в мозги. Про оккупацию и прочее.

- А вы не собираетесь?

- Зачем? - он искренне удивился. - Иметь полезных друзей выгоднее, чем держать войска на чужой земле. Достаточно вашего примера с Ираком. Триллионы ухлопанных долларов впустую. Мы хотим подправить идеологию ваших США и сотрудничать, а не завоевывать. Но чтоб это понять, требуется увидеть многое своими глазами. Нам не нужен вербованный агент. Требуется сознательно идущий на сотрудничество для создания Великой Америки. Мы не будем совпадать во многом, все равно воспитание не отменить, но хотим дать тебе крайне важный опыт.

- В СССР?

- В качестве разведчика. Сумеешь продержаться там пару лет, совсем иначе станешь смотреть на жизнь. Уникальный случай доказать реально на что способен!

Интересно, как бы он разговаривал, если б представлял, насколько мой опыт разнообразен и многогранен. Он видит перед собой неглупого солдатика с нужными взглядами и умением приспосабливаться. Отсюда и эти заходы. Наверняка психологи предложили поманить интересной возможностью реализоваться. Они, безусловно, в курсе Ричардовых метаний. Просто работа шпиона вовсе не беготня по крышам, отстреливаясь. Обычно они бумажки перекладывают и с людьми бесконечно треплются. Но это ж прекрасный вариант! Я им буду полезен и под прикрытием. А уйти всегда можно с моим эксклюзивным методом. И не найдут никогда, пока сам не заявлюсь с визитом. Какая разница в каком мире жить, так даже интереснее. Все новое и любопытное. Люди ничем не отличаются, разве жестче и без разговоров о мировом счастье. Значит скучно не будет. Все равно ведь, почуяв чье-то внимание, собирался в очередной раз менять жизнь и искал куда приложить силушку. Так на блюдечке подносят возможность. Беру!

- И как моя работа будет выглядеть?

- Для начала, - он усмехнулся, - поедешь в Уругвай.

Продолжения не будет. Достали воры