Зачарованные острова



Узкая полоса суши, насколько хватает глаз, уходит в море. С одной ее стороны — бесконечная лента пляжа. Волны неторопливо выплескиваются на чистейший песок, оставляя у кромки прибоя россыпь разноцветных ракушек. В открытом море можно видеть дымки пароходов, спешащих в Одессу, Николаев, Херсон. Иногда появляются стремительные дельфины. С другой стороны косы, за узким бордюром тростников — тихая гладь Тендеровского залива. Ее не бороздят суда, не тревожат дельфины. Теплые, богатые кормом мелководья во власти птиц. Стаи уток, куликов, чаек поднимаются в воздух, завидя людей. Табуны лысух, вздымая тучи брызг, спешат уйти подальше от берега, на открытую воду. Серые голенастые цапли, тяжело взмахивая крыльями, перелетают вдоль береговой полосы.

Тендеровская коса — часть территории Черноморского заповедника. Она тянется почти на 60 километров, отделяя от моря Тендеровский и Ягорлыцкий заливы. Ширина косы, образованной ракушечниково-песчаными наносами, невелика — 100–200 метров. Лишь в некоторых местах она становится шире. Коса совершенно безлюдна. Только домик наблюдателя заповедника стоит на ней. Летом с морской стороны на косе устраивает временный стан рыболовецкая бригада.

Редко-редко нога человека нарушает девственную белизну тендеровского пляжа. И когда попадаешь сюда, оставаясь наедине с морем, солнцем и птицами, с трудом заставляешь себя поверить, что ты на Черном море — одном из самых излюбленных курортных мест планеты. Что где-то, всего в нескольких десятках километров, — пляжи, до отказа забитые загорелыми людьми, наполненные шумом и легкой музыкой. Здесь же тишина и безмерное спокойствие. Даже для того, чтобы человек мог глубоко познать прелесть нетронутой природы, нужны такие заповедные места. Но разве только в этом их значение?

От Голой пристани, где расположено управление, до приморского Потиевского участка заповедника около сотни километров. Когда едешь туда на машине, то мимо проносятся сады, возделанные поля, разделенные на прямоугольники полосами полезащитных насаждений. До моря еще несколько десятков километров. Вдруг невольно обращаешь внимание на движущиеся белые точки, которые четко вырисовываются на темно-зеленом фоне деревьев. Словно снежные хлопья, носятся они над полями, то спускаясь, то взмывая ввысь. С каждой минутой их становится все больше и больше.

Это черноголовые чайки. Направление их полета строго определенное: море — степь — море.

Чайки летят в степь? Да, черноголовые чайки насекомоядны, кормятся они в степях, на обрабатываемых полях и этим приносят сельскому хозяйству огромную пользу. Одна птица за день может уничтожить до 1000 клопов-черепашек, луговых мотыльков, жуков-кузек или других вредных насекомых. Лет двадцать назад в заповеднике было всего несколько тысяч этих птиц, а сейчас — около 200 тысяч пар. Представляете, какие площади сельскохозяйственных угодий могут «обработать» черноголовые чайки за лето? Тысячи тонн зерна сберегают они ежегодно окрестным совхозам и колхозам!

Недолго приходится ждать более близкого знакомства с этими полезнейшими обитателями заповедника. Они гнездятся на расположенных в заливах островах: Бабьем, Смоляном, Долгом, Круглом. Вот где настоящее царство птиц! По обилию пернатых с ними могут сравниться только знаменитые морские базары.

Еще до того, как из соленых вод навстречу моторной лодке поднимутся крошечные участки суши, над морем виднеется какое-то мерцание, вызываемое тысячами и тысячами реющих в воздухе чаек. А когда высаживаешься на берег, птицы просто ошеломляют. Они повсюду: вверху, кругом, на земле и воде. Шум стоит невообразимый. Крошечные «пуховички» — птенцы чаек и крачек — целыми хороводами убегают от непрошеных гостей, забиваются в траву, прыгают в воду. Гнезд столько, что иногда просто не знаешь, куда поставить ногу, чтобы не наступить на них.

Не только черноголовые чайки населяют острова. Здесь обитают изумительно красивые морские голубки. Они почти белые, а на брюшке проступают нежные розовые тона. Морские голубки очень доверчивы и близко подпускают к себе человека.

Здесь же крупные чайки-хохотуньи — пернатые разбойницы; они разоряют гнезда и уничтожают выводки других птиц (работники заповедника стремятся уменьшить численность этих чаек). Тут устраивают свои гнезда и различные крачки, обычны серая утка, пеганка, длинноносый крохаль, кулики, из которых прежде всего бросается в глаза кулик-сорока. Посещение островов оставляет незабываемое впечатление!

Черноморский заповедник расположен в Херсонской области и находится в ведении Института зоологии Академии наук УССР. В состав заповедника входит пять отдельных участков: Ивано-Рыбальчанский, Потиевский, Ягорлыцкий Кут, Соленоозерный и участок Волыжин лес. Все они очень своеобразны и сохраняют различные ландшафты, растительные и животные сообщества.

Кто не знает о том, что на значительной части современной Украины когда-то были покрытые травами целинные земли? «Тогда весь юг, все то пространство, которое составляет нынешнюю Новороссию, до самого Черного моря, было зеленою девственной пустынею, — писал Н. Гоголь в „Тарасе Бульбе“. — …Вся поверхность земли представлялася зелено-золотистым океаном, по которому брызнули миллионы разных цветов. Сквозь тонкие, высокие стебли травы сквозили голубые, синие и лиловые волошки; желтый дрок выскакивал вверх своею пирамидальною верхушкою…»

«Черт вас возьми, степи, как вы хороши!» — восклицал писатель.

От огромных некогда степей ныне остались лишь небольшие заповедные уголки. В их травостоях уж не скроется всадник вместе с конем «по самый верх его черной шапки». Но как же радостно очутиться среди волнующихся ковылей, полной грудью вдохнуть горько-солоноватый чистейший степной воздух!

Соленоозерный участок заповедника замечателен не только массивами целинной ковыльной степи. Рельеф здесь пересеченный. На холмах шелестят изумрудной листвой березы, осины, бузина, терн. Между колками — луговые и степные участки. Шумят ковыли, товстоног, житняк. В понижениях между холмами — вода. Здесь много соленых озер, образующих целые лабиринты. По окраинам водоемов непролазные дебри кустарников и водно-болотных растений.

Богатству и разнообразию растительного мира сродни и обилие животных. Ну кто бы мог ожидать встречи у самых берегов Черного моря с пятнистыми оленями? А они есть. Когда-то из расположенной неподалеку Аскании-Нова в заповедник завезли 20 животных. Сейчас их более сотни. Небольшими табунками держатся они в лесных колках, выходя пастись на богатые травы. Побродив по участку, можно встретить косуль, зайцев-русаков…

И все-таки Черноморский заповедник, основанный в 1927 году, известен прежде всего как «птичий». Основное внимание уделяется пернатым обитателям. Многие годы здесь изучают их биологию. Кольцевание ведется с 1929 года. За все это время почти 400 тысячам птиц, относящимся к 107 видам, надели на лапки алюминиевые метки. Несколько тысяч случаев возврата колец позволили добыть ценные сведения о сезонном размещении птиц, путях перелетов многих видов пернатых, продолжительности их жизни.

В заповеднике постоянно заботятся об улучшении условий жизни его обитателей и увеличении их численности. Сейчас, скажем, стоит вопрос: как расширить площадь островов, на которых гнездятся водные птицы, — здесь им уже стало тесновато.

…Начало лета. Самая горячая пора в заповеднике. Вывелись птенцы у его многочисленных пернатых обитателей. Чайки белыми облаками вьются над островами. Их летучие отряды спешат к полям — покормиться, собрать пищу для прожорливых птенцов. А мимо Потиевского кордона, над чистейшими пляжами Тендеровской косы каждое утро пролетают стаи белокрылых лебедей.

Черноморский заповедник — один из многих в стране. Мы уже давно привыкли к ним, они прочно вошли в нашу жизнь, обогатили ее. Заповедный в сознании невольно ассоциируется со значениями: «недоступный», «неприкосновенный», «бережно охраняемый», «заветный», «сокровенный». А ведь заповедники — порождение главным образом нынешнего, XX века. Еще два-три поколения назад люди почти ничего не знали о них, не подозревали о значении, которое заповедники получат в недалеком будущем. Они встали как бастионы на пути безудержного шествия технической цивилизации. Такие «зачарованные острова» появились, чтобы уберечь для человечества красивейшие уголки природы, редкие виды животных и растений.

Какова же история этих замечательных природоохранительных учреждений? Сколько их, чем они занимаются и каково их будущее?


* * *

Заповедование — одна из древнейших форм охраны природы. На Руси, например, бобровые гоны изымались из хозяйственного использования (кроме добычи бобров) еще несколько сот лет назад. Само население когда-то, очень давно, взяло под охрану соболиные угодья в верховьях рек Конды и Сосьвы. Там же местные народности охраняли и бобра, который благодаря этому уцелел до 30-х годов нашего столетия — момента организации Кондо-Сосьвинского заповедника. В конце прошлого века также по инициативе местных жителей сберегались соболиные угодья на Камчатке, в районе Кроноцкой бухты и на полуострове Авачи. В Японии первый заповедник (икс-ханатцу-докоро) создан в 691 году. В Польше, как мы уже упоминали, еще в XVI веке было взято под охрану последнее стадо туров.

Но первой официально заповедной территорией стал знаменитый Иеллоустонский национальный парк в Соединенных Штатах Америки. Его учредили в 1872 году. На обширной — около 900 тысяч гектаров — территории сохраняется почти 10 тысяч гейзеров, горячих ключей, грязевых вулканов. Богат и разнообразен животный мир парка — здесь водятся бизоны, медведи, лоси, антилопы, вапити и многие другие звери. Пернатое население насчитывает более 200 видов. Если значительная часть парка доступна для организованного туризма, то внутри его есть абсолютно заповедные зоны, которые посещают только ученые. Уже настоящий заповедник в современном понимании этого слова.



Сегодня во всем мире в общей сложности действует более 1350 всевозможных природных заповедников, национальных парков и других охраняемых территорий, отвечающих стандартам ООН; охраняется свыше 18 тысяч памятников природы. Только в такой небольшой стране, как Бельгия, 7 национальных парков, 23 заповедника и 372 орнитологических заказника.

Многие заповедники и заповедные территории широко известны и пользуются мировой славой. Это например, Золотые Пески (Болгария), горы Олимп и Парнас (Греция), Беловежская пуща (СССР и Польша) — в Европе. Остров Комодо (Индонезия) и вулкан Фудзияма (Япония) — в Азии. Знаменитые национальные парки: Найроби и Цаво (Кения), Киву (Республика Заир), Серенгети, Нгоронгоро и гора Килиманджаро (Танзания), водопад Виктория (Южная Родезия) — в Африке. Острова Святого Лаврентия (Канада), Гранд-Каньон и Мамонтова пещера (США), Галапагосские острова (Эквадор) — в Америке. Это наконец Грин-Айленд — один из немногих подводных национальных парков мира, где охраняются коралловые рифы, — в Австралии.

Современная система заповедников и национальных парков охватывает все континенты и страны, все природные зоны нашей планеты. В них собраны самые различные типы ландшафтов, видов животных, растений, геологических образований, в сохранении которых заинтересовано все человечество.

Дореволюционная история заповедного дела в нашей стране весьма небогата. Официальной датой его возникновения, пожалуй, следует считать 1912 год, когда при Русском географическом обществе была учреждена исключительная по важности и значению Постоянная природоохранительная комиссия. В ее состав вошли представители всех заинтересованных научных обществ, министерств и учреждений. Эта комиссия разработала предложения по охране отдельных памятников природы, редких и исчезающих видов животных, составила развернутый проект организации научных заповедников.

Первым заповедником в России считается Лагодехский в Восточной Грузии, основанный в 1911 году. В 1916 году состоялось учреждение еще трех заповедников: Кедровой Пади на Дальнем Востоке, Баргузинского и Саянского. Оба последних предназначались для охраны и воспроизводства соболя, запасы которого уже были подорваны хищнической охотой. Но справедливости ради стоит сказать, что многие эти заповедники из-за отсутствия средств и охраны не смогли начать свою деятельность вплоть до Великой Октябрьской революции или до окончания гражданской войны и завершения восстановительного периода.

Организация первых советских заповедников неразрывно связана с именем В. Ленина. Известно, какое огромное внимание он уделял охране и рациональному использованию природных ресурсов страны. Об этом свидетельствует хотя бы краткий перечень важнейших правительственных решений, принятых по его указанию в первые годы после Великой Октябрьской революции.

Год 1918-й — декреты об изучении богатств Кольского полуострова, об охране и возобновлении лесов. 1919-й — декреты об охране курортных местностей, о социалистическом землеустройстве, об охоте. 1920-й — В. Ленин подписал декрет об учреждении Ильменского минералогического заповедника на Южном Урале. 1921-й — Совет Народных Комиссаров издал первый общий декрет «Об охране памятников природы, садов и парков» — декрет, основные идеи и положения которого действуют и в наши дни.

В этом ленинском акте обращалось особое внимание на рациональное и заботливое использование богатств животного и растительного мира. Принципиально новым было и то, что руководство делом охраны природы возлагалось на ведомство, не занимавшееся эксплуатацией естественных ресурсов, — на Главнауку Наркомпроса РСФСР. В том же году за подписью В. Ленина был издан декрет об охране крымских лесов, растущих по склонам гор, и декрет об охране рыбных запасов и звериных угодий в Северном Ледовитом океане и Белом море.

Сейчас в Советском Союзе насчитывается более ста заповедников, свыше тысячи различных заказников — ландшафтных, охотничьих, зоологических, ботанических, геологических. Под охраной государства во всех республиках состоят многочисленные отдельные памятники природы. Государственные заповедники сыграли выдающуюся роль в восстановлении численности многих охотничье-промысловых животных, в изучении их биологии.


* * *

К востоку от Байкала, между главным гребнем Баргузинского хребта и побережьем «священного моря», находится суровый край горной тайги, холодных ледниковых озер, хаоса каменистых осыпей, непроходимых зарослей кедрового стланика. Это Подлеморье — родина знаменитого баргузинского соболя. Именно ради него, пожалуй, самого драгоценного нашего пушного зверька, и создали Баргузинский заповедник.

В самом начале 20-х годов на всей его территории, по тщательным подсчетам, держалось всего 20–30 соболей. Пришлось установить строжайший многолетний запрет на их добычу. В результате уже к 1934 году численность соболей возросла в 8–10 раз, и они широко расселились по всей охраняемой территории. Вскоре «лишние» зверьки начали самостоятельно перекочевывать в другие лесные угодья Забайкалья. По подсчетам З. Сватоша, первого директора Баргузина, уже в середине 30-х годов из неприкосновенных урочищ каждый год уходило около 150 соболей.

Таким образом, Баргузинский заповедник не только сберег Забайкалью уникального пушного зверька, но и стал резерватом, обогащающим охотничьи угодья. Восстановление соболя — одно из крупнейших достижений советского охотоведения и заповедного дела.

Еще более интересна драматическая и поучительная история зубров — живых памятников минувших эпох. В прошлом эти дикие быки были широко распространены в Западной и Центральной Европе, и к востоку от Дона, и на Кавказе. Однако в ряде европейских стран, например в Голландии, Бельгии, Швеции, они исчезла уже в начале нынешней эры. В IV веке их уничтожили во Франции, в XIV — в Чехии. К началу XX века обитающие на воле зубры сохранились только в Беловежской пуще и в верховьях Кубани, на Северном Кавказе. Но и там животных продолжали истреблять.

«Последний вольный зубр Беловежской пущи был убит 9 февраля 1921 года бывшим лесником пущи Бартоломеусом Шпаковичем: пусть его имя, подобно имени Герострата, сохранится в веках!» — с горечью писала крупный немецкий зоолог Э. Мор. Вскоре, в 1923 году (по другим данным, в 1927 году), браконьеры застрелили и последнего кавказского зубра.

Так удивительное животное оказалось на грани исчезновения. В 1923 году образовалось Международное общество сохранения зубров. Оно провело «инвентаризацию» уцелевших в ряде зоопарков и частных владениях животных. Оказалось, что в мире осталось всего 56 чистокровных зверей — 27 быков и 29 коров. Была заведена Международная племенная книга, в которой каждое животное числилось под специальным номером. Началась кропотливая, трудоемкая и длительная работа по восстановлению численности зубров. Эта работа — пример того, как сотрудничество ученых различных стран позволило сберечь и возродить ценнейшее животное. В Польше (в Беловежской пуще), в Германии, в ряде зоопарков других государств начались научные исследования.

«Родоначальниками восстанавливаемого стада были две чистокровные беловежские зубрицы: Бизерта и Бискайка — потомки зубров, выведенных из Беловежской пущи, и чистокровный беловежский бык Плищ, — пишет видный советский зоолог, профессор А. Банников. — Все беловежские зубры стали получать клички, начинающиеся с „по“, например: Полдень, Полька. Кровь кавказских животных была внесена в стадо быком Борусом, потомком кавказского зубра. Потомство от этого быка стало получать кличку, начинающуюся с „пу“, например: Пуля, Пущик. Этот порядок сохраняется и до сего времени».

После Великой Отечественной войны работы по возрождению зубра начались и в советских заповедниках — в Беловежской пуще и в Приокско-Террасном, в Кавказском. Уже через несколько лет и в Беловежской пуще, и на Кавказе образовали вольные стада. Эти громадные быки — настоящие дикие лесные животные. В Приокско-Террасном заповеднике они содержатся в питомнике, где ведется племенная работа. Сейчас в Советском Союзе живет свыше 300 чистокровных зубров.

Ведущая роль в восстановлении речного бобра принадлежит Воронежскому заповеднику. Его учеными подробно исследован образ жизни этих зверьков, их болезни, способы профилактики и лечения. Здесь создана ферма, на которой проводятся опытные работы по разведению бобров в клетках.

Печоро-Илычский заповедник много лет занимается лосем, Судзухинский (ныне Лозовский) — горалом. Создание Кандалакшского позволило сохранить от полного исчезновения гагу, дающую ценнейший пух. Астраханский, Дарвинский, Кзыл-Агачский и Черноморский заповедники — важные резерваты водоплавающей дичи. Научные сотрудники Хоперского изучают выхухоль — отечественного эндемика, уникальнейшего зверька, который живет только у нас в стране. В Бадхызском разводят диких ослов — куланов. Этих животных, а также сайгаков и джейранов изучают на острове Барса-Кельмес.

Велики успехи заповедного дела в Советском Союзе. Однако существующая сеть этих научных учреждений недостаточна. Здесь стоит вспомнить и о печальном периоде, когда в начале 50-х годов получило распространение ошибочное мнение, что заповедники должны стать своеобразными научно-хозяйственными организациями, приносить материальную пользу. Основным видом их деятельности признавалась разработка проблем ведения сельского хозяйства, охотничьего и рыбного промыслов. Они лишались самого главного и самого необходимого своего качества — режима полной неприкосновенности. Тогда же произошло и сокращение как числа резерватов, так и их площади. Если в 1951 году в стране значилось 128 заповедников общей площадью в 12 миллионов 500 тысяч гектаров, то к 1 июня следующего года их осталось 40, а площадь уменьшилась до 1 миллиона 465 тысяч гектаров!

Вскоре просчет стал очевиден. В 1957 году Президиум Академии наук СССР принял постановление «О рациональной сети заповедников СССР», которым предлагалось увеличение их до 100, не считая отдельных участков и филиалов. С тех пор это число неуклонно растет. Только в последние годы на карте появились десятки новых: Карпатский, Луганский, Марийский и другие. В 1971 году образован Висимский заповедник. Он расположен на Урале по реке Сулем и занимает территорию в 9300 гектаров. Здесь будет сохраняться удивительная по красоте природа Северного Урала. Сравнительно недавно создан и Байкальский заповедник. Площадь его — 167 300 гектаров. Он находится в южной части Прибайкалья, в районе хребта Хамар-Дабан. Здесь типичный участок прибайкальской тайги из лиственницы и кедра, соболиные места.

В 1976 году возник заповедник «Малая Сосьва» в Западной Сибири. Одна из его задач — охрана аборигенной колонии бобров. Создан заповедник на острове Врангеля. Здесь будет охраняться природный комплекс, свойственный арктическим пустыням и островам Ледовитого океана. Под особую опеку будут взяты «родильные дома» белого медведя, гнездовая колония белого гуся.


* * *

Наряду с заповедниками — эталонами природы, в которых естественные процессы обычно протекают без вмешательства человека (здесь следует подчеркнуть, что ни в одной стране, кроме СССР, заповедники не имеют статута научного учреждения!), у нас существует немало других удивительных и прекрасных природных объектов, которые также нуждаются в защите и охране, — это памятники природы. Ими могут быть пещеры и гейзеры, отдельные скалы и деревья, геологические обнажения, песчаные дюны, озера, ключи, водопады.

Несколько лет назад Центральная лаборатория охраны природы Министерства сельского хозяйства СССР составила первый список примечательных природных ландшафтов нашей Родины, которые предполагается объявить заказниками. В нем около 400 различных: ботанических (включая лесные, степные, болотные участки), геологических, ботанико-геологических, озерных и зоологических — объектов.

…Знаете ли вы, где, скажем, та, самая северная, точка планеты, до которой доходят деревья?

Ее координаты — 72 градуса 37 минут северной долготы. Это урочище Ары-Mac («Лесной остров»). Находится он на третьей террасе в 200–300 метрах от реки Новой в Хатангском районе Красноярского края. Этот уникальный, самый северный в мире лесной остров состоит из лиственницы сибирской. Около трети его составляют старые двухсотлетние деревья высотою до 5 метров.

…А слышали ли вы, что в предгорьях Кавказа, в трех километрах от города Железноводска, на горе Развалка, есть участок самой что ни на есть настоящей «вечной мерзлоты»? Всего около гектара площадь этого оригинального и редчайшего явления природы. «Мерзлота» настолько натуральна, что даже изменила микроклимат склонов горы. В результате среди типичного южного букового леса здесь прижились представители более северной флоры — березы, рябины, различные виды полярных мхов.

…Ну а что вам известно о единственной в мире платановой роще, расположенной вдоль реки Цав, на границе Армении с Азербайджаном? А о роще пихты грациозной, растущей в дельте реки Семячик на Камчатке? Ведь, кроме здешних мест, на всей планете не осталось больше такой пихты — реликта доледниковой эпохи. А об озере Могильном, расположенном на острове Кильдин в Баренцевом море, — одном из интереснейших озер Земли? В озере установилось необычайное равновесие мертвой, насыщенной сероводородом, морской и пресной воды. Здесь одновременно живут и морские и пресноводные организмы.

Можно без конца перечислять удивительные диковинки родной природы. И, конечно же, все они заслуживают самого бережного и самого заботливого отношения, будь то пятисотлетний дуб, моховое болото, участок ковыльной степи или охотничий заказник с редкими и особо ценными зверями и птицами.


* * *

В любой погожий субботний или предпраздничный день десятки тысяч жителей устремляются за город, на лоно природы. Миллионы отпускников меняют городские будни на берега рек, на охоту и рыбалку. И с каждым годом им приходится ехать все дальше и дальше в поисках невытоптанных лугов, чистых пляжей, леса, не испещренного вдоль и поперек тропинками.

Как же совместить стремление людей к общению с природой, с удивительным миром зверей и птиц, с запахами разнотравья, с нежной голубизной озер, с могучим успокаивающим шумом величавого бора — и охрану природы.



Видимо, одним из путей решения этой проблемы может стать создание природных или национальных парков. Во многих государствах такие парки — распространенная форма охраны природы и в то же время места массового отдыха. Как правило, это довольно обширные территории, характерные для тех или иных районов с красивыми ландшафтами, с богатым животным миром. Природа в них содержится и охраняется не столько (или не только) в целях изучения, но и для отдыха людей, для более широкого ознакомления населения с ее достопримечательностями. Национальные парки США и Канады ежегодно посещает около 200 миллионов туристов. Здесь есть гостиницы и пансионаты, мотели, рестораны, закусочные, проложены удобные автомобильные и пешеходные дороги, в наиболее живописных местах устроены смотровые площадки. Многие виды обслуживания там платные. Так, например, известно, что прямые и косвенные доходы штата Калифорния в США от посещения национальных и местных территорий исчисляются в 210 миллионов долларов.

Иеллоустонский национальный парк. В год его посещают до 2,3 миллиона туристов. В отдельные дни число их доходит до 25 тысяч человек. Большая часть проводит в нем два-три дня.

Отдыхающие передвигаются на автомашинах по внутренним дорогам со скоростью 20–30 километров в час, останавливаясь у достопримечательных мест. В парке более 2500 кемпингов и почти 10 тысяч индивидуальных и общих мест в отелях, где есть электричество, газ, горячая вода. Плата — от 3 до 28 долларов в сутки. Желающие могут переночевать в трайлерах на специальных индивидуальных остановочных площадках.

Разумеется, чтобы принять такую массу посетителей, требуется немало обслуживающего персонала; количество штатных сотрудников парка (не считая служащих отелей, кемпингов, ресторанов) превышает 3,5 тысячи.

Порядки в нем очень строги: не разрешается выходить за пределы маршрутов и остановочных площадок, рвать цветы, беспокоить животных, мусорить. Меры к виновным принимаются очень быстро: на территории есть два судебных участка, в которых за полчаса определяют степень наказания.

Охота в Иеллоустоне, конечно, запрещена. Однако у его границ в октябре — декабре сосредоточиваются несколько десятков тысяч охотников из штатов Вайоминг, Монтана, Айдахо. Они поджидают вапити, лосей, оленей, медведей и других крупных зверей, покидающих охраняемую территорию в поисках мест, менее плотно заселенных сородичами.

Все увеличивающийся поток посетителей создает серьезные проблемы даже для такого крупного парка, как Иеллоустонский. Достаточно сказать, что в течение года там скапливается 7 тысяч тонн различных отбросов. Они не только загрязняют местность, портят вид, но и влияют на распределение животных, создавая, к примеру, нежелательные концентрации гризли.

Рассматривается вопрос о вынесении сферы обслуживания за пределы Иеллоустонского и других интенсивно посещаемых национальных парков в так называемые буферные зоны. Это позволит снизить пресс человека на природу охраняемых территорий.

В послевоенные годы стало очевидным, что одних национальных парков недостаточно. Во-первых, они уже не справляются с потоком желающих побывать на их территории. Во-вторых, существуют ландшафты и районы с красивой или типичной природой, которые целесообразно уберечь от натиска технической цивилизации, но иными методами, чем в обычных заповедниках и национальных парках. При этом представляется возможность обеспечить отдых дополнительно многим людям в условиях, близких к естественным.

Так появились леса национального значения, охраняемые участки побережий (национальные побережья) и, главное, территории с нетронутой природой. К ним относятся земли, сохранившие природный облик и естественные экологические условия. Здесь запрещены рубки леса, не допускается строительство промышленных сооружений, добыча полезных ископаемых, пользование моторизованными средствами передвижения, посадки самолетов, сооружение любых объектов, кроме тех, которые необходимы для администрации, а также для охраны здоровья и безопасности посетителей.

Выделение участков нетронутой природы встретило яростное сопротивление горнодобывающих и нефтяных компаний. И сегодня в США продолжается настоящая война за некоторые участки. Идея национальных парков не нова и для нашей страны. Ведутся работы по организации национальных парков — Байкальского, Литовского, Лахемааского. Некоторые из проектируемых природоохранных учреждений обещают быть очень интересными. Так, Лахемааский парк в Эстонии — типичный для северных районов республики природный комплекс. Он разбит на пять зон — от чисто хозяйственной до абсолютно заповедной.

Для сохранения уникальных ландшафтов западного склона Северного и Приполярного Урала такой же парк организуется в Коми АССР. Стремясь к развитию туризма и учитывая высокую научную ценность этой территории, правительство республики разработало положение об использовании территории в научных, учебных и туристских целях. Определены места палаточных лагерей, привалов, строительства турбаз, прокладываются пешеходные маршруты к достопримечательностям, отводятся места для водного спорта, рыболовства, охоты.

Создание национальных (природных) парков в нашей стране — отличный способ и сохранить природу, и приблизить ее к людям. К 1990 году в стране возникнет не менее 24 таких парков. Назовем некоторые из них. Это район озера Имандра в Мурманской области, Себежский природный парк на Псковщине, Осиповичский под Могилевом, «Илеть» в Марийской АССР, парк «Река Белая» в Башкирии, район знаменитого курорта «Боровое» в Казахстане, «Беклемишевские озера» в Читинской области, «Озеро Джека Лондона» под Магаданом, «Новая и Старая Джалка» в Чечено-Ингушетии, участки нетронутой природы под Омском, Новосибирском, Иркутском…

Загрузка...