Следствие ведет гувернантка. История 2 Пропавшее завещание

Глава 2

Классная комната, предназначенная для проведения занятий с маленьким господином Штефаном, была просторная и удобная, с огромными окнами, выходившими во двор, и деревянными панелями, украшавшими стены.

В классе было все, что нужно для занятий: на стенах висели модные плакаты с правилами чтения, основными критериями философии, значимыми историческими данными и прочим, прочим. Одну часть стены занимала подробная карта королевства, выполненная настолько искусно, что я невольно залюбовалась ею и даже провела какое-то время изучая все эти горы, леса, реки, крошечные башенки городов, которые оживали, стоило лишь коснуться к нужному объекту специальной магической указкой. Больше всего меня поразили животные и птицы. И пока в класс не привели моего подопечного, признаюсь, я несколько раз специально тыкала указкой в огромного орла, который тут же раскрывал крылья, срывался с карты вниз, увеличиваясь в полете. Делал «круг почета» под потолком комнаты и возвращался на свое место, усевшись на острый уступ горы, сжавшись до изначальных крошечных размеров.

В помещении находились стол и широкая парта. На ней аккуратной стопкой лежали несколько книг. Здесь же стояли чернила и тетради. В общем, в классной комнате было все, что нужно для уроков.

Я пришла почти за час до первого урока, предварительно позавтракав в своей комнате. Немного позабавилась с картой, еще львиную долю времени провела, изучая учебники и плакаты, отыскала в выдвижных ящиках письменного стола записи, оставленные предыдущими гувернантками, и прочла последние, чтобы приблизительно знать, на чем остановились уроки Штефана.

Когда часы на каминной полке пробили восемь, я перевела взгляд на дверь, ожидая, когда приведут моего ученика.

Было немного волнительно. Я впервые буду учить ребенка! Прежде училась только сама и никогда не учила никого, тем более, детей. Придется постараться, так как мой юный подопечный — не промах.

Улыбнувшись, вспомнила как, прежде чем лечь в постель, на всякий случай, проверила белье, прощупав одеяло и простынь. Заодно заглянула под кровать – под ней тоже вполне мог оказаться сюрприз. Конечно, Штефан ко мне не заходил, но кто знает, какие тайные ходы скрывает старинный дом фон Эберштейнов? А помня взгляд мальчика и предупреждение графа, я готовилась к худшему.

Но опасения не сбылись: ночь прошла спокойно и меня тревожил разве что ветер, шаливший за окном.

От размышлений меня отвлекла распахнувшаяся дверь. Рыжий мальчишка влетел стрелой, не потрудившись поздороваться, а следом за ним, едва дыша, ворвалась растрепанная женщина средних лет.

— Штефан, доброе утро. – Я спокойно взглянула на мальчика.

Он шлепнулся за стол, раскрасневшийся после бега. Волосы взъерошены, глаза горят вызовом. Наверняка ждет, что я его сейчас отчитаю по полной. Но я лишь улыбнулась ребенку, а затем посмотрела на женщину, уже догадавшись, что предо мной няня Штефана.

— Доброе утро, госпожа Вандермер, — отдышавшись, проговорила няня.

Мы обменялись приветствиями.

— Мое имя Барбара Лисл, госпожа, — представилась женщина.

Я скользнула взглядом по ее уставшему лицу. Могу поспорить на что угодно: бедняжка не справляется с сорванцом. Даже жаль ее.

— В ближайшие три часа можете отдохнуть, мы будем заняты, — сказала я госпоже Лисл.

Она искренне улыбнулась, затем присела в книксене и поспешно удалилась, явно счастливая, что хоть ненадолго сможет отдохнуть от своего подопечного.

Едва за нянюшкой закрылась дверь, я повернулась к мальчику. Штефан сидел, сложив руки на парте, и серьезно смотрел на меня. Признаться, я была готова к его капризам, да к чему угодно, кроме этой готовности к занятиям. Наверное, следует ожидать подвох.

— Вчера мы не смогли нормально познакомиться, — сказала я. – Предлагаю сегодняшний день провести в игровой манере. Как тебе эта идея?

Штефан прищурил зеленые глаза, внимательно изучая меня. Затем согласно кивнул.

— Заодно ты расскажешь мне, что уже успел узнать из книг и чем хотел бы заниматься.

Мальчик снова кивнул, и я поняла, что точно надо быть настороже.

— Давай начнем с истории, — предложила я и взяла учебник, лежавший на столе. – Не подскажешь, на чем вы остановились с прежней гувернанткой?

— Ее звали Лизл, и она была глупая, как курица, — выпалил юный господин.

Я посмотрела на мальчика.

— Штефан, о женщинах, да и не только о женщинах, нельзя говорить так грубо, — попеняла ребенку. Я еще не знала, какой тон выбрать в общении с ним и пока прощупывала почву.

— Почему нельзя? Отец учил меня говорить только правду. А она, действительно, была глупой! Хотя, — Штефан почесал макушку, — она одевалась куда лучше, чем вы в этом унылом платье. У нас даже Зелда, которая чистит камины, одета лучше.

Я удержалась, чтобы не опустить взгляд и не посмотреть на свое платье, доставшееся от настоящей Элоизы.

— Никогда не оценивай по одежде, Штефан, — сказала мальчику. Да, прав был Уве, когда попенял фон Эберштейну об отсутствии должного воспитания у его племянника. Что же, придется поработать и над этим вопросом.

— Как-то у нас не завязывается разговор, — вздохнул мальчик. Я даже улыбнулась: он рассуждал очень по-взрослому. – Вы уже успели дважды сказать мне, что можно, а что нельзя. Давайте уже учиться.

— Давай. – Я с готовностью открыла книгу. – Что вы проходили последней темой?

— Изучали южную марку (здесь и далее «марка» — провинция, прим. автора) Клармонд, — милостиво подсказал Штефан. – Знаете, где она находится? Я могу показать, — вызвался он с ленцой в голосе, словно делал мне одолжение.

— Если можешь, покажи, пожалуйста, — попросила я.

Штефан встал из-за стола, взял указку и направился к карте. Прижав к груди учебник, я принялась следить за мальчиком. Он безошибочно показал нужную марку, затем посмотрел на меня, улыбнулся и…

Проклятие!

Ругательство едва не сорвалось с губ, когда этот рыжий сорванец принялся тыкать указкой во всех животных, изображенных на карте. В итоге, они ожили, сорвались кто в прыжке, кто в полете, заполнив классную комнату своими истинными, пусть и призрачными, фигурами. В какой-то момент в поднявшемся кавардаке я потеряла из вида своего ученика. А услышав, как хлопнула входная дверь, опрометью бросилась догонять мальчишку. Но выскочив из класса, удивленно моргнула: Штефана и след простыл. Ни звука шагов, ни смеха. Длинный коридор был пуст, а ведь я выбежала за ребенком довольно быстро и должна была увидеть, как он убегает!

Сразу появилось ощущение, что меня обвели вокруг пальца.

Ай да Штефан! Проверяет меня. Ищет слабину.

Понимая, что упустила нечто важное, я вернулась в класс. Животные и птицы уже мостились на своих места на волшебной карте, а вот мальчика в комнате не оказалось. Напрасно я искала его и под партой, и за своим столом. Я выглянула даже в окно, сама не знаю зачем. Во дворе стоял черный экипаж. Я мельком скользнула взглядом по высокому господину, выбравшемуся из салона, и перевела взор на класс, думая только о мальчике. Штефан пропал.

Я, конечно же, уже сообразила, что ребенок не покидал класс и дверью хлопнул только с целью отвлечь меня, что ему, кстати, удалось. Не сомневаюсь, подобный фокус он проделывал уже не раз, вот только не учел, что его новая гувернантка — колдунья и довольно неплохая.

— Посмотрим, где ты прячешься, — проговорила я и, сняв перчатку с левой руки, пошла вдоль стены, едва касаясь ее пальцами. Кажется, я знаю, куда делся этот пострел. Точнее, догадываюсь.

Я дошла до угла класса, когда пальцы приятно защекотало. Улыбнувшись, оглядела стену. Ага. Значит, где-то здесь находится тайный ход! Еще одно прикосновение к деревянной панели указало на пустоту за ней. Тогда я постучала кулаком, и догадка подтвердилась. Вот и ответ. Мальчишка улизнул через потайной ход. Ну, второй раз со мной такая шутка не пройдет!

Я ощупала панель, под которой была пустота, и соседние, и нашла. Крошечный рычажок легко поддевался пальцем и выдвигался на расстоянии сантиметра от стены. Потянув на него, я опустила взгляд, заметив, как бесшумно часть одной панели отошла в сторону.

Лаз оказался узким. В него ребенку точно не пролезть. И все же, мальчишка улизнул именно этим путем.

Хмыкнув, я поддела пальцем несколько рыжих волосинок, оставшихся после беглеца. Подняла, поднесла к глазам и улыбнулась.

Это не волосы. Это звериная шерсть.

А вот и ответ. Ребенок в лаз бы не пролез. А вот зверек, размером, скажем, с лисицу, вполне. И ведь все совпадает: характер, цвет волос, странное поведение и желание графа видеть на должности гувернантки именно оборотня…

Я закрыла лаз, вернув на место панель, и распрямила спину.

Подопечный оборотень – это интересно. Конечно же, я не расскажу фон Эберштейну о проказе его племянника. Жизнь научила не ябедничать, а решать проблемы. Вот этим и займусь. Но для начала следует отыскать ученика, потому что у меня сегодня на него планы. И пусть не думает, что побег сойдет ему с рук.

***

Куда бы мог податься ребенок в таком огромном особняке, думала я, шагая прочь от классной комнаты. Да куда угодно! Он мог убежать во двор, приняв облик лисенка, или мог вернуться в свою комнату, а то и вовсе бегает по дому. С него станется. Знать бы, куда ведет лаз, но с этим разберусь позже. Сначала отыщу Штефана.

Потерев между пальцами яркие шерстинки, я на секунду остановилась и, закрыв глаза, выпустила магию. Совсем немного, чтобы меня было сложно отследить, но достаточно для того, чтобы в воздухе протянулась тонкая нить, указывающая местонахождение беглеца.

Сначала нить шла вдоль стены, за которой, скорее всего, прятался тайный ход, затем свернула в коридор, вынырнув из глубокой ниши, над которой висела картина с изображением охоты. Затем след пересек коридор, скользнул к узкой винтовой лестнице и повел куда-то на верхний этаж.

— И что это вы тут делаете?

Я обернулась, мысленно ругая себя за то, что позволила Уве подкрасться незамеченным. Затем улыбнулась, встретив понимающий взгляд фон Дитриха, и вздохнула.

— Вы удивительно бесшумно ходите, господин фон Дитрих.

— Что-то мне подсказывает, что Штефан убежал, — произнес белолицый аристократ. Заложив руки за спину, он подошел ко мне. – Не огорчайтесь. Не вы первая, не вы последняя. Штефан постоянно убегает, даже от своего дядюшки.

— Есть предположения, куда он отправился? – спросила у барона.

— Ну… — Он задумчиво посмотрел на лестницу за моей спиной. – Штефан любит проводить время на крыше. Иногда мальчик сидит там часами: разглядывает город, любуется закатом. – Тут взгляд мужчины опустился на мою руку, и тонкая улыбка тронула его красивые губы. – Сколько у вас тайн, милая госпожа Вандермер! Право слово, вы меня интригуете все сильнее и сильнее.

Я промолчала, а Уве продолжил:

— Позволите мне помочь вам с поисками мальчика?

— Не откажусь. – Я знала, что справлюсь и сама, но компания Уве могла принести определенную пользу.

— Вот и славно, — проговорил Уве, — потому что граф только что послал меня привести мальчика к нему в кабинет.

Я вопросительно изогнула бровь.

— Что-то не так? – уточнила.

— Боюсь, что да, — последовал ответ. – Несколько минут назад прибыл господин Венгель прямо из поместья «Серебряные кроны».

Так вот чей экипаж я заметила в окне несколько минут назад!

Конечно же, мне это ни о чем не говорило, и Уве, усмехнувшись, объяснил.

— «Серебряные кроны» наследует ваш ученик, Штефан. Конечно, по достижении им совершеннолетия. Кажется, там возникли проблемы. Я еще не знаю подробностей, но Макс велел привести мальчика к нему. Это значит, что проблемы серьезные, иначе он не привлекал бы ребенка и все решил бы сам.

— Вот как? – Я заметила, что Уве покосился на мою руку, ту, на которой не было перчатки. – Тогда не будем тратить время. Тем более что я поймала след нашего беглеца, — сказала и, развернувшись, начала подниматься по лестнице, направляясь за магической нитью.

— А вы неплохо ориентируетесь в доме для человека, который не провел в нем и нескольких дней, — донеслось в спину. Уве уверенно шел за мной и, могу поклясться, снова улыбался этой своей всезнающей улыбкой.

— Дом мне показал слуга, так что да, я уже немного здесь ориентируюсь, — ответила, не оглядываясь. – К тому же у меня хорошая память.

— И удар левой, — продолжил фон Дитрих.

Я подавила улыбку. Белолицый аристократ начинает мне нравиться.

— Вы так и не рассказали графу о том, что произошло во дворе таверны? – спросила и все же придержала шаг, позволив Уве догнать меня. Рядом мы не пошли – лестница была слишком узкой, но фон Дитрих держался близко, а у меня не возникло ощущения неловкости от его присутствия.

— Нет, — ответил мой спутник. – Да и зачем? Я позволил себе сохранить вашу маленькую тайну, хотя, — Уве выдержал паузу, — Макс и без моих россказней понял, насколько ему повезло с новой гувернанткой. Вы великолепно проявили себя в пути. Признаюсь, что сражен вашими талантами. Но неужели прежний наниматель так легко отпустил вас?

— У детей есть одна особенность, — ответила я, наконец, достигнув вершины лестницы, упиравшейся в закрытую дверь.

— Какая? – Фон Дитрих встал за моей спиной.

— Они вырастают и более не нуждаются в гувернантках. – Я с силой толкнула дверь. Она со скрипом поддалась, а вот нить, тянувшаяся за беглецом, на этом месте оборвалась, словно ее и не было. А налетевший ветер развеял остатки магии.

— Невероятно! – пошутил Уве, и я не совсем поняла, к чему относится его сарказм: к моему ответу, или к тому, с какой легкостью я открыла дверь?

Поморщившись, я надела на руку перчатку, не рискнув в присутствии фон Дитриха снова призвать силу.

— Штефан? – Ступив на крышу, я позвала мальчика, но ответом мне был только ветер, шумевший меж зубцов, за которыми открывался вид на город. Вид, кстати, действительно захватывающий. И если бы мы не торопились найти пропажу, я бы не отказала себе в удовольствии немного постоять и посмотреть на крыши домов и шпиль храма, вонзавшийся иглой в пасмурное небо.

— Штефан! – вторя мне, позвал мальчика Уве. – Перестань прятаться, тебя ищет дядя. Это не игра. Ты нам, действительно, нужен!

Я прошлась по крыше, заглянув за печную трубу и за каминную – мальчика нигде не оказалось.

— Ну и где же он? – спросила у фон Дитриха, заметив, что мой спутник стоит между зубцами и спокойно смотрит куда-то вниз.

— Боюсь, мы искали не там, — сказал белолицый. Приблизившись и встав рядом, я опустила взор и покачала головой, заметив мелькнувшее рыжее пятно лисьего хвоста.

Любопытно, как он спустился? Нить точно вела наверх! Наверняка, здесь есть еще один лаз, только искать его совершенно нет ни времени, ни возможности. Демонстрировать свои таланты в присутствии Уве я не собиралась.

— Придется спускаться. – Я вздохнула.

— Придется, — ответил с улыбкой фон Дитрих и первым направился назад к лестнице.

***

За домом были качели. Именно на них мы и застали мальчика, когда вышли во двор.

Штефан смотрел на меня с превосходством во взгляде. Было заметно, что мальчишка радуется своей маленькой победе. Вместе с тем, в глазах оборотня закрался страх. Не сомневаюсь, он боялся, как бы я не наябедничала дяде. И все же, вызова было больше.

— Вот ты где? – произнес Уве, взглянув на ребенка. – Как я сразу не догадался?

Штефан ловко спрыгнул с качающейся качели и быстро посмотрел на фон Дитриха, затем на меня, видимо, решив, что я привлекла к его поискам гостя фон Эберштейна.

— Между прочим, тебя ищут, — сказала я.

— Что? – Он сложил руки на груди. – Уже нажаловались дяде?

— Из поместья прибыл господин Венгель, — ответил фон Дитрих. – Кажется, там что-то случилось.

Мальчишка тут же сорвался с места и бросился к дому, так что нам с Уве было за ним не поспеть.

— Вот же, шустрый пострел, — выругался белолицый и когда мы вбежали в дом, успели лишь увидеть, как Штефан стрелой поднялся по лестнице и исчез в направлении кабинета господина графа.

— Не завидую вам, госпожа Вандермер, — произнес Уве, но я лишь рукой махнула. Главное, что мальчик отправился к дяде. Но он так торопился. Что—то здесь не так. Кажется, я многого еще не понимаю.

— Вероятно, госпожа Вандермер, что на сегодня уроки со Штефаном придется отложить, — проговорил Уве, когда мы начали подъем по лестнице. – Ступайте к себе. – Тон фон Дитриха изменился. Сейчас он говорил со мной так, будто был хозяином в этом доме. Но я не стала спорить, помня, что являюсь здесь всего лишь гувернанткой. А значит, должна делать то, что велят.

В итоге фон Дитрих направился к кабинету графа, а я пошла к себе, не особо огорчившись из-за сорванных занятий. Правда, было очень любопытно, что же произошло в «Серебряных кронах», если так срочно понадобился наследник?

Заглянув по дороге в классную комнату и прихватив несколько учебников для изучения материала, я вернулась к себе и занялась тем, что еще раз пересмотрела наряды, оставленные Элоизой, решив при первой возможности приобрести что-то более приличное. Штефан оказался прав – таких унылых платьев я прежде не носила.

Спустя час, когда в дверь моей комнаты постучали, я сидела за столиком, изучая «Теорию оборота». На короткое: «Войдите», — порог переступил лакей. Взглянув на меня, он бодро отчеканил, что меня, мол, зовет господин граф.

Отложив книгу, я позволила слуге проводить меня к фон Эберштейну, а когда вошла в кабинет, заметила, что помимо Максимильяна там находится и Уве. Последний сидел в кресле, положив ногу на ногу. Фон Дитрих не улыбался, и я поняла, что случилось нечто серьезное.

— Вы звали, ваша светлость?

— Госпожа Вандермер, ситуация складывается так, что нам со Штефаном придется покинуть Швальцбург и срочно отправиться в «Серебряные кроны», — произнес фон Эберштейн. – Я полагаю, что вы поедете с нами, так как нам, возможно, придется задержаться в поместье. А я бы не желал, чтобы Штефан пропускал занятия. Он и так слишком долго был предоставлен только самому себе.

Я подумала, что все, возможно, к лучшему.

— У вас будут вопросы? – уточнил Максимильян.

— Только один, — ответила спокойно. – Когда собирать вещи?

Граф улыбнулся и одобрительно кивнул.

— Мы выезжаем сегодня. Вам хватит часа на сборы?

— Вполне, – ответила искренне. Я жалела только о том, что, кажется, не успею обновить гардероб.