И как это понимать?
Хотела встать, но так и замерла на полпути, продолжая сидеть на шкуре. Сердце до этого бившееся ровно, заколотилось быстрее, когда услышала хриплый шепот босса.
– Ты останешься.
И это был далеко не вопрос.
Начальник протянул ко мне руку и, подцепив подол черного платья, потянул на себя. От сдержанного равнодушного взгляда не осталось и следа, теперь передо мной словно сидел другой человек. Тьма его взгляда гипнотизировала, и я ведомая призывом подалась навстречу и, оказавшись совсем рядом, остановилась, не веря в то, что это реальность.
– Нам нельзя, – почему-то голос разума прорезалсяу меня, и в ответ на это весьма резонное замечание, в глазах напротив зажегся куда более опасный огонь, чем секунду назад.
– Да, нельзя… – и в противовес словам, его руки опустились на мои бедра, и босс потянул меня на себя.
Оседлала его вытянутые ноги, отчего юбка задралась и стала совсем короткой.
Такая близость немного пугала, но при этом сводила с ума. Внизу живота становилось все жарче, и с каждым новым ударом сердца, невыносимо тяжелело. Повела бедрами, прижимаясь к паху, и тут же, не выдержав волны удовольствия ударившей в клитор, рвано выдохнула.
– Но если мы немного поиграем, ничего не случится…
Не знаю, кто из нас это произнес, да и не важно. Разум отключился в тот момент, когда сильные руки легли на мои бедра и проникли под край подола, приподнимая его выше. Теперь мои кружевные трусики было видно, и красивые глаза не отрывались от полоски ткани.
– То есть, если я сделаю так, – потянулась руками к пуговицам его рубашки и медленно расстегнула одну, потом вторую, – ничего не произойдет?
Действовала, словно во сне: неспешно перебирая пальчиками петли. Едва я касалась каждой из них, дыхание сбивалось у обоих, но босс не препятствовал мне, и когда я расстегнула последнюю из пуговиц, чуть сильнее впился пальцами в мои бедра, заставляя вжаться в его пах.
– Разве что, это…
Он такой огромный, и твердый, что мне тут же захотелось ощутить его внутри.
Но нам же нельзя…