Кровавый дождь. 2. Путь к искуплению

Глава 3 Старые знакомые

На следующий день Нина хмуро посмотрела из-под козырька кепки на огромный рекламный стенд в форме книги. Он занимал половину тротуара у входа в книжный магазин.

Берегиня Феодосия с обложки взирала на нее с укором. Поверх кокошника пестрела надпись: «Встреча с историком и писателем Игорем Игнатьевым».

С губ сорвался смешок. Нина толкнула дверь книжного магазина. Колокольчик над головой звякнул и утонул в гуле далеких голосов. Огромный книжный магазин был заставлен бесконечными рядами полок, уходящими далеко вглубь. Яркие корешки с броскими названиями так и манили: «Купи меня!» Взгляд сразу же зацепился за высокую пирамиду из книг. Пальцы с накрашенными черным лаком ногтями неторопливо подцепили и вытянули одну книгу. Пирамида опасно покачнулась, но устояла. Нина хмыкнула. Золотые буквы на обложке дополняли репродукцию знаменитой иконы берегини Феодосии заголовком «Святая грешница, или Грешная святая? Кто же такие берегини?».

Нина развернула книгу и прочла аннотацию:

«Доцент религиоведческих наук Игорь Владимирович Игнатьев – лауреат премий „Религия для людей“ и „Премия Святой земли“. Его книга „Святая грешница“ стала бестселлером. В данной книге Игорь Игнатьев рассуждает о святости берегинь, о том, когда они становились святыми: по факту рождения или в момент, когда принимали решение служить людям…»

– Игоречек-Игорек, не повезло тебе оказаться в том же городе, что и я… – Скрипучий голос Нины всколыхнул воздух, и он наэлектризовался – еще немного, и побегут искры. Колокольчик над дверью вновь звякнул. Она повернула голову на посетителя, который выхватил из пирамиды книгу Игнатьева и поспешил к кассе.

– Пробейте побыстрее, скоро начало, – поторапливал он продавца и, расплатившись, побежал вглубь магазина.

Шум толпы с каждым мгновением многократно усиливался. Послышался голос из динамиков: «Прошу всех рассаживаться. Через пару минут начинаем».

Нина неторопливо подошла к кассе и под размеренный голос ведущей, представляющей писателя, заплатила за книгу. Следуя за гулом аплодисментов, она прошла через книжные ряды и вышла к оборудованной площадке. На расставленных стульях сидели десятки людей; многим не хватило стульев, и они толпились, образовав полукольцо. Нина отошла в дальний притененный угол и, расстегнув куртку, засунула руки глубоко в карманы. Спина прислонилась к книжной полке.

Игорь сидел в широком кресле. Он изменился с последней их встречи: возмужал – плечи стали шире, глаза скрывали прямоугольные очки, на висках проступила седина. Взгляд Нины из-под кепки опустился на его руки: он крутил микрофон, то и дело вытирая влажные ладони о брюки. Он так же делал перед их выступлением. Невольно она улыбнулась, предавшись воспоминаниям об их панк-группе «Гробовщики», о Мурате Басаровиче, об Ане…

Улыбка сползла с лица. Туман прошлого развеялся, взгляд прорезал явь и вновь вцепился в Игоря.

Тем временем ведущий представил его и задал первый вопрос:

– Ваша книга стала мировым бестселлером. Она переведена на пять языков. Для российского писателя это огромный успех. Как вам это удалось?

Игорь, коротко хехнув, почесал кончик носа и произнес в микрофон:

– Уже семь. Издательство продало права коллегам из Испании и Южной Кореи, – самодовольно улыбнулся он. – Я историк-религиовед. До Кровавого дождя я занимался изучением берегинь уже много лет. По программе Святой земли я год изучал их архивы, чтобы написать диссертацию. Как вы уже поняли, к моменту Кровавого дождя у меня был научный материал, я доработал его, и издательство с удовольствием опубликовало книгу. Моя работа просто попала в волну, всех как раз начал интересовать вопрос: как так получилось, что человечество забыло о существовании демонов?

– Вы скромничаете. Ваш научный труд о берегинях вызвал волну обсуждений в мировом сообществе. Ни одну из книг, даже ученых Святой земли, не подвергали такому количеству критики, и одновременно с этим книга получала огромное количество хвалебных отзывов.

– Спасибо.

– Теперь перейдем непосредственно к книге. Вы настаиваете, что берегинь было больше, чем двадцать четыре. Вы утверждаете, что не каждая берегиня принимала путь праведности и служения людям. На чем основаны ваши утверждения?

– На психологии и на исторических фактах. Рожденных берегинь изымали из их семей и воспитывали с внушением жертвенности и долга. Но сколько могло быть детей, которых удалось уберечь от рук Святой земли? Мы не знаем. И никогда не узнаем.

Внимая каждому слову, Нина сняла кепку и, запустив пятерню в волосы, перекинула их, убирая с лица. Игорь продолжал отвечать на вопросы; его взгляд блуждал по залу.

– Берегине Феодосии удалось закрыть врата Ада. Значит, это возможно повторить?

– В архивах Святой земли я не смог найти информацию о том, как именно она это сделала. Куратор ответил, что эта знала… – В этот момент взгляды Игоря и Нины пересеклись.

Он вздрогнул.

С лица схлынули все краски.

Голос потух, и последние слова он произнес еле слышно:

– Это знала только сама берегиня Феодосия.

Игорь опустил микрофон. Кадык дернулся. Он не сводил с нее взгляда, словно ждал, что она накинется на него прямо здесь.

Нина спокойно улыбнулась и одними губами произнесла: «Давно не виделись».

Он содрогнулся.

Тем временем ведущий указал на поднявшего руку зрителя. Ему передали микрофон, и он заговорил:

– Как вы думаете, если врата Ада открылись, то возможно ли, что появится и новая берегиня?

Игорь моргнул, разрывая зрительный контакт. Он вновь поднял микрофон, хрипотца в голосе выдала его волнение:

– Уверен, что так и произойдет.

– Но если верить вашей книге, берегиня нашего времени может принять решение не служить людям.

– Может, – кивнул он, переведя глаза на Нину.

– Но как же, она ведь святая. Ее дар свыше, она обязана его использовать! – Голос человека взвился от возмущения.

Не сводя своего взгляда с Нины, Игорь произнес:

– Сколько у вас сейчас денег на карте?

Гость недоуменно вскинул брови и, нахмурившись, произнес:

– К чему вы спрашиваете?

Игорь оторвал взгляд от Нины и посмотрел на него, ответив не сразу:

– Хорошо. Спрошу по-другому: сколько вы перечисляете каждый месяц на благотворительность?

Присутствующие повернули головы к мужчине и выжидающе замерли. Он замялся и ответил невнятно:

– Я… Ну, я… месяца четыре назад отправлял эсэмэску на лечение ребенка…

– Вот! – поднял руку Игорь. – Помогайте детям и дальше, но я это спросил, чтобы вы осознали: чтобы требовать от кого-то жертв, надо сначала посмотреть на себя. Вы ведь можете экономить и перечислять половину зарплаты. Не покупать новый дорогой телефон, – Игорь указал на айфон последней модели в руке мужчины, – или не обновлять машину, а отдавать эти деньги на благотворительность… Нет, вы этого не делаете. А это всего лишь деньги. Но требуете от берегини, чтобы она жертвовала своей жизнью, исцеляя других.

Игорь вновь посмотрел на Нину и добавил, обращаясь к ней:

– Я этого тоже долгое время не понимал, превознося берегинь, думая, что они другие. Но они обычные люди, отличающиеся от нас лишь степенью ответственности, которую на них возложили.

Нина вспомнила, как давным-давно спросила Игоря о том же, что он спросил мужчину. Тогда он ответил совсем по-другому. «Соловьиные песни тебе не помогут», – хмуро подумала она и сжала купленную книгу так сильно, что на обложке остались вмятины от ногтей.

Вопросы сыпались, как демоны из адского котла. Она терпеливо ждала: месть сладка, когда подается на десерт.

Когда закончилось интервью, хвост очереди читателей, желавших подписать книги, уходил далеко за стеллажи. Нина продолжала стоять в тени. Глаза, прикованные к Игорю, следили за каждым его движением: улыбкой, адресуемой читателю, нервным поворотом головы в ее сторону, то и дело брошенные на нее взгляды.

Нина ждала свою добычу, подобно хищнику.

Когда очередь поредела и осталось несколько человек, она оттолкнулась от стеллажа. От ее уверенного медленного шага Игорь осекся на полуслове и вновь побледнел. Она встала за двумя последними людьми – губы изогнулись в усмешке – и перехватила книгу за корешок. Дождавшись, когда читатели разойдутся, она, вскинув бровь, протянула свой экземпляр.

Игорь испуганно поднял голову и, растерявшись, взял книгу.

– Нина, – напомнила она свое имя, хотя и не сомневалась, что он его не забыл.

Кадык Игоря вновь дернулся. Он осторожно, словно книга могла превратиться в монстра и оттяпать руку, взял ее за обложку двумя пальцами и, недоверчиво покосившись на нее, открыл первую страницу. Под названием широким твердым почерком он написал:

«Нине от Игоря. С наилучшими пожеланиями». Далее он оставил размашистую подпись и вновь поднял глаза.

– «С наилучшими пожеланиями». Серьезно?

К столу подошел мужчина и хлопнул Игоря по плечу:

– Вы такой молодец. Профессионально отбивались от каверзных вопросов. Сейчас закончим, и предлагаю зайти в кафе отпраздновать.

– Нет. – Голос Нины был спокоен, но не терпел возражений; полный яда взгляд вцепился в Игоря, как коршун в добычу. – Он пойдет со мной. У нас есть один нерешенный вопрос.

Игорь нервно посмотрел на мужчину; рот приоткрылся – он хотел попросить помощи, – но все же кивнул и вымученно улыбнулся:

– Э-э-э, Ярик, это моя… знакомая. Мы не виделись много лет.

Ярик посмотрел на Нину внимательней, пытаясь понять, что крылось под словом «знакомая».

– Тогда хорошо вам посидеть. Я разберусь здесь с организационными вопросами, вечером напишу.

Развернувшись, Ярик ушел, и, если не считать покупателей у кассы и звукооператора, скручивающего провода, они остались одни. Закрыв книгу, Игорь протянул ее Нине:

– Все это время я ждал тебя.

Раздражение вспыхнуло. Быстрым движением она схватила его за запястье и дернула на себя. Книга выпала из его руки и, ударившись корешком о пол, раскрылась.

– Ждал меня? Не потому ли, что сдал меня Святой земле? – прошептала она. – Не проходило и дня, чтобы я не задавалась вопросом: как они меня нашли?

Злость взвилась по позвоночнику, превращаясь в ярость. Нина отстранилась и заглянула в его бесстыжие глаза. Мысли, воспоминания закружились в голове. Она не хотела пробуждать болезненное прошлое, но, увидев, что Игорь кормил свое тщеславие, используя ее, она ощутила брезгливость. Что за презренный человек?

Пальцы разжались. Нина выпрямилась. Ох, как же ей хотелось сломать ему пару пальцев или чего-нибудь похуже.

– Ты даже не отрицаешь. Это и правда был ты. – Голос Нины наполнился горечью.

Игорь сорвался с места и, подобно зайцу, доскакал до двери, ведущей то ли в подсобку, то ли в другое помещение.

– Хочешь побегать? Я не против.

Покачав головой, она подняла подписанную им книгу и медленно направилась к выходу из магазина. Оказавшись на улице, она повернула голову вправо, потом влево: потоки машин бежали по сосудам города – дорогам. Покручивая на пальце ключи и напевая, она направилась к машине, припаркованной у обочины.

«Рубиновый дождь, рубиновый дождь… разверзнет небеса…» – напевала она под нос.

Машина пиликнула сигнализацией.

«И не спасет тебя Господь… Небеса… Небеса…»

Сев на водительское сиденье, она пренебрежительно кинула книгу назад.

Заведенная машина загудела; из воздуховодов забил холодный воздух. Нина опустила козырек и, взяв блеск из консоли, провела его кисточкой по губам и с характерным звуком причмокнула.

Глаза уловили через лобовое стекло двух мужчин, выходящих из-за угла: фигура в бордовом пальто возвышалась за спиной испуганного и то и дело спотыкающегося Игоря. Твердая рука Самуила придерживала его и настойчиво толкала в направлении машины. Нина сложила ладони на руль и приветливо помахала им пальчиками.

Самуил галантно открыл дверь заднего пассажирского сиденья и, проведя рукой по воздуху, произнес голосом, от которого у самого Владыки Тьмы побежали бы мурашки по спине:

– Присаживайтесь.

Игорь покосился на него, кинул тоскливый взгляд на дверь магазина, но все же сел в машину.

Как только Самуил сел рядом с ней, она нажала на кнопку блокировки дверей. Игорь нервно покосился на замок:

– Я не собирался сбегать…

– Ага. Я так и поняла, – хохотнула она.

Машина отъехала от магазина и вклинилась в поток.

– Прости, – придвинулся Игорь к спинке водительского сиденья и положил руки на него. Самуил зыркнул – пальцы Игоря разжались, он поднял ладони и откинулся на сиденье. – Что ты собираешься со мной делать?

Нина вновь кинула на него взгляд через зеркало заднего вида, и уголок ее губы дернулся в ухмылке.

– Людей, которые знают, что я – берегиня, можно по пальцам одной руки пересчитать. И большинство из них уже мертвы.

Лицо Игоря вытянулось. Бледные щеки вспыхнули и покрылись пятнами. Он проследил, как Нина достала сигарету и, зажав ее губами, щелкнула зажигалкой и затянулась. Да, курить она стала еще больше. Какая жизнь, такие и привычки, что поделать.

– Что ты имеешь в виду?

Нина промолчала. Она толкнула рычаг поворотника, свернула с дороги и проехала несколько переулков.

– Ладно… – Плечи опустились. Ярость схлынула. – Я пришла по делу к тебе. Мы видели, что ты постоянно общаешься с Вороновым. Ты частый гость на его приемах.

Игорь непонимающе уставился на нее.

– Что? – только и смог он выдавить.

Закатив глаза, она повторила.

Игорь медленно кивнул:

– Ты что, не собираешься меня убивать или калечить?

Теперь настала очередь Нины смотреть на него через зеркало заднего вида с недоверием.

– Не буду скрывать, что горю желанием что-нибудь тебе отрезать, но не сегодня. А жаль. Из-за тебя все наши жизни пошли под откос, – произнесла она тише, не намереваясь рассказывать Игорю о том, что именно его звонок в конечном итоге привел к тому, что врата Ада оказались открыты. Нина дала обещание Михаилу, что никому не расскажет о том, что в этом замешана Святая земля, поэтому она сразу перешла к делу: – Меня интересует Воронов. Мы видели твои фотографии из его Закрытого клуба.

– Вы следили за мной?

– Не за тобой, а за Вороновым. Что вас связывает?

– Зачем он тебе? – ответил он вопросом на вопрос.

– Не твоего ума дело, – не скрывая раздражения, бросила Нина.

Игорь сложил руки на груди. И хоть его поза еще выражала напряжение, но он, по-видимому, понял, что она пришла не мстить.

– Прости. Я много раз жалел о том, что позвонил на Святую землю и рассказал о тебе. Я не должен был. Я просто так разозлился, когда ты начала мне угрожать… – Его слова наполнили салон автомобиля кислой горечью.

– Я всегда могу его съесть, если разрешите, – напомнил Самуил.

Брови Игоря взлетели, а рот округлился.

– Что?

– Не стоит. Несварение будет, – ухмыльнулась Нина, благодарная, что Самуил вновь заставил того нервничать. Подозрительный испуганный взгляд Игоря кормил ее мстительную душонку сладкими пирожными. «Пусть боится».

Машина остановилась на парковке заправки. Нина заглушила двигатель и обернулась:

– Выходим. Я проголодалась. Как раз расскажешь все.

Глаза Игоря метали искры страха: он недоверчиво смотрел на Самуила, словно понял, что он не человек, но все же вышел из машины вслед за ними.

Зайдя в кафе, Нина заказала картошку фри, чизбургер и капучино с шоколадным топпингом.

– Если хочешь, заказывай, – махнула она в сторону кассы.

Игорь помотал головой и покосился на возвышающегося над ними Самуила.

– А он?

– Он поел, – равнодушно пожала плечами Нина и, взяв поднос с едой, прошла к столику возле окна.

Сев за стол, она требовательно указала рукой на диван напротив и, подхватив двумя пальцами картошку, обмакнула ее в сырный соус и сунула в рот.

– Рассказывай.

– Полагаю, у меня нет выбора.

– Ты никогда не был глуп, – улыбнулась она, но ее глаза остались холодны.

Игорь сцепил пальцы в замок и нервно заерзал на месте.

– Не знаю, что тебе понадобилось от Воронова, но мне скрывать нечего. Воронов купил издательство, в котором выпускается моя книга. Он оказал большую поддержку мне, без его рекламной кампании, я считаю, книга не стала бы бестселлером. Тогда Воронов и начал приглашать меня на свои приемы.

Нина откинулась на спинку дивана и внимательно посмотрела на него. Год назад он был идеалистом, но сейчас что-то в нем изменилось. Но разве в мире остался хоть один человек, который не изменился после Кровавого дождя?

– Ты хочешь сказать, что ничего необычного не замечал на этих приемах?

– Совершенно ничего, – кивнул Игорь, и что-то в его интонации не понравилось ей. Он отвел глаза и скукожился. – Ты так и не сказала, для чего он вам.

– Один из гвардейцев Святой земли был убит, его напарник пропал. Они расследовали дело, в котором фигурировал Воронов.

Игорь побледнел и нервно кинул взгляд на окно:

– Был убит экзорцист… – Его губы шевельнулись, но он не решился озвучить свою мысль и сомкнул их. И тут на его лице отразилось понимание. – Так ты работаешь на Святую землю?

Нина нехотя кивнула. Лицо Игоря вновь покрылось пятнами. Он выхватил несколько ломтиков жареной картошки и начал сосредоточенно жевать. Выудив из внутреннего кармана пиджака ручку, он подцепил салфетку, что-то написал и бросил на стол несколько купюр и монет.

– Это за картошку, – пояснил он и резко встал.

Нина нахмурилась.

Взгляд Игоря излучал тревогу, он многозначительно посмотрел на деньги и произнес громче, чем требовалось:

– Если у тебя больше нет вопросов, то мне пора. Сегодня вечером карнавальная вечеринка у Воронова, на которую придут новые члены клуба. Мне еще надо купить маску.

Нина растерянно нахмурилась и проводила его взглядом. Как только он скрылся за дверью, она накрыла ладонью салфетку и деньги, придвинула их к себе и присмотрелась.

На салфетке был записан адрес: «3-я Рощинская, 5, кв. 2». Она прищурилась, пытаясь понять, где это, ведь плохо ориентировалась в Москве, и, достав телефон, нашла адрес на карте: это был другой конец города. Сунув записку в карман, она заметила, что среди рублевых монет и купюр была одна необычная.

Большая золотая монета явно была не десятирублевкой. На ее гранях было что-то написано на древнем языке, а на обратной и лицевой стороне – нарисована звезда, но она отличалась от пентаграммы экзорцистов – звезда была шестиконечной, а там, где должны быть линии защиты, располагались странные надписи.

Нина протянула монету Самуилу. Он также покрутил ее в руках, внимательно разглядывая, и прочитал: «Demito neros ir orhim».

– Что это значит?

– Смерть станет твоим домом. Древний язык.

– Похоже, Воронов все же не так чист, как о нем говорят.

Адрес, который дал ей Игорь, оказался многоэтажкой советского образца в Даниловском районе. Бежевый фасад недавно отреставрированного здания выделялся среди покачивающихся высоких голых деревьев, которые гроздьями облепили каркающие вороны.

Рука Самуила остановила закрывающуюся подъездную дверь, и они проникли внутрь. Найдя нужную квартиру на втором этаже, Нина постучала. Послышался скрип, и дверь открыла девушка лет двадцати пяти, может, старше. Она удивленно уставилась на них.

– Добрый день.

– Вы знаете Игоря Игнатьева?

В глазах девушки отразилась тревога.

– Что с ним?

– Пока ничего. – И добавила тише: – Он дал мне ваш адрес и эту монету.

Увидев монету, она отпрянула. Дверь, оставшись без поддержки, заскрипев, начала закрываться. Нина перехватила ее и сделала шаг внутрь квартиры.

– Вы знаете, что это?

Она кивнула.

– Проходите, – еле слышно произнесла она.

Нина и Самуил вошли в темный узкий коридор квартиры. Девушка захлопнула за ними дверь, закрыла два замка на все три оборота и приложила палец к губам.

Нина кивнула.

– Не разувайтесь.

Она прошла в маленькую кухню, опустила жалюзи и включила телевизор настолько громко, что звук начал бить по ушам, и указала на стул у стола. Самуил остался стоять в дверном проеме.

– Простите. Игорь всегда поступал именно так. Он очень боялся, что нас подслушают. Я не представилась. Я Рита, невеста Игоря. Точнее, бывшая невеста.

– Мы гвардейцы Святой земли, – представилась Нина. – Я Нина, а это Саша.

Как только Рита услышала имя Нины, ее лицо разом вспыхнуло, нижняя губа задрожала. Она уставилась на гостью так, словно у нее вмиг отросли рога, и, сделав шаг назад, вжалась спиной в столешницу.

– Та самая Нина? – из-за звуков телевизора произнесла она едва различимо. – Вы ведь… вы… берегиня.

Взгляд Нины разом помрачнел.

Рита неожиданно бросилась на пол, подползла к ней на четвереньках и схватилась за ее штанины.

– Прошу, помогите ему…

– Встань, – недовольно прервала ее стенания Нина. – Встань!

Рита испуганно подчинилась и села на стул напротив.

– Рассказывай, в какое дерьмо он влез.

Ее грубые слова привели ту в чувство, и она испуганно кивнула:

– Летом прошлого года издательство, в котором вышла книга Игоря, купил Воронов. Игорь очень переживал по этому поводу. Когда Воронов пригласил его в свой клуб, он был очень рад, ведь, по слухам, туда входили сливки общества: актеры, продюсеры, бизнесмены… короче… Он думал, это трамплин в карьере. В принципе, так и случилось. Но, как оказалось, за все надо платить.

– Что произошло?

– Этот их клуб не для всех. Из-за работы я не смогла пойти на первый прием, а потом Игорь уже не позволял мне ходить вместе с ним. Воронов ярый коллекционер предметов искусства, связанных с демонами, и они у него в доме везде. Сначала Игорь подумал, что у богатых людей свои причуды, но чем больше времени проходило, тем яснее становилось: все неспроста. Члены этого Закрытого клуба поклоняются демонам.

Рита замолчала и нервно оглянулась на окно, словно их мог кто-то подслушать. Она подалась вперед, перегибаясь через стол, и зашептала:

– Воронов не просто так стал таким богатым. Он подписал договор с демоном. Игорь видел этого демона собственными глазами. Он был так напуган…

– Извините, но показаться могло что угодно.

Рита покачала головой:

– Нет. Я была беременна тогда. Игорь хотел уйти из клуба, но единожды переступивший порог дома Воронова уже не может выйти из его Закрытого клуба. Всех ушедших ждала мучительная смерть. В тот день, когда он хотел поговорить с Вороновым, за моей спиной в подъезде нашего дома появилась тень – я точно увидела красные глаза, – и меня столкнули с лестницы. Я пролетела два пролета, – голос Риты задрожал, – и потеряла ребенка. За своей успех Игорь заплатил жизнью нашего мальчика… Знаю, Игорь хотел как лучше, он хотел защитить и потому бросил меня. Но… прошло уже полгода. Он стал знаменит как никогда, но так изменился… Он рассказывал о вас… берегиня Нина. Честно говоря, я не особо ему верила, но это ведь правда. Вы пришли ему помочь?

Нина закусила щеку изнутри. Игорь не просто так послал их к Рите: так он просил о помощи. По-видимому, за ним следили. Карнавальная вечеринка у Воронова? Отличный способ проникнуть внутрь его особняка.

Выйдя из девятиэтажки, Нина кивнула в сторону кафе: желудок уже давно подавал голодные сигналы мозгу. Стремительный порыв ветра ударил в спину.

– Закажи пока мне чизбургер, колу и займи место. Я сейчас позвоню и подойду, – попросила она Самуила и сунула ему банковскую карту.

Достав телефон, она нашла в контактах Михаила и проследила через окно, как Самуил подошел к кассам.

Порывы холодного ветра с мелким снегом пронизывали до костей, пытаясь сорвать одежду. Она встала под навес и поежилась.

Послышались гудки.

После трех гудков в трубке прозвучал тревожный голос:

– Что случилось?

– Похоже, мы наткнулись на секту демонопоклонников.

Обрисовав ситуацию, Нина замолчала, ожидая решения главэкзорца Святой земли. Михаил вздохнул. На той стороне послышалось шуршание.

– Хорошо. Держи меня в курсе. Я могу послать Марию тебе в помощь.

– Ты думаешь, что Самуил не справится с этими демонами?

После небольшой заминки Михаил ответил:

– Я не за него переживаю. Будь осторожна.

– Хорошо.

Нина нажала на красную кнопку отбоя и посмотрела в серое, набухшее снегом небо. Ветер с мелкой мукой снега ерошил волосы, разбрасывая их. Она запахнулась и обернулась. В тусклом отражении окна вместо себя она увидела фигуру в черном и содрогнулась.

Владыка Тьмы смотрел на нее, прищурившись; его губы изогнулись в хищной улыбке, приоткрылись и беззвучно медленно проговорили:

«Скоро».

Звон в ушах заполнил все, а границы сознания сузились до монстра в отражении.

Боль резанула виски – Нина зажмурилась до белых кругов перед глазами и прошептала:

– Уйди… Прошу, уйди…

И боль схлынула, словно ее и не было. Звуки улицы вернулись в сознание: тарахтевший москвич со свистом стершихся колодок остановился, смех ребенка, шум ветра…

Нина медленно открыла глаза и вновь посмотрела на стекло. Владыка Тьмы пропал. В полупрозрачном отражении она видела только себя. Взгляд скользнул сквозь стекло внутрь кафе, и глаза Нины и Самуила встретились. Он сидел за столом прямо за стеклом, сложив руки в замок на столешнице. Она для него была словно на ладони. Его взгляд ничего не выражал, но он точно все видел.

От досады сморщив лоб, Нина зашла в кафе и, сделав вид, что ничего не произошло, с глубоким вздохом упала рядом с ним и расстегнула куртку. Достав из чизбургера лист салата и откусив большой кусок, она как ни в чем не бывало продолжила жевать, хотя вкуса не чувствовала.

Пристальный взгляд Самуила прожигал, но она не собиралась обсуждать с ним свои галлюцинации и демонстративно его игнорировала.