На следующий день
— Ну вот, — подруга закрепила лаком для волос еще одну прядь и отступила на шаг. — Готово!
Я покрутилась перед зеркалом, критически оценивая свое отражение.
Сегодня мы с Леной с утра заняты подготовкой: она обновила мне блонд, осветлив его, сделала прическу и макияж. Ей бы чуть-чуть больше деловой хватки, и она могла бы открыть свой салон… Руки у нее золотые.
Мои волосы лежат идеальными безупречными волнами, макияж — дымчатый, безупречный и дерзкий.
Платье облегает фигуру, как вторая кожа.
— Даже жалко, что муж тебя такую красивую не увидит!
— И слава богу, — фыркаю я, с облегчением снимая туфли на высоченной шпильке. — Все, снимаю. Фотки сделала? На память.
— А то! — Лена лихо щелкает телефоном, запечатлевая меня в полный рост. — Для будущего. И просто так, для поднятия боевого духа.
Я быстро переодеваюсь в простые джинсы и свитер. Бесценное платье аккуратно вешаю на плечики и прячу в футляр для одежды.
— Униформу принесла? — уточняю у подруги.
— Принесла. Мой все равно на выходные укатил к брату.
Я одолжила у мужа Лены его униформу с логотипом службы доставки.
Прячу волосы под капюшон и глаза — под большие дешевые солнечные очки.
— Теперь я готова к миссии.
— Я переживаю! Пусть у тебя все получится.
— Все, я пошла.
— Ой, подожди! — подруга меня перекрестила. — Все, с богом!
Я еду в ресторан в машине. На вид я — обычный курьер, торопящийся с заказом.
Сердце колотится, но я стараюсь дышать ровно.
Потому что паника — роскошь, которую я не могу себе позволить.
Подъезжаю к «Версалю». У служебного входа суета: заносят цветы, продукты.
Я выхожу, принимаю самый уверенный и немного задерганный вид, как у всех остальных.
Твердым шагом подхожу к охраннику.
— Доставка для Марии Пронькиной, — говорю я, намеренно называя настоящую фамилию.
Охранник лениво смотрит в планшет.
— Для кого?
— То есть, для Матильды Королевой. По паспорту ее зовут Мария Пронькина… Не знали?
— И что там?
— Гардероб. Говорят, понадобилось еще одно платье! И так орали… Мол, надо было еще пару часов назад доставить.
Охранник спрашивает у кого-то.
— Тут доставка…
Ему нервно кричат:
— Пропускай! Все ждут! Там помощница на измене!
— Проходи.
Внутри царит предконцертная лихорадка.
Шумно, многолюдно, все куда-то бегут с коробками, стойками и костюмами. В воздухе витает запах лака для волос.
—...как она задолбала! Закатила истерику из-за цветов, они, видите ли, не того оттенка фуксии! — шипит девушка с накладными ресницами, пронося мимо меня два букета.
— А меня третий раз на склад гоняет! — вклиниваюсь. я. — Куда платье?
— В гардероб к Матильде.
— Куда?
— А, туда, поживее, проходи! — он машет рукой, указывая направление.
Я, не теряя ни секунды, иду вперед, как будто я здесь свой человек уже сто лет.
Прохожу по коридору, сворачиваю за угол и быстрым шагом шмыгаю в туалетную комнату для персонала.
Защелкиваю замок, прислоняюсь спиной к прохладной двери и на секунду закрываю глаза.
Аааааа!
Получилось!
У меня получилось!
Глубокий вдох. Выдох.
Потом, не теряя времени, я достаю из пакета платье. Свитер и джинсы и униформа летят на пол. Я натягиваю шелковую ткань, поправляю складки, ловко застегиваю невидимую молнию на боку.
Достаю туфли. Поправляю укладку перед зеркалом. Последний штрих — яркая помада и кружевная маска. Она ложится на лицо, и отражение окончательно преображается.
Исчезает задерганная курьерша.
В зеркале смотрит на меня незнакомка — опасная и соблазнительная.
Все.
Я готова.
Шоу начинается!