Роковое влечение

Эпилог

Оказалось, что взять в жены белокурую козу из России тот еще квест.

Вначале они собирали справки в одной стране, потом в другой. И в итоге, когда им наконец-то дали добро, обсуждая свадьбу, Антонио выдохнул с облегчением, ведь мечтали они с Ульяной обо одном и том же. Наверное, так и бывает, когда встречаешь того самого человека. Мысли, чувства и желания совпадают.

Антонио и Ульяна представляли свою свадьбу одинаково, они грезили о пустынном пляже, где только они вдвоем, стоя на песке, под шум бирюзовых волн, в лучах ласкающего солнца, говорят друг другу: «Да, я согласна» и «Да, я согласен».

И в назначенный день он долго смеялся, разглядывая себя в зеркало. Одетый в классический жилет, легкие белые брюки и такого же цвета рубашку, он засунул розу из букета невесты в петлицу, не веря тому, что с ним происходит это на самом деле. Разве думал он когда-нибудь, что вместо распития рома в трюме с грязными пиратами, будет долго выбирать цветы, которые подарит ей в самый важный день. Это был как будто не Антонио, а влюбленный каблук, но да пофигу, главное, как горели глаза его козочки, когда она прижимала этот самый букет к груди.

Их свадебная церемония прошла на скрытом пляже — удивительное место, расположенное в южной части острова Бали между скалами, с ограниченным доступом для туристов.

Они шли по тропе из лепестков пути к цветочной арке, где у алтаря их ждал ведущий церемонии. Ассистент коренного индонезийца вынужден был постоянно повторять вопросы, потому что Тони ничего не слышал и не видел, кроме Ульяны, которая в тот день была еще краше, чем обычно. Разглядывая свою женщину в коротком белоснежном сарафане, с красным цветком, вколотым в длинные развевающиеся на ветру волосы, он жалел, что не может жениться на ней дважды. И когда, наконец, все вопросы были улажены, а ответы получены, Антонио разрешили поцеловать невесту. Первый поцелуй мужа и жены получился до неприличия грязным, чем Антонио очень гордился. Переплетая ее язык со своим, он мечтал о брачной ночи. А ведущему пришлось громко кашлять, привлекая к себе внимания.

Тони же хотел послать зарегистрировавших их клоунов в скалы, и заняться своей женой, которую из-за подготовки ко всему этому цветочному безумию не видел несколько дней. Но губы касались губ и Тони не стал тратить силы на разговоры, пусть остаются. И принялся опускать свою жену на песок, прямо возле расписной арки. Пусть смотрят, может чему научатся.

— Ты сдурел, муженек? — расхохоталась Ульяна, вырываясь из цепких объятий, убегая босиком по песку, в то время, как ведущий молился, осыпая молодоженов разноцветным дождем.

Обесчестить белокурую козу на людях не получилось. И получив приветственный напиток и памятный сертификат, они встретили закат и отправились обратно в отель.

И когда они зашли на темную территорию, неожиданно зажегся свет и заорала музыка, от чего Антонио чуть не получил сердечный приступ.

Территория отеля была набита людьми. Все они орали поздравительные речи и закидывали их с Ульяной цветами, рисом и золотыми монетками, что, кстати, довольно болезненно. На улицу вынесли столы, заставленные едой и напитками, а в центре стоял трехъярусный торт с фигурками жениха и невесты.

— Это ты сделала? — нахмурился Антонио, узнав среди гостей свою мать, братьев и множество родственников из Испании.

Хуанита Мартинес вела себя идеально. Наверное, вспомнила, что она все-таки мать и счастье сына дороже, а может быть и вправду заволновалась, что Антонио бросит их на произвол судьбы. Но она стояла в парадном блузоне и широко улыбалась.

Возле столов вились мать Ульяны в компании Джу и Мансура. Последний успокоился и вовсю флиртовал с новой девушкой, которую взяли работать в ресторане, вместо жены Антонио.

— Нет, я ничего такого не устраивала и всех их не собирала, — возмутилась Ульяна и вытянула руку из его ладони, обидевшись, сделала шаг в сторону, — мы же договорились, только ты и я.

— Не бросай меня, я боюсь, — усмехнулся Тони, притягивая Улю обратно.

— Дорогие молодожены! — заорал в микрофон ведущий в ярко-розовом фраке. — Сегодня ваш день!

— О да! — саркастически выкрикнул Тони в ответ.

— Только ваш!

— Спасибо! — издевательски ответил Тони, а Ульяна не могла перестать хохотать, ей было так смешно, что она согнулась пополам.

Впрочем, кое-что Антонио все же понравилось. Странная русская традиция целовать невесту после каждого тоста, увлекла его не на шутку.

Для своей жены, Антонио купил дом на берегу океана, он не был таким огромным, как построенный его отцом, но, когда он привел туда Ульяну, она долго прыгала, визжала и хлопала в ладоши от восторга. Все же не даром он прозвал ее козочкой.

Ремонт они сделали довольно быстро. Ульяна погрузилась в обустройство быта с диким энтузиазмом, подбирая обои и плитку. Удивительно, но даже тут их вкусы совпали, они почти не спорили, активно обмазывая друг друга краской и засыпая строительной пылью. После, грязные, довольные и уставшие, они вместе мылись в душе, все еще не веря своему счастью.

Антонио теперь работал в полиции. И хотя служба по-прежнему была довольно опасной, все же он не таскался бок о бок с убийцами и ворами. Каждый день он надевал форму, что приводило в восторг Ульяну. По ее словам, он выглядел невероятно горячо, иногда ей удавалось разводить его на горячий утренний секс в этой самой форме.

Уговорить Ульяну уйти от Джу, Антонио не смог, однако договорился с хозяйкой гостиницы, чтобы количество работы у его жены значительно уменьшилось. В итоге, Ульяна работала лишь с постояльцами.

На работе у Тони было множество обязанностей, но иногда он вырывался в обеденный перерыв, без предупреждения заваливаясь к своей козе в отель. И когда ему удавалось застукать ее одну, например, в том самом складе с пыльными коробками, он, особо не церемонясь, разворачивал ее спиной к себе, наклонял, утыкая лицом в одну из коробок, и задирал форменную юбку, смачно погружаясь в любимое тело. Коробки тряслись, а Тони закрывал Ульяне рот ладошкой, чтобы Джу и компания не услышали, чем конкретно они занимаются. Ничего не менялось, несмотря на штамп в паспорте, они по-прежнему были горячей парочкой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ульяна вернулась к тому, что любила больше всего — исследования. Она приступила к написанию книги о том, как они с Антонио выжили на необитаемом острове. Ей удалось найти еще несколько индонезийцев, которые остались живы в схожей ситуации. Антонио обожал, когда она умничала, рассказывая о своих планах. Это заводило его не меньше, чем вид ее задранной к верху аппетитной задницы, среди пыльных коробок на складе.

— Ты не видел мой блокнот? — нервничала козочка, подбрасывая подушки на диване.

— Нет, — потянул ее к себе Тони, пытаясь усадить на колени.

Он смотрел спортивную передачу и ему очень не хватало приятного ощущения тяжести ее тела во время просмотра. Ульяну футбол не интересовал, но кого это волновало?

— Может, выкинула с вещами прежних хозяев?

— Ты что? — глаза блондиночки округлились. — Там важнейшие пометки. Я в жизни не вспомню дату, — схватилась за голову Ульяна.

— Если ты про месячные, то в последний раз они были на день независимости Индонезии.

— Ты, правда, помнишь?

— Я трахаю тебя каждый день, козочка, и обычно ты не против, а отказываешься только, когда у тебя эти самые дни. Так что, да, я помню, как получил стакан минералки на голову и порцию фырканья с криками «у меня болит живот и голова».

— Но это же почти…

— Давненько было, согласен.

Ульяна ошарашено осмотрелась, а Тони кинул ей коробку.

— Вчера заехал в аптеку. Моя ученая коза, как обычно не черта не помнит.

Его жена направилась в ванную, несколько минут было тихо, а потом оттуда раздался вопль восторга.

— Я же говорил, — рассмеялся Антонио, — когда надо будет, я заделаю тебе детей!

Спустя больше, чем полгода в семье Мартинес родился мальчик, потом еще мальчик, и еще…

Но семейство Мартинес не собиралось останавливаться на достигнутом, они упорно хотели девочку!

Конец