Шри Чайтанья Махапрабху

Глава восьмая Игры с преданными в Пури

Шри Чайтанья Махапрабху стремился как можно быстрее вернуться в Пури. Перед уходом из Варанаси Он приказал Санатане Госвами идти во Вриндаван и присоединиться к Рупе и Анупаме. Господь поручил Санатане написать книгу об этикете вайшнавов, определить и восстановить места игр Кришны, установить в этих местах Божества Кришны, посвятить свою жизнь проповеди сознания Кришны и дать прибежище живущим во Вриндаване преданным Господа Чайтаньи.

В Пури Махапрабху повстречал Рагхунатху даса. Рагхунатха дас принадлежал к исключительно богатому роду землевладельцев. Когда он был ребенком, ему посчастливилось служить Харидасу Тхакуру. Так он обрел вкус к повторению святого имени Кришны и сильное желание присоединиться к Шри Чайтанье Махапрабху. Однако его благочестивые родители, хотя и были последователями Господа Чайтаньи, не хотели отпускать его. Они женили Рагхунатху на прекрасной девушке, полагая, что это заставит его вести материалистичный образ жизни, но их надежды не оправдались.

После того как Гауранга принял санньясу, Рагхунатха дас встретился с Ним в Шантипуре, где поведал Господу о своем желании отречься от семейной жизни. «Не будь безумцем, — отвечал Махапрабху, — живи дома и веди себя как подобает домохозяину, имеющему материальные привязанности. Однако при этом постоянно думай о Кришне. Придет время, и ты сможешь целиком посвятить себя служению Господу». Рагхунатха дас вернулся домой и в течение года идеальным образом исполнял свои обязанности. Через год он вновь решил идти в Пури, но, сбежав из дома, был схвачен людьми своего отца, которые привели его обратно домой. Вновь и вновь Рагхунатха сбегал из дому, но каждый раз отец посылал людей, которые возвращали его обратно.

Однажды в деревне Панихати Рагхунатха дас повстречал Нитьянанду Прабху, который приказал ему устроить огромный пир. Рагхунатха дас накормил несколько тысяч преданных плоским рисом, замоченным в йогурте, и другими вкусными блюдами.

После этого Рагхунатха дас попросил у Господа Нитьянанды благословение: «Без Твоей милости никто не может принять прибежище у Шри Чайтаньи Махапрабху. Но по Твоей милости даже самые падшие могут укрыться под сенью Его лотосных стоп».

— Дорогой Рагхунатха, — отвечал Господь Нитьянанда, — скоро Шри Чайтанья Махапрабху примет тебя и поручит тебя заботам Своего секретаря, Сварупы Дамодары. Ты станешь одним из самых сокровенных слуг Господа. — Встреча Рагхунатхи даса и Господа Нитьянанды показывает, что без милости Господа Нитьянанды невозможно принять прибежище у Господа Чайтаньи.

Вскоре Рагхунатхе все-таки удалось сбежать из дома. Проходя в день по пятьдесят километров, идя малоизвестными тропами, он за двенадцать дней добрался до Пури. Махапрабху поручил Рагхунатху заботам Сварупы Дамодары, но перед этим дал ему следующие наставления: «Не говори на мирские темы и не слушай разговоров обыкновенных людей. Не ешь изысканных блюд и не носи дорогих одежд. Всем выражай почтение и не ожидай почтения в свой адрес. Постоянно повторяй святое имя Кришны и в своем сердце служи Радхе и Кришне во Вриндаване».

Хотя Рагхунатха дас происходил из весьма состоятельной семьи, он стал жить в Пури очень аскетично. Первые пять дней Господь посылал ему прасад через Своего личного слугу, Говинду. Начиная с шестого дня, Рагхунатха стал просить милостыню у ворот храма, подобно нищему. Через некоторое время он посчитал, что жить, собирая милостыню, — все равно, что быть проституткой, и потому решил питаться тем, что бесплатно раздавали один раз в день в специально отведенном для этого месте. Но впоследствии он перестал питаться даже там и начал есть испорченные остатки риса, который не ели даже коровы. Он тщательно промывал гнилые зерна и ел их с солью. Довольный отречением Рагхунатхи, Махапрабху как-то пришел к нему и сказал: «Какими изысканными блюдами ты наслаждаешься? Почему ты не угощаешь ими Меня?» С этими словами Гауранга схватил пригоршню риса и отправил ее Себе в рот. «Я никогда не ел такого изумительного прасада», — молвил Он. На протяжении всей своей жизни Рагхунатха дас строго ограничивал себя и воздерживался от чувственных удовольствий. Он носил лишь рваную набедренную повязку и чадар, сшитый из лоскутов. В следовании регулирующим принципам он был непреклонен и тверд, словно камень. Довольный Рагхунатхой, Господь Чайтанья дал ему шилу (камень) с холма Говардхана и маленькую гирлянду из гунджи (красно-черных ягод, которые растут во Вриндаване). Господь повелел Рагхунатхе поклоняться камню, который был неотличен от Кришны. Памятуя, как он получил говардхана-шилу из рук Самого Шри Чайтаньи Махапрабху, Рагхунатха дас постоянно пребывал в трансцендентном блаженстве.

Всякий раз, когда группа преданных из Бенгалии отправлялась в Ориссу, ее возглавлял Шивананда Сена. Он организовывал прасад и ночлег, устраивал переправу через реки и платил подорожные сборы.

Однажды по пути в Пури за преданными, которые постоянно повторяли Харе Кришна, Харе Кришна, Кришна Кришна, Харе Харе / Харе Рама, Харе Рама, Рама Рама, Харе Харе, увязалась собака. Шивананда Сена подумал, что раз собака присоединилась к группе вайшнавов, значит, она тоже является вайшнавом, и потому он каждый день заботился о том, чтобы ее кормили.

Как-то раз Шивананду Сену задержал сборщик дорожного налога. «Путники устали и проголодались, — сказал ему Шивананда Сена, — пусть они идут, а я останусь и все улажу». Сборщик налогов согласился, и все преданные кроме Шивананды пошли дальше. Когда вечером Шивананда догнал свою группу, он поинтересовался, все ли вкусили прасад. Преданные отвечали, что они уже поели. Тогда Шивананда спросил, накормили ли собаку. Оказалось, что собаке ничего не дали, более того, ее нигде не могли найти. Шивананда подумал, что совершил оскорбление, поскольку не справился со своими обязанностями, которые заключались в том, чтобы заботиться обо всех членах группы, и решил поститься.

Когда путники достигли Пури и Шивананда пришел к Чайтаньей Махапрабху, он увидел, что Господь кидает прасад той самой собаке, которая шла вместе с ними. Пес ловил прасад на лету. «Повторяй Харе Кришна!» — приказал Гауранга собаке. Повинуясь воле Махапрабху, пес стал повторять святое имя. Увидев это, Шивананда поклонился собаке. На следующий день пес пропал — по милости Господа Чайтаньи он вернулся в духовный мир. Гауранга освободил презренную тварь, поскольку великий вайшнав удостоил ее своего внимания.

Бхагаван Ачарья, живший в Пури преданный Господа Чайтаньи, отличался необыкновенной снисходительностью. Сварупа Дамодара, напротив, был строг и не выносил ничего, что противоречило принципам чистого преданного служения. Не раз Бхагаван Ачарья вынуждал Сварупу Дамодару усомниться в его благоразумии.

Однажды к Бхагавану Ачарье пришел его младший брат, Гопал. Гопал учился в Варанаси и стал знатоком «Веданта-сутры» в изложении Шанкарачарьи, который в своих комментариях пытается уравнять положение дживы (бесконечно малого живого существа) и Бхагавана, Верховной Личности Бога. Пораженный ученостью своего брата, Бхагаван Ачарья пригласил Сварупу Дамодара послушать его толкования веданты. На это Сварупа Дамодара ответил, что Бхагаван Ачарья поступает неподобающе. Нельзя общаться с майявади, даже если они приходятся вам родственниками, поскольку их комментарии способны сбить с толку даже великих преданных. После этого Бхагаван Ачарья порвал с Гопалом все отношения.

Как-то раз Бхагаван Ачарья пригласил Чайтанью Махапрабху к себе на обед. Желая накормить Господа самым лучшим рисом, он послал Чхоту Харидаса к Мадхави Деви, пожилой женщине, преданной Шри Чайтаньи Махапрабху. За обедом Гауранга похвалил высокое качество риса и поинтересовался, где Бхагаван Ачарья его взял. Бхагаван Ачарья отвечал, что его дала Мадхави Деви. Тогда Чайтанья Махапрабху спросил, кто принес его, и Бхагаван Ачарья сказал, что он посылал за ним Чхоту Харидаса. Завершив трапезу, Господь Чайтанья сказал Своему слуге, Говинде, чтобы отныне он никогда не допускал к Нему Чхоту Харидаса. Слова Господа удивили преданных, поскольку Чхота Харидас был близким спутником Шри Чайтаньи Махапрабху и Господу нравилось, как он поет. Они попросили Гаурангу объяснить, какое оскорбление совершил Чхота Харидас. Господь отвечал, что Он не потерпит, чтобы человек, ведущий отреченный образ жизни, лелеял в своем сердце похотливые желания. Гауранга понял, что в доме Мадхави Деви Чхота Харидас увидел молодую женщину, и в его сердце пробудилось вожделение.

После того, как в течение трех дней Харидас воздерживался от еды, преданные попросили Чайтанью Махапрабху простить его и позволить ему вновь общаться с Ним. Однако Гауранга отвечал, что, если они еще раз заговорят об этом, Он навсегда покинет Пури. Преданные испугались и больше не упоминали имя Чхоты Харидаса в присутствии Господа. По совету преданных Харидас перестал поститься и просто горевал в разлуке с Махапрабху, ожидая, что тот вновь призовет его к Себе. В течение года он стоял у дороги, по которой Гауранга ежедневно ходил в храм Господа Джаганнатхи, и издалека выражал Ему почтение. Но Махапрабху был непреклонен. Тогда Харидас отправился в Праяг и утопился в месте слияния Ганги и Ямуны.

Вскоре после этого Сварупа Дамодара и другие преданные, идя вдоль берега океана в Пури, услышали, как в небе над ними кто-то сладко поет. Им показалось, что голос принадлежал Харидасу. Преданные решили, что Харидас в отчаянии покончил с собой и стал привидением. Однако Сварупа Дамодара сказал, что близкий спутник Господа Чайтаньи не мог превратиться в привидение. «Наверняка Харидас получил трансцендентное тело», — заключил он. Это на самом деле было так. Никем не замеченный Харидас приходил к Чайтанье Махапрабху и пел для Него. Гауранга вновь принял его и опять стал слушать его пение. Своим суровым обращением с Харидасом Господь хотел показать, что садху не должен быть лицемером и лелеять в своем сердце материальные желания.

По просьбе Махапрабху Санатана Госвами пришел из Вриндавана в Пури. По пути, в лесу Джаркханд, он принял омовение в нечистом водоеме, и его тело покрылось гноящимися язвами. В Пури Санатана стал жить с Харидасом Тхакуром, к которому Чайтанья Махапрабху приходил каждый день. Каждый день против воли Санатаны Гауранга обнимал его. Санатане было не по себе — он считал себя падшим и не достойным такой милости, кроме того, он не хотел, чтобы гной из его ран пачкал Махапрабху. «Я родился на священной земле Индии, — думал Санатана, — но поскольку тело мое одолела болезнь, я не могу служить Господу. Во время Ратха-ятры я избавлюсь от этого тела, бросившись под колеса колесницы Джаганнатхи».

Господь Чайтанья, пребывающий в сердце каждого, понял намерение Санатаны и сказал ему: «Как тебе не стыдно! Ты вручил всего себя Мне. Твое тело является Моей собственностью. Ты не имеешь права причинять ему вред».

Санатана отвечал, что он не в силах вынести оскорблений, которые он совершает, когда Господь обнимает его. На это Махапрабху сказал, что Он делает это, чтобы очиститься, поскольку Санатана — великий преданный Господа. С этими словами Гауранга вновь обнял Санатану и избавил его от недуга.

— У Меня есть важные дела во Вриндаване и в Матхуре, — молвил Господь, — но поскольку Я обещал Своей матери оставаться в Пури, Я сделаю их через тебя. Ты не должен лишать себя жизни. — Когда Чайтанья Махапрабху ушел, Харидас Тхакур обнял Санатану Госвами. «Ты самый удачливый человек во всем мире! — воскликнул он. — Господь Чайтанья считает твое тело Своей собственностью. Он поручил тебе выполнить от его имени важную миссию на святой земле Матхуры».

Когда родственник Махапрабху по имени Прадьюмна Мишра пришел к Господу, чтобы услышать от Него кришна-катху, Господь отправил его к Рамананде Раю. В доме Рамананды Рая Прадьюмне Мишре пришлось долго ждать хозяина. В конце концов, он появился, извинившись и сказав, что ему не доложили о приходе гостя. Оказалось, что он был занят тем, что одевал дева-даси и учил их танцевать для Господа Джаганнатхи. Было уже поздно, и Прадьюмна Мишра вернулся домой, так и не рассказав Рамананде о цели своего прихода. Позднее, когда Шри Чайтанья Махапрабху поинтересовался у Прадьюмны Мишры о его визите к Рамананде Раю, тот сказал, что был удивлен, когда узнал, что Рамананда собственноручно одевает дева-даси.

Тогда Гауранга объяснил, что Рамананда Рая может делать то, что невозможно для других. «В его сердце нет и тени вожделения, — сказал Господь. — Одевая дева-даси, он думает только о том, как доставить удовольствие Господу Джаганнатхе». На следующий день Прадьюмна Мишра вновь отправился к Рамананде Раю, который полностью удовлетворил его чудесной кришна-катхой.

Один бенгальский поэт сочинил пьесу, в которой сравнивал Господа Чайтанью с Господом Джаганнатхой. Пьеса понравилась всем преданным, которые захотели, чтобы ее услышал Махапрабху. Но поскольку Гауранга не терпел даже малейших отклонений от принципов чистого преданного служения, прежде чем Он удостаивал Своего внимания какое-либо литературное произведение, его должен был оценить Сварупа Дамодара. Как только бенгальский поэт произнес вступительные стихи, Сварупа Дамодара понял, что автор неправильно понимает философию. Он посоветовал поэту услышать «Шримад-Бхагаватам» от чистого преданного Кришны и принять прибежище у Чайтаньи Махапрабху. Так по милости Господа Чайтаньи он сможет должным образом понять философию сознания Кришны и обрести необходимую квалификацию для написания книг по сознанию Кришны.

Каждый вечер в Пури Махапрабху проводил со Своими спутниками санкиртану, в которой участвовали тысячи людей, а также существа с высших планет вселенной. Приняв облик паломников, они приходили, чтобы получить даршан Господа Чайтаньи. Господа посещали такие великие личности, как Прахлада Махарадж, Бали Махарадж, Вьясадева, Шукадева Госвами и другие. Когда они видели Гаурангу, они лишались чувств от экстатической любви к Кришне.

Махарадж Пратапарудра издал указ, согласно которому последователям Махапрабху давали столько прасада Джаганнатхи, сколько они хотели. Ежедневно многотысячная толпа людей пела Харе Кришна не меньше четырех часов, а когда люди испытывали усталость, преданные щедро раздавали прасад. Участвуя в пении, танцах и вкушая прасад, люди наслаждались блаженством движения санкиртаны Господа Чайтаньи.

Как-то рано утром после даршана у Господа Джаганнатхи Махапрабху в окружении Своих спутников начал киртан. Он стал высоко прыгать, тело Его покрылось мурашками, Его охватила дрожь. Казалось, у Него вот-вот выпадут зубы. Киртан был настолько интенсивным, что преданные целиком погрузились в повторение святого имени Кришны, полностью забыв о себе, о своем доме и обо всем остальном. Для них не существовало ничего, кроме имени Кришны. Киртан продолжался и после полудня. Преданные пели и танцевали уже более десяти часов. Силы их были на исходе. Тогда Нитьянанда Прабху придумал, как остановить киртан незаметно для Махапрабху, который под воздействием трансцендентного нектара святого имени пребывал в состоянии транса. Он поочередно подходил к преданным и просил их замолчать. Спустя некоторое время пел только Сварупа Дамодара. Махапрабху пришел в Себя и спросил, что случилось с киртаном. Нитьянанда отвечал, что наступает вечер, а Гауранга еще не исполнил Своих дневных обязанностей и не принял прасада.

Каждый день, после того как Господь Чайтанья принимал прасад, Говинда в течение нескольких минут делал Ему массаж, а когда Махапрабху засыпал, Говинда вкушал остатки Его трапезы. Однако в день долгого киртана Махапрабху так устал, что, придя домой, лег прямо на пороге. Говинда попросил Гаурангу немного подвинуться, чтобы он смог пройти и сделать Ему массаж. «Я так устал, что не могу пошевелиться, — отвечал Господь. — Делай, что хочешь». Тогда Говинда накрыл Махапрабху своим чадаром, поклонился, перешагнул через Него и стал Его массировать. Пробудившись ото сна и увидев рядом с Собой Говинду, Гауранга недовольно спросил, почему тот еще не вкушал. Говинда отвечал, что он не хотел перешагивать через Господа. «Тогда как ты оказался внутри?» — спросил Махапрабху. Говинда ничего не ответил. Но про себя он подумал: «Ради служения своему господину я готов нанести оскорбление и отправиться в ад, но ради собственных чувственных наслаждений я не могу даже помыслить о том, чтобы совершить апарадху».

Однажды придя к Харидасу Тхакуру с прасадом Господа Джаганнатхи, Говинда увидел, что тот лежит и медленно повторяет джапу. «Что случилось?» — спросил Говинда. «Я не могу закончить свои круги», — отвечал Харидас. Оставив прасад, Говинда вернулся домой и доложил Гауранге, что Харидас заболел. На следующий день Господь Чайтанья пришел к Харидасу и поинтересовался о его здоровье. «Мой недуг заключается в том, что я не могу закончить свои круги», — отвечал Харидас. «Ты уже стар, — молвил Махапрабху. — Ты достиг совершенства в преданном служении. Тебе не нужно повторять столько кругов». «Господь, — сказал Харидас, — прошу Тебя, выслушай мою просьбу. Я знаю, что Ты недолго еще будешь в этом мире, а я не смогу жить без Тебя. Позволь же мне уйти до Тебя». «Твой уход будет большой потерей для всех», — отвечал Махапрабху. «Я — ничтожное существо, — молвил Харидас, — Кто будет сожалеть о смерти муравья? Я хотел бы оставить тело, созерцая Твой луноподобный лик».

На следующий день Махапрабху пришел к Харидасу вместе со всеми преданными и начал описывать его величие. Вайшнавы с удивлением внимали рассказу о необыкновенных деяниях Харидаса, который всегда терпеливо и смиренно повторял святое имя, невзирая ни на какие трудности. Он не только беспрестанно повторял святое имя, но и широко проповедовал, распространяя его славу.

Гауранга начал киртан, а Харидас опустился перед Ним на колени. Когда темп киртана возрос, Харидас устремил свой взор на лотосный лик своего возлюбленного Господа и со словами «Шри Кришна Чайтанья» оставил этот мир. Махапрабху поднял его бездыханное тело и начал танцавать. После этого трансцендентное тело Харидаса омыли в океане и соорудили на берегу гробницу. «Поскольку здесь было омыто тело Харидаса, — молвил Господь Чайтанья, — отныне это место станет маха-тиртхой (великим местом паломничества)». Господь лично собирал прасад Джаганнатхи для праздника в честь ухода Харидаса Тхакура. Кроме того, Он благословил всех присутствовавших на празднике, пообещав, что они обретут любовь к Богу.

Каждый год после чатурмасьи бенгальские преданные с большой неохотой покидали Пури. Махапрабху также не хотелось отпускать их. Вновь и вновь преданные откладывали свой уход на несколько дней, и в конце концов им приходилось заставлять себя вернуться домой. Однажды перед их уходом Господь Чайтанья молвил: «Ради того, чтобы прийти сюда и повидать Меня, вы преодолеваете множество трудностей. Хотя Адвайта Ачарья уже стар, он все равно приходит в Пури. Не в силах вынести разлуки со Мной, Нитьянанда нарушает данное Мне слово проповедовать в Бенгалии. Все вы с такой любовью относитесь ко Мне, но Мне нечем вам отплатить. Я — бедный санньяси, у которого нет ничего, кроме материального тела. Поэтому за вашу любовь Я отдаю вам Самого Себя». Когда преданные услышали это, их сердца растаяли, а из глаз хлынули слезы. Чайтанья Махапрабху обнял всех преданных, и те отправились в Бенгалию исполнять свои семейные обязанности.

Джагадананда Пандит с самого детства был близким спутником Господа Чайтаньи. После того как Гауранга принял санньясу, Джагадананда отправился вместе с Господом в Пури и с тех пор постоянно жил там. В кришна-лиле Джагадананда является Сатьябхамой, одной из главных цариц Кришны. Сатьябхама была известна своими любовными ссорами с Кришной, и Джагадананда также часто гневался на Чайтанью Махапрабху. Господь понимал его чувства.

Как-то раз Махапрабху послал Джагадананду в Бенгалию, чтобы сообщить о Себе матери Шачи. Там Джагадананда раздобыл сандал и с большим трудом извлек из него масло, намереваясь использовать его для массажа головы Господа Чайтаньи. Осторожно неся масло, чтобы не пролить ни капли, Джагадананда принес его в Пури, где с великой радостью предложил его Гауранге. Однако Махапрабху отказался его принять. «Я — санньяси, — сказал Он. — Если Я буду пользоваться ароматическим маслом, люди подумают, что Я наслаждаюсь общением с женщинами. Ты можешь отдать масло в храм Господа Джаганнатхи, там его используют для предложения светильников».

Джагадананда вспыхнул от гнева, схватил горшок с маслом и разбил его, бросив на землю. Затем он побежал к себе домой, заперся и в течение трех дней лежал на кровати и постился. На четвертый день к нему пришел Махапрабху и кротко спросил: «Джагадананда, ты не мог бы сегодня приготовить для Меня обед?» Джагадананда быстро поднялся. От его гнева не осталось и следа. Он принял омовение и приготовил для Гауранги огромный пир. Он сам подавал прасад Господу, постоянно подкладывая добавку. Махапрабху продолжал есть в страхе, что, если Он откажется, Джагадананда вновь рассердится и станет поститься. Наконец Господь сказал, что съел в десять раз больше обычного, и попросил Джагадананду также вкусить прасада.