Глава 57

В сумерках, когда над темной водой начал подниматься туман, на берегу под горой вдруг загрохотали выстрелы. Минут двадцать, судя по звукам, там шел ожесточенный бой, а потом снова воцарилась тишина.

— Думаю, про бандитов мы теперь можем забыть, — с легкой усмешкой сказал Крот Штыку. — Да и про «долговцев» — тоже.

Они стояли на краю платформы и смотрели в темноту. Внизу тихо плескалась вода.

— Неужели все? — устало спросил Штык. — Даже не верится.

— И это правильно, — согласился Крот. — Как только ты считаешь, что все тебе здесь стало ясно, готовься к сюрпризам. Зона не любит самоуверенных болванов.

— Что там за стрельба? — появился в дверном проеме Хвост, на ходу протирая очки.

— Все в порядке, иди спать, — сказал Крот. — Это была колыбельная. Самая лучшая из тех, что мы могли сегодня услышать. А ты, Штык, погоди, не спеши. Разговор у нас с тобой будет, и желательно без свидетелей. Посиди здесь, я только чаю принесу.

Крот вернулся с двумя горячими кружками, немного помолчал и, наконец, сказал:

— Вижу, плохо ты себя ощущаешь после того, как болотная тварь Буля в аномалию загнала…

— К чему эти игры? — прямо спросил Штык, глядя старику в глаза. — Мы с тобой оба прекрасно знаем, что Буль побежал из-за меня. И ты целился в меня из карабина тоже не случайно. Может пора бы разобраться, что со мной не так?

Крот тяжело вздохнул, но возражать не стал:

— Хорошо. Я действительно видел кое-что. Хотя нет, не так. Я не видел, а был уверен, что на твоем месте стоит точно такая же болотная тварь, что сбежала от нас в лес.

— Погоди-погоди, — сказал ошарашенный Штык, — это что-же получается? Я превратился в болотную тварь? И этим напугал чудовище?

— Нет, я лишь сказал, что был уверен, что вижу вместо тебя болотную тварь. Чего испугался мутант — я точно сказать не берусь.

— Получается, что я все-таки Контролер? — требовательно спросил Штык.

— Не получается. У нас нет ни одного доказательства твоей активности в ментальном поле, наподобие того, как это делает Контролер. Все, что ты рассказывал, и то, что видел я, демонстрирует лишь некий ответ на внешнее воздействие. Словно в какой-то момент времени ты становишься своеобразным зеркалом, отражающим то, что происходит вокруг тебя.

— Что значит «зеркалом»? Я не понимаю.

— Я тоже не вполне понимаю, — честно сказал старик. — И привел только ближайшую аналогию. В определенных состояниях, ты способен отражать и возвращать ментальное воздействие. И я даже не говорю про атаки Контролера. Любой ментальный импульс в твой адрес может вернуться в том или ином виде, обратно к хозяину. Или к тому, кто находится рядом. Только этим я могу объяснить бегство болотной твари.

— Все равно не понимаю, — растерянно сказал Штык. — Если болотная тварь меня увидела, то наверняка пожелала мной поужинать. Чего же она испугалась?

— Того, что ты желаешь поужинать ей, — улыбаясь сказал старик. — Несмотря на все ее когти и щупальца. Скажу тебе больше: в Зоне найдется мало монстров, которые не боятся болотной твари. И все они гораздо габаритнее тебя.

— А ты? Почему ты видел вместо меня этого монстра?

— По всей видимости, я получил часть удара, возвращаемого тобой мутанту. Кто может сожрать болотную тварь с точки зрения самой твари? Только точно такая же тварь. Вот я ее и «увидел».

— Если твоя теория верна, — медленно сказал Штык, — значит она должна объяснять и остальные странности. Например, Хомяк, который бегает по поселку и одновременно сидит в подвале.

— Боюсь, что это достоверно объяснить будет трудно, — со вздохом сказал Крот. — Я не знаю.

— А что же мои «солдаты»? Они же все время были рядом — неужели это самое «ментальное зеркало» ни разу не отразило им обратно их собственные устремления?

— Почему «не отразило»? — улыбаясь сказал Крот, покачивая головой, — запросто «отражало». Только к тебе то они относились с уважением, и даже в каком-то смысле с любовью, и чувствовали с твоей стороны тоже самое.

Несколько минут они молчали. В темноте под платформой плескалась черная вода. Где-то на далеком берегу «правого рукава» вдруг началась стрельба, но буквально через несколько минут все стихло и ночная тишина вновь окутало озеро и плавучий дом.

— Ты считаешь, что теперь я опасен для людей? — решившись, спросил, наконец, Штык.

— Если тебя волнует именно такая постановка вопроса, то пожалуй — да, — безжалостно ответил Крот. — И не потому, что ты на кого-то нападешь, превратишь в зомби и уведешь к себе на котлеты. Ты — «зеркало». В тебя будут «глядеться» и «видеть» в этом «зеркале» что-то свое, глубоко личное, но думать при этом, что «видят» именно тебя.

— Но ведь я не постоянно такой, — с отчаянием сказал Штык.

— Да, «ментальное зеркало» «включается» лишь на время. К сожалению, мы понятия не имеем, что служит «выключателем». По всей видимости нужен набор определенных условий, а не просто угроза твоему благополучию. Ты не знаешь, когда и почему оно «включается», и представление не имеешь как и на кого потом действует. Сколько ты вернул ментальных воздействий и как они подействовали на окружающих — мы не знаем.

Штык немного помолчал, а потом совершенно спокойно сказал:

— Мне надо все обдумать.

— Хорошо, а я пойду спать. Ты тоже долго не засиживайся — больше, чем есть в голове сейчас, вряд ли уже станет, — Крот поднялся и ушел в дом.

Штык подошел к краю платформы. Из воды на него смотрело отражение совершенно незнакомого человека. В такой темноте никакого отражения Штык видеть не мог в принципе, но перед глазами по воде шла мелкая рябь, совершенно не мешающая видеть лицо человека, смотревшего с той стороны водяного зеркала. Человек был угрюм и спокоен, но смотрел на Штыка с таким ожиданием, что вдруг стало понятным: он тоже ждет ответа.

Сердце стучало все медленнее, кровь едва текла по венам, и каждая секунда превращалась в года. Решение было рядом, оно созрело давным-давно, и его оставалось лишь «поймать» и осознать. Но сколько Штык не пытался разобраться, решение ускользало от него, продолжая дразнить ощущением своего присутствия. Промучившись неизвестно сколько времени, Штык плюнул в темную воду и отправился спать.

Загрузка...