— Агх!
— К оружию!
Потрясённые смертью учёного, остальные драконы слишком поздно заметили, как их собственные артефакты хранения тоже побежали трещинами, из которых затем явились прежде безобидные марионетки и набросились на них со спины.
Четверть группы погибла в первую секунду; ещё половина получила серьёзные раны, и завязалась яростная битва.
Сам Сиф лишился руки, когда золотистая булава опустилась ему на плечо. Только удача позволила ему вовремя отпрянуть и присоединиться к остальным драконам, которые торопливо собрались в боевую формацию.
Тогда на смену сильнейшему испугу пришло облегчение. Сиф понял, что выжил, а значит ещё не всё потеряно: вместе они обязательно справятся с горсткой бездумных марионеток.
Ведь даже если к их созданию приложил руку Дракон Небесной Мудрости или сам Божественный император, они всё равно представляли собой обыкновенные инструменты. У них не было собственного разума — а если и был, то давно развелся за те сотни миллионов лет, которые прошли с момента краха прежней династии.
Даже искусственная жизнь не может продолжаться вечно, и победа над простыми механическими стражами не должна была вызвать особенных проблем.
В теории.
На самом же деле уже очень скоро Сифу пришлось переменить своё мнение, когда марионетки не просто набросились на них, как дикие звери, но сперва окружили драконов, используя фактор неожиданности, а затем стали кропотливо и размеренно продавливать их оборону.
Если бы мастер формация был ещё жив, а не валялся обезглавленный среди камней, он мог бы предложить, что скорее всего марионетками управляли со стороны. Тогда бы драконы попытались найти таинственного кукловода, который заранее пробрался в этот зал и переписал на себя все формации, но даже при таком развитии событий их поиски оказались бы тщетными, и конец у сражения ничуть не поменялся.
Когда больше половины драконов погибли, а остальные, в том числе лидер группы и Сиф, которому просто повезло продержаться до этого момента, — кажется, сегодня ему действительно сопутствовала необыкновенная удача — поняли всю безвыходность своего положения, битва вдруг остановилась.
Одна из марионеток пролетела вперёд и сделала движение, как будто снимает с пальца кольцо.
Намёк был понятным.
Лидер заскрипел зубами, но всё же снял своё Кольцо хранения и бросил марионетке, которая изящно поймала его и опустила на собственный палец.
С немыслимой горечью Сиф и остальные драконы последовали его примеру.
Казалось бы, после этого их должны были отпустить, однако затем другая марионетка сделала ещё пару движений: как выбрасывает оружие, а затем снимает с себя драгоценности и одежду…
К тому моменту, когда им всё же позволили вернуться в прошлый зал, всесильные Правители превратилась в полуголых попрошаек.
При этом они смогли сохранить свои жизни. Более жадные драконы до последнего держались за свои сокровища и погибали либо от рук бронзовых марионеток, либо в многочисленных ловушках и формациях, которые пробуждались в самые неподходящие моменты, выбрасывая их за границы пространства и времени, заточая в многомерных темницах или же просто сжигая адским пламенем, способным испепелить весь мир.
Сперва Сима беспокоился, что у него не будет времени, чтобы остановить расхитителей гробниц, однако в итоге тот факт, что они зашли так далеко, сыграл ему на руку, и различные преграды вспыхнули не только перед экспедицией, но и прямо у неё за спиной.
Они оказались в западне — в окружении между молотом и наковальней и полностью во власти Сима.
Со временем многие Правители догадались, что что некто — великий мастер формаций, — подчинил себе старинную гробницу и теперь пытается избавиться от конкурентов, но всё равно ничего не могли с этим сделать. Они проклинали его и угрожали перебить весь его регион и всех отпрысков до десятого колена, но в итоге всё равно выбрасывали свои находки и как побитые собаки ковыляли на выход.
В этом отношении Сима был достаточно милосердным, позволяя драконам сохранить свои жизни и даже предоставляя им второй шанс, если на обратном пути в них просыпалась жадность, и они снова пытались прибрать к рукам его сокровища.
Вместо третьего шанса, впрочем, они получали удар золотистой булавой по голове.
Таким образом Сима всего за пару часов более чем на половину сократил число драконов внутри гробницы и заставил их выбросить украденные сокровища.
При этом лицо его становилось всё более мрачным и напряжённым, а взгляд всё чаще обращался на пустые экраны, изображающие армии разбитых марионеток.
Драконы Сакральной Мудрости были бессильны перед лицом гробницы после того, как Сима взял её под свой контроль. У него получалось справляться даже с некоторыми Драконами Великой Мудрости, хотя это было намного сложнее, и временами приходилось взрывать ценнейшие формации, которые оставляли после себя широкие трещины в пространстве.
Однако были и такие, кто запросто пронзал все преграды у себя на пути: Правительница Нерима, господин Уро, ученик Первого канцлера Зао, мастер Ка… Их было немного, однако все они представляли серьёзную, даже смертельную опасность.
Вскоре Сима заметил, что после того как он поглотил эссенцию прежнего Божественного императора, она перестала блокировать проход в сердце гробницы, а значит сильнейшие в мире (после Канцлеров) драконы стремительно приближались прямо к нему…