Смерть и оживление

ЖИЗНЬ СЕРДЦА, ВЫРЕЗАННОГО У ЖИВОТНОГО.

Человека считают мертвым с той минуты, как у него перестает биться сердце. Мы уже знаем, что на самом деле полная и окончательная смерть всего тела наступает много позже. Отдельные его части бывают способны к жизни даже через несколько дней после остановки сердца. Но, пожалуй, было бы странно спросить про самое сердце: а не способно ли оно тоже жить отдельно от тела? Ведь его остановка как-раз и вызвала смерть. Но нашлись ученые, которые не только об этом спросили, но и отыскали верный ответ на этот вопрос. Посмотрим теперь, как они дошли до него и что узнали.

У некоторых животных сердце изумляет нас своей живучестью. Взять хотя бы лягушку или черепаху (рис. 12). Их можно разрезать, вынуть сердце вон, а оно все еще будет биться. Если его положить в слегка посоленую воду, то оно будет биться там долгое время. А если позаботиться о его питании, как это делали с отрезанными пальцами, тогда жизнь его можно продлить на несколько дней.

Однако, такими свойствами обладают сердца не всех животных, а только „холоднокровных“. У этих животных тело не бывает постоянно теплым, как у человека, собаки или птицы. Оно бывает у них то теплым, то холодным, смотря потому, где находится животное. Если кругом лягушки или черепахи тепло, то и тело у ней теплое; а станет вокруг холодно—и тело лягушки охладится. Совсем другое дело—„теплокровные животные“, как человек, звери и птицы. У них тело нагрето всегда до одной степени (до одной „постоянной температуры“). У человека, например, и зимой, и летом, и на морозе, и в жаркой бане, всегда в теле держится приблизительно тридцать семь градусов тепла (О том, как это происходит, рассказано в моей книжке—„Как наше тело борется с жаром и холодом“). То же самое у птиц и зверей. Вот у всех этих животных сердце, вырезанное из тела, уже не может само биться. Оно сразу останавливается, кровь в нем сгущается, запекается, а потом оно коченеет, как коченеют всякие мышцы. (Ведь и сердце есть мышца, только пустая внутри, заполненная при жизни кровью.)

Заставить работать вырезанное сердце теплокровного животного казалось неразрешимой задачей. Однако упорный труд ученых победил все препятствия. Среди этих ученых одно из первых мест принадлежит русскому профессору Кулябко.

Сначала Кулябко делал так. Он взял молодого здорового кролика и убил его, вскрыв жилы. Из жил постепенно вытекла кровь, и кролик умер. Тогда Кулябко вскрыл ему грудную клетку, обнажил сердце и пропустил в него воду, в которой была разведена соль. Таким способом ему удалось начисто промыть сердце и удалить из него всю кровь. После этого он стал пропускать через сердце питательную жидкость с кислородом вроде той, что употреблял Кравков для отрезанных пальцев. Ему понадобилось с полчаса пропускать эту жидкость, чтобы сердце начало, наконец, биться.

Восстановив таким способом работу сердца, Кулябко вырезал его из кролика и положил на лед. Понятное дело, там сердце перестало биться.

На другой день он снова взял это сердце, поместил его в аппарат для искусственного питания и стал пропускать через него питательную жидкость с кислородом (рис. 13). Сердце почти тотчас стало снова биться и продолжало свою работу долгое время. После этого Кулябко снова убрал его на лед. Прошло еще два дня. Кулябко опять попробовал, живо ли сердце. Но оказалось, что оно стало сокращаться очень слабо, да и то не сразу, а понадобилось пропускать через него приблизительно полчаса питательную жидкость, прежде чем начались сокращения.

Еще через два дня сердце уже не работало.

Кулябко проделал много таких опытов с кроликами и птицами, и они почти всегда ему удавались.

Что же показали эти опыты?

Они засвидетельствовали, что сердце теплокровных животных имеет большую стойкость что умирает оно далеко не сразу, и его работоспособность может сохраниться в течение 2–3 дней.

Но в этих опытах был один большой недостаток. Ведь Кулябко брал совсем здоровых животных, убивал их обескровливанием, сердце начисто промывал, не давая в нем крови сгуститься и закупорить проход. Все это—такие обстоятельства, которых не бывает при обыкновенной смерти животного или человека. А хотелось бы узнать нельзя ли оживить сердце такого теплокровного животного, которое умерло от болезни или от старости, сердце которого само отказалось работать. Кулябко решил попробовать и это. Вот что он сделал.

Однажды у него околела самка кролика. Трупик был вынесен на лед, где и лежал всю ночь. На другой день сердце вырезали из трупа, который уже успел окоченеть. Оказалось, что все сердце было наполнено запекшейся кровью, но сама сердечная мышца еще не окоченела: она была мягкой.

Сердце поместили в аппарат и пустили в него питательную жидкость. Тотчас же начались сокращения,—сперва они были слабы и беспорядочны, но вскоре сделались сильными и правильными. Так сердце билось три с половиной часа, после чего его унесли на лед.

Спустя четыре дня это сердце снова стали оживлять. С виду оно казалось уже совсем мертвым: цвет его был не красный, а сероватый, в некоторых местах оно было очень твердым наощупь. Но через полчаса пропускания питательной жидкости начались еле заметные сокращения, которые потом немного усилились. Эта слабая работа продолжалась больше трех часов, после чего сердце было убрано в ледник.

Значит, через пять суток после смерти животного его сердце еще сохранило способность к жизни. Вот как цепко держится в сердце жизнь даже в тех случаях, когда животное умирает от болезни. Ведь казалось, уже все кончено. Животное боролось со смертью до конца, оно пережило предсмертные судороги, его сердце постепенно обессилело и прекратило работу. Труп остыл… Но вот через день-два в это дело смерти вмешивается человек. Он вырезает сердце, промывает его от кровяных сгустков, снабжает пищей. И в сердце снова пробуждается жизнь. Оно возвращается к работе, которая, казалось, была навеки прервана. Так научается человек побеждать смерть.