Смерть и оживление

ЖИЗНЬ ОТРЕЗАННЫХ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ПАЛЬЦЕВ

Для разных опытов Кравкову нужны были человеческие пальцы. Сначала он пользовался теми, что врачи отрезали у больных при операциях. И вот он заметил, что эти пальцы долго сохраняют свою жизнеспособность. Тогда у него явилась такая мысль: а не сохраняют ли своей жизнеспособности и те пальцы, что находятся на руках и ногах покойников? Чтобы узнать это, Кравков отрезал у мертвого тела палец и решил продержать его у себя столько времени, сколько возможно. Конечно, об этом пальце пришлось не мало позаботиться. Прежде всего надо было доставить ему питание: ведь для того, чтобы палец жил, надо его питать. Как же этого добиться?

У живого человека питание пальцев идет так же, как питание других частей тела: пищу доставляет кровь. В живом пальце кровь все время двигается: она течет по пальцу в особых трубках, которые называются кровеносными сосудами (рис. 6).

В палец кровь входит по двум довольно большим трубкам. Трубки эти внутри пальца обильно ветвятся. Кровь растекается по тоненьким веточкам, и питательные соки из нее просачиваются в вещество пальца. От этого кровь постепенно беднеет питательными веществами; затем она входит в более толстые трубки, по которым и вытекает из пальца обратно. На ее место притекает новая струя крови из сердца. Все время, пока человек жив, кровь струится по его телу. Двигает ее сердце. Оно сжимается и выталкивает из себя кровь в кровеносные сосуды.[1]

Все это хорошо устроено и приспособлено в живом теле. Но чем заменить это на отрезанном пальце? Где взять непрерывно работающее сердце? Что пустить вместо крови? Лучше всего было бы взять настоящую человеческую кровь, но это оказывается невозможным: такая кровь скоро свертывается, сгущается в комок и перестает течь по трубкам. Не мало пришлось поработать ученым, чтобы победить все эти трудности. Но в конце концов им удалось это. И Кравков воспользовался тем, что до него придумали другие ученые. Вот какой аппарат соорудил он (рис. 7 и 8).

Из стеклянной банки, которая поставлена высоко, течет все время по тоненькой трубочке питательная жидкость. В эту жидкость по особой трубке входит газ, называемый кислородом,[2] без которого жизнь невозможна. Прежде чем войти в палец, жидкость подогревается в особой посудине, чтобы стать такой же теплой, как человеческая кровь. Подогретая жидкость эта по раздвоенной стеклянной трубочке входит в те два кровеносных со суда пальца, по которым при жизни подавалась в него кровь. Питательная жидкость растекается по всему пальцу, заполняя все его кровеносные сосуды. Питательные вещества просачиваются через тоненькие стенки сосудов. Так палец питается. Протекшая по нему жидкость выливается вон и попадает на кусочек стекла, к которому палец привязан. Стекло это поставлено косо; оттого жидкость стекает с него и каплями падает вниз. Там поставлен звонок, так что падение каждой капли хорошо слышно. Для чего понадобился звонок, мы скажем после.

Какая же питательная жидкость кормила этот палец у Кравкова? Жидкость эта состояла из воды, к которой были примешаны такие вещества, которые содержатся в крови. Главные из них—соль и сахар. При помощи этой жидкости палец питался и мог существовать долгое время. Проходили дни и недели, а палец не разлагался, никакого трупного запаха от него не было; он жил, и на нем отрастали ногти и волоски. Мало того, в нем держалась собственная теплота; он всегда был на градус—полтора теплее, чем окружающий воздух. Были живы все части отрезанного пальца.

В человеческом пальце есть ведь разные части. Сверху он покрыт кожей, на которой растут маленькие волоски и ноготь. Под кожей есть мясо и кость. Все это пронизано множеством трубочек—кровеносных сосудов. Когда палец находится на живом человеке, то живут, конечно, все эти его части: не только кожа, но и мясо, и сосуды и прочее. Кравков решил проверить, действительно ли в отрезанных им пальцах живут внутренние части, а не одна кожа с волосами и ногтем. И вот Кравков придумал такой способ. Он решил испытать кровеносные сосуды. Эти тоненькие трубочки имеют у живого человека замечательное свойство: они могут сжиматься и расширяться. Если, например, на нашем лице кровеносные сосуды сожмутся и будут пропускать меньше крови, то лицо станет бледнее; если же они расширятся, крови в них наберется больше, тогда лицо покраснеет. Вот Кравков и захотел узнать—могут ли сосуды на отрезанном пальце сжиматься или расширяться.

В нашей крови есть особое вещество, которое действует на кровеносные сосуды. Вещество это называется адреналином. Когда его в крови накопляется больше, чем следует, то кровеносные сосуды сжимаются; они расширяются, если его становится меньше. Кравков и решил воспользоваться этим веществом. Он прибавил его к питательной жидкости. Тотчас произошло следующее: из пальца стало вытекать меньше капель, чем текло раньше. Это легко было проверить с часами в руках. Каждая капля питательной жидкости, вытекающая из пальца, течет по стеклу, а потом падает прямо на звонок (рис. 8). Нетрудно сосчитать, сколько капель падает в минуту. Если раньше их падало, скажем, двадцать, то после прибавки адреналина будет падать примерно четырнадцать. Отчего же это происходит? Ясное дело, от того, что через палец стало протекать меньше жидкости. Что же ее там не пропускает? Очевидно, адреналин подействовал на кровеносные сосуды пальца, и они сжались. Течение жидкости замедлилось. Если теперь эту жидкость сменить на свежую, в которой адреналина нет, то палец снова начнет пропускать больше жидкости. Капли станут падать чаще потому, что кровеносные сосуды снова расширились.

Теперь ясно, что и сосуды в отрезанном пальце живы и могут работать так, как работают у здорового человека. Они чувствительны к примеси адреналина, они сжимаются и расширяются, усиливают поток жидкости или уменьшают его.

Кравков на этом не остановился. Он решил узнать, может ли отрезанный палец потеть. У живого человека пальцы и вообще кожа потеют от разных причин: от усиленной работы, от жары, от некоторых болезней, от некоторых лекарств. Есть такие лекарства, что, как примешь их, так и покрываешься потом. Одно такое лекарство и пустил в дело Кравков.

Пот на нашей коже выступает из особенных очень маленьких трубочек, которые закручены клубочком и сидят в толще кожи. Их называют потовыми железками (рис. 9).

В этих железках изготовляется пот. Когда железки начинают сильно работать, он выступает на коже.

Кравков и прибавил потогонное лекарство в питательную жидкость, которая текла в отрезанный палец. Сам он стал внимательно смотреть на палец. Прошло немного времени—и вот на пальце выступили маленькие капельки пота. Этим было достоверно доказано, что и потовые железки в отрезанном пальце живут и могут работать.

Спрашивается, долго ли может жить такой палец? На этот вопрос еще нельзя дать точного ответа. При некоторых опытах Кравкову и его помощникам удавалось сохранять палец живым почти целый год. За это время то мертвое тело, от которого палец был отрезан, успевало совершенно сгнить в могиле.

Кравков придумал, как можно засушить отрезанный палец, сохранить его в сухом виде на долгое время, а после этого размочить и оживить. Для оживления он просто пропускал через такой палец свою питательную жидкость, и тот возвращался к жизни (рис. 10).

Один замечательный опыт был сделан помощником Кравкова. В городской больнице (в Ленинграде) умерла женщина. Родственников у нее не нашлось, и тело оставалось лежать в покойницкой. Хотя была зима, но тело начало сильно разлагаться, кожа на животе покрылась зелеными пятнами, послышался трупный запах. На тринадцатый день после смерти отрезали у покойницы палец, а тело похоронили. И что же? Отрезанный палец оказался все еще способным к жизни. Даже сосуды его суживались, когда пропускали адреналин.

Все эти опыты очень любопытны. Они показывают, что смерть в теле человека наступает не сразу. Отдельные части тела продолжают свою жизнь еще долгое время после смерти человека.

Конечно, не только пальцы сохраняют жизнеспособность. Кравков сумел держать живыми по нескольку месяцев отрезанные у кроликов уши. Когда они не были ему нужны для опытов, он их высушивал, и в таком виде они подолгу лежали, вроде сухих семян, ожидая, пока их не размочат. А размоченные, они снова возвращались к жизни.

Другим ученым удалось сохранять в живом виде разные другие части животных. Так, например, это сделали с кишкой, вырезанной из тела убитой кошки. Такая кишка долго жила в питательной жидкости, сама в ней двигалась и извивалась, как червяк. Такие движения, как известно, делают кишки в живом теле, когда в них переваривается пища. Они служили верным признаком, что эта вырезанная кишка действительно жила.