Содержанка для босса

Глава 17.

Тимур.

Я все могу… Насрать на будущее и делать то, что хочу сейчас. Трахать куклу, придумывать ей дурацкие задания и ни о чем не думать. Делать то, что привык делать. Сейчас я хочу ее. А что будет завтра? Похуй.

Но на практике оказывается по-другому… Мне вдруг становится не все равно. Не плевать на ее чувства и планы. Почему? Не знаю… И это незнание меня коробит. Свербит внутри, как бегающий клещ.

Я не уверен в чувствах, а в наших отношения тем более. Тогда, почему я должен ее привязывать? Легче дать ей свободу выбора и прослыть благородным и понимающим, нежели мудаком, лишившим ее карьерного роста.

Противоречие не отпускает. Я все время думаю о Кристине… И понимаю, что боюсь снова обжечься. Не хочу ее контролировать и дико хочу ее… Как гребаная собака на сене. Хочу и не хочу… Нравится и не очень… Все же решаюсь пустить все на самотек. Пусть Крис отработает положенные две недели, послужит своему похотливому благотворителю и… Катит в свой Питер.

Все равно я не могу предложить ей больше. Вот Стрельбицкий да… Он не лез за словом в карман — и оклад удвоил, и в Питер позвал прямо с первой встречи… С первого взгляда… Интересно, зачем ему кукла? У него нет девушки, у него их много… Очень много. Разного цвета и размера, возраста… Я никогда не встречал таких неразборчивых людей, как Марк. И он всегда был таким. И еще он… чертовски, до скрежета зубов проницательный.

И меня подмывает его обломать. Сделать так, чтобы он ошибся в своих подозрениях на наш счет. Не знаю, для чего мне это?

Ведь я понимаю, что Марк просто играет. Провоцирует меня, бесит, задевает… Тем, что трогает мою игрушку. Лезет в мою душу и топчется там грязными подошвами. Я и сам еще толком не разобрался, что к ней чувствую… Боюсь ранить, разочаровать обещаниями, которые никогда не выполню.

Мне просто нужно время. Еще немного времени, чтобы разложить чувства по полочкам.

А, может, я хочу попробовать по-другому? Я всегда контролировал Наташу. Звонил и спрашивал, чем она занимается, где находится? Никогда не интересовался, чего хочет она? Даже машину купил на свой вкус. Да, она визжала и страстно меня благодарила за новую игрушку, но…

Когда Крис восхищенно рассказывала, какой Питер красивый, я почувствовал себя волшебником. Выходит, она именно этого хочет, если так легко и охотно согласилась с моими словами?

А чего хочу я? Смотрю на Кристину, замечая, как пылают ее щеки и горят глаза. Ее смущенный взгляд будоражит душу, а пухлые губы, которые она украдкой облизывает, наводят на порочные мысли.

И тотчас мне представляется Дина. Я долгое время не понимал, почему упорно зову ее чужим именем? Словно разделяю их… Одну — искреннюю и честную девчонку и вторую — продавшую себя за деньги. Легко согласившуюся на секс со мной ради крупной суммы. То есть она бы и под Марка легла, предложи он столько же? Тогда зачем я гоняю дурацкие мысли о ней в голове? Пора выбросить из нее все. Вытряхнуть странное наваждение и вернуться к привычной жизни.

Я молча отвожу Крис домой. Всю дорогу мы молчим. Слушаем музыку и дышим прохладным осенним воздухом. Он особенно чистый и пряный в сентябре… Она с кем-то переписывается, улыбается украдкой, а потом небрежно прощается со мной, обещая ознакомиться с договором и внести правки.

Я недолго его придумывал. Вписал стандартные пункты про поцелуи и секс. Еще поход в кино и парк… Идиот ведь! Зачем? И к родителям зачем ее приволок? Решил показать, какой я хорошенький? А ни хрена не вышло! Я ведь хотел просто прощупать ее настроение, когда заговорил о работе в Питере, а Крис… Она только не прыгала от радости, без раздумий согласившись на предложение.

— Доброе утро, Одинцов. Ты чего такой хмурый?

Его величество, Марк Стрельбицкий. Только он может так язвительно, с издевательскими нотками в голосе разговаривать.

— Твою рожу вижу и раздражаюсь. Ты зачем тут? Езжай в свой Питер, — бурчу, не поднимая взгляда.

— Уеду, не бойся. Отец попросил помочь, какие-то проблемы с тендером.

— Ладно. Сгинь с глаз, прошу тебя. Будь другом.

— Скоро уеду. Жду, когда моя новая девочка отработает положенные две недели и… Улетим вместе.

Марк не дает мне отыграться — торопливо прикладывает айфон к уху, делая вид, что отвечает на важный звонок. Вхожу в кабинет и устало снимаю пиджак. Я всю ночь не спал… Гонял, гонял проклятые мысли в голове. Боюсь ошибиться и одновременно хочу рискнуть. Это как прыжок в ледяное озеро…

Кофемашина гудит, наполняя пространство ароматом арабики. Бросаю в чашку два кубика сахара и жадно глотаю напиток. В двери стучат.

— Войдите, — бросаю, намереваясь отыграться на бедной сотруднице. Но в кабинет входит она…

Моя дорогая игрушка. Удачная или не очень покупка. Сердце странно сжимается. Ноет, сопротивляется… Жадно вдыхаю вязкий воздух и подхожу ближе.

— Кукла, что-то случилось? Ты по делу?

— Да. Время поцелуя. Я пришла отрабатывать, Тим. Отдавать долг. Раз уж ты так решил…

Может, мне кажется, но Крис выглядит уставшей. Сегодня на ней длинное платье. Волосы стянуты в хвост на затылке, капелька блеска на губах, немного туши. Глаза красные и слегка припухшие. Плакала?

— Заперла дверь? — спрашиваю хрипло.

— Да.

Привлекаю ее к груди и зарываюсь носом в волосы… Вдыхаю уже знакомый аромат и зажмуриваюсь. Мы так и стоим какое-то время… Почти не дышим, затаившись и вдыхая один на двоих воздух… А потом Крис целует меня сама… Гладит прохладными ладошками лицо и прикусывает мои губы.

— Ты чего? Какая-то сегодня другая, — сглатываю я. — Что-то случилось?

— Нет. А ты разве против?

— Нет. Хочешь, пересядем на диван?

— Да.

Я подхватываю ее невесомое тельце и сажаю на свои бедра. Ни хрена это уже не поцелуй… Я облизываю ее губы, целую подбородок, кусаю ключицы. Мну ее ягодицы, отодвигаю край трусиков, погружаясь во влажное лоно пальцами.

— Ты течешь, блядь…

— Я… Я хочу тебя, — всхлипывает она, ерзая на мне.

— Кукла моя… Ты охуенная. Почему ты вчера не поехала ко мне? Сюда же могут… постучаться? — сиплю, сминая ее платье на талии.

— Это возбуждает еще больше.

— Черт… Резинки в тумбочке. Можно без них?

— Ты слишком самоуверен, Одинцов. И безответственен. И беспечен. Ты со всеми девушками, которых покупаешь, трахаешься без резинки?

Ну вот зачем она так? Будто пытается специально себя унизить. Или мне напомнить, что я заплатил… И что все происходящее здесь — за деньги…

Поднимаюсь с дивана вместе с Крис. Сажаю ее на край стола. Тянусь за презервативами. Напяливаю резинку, не переставая ее целовать. Сминаю в ладонях груди, чувствуя, как твердеют от возбуждения ее соски. Пожираю ее эмоции… Напитываюсь ими, не понимая, что происходит? Меня затапливает злость. Или безысходность, не знаю… Странная в ней потребность, на грани безумия… Долблюсь в нее, как голодный юнец. Сжимаю девичьи бедра и выписываю круги, наблюдая за раскрасневшимся лицом моей личной куклы. Прикипаю взглядом… Выпиваю все, что вижу. Концертирую в памяти. Затуманенные глаза, припухшие полураскрытые губы, капельки пота на висках и верхней губе… Блять… Меня ведет, как пьяного. Размазывает.

Крис всхлипывает. Скулит и двигается мне навстречу. Сжимает меня изнутри так сильно, что я тотчас выстреливаю в нее… Рычу, лапая ее тело. Жадно, немного грубо. Стараясь урвать как можно больше…

— Все, Тимур, все… Кажется, уже весь офис знает, что мы делали, — шепчет она, пытаясь подняться.

— Это твой выбор, кукла.