Содержанка для босса

Глава 19.

Кристина.

Мы больше не вспоминаем про Дину… Одинцов сосредоточенно ведет машину и слушает аудиокнигу про кровавого маньяка. Не понимаю, как можно про такое читать? Это же… Ужасно. Страшно и так по-мужски… Было бы странным, если он зачитывался любовными романами. Тим останавливается, чтобы заправить автомобиль и купить корм для лесных обитателей.

— Крис, взять тебе кофе? Здесь он вкусный, — улыбаясь, спрашивает он.

И зачем было меня задевать? Черт бы его побрал, дурака кусок… Кстати, лифчик я не надела. Отчего-то послушалась этого… властного мужчину и тотчас выполнила его просьбу.

— Возьми. Капучино с карамельным сиропом. Не забудь про хлеб. Во-он там продуктовый ларек.

— Будет сделано, босс, — фыркает Тимур.

Дверь хлопает, возвращая тишину. Покручиваю смартфон в руках, гадая, чем заняться остаток пути. Выбираю в приложении одежду для проживания в Санкт-Петербурге — говорят, там очень сыро и холодно. Осеннее пальто, кожаные сапоги, новый брючный костюм… Грустно… Я как собака на сене, ей-богу. Мечтала ведь о работе, как о манне небесной. Я и думать не могла, что когда-то получу предложение от самого Марка Стрельбицкого!

Вздрагиваю от стука в стекло.

— Куколка, помоги мне. Открой дверь.

В руках Тимура стаканчики с кофе. А его взгляд направлен прямиком на экран моего телефона. Подглядывал, значит? Сколько же он так стоял?

Острожно открываю дверь и забираю свой стакан из его рук.

— Черт, горячо! Крис, у меня к тебе предложение, — нарочито спокойно произносит он. Но я вижу, как Тимур волнуется. Наверное, это плохо? Я не должна его понимать и чувствовать, испытывать симпатии… Любить не должна… Наши отношения теснятся в строгих рамках договора.

— Уж не брака ли? — фыркаю я и тотчас прикусываю язык.

— Нет, я вроде еще из ума не выжил, — не задумываясь, отвечает он.

Его слова, как острые дротики впиваются в сердце. Боль растекается по венам, отравляя все на своем пути… И глупые надежды рушатся, как карточный домик. Дура… Наивная, мечтательная писательница женских романов…

— Тогда, о чем разговор, Одинцов?

— Крис, я предлагаю тебе остаться в городе. Считай это деловым предложением. Я сниму отдельную квартиру возле офиса, поговорю со Стрельбицким-старшим о повышении. Буду содержать тебя. Я видел, что ты там разглядывала… В своем телефоне.

— Да, я выбирала одежду. И что? Назови хоть одну причину, по какой я должна остаться?

— Марк ветреный и ненадежный. Питерский филиал испытывает серьезные трудности с деньгами. Виктор Васильевич ищет спонсора, и он…

— А ты, значит, надежный, Одинцов?

Черт… Почему стакан так обжигает руки? И шумит в ушах? И горло сдавливает словно тисками?

— Я честен, Крис. И предлагаю то, что реально могу тебе дать — деньги, съемную квартиру и… себя. Тебе же хорошо со мной, кукла? Я знаю, что это так.

— Тимур, я надоем тебе через месяц. Что тогда? Выгонишь меня со съемной квартиры и редакции? Прости, но не об этом я мечтаю. Вынуждена отказаться от твоего предложения, сэр Эдвард Льюис.

Боже… Я себя никогда не чувствовала так унизительно… Бедное мое сердце. Оно трепыхается в груди, как птичка со сломанными крыльями, разбиваясь об острые камни реальности. Мда… Не об этом я всегда мечтала. О любви, признаниях, заботе, семье… Сама, кукла, виновата. А что я могла от него ждать?

— Извини. Повторюсь: я был с тобой честен.

— Спасибо за честность, — отвечаю деловито. — Не волнуйся, я отработаю положенные договором… хм… пункты.

— Не сомневаюсь.

Тимур паркуется возле ворот в парк. Мы молча бредем по тропинке, спрятанной в тени дубов и елей. Молчим. Я намеренно роюсь в пакете с орешками, стремясь прогнать повисшее между нами напряжение. И тишину, прерываемую мелодичным птичьим пением. В другой ситуации я бы наслаждаюсь прогулкой, но сейчас…

— Смотри, кукла, там белочка. Аккуратно, не спугни ее, — шепчет Тим, показывая пальцем на рыжую обитательницу.

— В детстве папа водил меня сюда. Я обожала этот парк, — произношу с улыбкой. — Мы катались на лодке и ели сувлаки в шашлычной на том берегу.

— А мы скоро поедем туда, Крис. Сейчас там отстроили шикарный гостинично-ресторанный комплекс. Хочешь, останемся до утра?

— Не знаю… Ты же не предупредил. У меня ничего с собой нет.

— А тебе ничего и не нужно. Со мной одежда тебе не нужна. Крис, может, ты все же обдумаешь мое предложение? — с придыханием произносит Тимур. Подходит ближе и касается губами моей шеи.

Мурашки рассыпаются по коже от его прикосновений. Оказывается, это не я глупая, а мое тело… Умом-то я понимаю, что от таких, как Одинцов надо держаться подальше.

— Извини, Тимур. Наверное, для любой другой девушки твое предложение — предел мечтаний, но я… У меня много увлечений, интересов и талантов. Амбиций, гордости. Я хочу быть хозяйкой своей жизни, а не зависеть от желаний… хозяина. Сегодня нравлюсь, завтра нет…

— Я понял, Крис. Закроем тогда эту тему, ладно?

— С удовольствием, — сглатываю я.

На мое счастье, по стволу ели спускается белочка. Я кладу на ладонь орешек и жду, пока пушистик заберет лакомство из моих рук.

— Кстати, Стрельбицкий очень любит животных, — протягивая белке следующий орешек, произносит Тимур. — Сколько я его помню, он подбирал бездомных собак, кошек, приносил их домой и выхаживал.

— Ты точно про Марка говоришь? Или про его папу?

— Про него — рыжее чудовище в белом костюмчике. У него дома живут кот и собака.

— Надо же… Значит, не такой он циничный и гадкий, как о нем пишут в интернете.

— И ты туда же, кукла? Не верь своим глазам, Крис. И сплетням из интернета тоже.

— Чему же верить?

— Сердцу.