Строптивая в Академии. Практика истинной любви (СИ)

Глава 8 Все на своих местах

Я оборвала поцелуй. В конце концов, я это начала, мне и заканчивать. Совру, если скажу, что мне не понравилось. Как раз наоборот. Это было… горячо и опасно. Как всегда, с Вэйдом.

Но все хорошее когда-нибудь заканчивается. И наша история не исключение. Я не сомневалась, что рано или поздно она завершится. Вопрос был лишь в том, как я хочу ее завершить. С разбитым сердцем, морем пролитых слез и душевной травмой на всю жизнь, или я уйду относительно целой и невредимой, пока еще не слишком поздно.

Я выбрала второе. Вэйд назвал бы меня трусихой. Может, он и прав. Мне действительно страшно. Я боюсь, что вместе нам будет невыносимо плохо. Но еще сильнее боюсь, что будет безумно хорошо. А потом он уйдет, а я никогда в жизни не найду даже близко похожего чувства. Вот, что на самом деле меня пугает.

А то, что Вэйд однажды уйдет, я точно знаю. В конце концов, я видела Даморри-старшего. Какие после этого могут быть сомнения?

Уперев целую ладонь в грудь Вэйда, я отступила на шаг. Он потянулся за мной, но замер, осознав, что я против. Нахмурился.

— Я сделал что-то не так? — спросил он.

Я качнула головой и сжала вторую руку в кулак. Больно. Порез вышел глубже, чем я рассчитывала. Но я сама виновата — чересчур увлеклась поцелуем.

Вэйд отследил мое движение и даже в вечерних сумерках заметил рану. Точнее, кровь, капающую на дорожку.

— Что у тебя с рукой? — он схватил меня за запястье и заставил раскрыть ладонь.

Я поморщилась при виде собственной руки. Как и думала, перестаралась. Заживать будет долго.

— Где ты так умудрилась пораниться? — разволновался Вэйд. — Надо срочно промыть.

— Я сделала это сама, — я кивнула на торчащий из земли штырь.

Если приглядеться, то можно было заметить кровь на его остром крае, хотя еще минуту назад штырь был чистым.

— Ты сделала это пока мы целовались? Что за новый вид извращения? — удивился Вэйд. — А главное — зачем?

— Думаю, я поняла наш ритуал, — ответила я. — Призови сателлита, проверим.

Вэйд вздрогнул. Он как будто… испугался? Надо же, не я одна трусиха. А ведь я была уверена, что после моих слов он тут же бросится проверять состоялся ли обратный обмен. Все-таки речь идет о возвращении дракона! Но Вэйд все тянул, как будто не хотел знать правду.

Я проверила бы сама, призвав Кати, но совершенно не было сил. Ни физических, ни моральных. Я вообще ничего не чувствовала: ни радости, ни грусти. Я превратилась в выжженную пустыню и просто смиренно ждала, когда Вэйд созреет.

Но сначала он достал из кармана платок и перевязал мою ладонь. Лишь убедившись, что кровь больше не бежит ручьем, он вскинул руку для призыва. Прежде чем отдать приказ, Вэйд заглянул мне в глаза. Взгляд у него был такой больной, словно это ему только что нанесли рану.

Наконец, он это сделал, озвучил приказ хриплым, надломленным голосом:

— Призываю сателлита!

И тот появился. Большой. Черный. Чешуйчатый.

Морок был у хозяина. Вэйд Даморри снова стал гордым обладателем дракона. Все вернулось на свои места, как и должно быть. Я оказалась права насчет ритуала.

— Как ты это сделала? — пробормотал Вэйд.

— Поменяла очередность. У ритуала две последовательности: прямая и обратная. Одна меняет сателлитов, другая возвращает их.

Я не знаю, кто растерялся больше — Вэйд или дракон. Морок все крутил рогатой головой, глядя то на меня, то на хозяина, и, кажется, не мог поверить, что его призвал Вэйд.

Дракон так ничего и не сказал. При этом выглядел он как угодно, но точно не счастливым. Если честно, никто из нас не радовался. Хотя, казалось бы, мы так долго ждали этого момента. Что, даже хилого «ура» не будет?

Молчание затянулось. Надо было что-то сказать или сделать, я не придумала ничего лучше, как произнести:

— Я больше не живу у тебя. Вещи заберу позже, но ночевать буду в другом месте.

— Где же, позволь уточнить? — насупился Вэйд. — Вернешься к Грэйс?

Я пожала плечами. Это не худший вариант. Очевидно же, что нам с Вэйдом опасно находиться рядом друг с другом. Родство душ связало нас против воли. Лично я ни о чем подобном не просила! А Даморри тем более.

Вэйд тряхнул головой, словно не принимая мои слова, не соглашаясь. Упрямо сдвинул брови к переносице и шагнул ближе. Но я попятилась.

— Не надо, — пробормотала я. — Вдруг это случится снова…

Я бросила беглый взгляд на дракона, намекая, что мы рискуем спровоцировать новый обмен. Вэйд правильно меня понял и остановился. Так резко, будто напоролся на стену. Рука, которой он тянулся ко мне, зависла в воздухе. Он побоялся дотронуться до меня.

В глазах мажора мелькнул страх. Что и требовалось доказать. Дракон для Вэйда — все. А я лишь страница в жизни, которую он перевернет и забудет. Честнее будет сделать это сейчас. И безопаснее для нас всех. Намного безопаснее!

Неприятно это признавать, но Вэйд всегда был прав на мой счет — это я во всем виновата. Я — потомок одного из воинов, во мне все эти годы дремала его сила. А теперь она пробудилась, и я стала опасна. Для Вэйда и, кто знает, возможно, для других.

— Значит, это все? — хрипло выдохнул Вэйд.

— Так надо, — попыталась я достучаться до него. — Мне жаль, что тогда в подворотне я ранила тебя. Прости. Жаль, что я забрала дракона, сама того не ведая. И за это тоже прости. Наконец, я могу сделать что-то правильно — оградить тебя от себя.

— О, так ты меня защищаешь, — губы Вэйда насмешливо скривились. — А я, видимо, должен быть благодарен. Может, еще «спасибо» сказать?

— Не надо, — пробормотала я. — Лучше отпусти меня.

То ли от стыда, то ли от неловкости я опустила голову вниз и теперь смотрела строго на дорожку из гравия. Разглядывала камушки, чувствуя, что Вэйд в свою очередь не сводит с меня глаз. В этот раз мне не было холодно от его взгляда и не было жарко, но мне точно было не по себе. Какие мысли крутятся в его голове? Я хотела это знать и в то же время боялась выяснять.

Нервничая, я непроизвольно сжала ладони в кулаки и поморщилась. Совсем забыла о порезе. Вэйд отреагировал мгновенно. Я опомниться не успела, как он, забыв о страхе, оказался рядом. Непозволительно близко, если честно. Я судорожно вздохнула и ощутила его запах. Голова тут же закружилась, и я задержала дыхание. Лучше задохнуться, чем дышать им.

— Дня не прошло, чтобы я не мечтал вернуть дракона, — произнес Вэйд, склоняясь надо мной. — И вот он снова у меня. Почему же я не чувствую себя счастливым? Может, ты мне ответишь, Арклей?

Ого, меня снова понизили до родового имени. Ну хотя бы не беспризорница, уже хорошо.

Взгляд, полный жадного интереса, скользнул по моему лицу и спустился ниже. Вэйд будто не смотрел, а трогал. По крайней мере, я ощущала это именно так.

— Не надо, — прошептала я. — Тебе же хуже будет. Вдруг опять лишишься дракона…

— Кошмарная угроза, — хрипло согласился Вэйд. — Так какого хрена она меня больше не пугает?

Надо же как он осмелел! Но это сейчас Вэйд спокойно рассуждает о потере Морока, но едва ли его хватит надолго. Что будет, если он опять его лишится и уже не сможет вернуть? Рано или поздно он обвинит в этом меня и возненавидит. Я боялась любви мажора, но еще сильнее меня пугала его ненависть. Я знаю, каким врагом он может быть. Лютым. Но самое противное, что я этого не вынесу.

— Кажется, я одержим тобой, Арклей, — признался Вэйд. — Я не должен это чувствовать. Вся моя жизнь распланирована заранее, но появляешься ты, и все летит к чертям. Что мне с этим делать, как вылечиться?

Я передернула плечами. Так себе признание. Словно я — болезнь, которую он никак не может побороть. Какая-то зараза, подхваченная им в грязной подворотне. Он бы и рад меня вывести, но никак не выходит.

— Хватит, — я тряхнула головой. Кому-то надо думать наперед. Сегодня Вэйд на это не способен. — Мы поменялись сателлитами обратно и должны быть благодарны. На этом все. Нам лучше не общаться. Для нашей же безопасности.

— Просто сделаем вид, что ничего не было? — судя по тому, Вэйд злился.

— Именно так, — кивнула я. — И каждый продолжит жить так, как жил до этого. Ты снова будешь самодовольным мажором, а я — бывшей беспризорницей.

Я все-таки вскинула голову и заглянула Вэйду в глаза. Ох, сколько там всего было! Злость, мольба, похоть. Аж дыхание перехватило от круговорота эмоций, что разом обрушились на меня. Не знаю, как я устояла в этом урагане.

Пришла в себя, лишь когда Вэйд на миг закрыл глаза. Вынырнув из его эмоций, я нашла в себе силы повернуться к нему спиной и поспешила прочь.

Уходила, а сама до рези в ушах прислушивалась — он идет следом? Но гравий шуршал лишь под моими ногами. И от этого тоже было больно.

Хватит плыть по течению и позволять другим управлять своей жизнью! С этой мыслью я направилась к женскому общежитию кафедры Менталистики. Надо решить насущную проблему с жильем. И на этот раз я буду жить там, где сама захочу.

К Вэйду в комнату я не вернусь. Это очевидно. К Грэйс тоже не пойду, я еще не выжила из ума. После бала она точно придушит меня подушкой во сне. Значит, мне нужна другая комната. Какая? Без понятия! Пусть комендант выделит хоть что-нибудь. В конце концов, это его работа.

Раньше я опасалась обращаться к коменданту. Еще донесет ректору или того хуже — гранту Арклею, но сейчас мне нечего было терять. Я была в отчаянии, а значит, способна на все.

А еще меня тревожило молчание Кати. Хотя с драконом было так же. Я не слышала его, пока не призвала в первый раз. Разберусь с комнатой и займусь сателлитом.

Несмотря на поздний час, комендант не спал. В его окнах горел свет. Все из-за бала. Служащие Академии в эту ночь не ложились допоздна, ожидая, пока все студенты благополучно разойдутся по комнатам.

Постучав, я услышала шаркающие шаги. Пусть с ворчанием, но комендант открыл дверь почти сразу. Глянул на меня и сощурился.

— Совсем допились на своем балу. Уже разгуливают в пижамах по Академии, — проворчал он себе под нос, а потом спросил: — Тебе чего?

Вежливостью старый смотритель не отличался. Впрочем, его можно понять. Более сорока лет работы в студенческом общежитии испортят характер даже святому.

— Мне нужна комната, — заявила я с порога.

— Как твое родовое имя?

— Арклей.

— Так у тебя целые хоромы на верхнем этаже. Не морочь мне голову! — возмутился комендант и попытался закрыть дверь, но я, упираясь в нее плечом, не позволила.

— Я не могу там жить. Мы с «сестрой» не сошлись характерами. Выделите мне другую комнату, — настаивала я.

— Ишь чего захотела? Думаешь, если нацепила золотые крылья, то все тебе позволено? Я в эти ваши игры не играю. У меня все строго.

— У меня нет крыльев. Я — хвост.

Комендант глянул недоверчиво. Арклей и хвост? Эти два понятия не сочетались в его голове, а на пижаме, как назло, не было значка. Не доказать.

Еще немного — и меня пошлют. От отчаяния на меня снизошли вдохновение с наглостью, и я выпалила:

— Послушайте, я не могу жить с Грэйс Арклей в одной комнате. Если соединить нас вместе, этажу золотокрылых конец. В попытке уничтожить друг друга мы все там разгромим. Представляете, сколько будет жалоб от аристократов? Да вас под ними погребут!

Я говорила искренне, и комендант это почувствовал. Моя пламенная речь возымела действие. Прикинув последствия, он решил, что будет проще уступить мне.

— Кажется, на этаже хвостов освободилось одно место, — хмыкнул он, видимо, ожидая, что я приду в ужас от перспективы жить с хвостами.

Но я кивнула:

— Мне подходит.

— В таком случае ступай в комнату к Трине Райс, — буркнул комендант и все-таки захлопнул дверь.

И чего я так долго терпела? Давно надо было идти к коменданту. Я едва не подпрыгнула от радости. Жить с Триной? Да это же мечта! Лучшей соседки и придумать нельзя. Только непонятно, куда подевалась Ирис.

Я тут же отправилась на новое место жительства, а то комендант еще передумает. Трина, открыв мне дверь, минуты две визжала от счастья, что теперь я ее новая соседка.

— Я буду жить с принцессой кафедры Менталистики! — чуть ли не танцевала она, а потом поделилась свежими сплетнями: — Представляешь, Ирис получила медные крылья и тут же переехала на этаж выше. Утра и то не дождалась, так ей не терпелось уйти от хвостов.

— Я даже догадываюсь, кто ее повысил, — буркнула я. — Наверняка Грэйс.

— Как ты узнала? — округлила глаза Трина.

Я пожала плечами. Достаточно было посмотреть, как Ирис заступалась за Грэйс и как относилась ко мне. И то жуткое платье она дала мне явно не по доброте душевной, а в надежде, что на балу я буду похожа на чучело. На радость Грэйс, естественно. Спасибо, Вэйду, ничего у нее не вышло.

При мысли о мажоре сердце заныло. Я так привыкла к нашей созависимости, что, получив свободу, чувствовала себя одинокой. Возможно, болтай в моих мыслях Кати, мне было бы проще пережить расставание. Но она по-прежнему молчала. Обиделась? Хочет обратно к Вэйду? Кажется, ей было хорошо у него…

Окончательно загрустить мне не дала Трина. Она была готова хоть сейчас праздновать мое новоселье, но я попросила пощады, сославшись на усталость и позднее время. На самом деле, настроения совсем не было. Навеселилась сегодня уже так, что аж воротит.

— Где твои вещи? — Трина, наконец, обратила внимание, что на мне пижама.

— В пути. Завтра перевезу их сюда.

— Ты, что же, ходила по Вышке в пижаме?

— Да кто меня видел, — махнула я рукой. — Все уже спят после бала. А те, кто еще гуляет, завтра все равно ничего не вспомнят.

— Тоже верно, — хихикнула Трина.

Подруга выделила мне чистое постельное белье, и я, приняв душ, улеглась. Безумный день, наконец, закончился. Столько всего случилось… столько всего изменилось… Завтра начинался не просто новый семестр в Академии, а моя новая жизнь в Вышке. Теперь все будет иначе.