Строптивый ангел

Часть 6

31. Алена

Несмотря на то, что у нас еще ночь впереди и еще один день вместе на работе, мне хотелось нажать на паузу и продлить это время до бесконечности.

Никита уже понял, что это я снесла систему безопасности и я же заменила техзадание и заявку на камеры. Возможно, догадывался и об остальных моих вмешательствах. И это с одной стороны принесло облегчение, что нет причин притворяться перед ним и строить из себя куклу Барби с ограниченными интересами в жизни и такой же пустой пластмассовой головой. Тем более делать это рядом с ним никогда толком не получалось. И то, что он так спокойно отреагировал на мои проделки, тоже радовало.

Но с другой стороны это и усугубляло, если он каким-то образом всё-таки увидит эту продажу его отеля, который сейчас у него на первом месте и он буквально бредит этим проектом, то вряд ли поверит в мою невиновность. Я в основном была задействована в работе с этим объектом и, конечно, видела бизнес-план с расчетами прибыли с этого отеля в перспективе.

— Антонина, душа моя! — приветствовал Никита свою домоправительницу, отвечающую за его питание. — Накройте ужин мне с моей гостьей в саду, а самое главное, надо откормить эту милую леди, мне кажется, если я не возьмусь за неё, она скоро исчезнет совсем.

Ник обхватил меня руками за талию, демонстрируя повару мою худобу. Антонина, улыбаясь, ответила ему, вгоняя меня в краску.

— Вот охламон, разве так девушке комплименты делают? Как зовут твою невесту?

— Алёна, — Ник нисколько не смутился ни на то, как Антонина назвала его, и, что ещё более странно, на то, как она назвала меня. — Надо ей угодить, а то опять сбежит.

Я, конечно, давно заметила, что Ник не сноб и общается с любым человеком достойно. Любит, конечно, покомандовать, но и при этом пользуется лишь своим авторитетом и силой убеждения. Не ставя себя выше кого-либо только потому, что с рождения в золотых памперсах. Да, Ангелочек, у тебя просто не было шансов не влюбиться. Синергия лучших качеств мужчины в одном роскошном флаконе.

— Я не могу позволить себе еще один день прогулять работу, Алена. Но ты можешь не выходить до десятого, как и договаривались.

Никита устроил ужин при свечах на внутреннем дворе, в маленькой белой беседке, стоявшей отдаленно от остальной зоны отдыха, скрытой кустами ивы с двух сторон и стройными рядами туй с третьей, оставляя только открытой часть с видом на чудесный сад и газон. Вечерняя прохлада после жаркого дня на открытом воздухе и щебет птиц в кронах деревьев добавляли вечеру волшебных красок.

— Я приеду завтра на работу. Тревожно вас без контроля оставлять. Опять наверняка с друзьями своими развлекаешься вместо важных дел.

У меня мало времени и каждый день на счету, но исчезнуть, не поставив самую мощную на сегодняшний день защиту на систему Никите я не могла. Я не знала, на что еще способен Олег, связываться с Браунами, у которых связи до самых верхушек, очень глупо, но куратор, возможно, не получив деньги Москвина, через уже девять дней решится почистить карманы Никиты, воспользовавшись аккаунтами других своих подопечных, — мой, известный ему, больше не существует. Он безусловно знает, что у меня есть ещё, но найти его и воспользоваться не сможет. У него были доступы только к моим рабочим.

— Никита, у тебя хорошая защита серверов, но я бы хотела ее немного усовершенствовать, ты не против? — не стала скрывать от него своих намерений.

— Не против. Меня насторожило то, что кто-то имел доступ к макбуку, только поняв, что это ты хулиганила, я успокоился. Не скрывай от меня ничего больше, Алена, хорошо?

— А у тебя есть плед? Стало прохладно, у меня лапки замерзли.

— Опять ускользаешь, да? Давай сюда свои лапки вместе с остальными деталями. — Ник достал из ящика под сиденьями диванчиков плед и, укутав меня, усадил к себе на колени.

— Мне иногда кажется, что ты специально меня за нос водишь. Но для чего, понять не могу.

— Ты не возразил Антонине, когда она меня твоей невестой назвала.

— Невестой? Я не обратил внимания. Просто ты первая девушка, которая осталась тут после... В общем, она не привыкла к такому.

— Расслабься, Ник. Я не собираюсь тебя в ЗАГС тащить. Чего побледнел?

Никита напрягся и замолчал, волшебство вечера было разрушено, и я встала, тоже молча направляясь в дом. Вернувшись в его комнаты за своими вещами, решила переодеться в более теплую одежду.

— Я как раз вовремя! — Ник застал меня в одном нижнем белье, стоявшую на коленях перед раскрытым чемоданом. — Вместо пяти килограммов косметики полный чемодан хакерских девайсов? И почему меня это уже не удивляет? — заглядывая в мой раскрытый саквояж, веселился Ник.

— Ты просто не разбираешься в последних веяниях бьюти-индустрии.

— Пойдем покажу, в чем я разбираюсь, — поднимая меня с пола, замурчал этот кошак неутомимый. — Завтра заедем тебе за телефоном перед работой, до утра он тебе не понадобится, — распланировал ночь и следующий день, снимая с меня две последние детали гардероба, жадно целуя, нагло проникая в мой рот своим прытким языком.

В этот раз Никита был бесконечно нежен, постоянно смотрел мне в глаза и двигался во мне мучительно медленно, оттягивая момент, когда мы придем к неизбежному финалу, но всё равно ускорился, не выдержав сам этой сладострастной пытки.

— Алёна, кажется, я уже не… справляюсь без тебя. Ты едешь с нами на Симиланы. — Никита лежал на боку, подставив одну руку под голову, а второй выписывал узоры на моей спине. — Можешь взять с собой свои инновации из секретной косметички. Послезавтра вылетаем.

Я молчала и с трудом удерживала накатывающиеся слезы. Как же это всё не вовремя. Сделав вид, что засыпаю, отвернулась в другую сторону. Никита обнял меня, устраиваясь удобнее. Так и проспал всю ночь, обнимая меня и прижимая к себе.

В офисе, напоследок потискав меня и вдоволь нацеловавшись, Никита скрылся в своем кабинете. Из-за вчерашнего прогула день у него был очень насыщенный и расписан по минутам.

Я провозилась с системой защиты до самого обеда. Но была довольна своей работой. Не часто мне приходилось не взламывать, а устанавливать ключи. Но, наверное, это только помогло, зная работу с другой стороны, поставить таким же как я ловушки и систему вычисления атакующих ботов.

Сразу после обеда в приёмную влетела Марина, ассистентка Лики.

— Алёночка, выручай!!!

— Если за тобой черти гонятся, то запросто. Я с ними на короткой ноге.

— Хуже. Я вчера забыла передать Никите, что сегодня его родители прилетят. Его мама не смогла до него вчера дозвониться.

— Ну прилетят и прилетят, что в этом страшного? — не понимала я причин так нервничать.

— Только не сдавай меня, — заговорщически и взволнованно понизив голос, заговорила Марина. — Я вообще очень хорошо знаю немецкий, но беглую речь пока плохо понимаю, особенно если с диалектом. Так вот, его мать сказала, что они летят то ли знакомиться с семьей невесты Никиты, то ли обсудить предстоящую свадьбу, кажется, через месяц. И просила передать Никите, чтобы он организовал им где-нибудь в ресторане ужин с этой самой невестой и ее родителями сегодня в восемь вечера. А я забыла ему передать, и последняя встреча у него сегодня в офисе тоже в восемь, вчерашнюю перенес! Придумай что-нибудь, выручай!

С каждой фразой Марины у меня холодела душа и в голове мелькали мысли. Что Антонина просто перепутала меня с его невестой, что бледнел Ник не от того, что не хочет брака. У всего есть другие причины. Как же сложно в этом реальном мире, где, в отличие от виртуального, ничего не поддается прописанным командам с заранее известным исходом и любая ситуация может быть не такой, какой кажется.

— Я все решу, но с тебя ответная любезность, — постаралась улыбнуться Марине самой беззаботной улыбкой из своего арсенала. — Я сегодня уйду пораньше, замени меня в четыре часа, а если кто-либо спросит, скажи, что я где-то в офисе хожу.

— Правда все сделаешь? Спасибо! Спасибо! Не сдавай меня, ладно?

— И ты меня, Марина, тоже.

Маринка ушла, пообещав мне целую гору конфет, а я, забронировав столик на восемь в одном из ресторанов Никиты, объединила два совещания после обеда в одно, так как там все равно были общие и смежные вопросы двух отделов, и перенесла его встречу на два часа раньше, на освободившееся время, созвонившись с помощником его партнера, сообщила об изменениях.

Все это делала в каком-то коматозном состоянии, на автомате. Как робот, выполняющий свои функции под управлением встроенного чипа.

Дождавшись, пока освободится Лика, пришла к ней с подарком.

— «Плуг»? Ничего себе! — обозвала мой нереально крутой девайс, содержащий в себе богатый набор хакерских инструментов, напичканный таким-же отменным софтом. — Спасибо! Взломаю Савушкин комп и сотру нафиг его фифа! И Максу тоже! Играют в свой футбол целый час каждый вечер! — С озорными искрами Лика тут же нашла ему применение.

— Лика, ты же знаешь, что я тебя люблю как сестру?

— Ты опять уезжаешь, ты попрощаться пришла, да?

— Просто помни, пожалуйста, что я всегда рядом... где бы я ни была... и вот еще. Ты можешь написать мне сюда, — протянула ей клочок бумаги с никнеймом Рината на закрытом канале хакеров. — Это мой друг, очень хороший. Ты можешь обратиться к нему с любой просьбой.

— Возвращайся... пожалуйста... Алена. — Лика уже рыдала, не сдерживая слез, скорости мышления этой девушки можно только позавидовать. Ей хватает небольшой части информации, чтобы понять происходящее и просчитать варианты развития событий. Маленький гений с большим сердцем.

— Я постараюсь. Не забудь Максу еще и «доту» снести, а то он никогда не женится! — Обняв подругу, чмокнула ее в мокрую щеку. — Постарайся Нику на глаза не попадаться до вечера, ты не сможешь соврать, что я не свинтила с работы раньше времени. До встречи, Лисенок!

— До встречи, Ангелочек.

Проехав от офиса несколько кварталов, зашла в отеле «Хилтон» в бизнес-рум, оборудованную комнату для гостей-бизнесменов, с компьютерами и доступом в сеть и прочей офисной техникой. Сообщений от Рината было два.

«Сделка подвешена, в реестре пока не отображена, но уже с нумерацией от седьмого числа. Удалить не получается, боты сразу возвращают ее обратно, их там тысячи, в восемь рук пытаемся их отловить, но они множатся как на дрожжах».

«Скорее всего, продажу он сделает «реальной», если не получит то, что от тебя ждет, а может, даже если получит. Под нумерацией сделки в реестре продажа квартиры его тетки, значит, просто заменит документ в последний момент. Держись, у нас все получится».

Эти сообщения уже не сильно повлияли на мое решение, принятое в офисе после разговора с Мариной.

Просидев около двух часов, я методично стирала с лица земли Алёну Громову, двадцати двух лет. Родившуюся в Самаре. Теперь такая существовала только в документах, на бумажных носителях, запертых в сейфе в моей квартиры. Конечно, возможно, были записи где-то в архивах роддома, загса о выдачи свидетельства о рождении и в детском доме наверняка тоже. Но в электронных данных всех этих и других учреждений в России меня больше не существовало. Можно, конечно, по бумажным восстановить, но сомневаюсь, что это кому-то нужно.

Теперь придуманная схема куратора рассыпалась в прах. Никита продал отель несуществующему человеку, а значит, такая сделка не будет законной. Осталось решить только вопрос, как выйти из ситуации с незаконными действиями сексота под позывным» Ангелочек». Время у Рината на это есть, но и я не буду сидеть сложа руки.

Вернувшись к офису, покружила немного около него, обнаружила свой хвост и повела его за собой. Туда, где они меня «поймают». Ставьте чайник, господин Москвин, везу вам печеньки.

32. Никита

Аленка, отвернувшись от меня, уснула. Я тоже планировал спать, но это ведь как всегда бывает, только начинаешь засыпать — и в голове возникает какая нибудь дурацкая мысль, типа: «Как перечеркнуть букву Х?». И всё, сна ни в одном глазу. Так и сегодня в извилинах вертелось это слово «Невеста». В голове тут же выстроился целый ряд критериев, которым должна соответствовать моя будущая жена, и я примерял к ним Аленку, остановившись только, когда осознал, что если она не совсем отвечает тому или иному требованию, я либо старательно подгоняю этот пункт под нее, либо вычеркиваю требование из списка совсем. Капец. Влип, кажется.

Утром, как планировали, заехать за новым телефоном для нее не успели. Потому что моя бестия разбудила меня весьма оригинальным способом. Общаясь со своим фаворитом настолько близко, что из нас троих я проснулся последним. Разрешив этим двоим еще немного обнимашек, задал жару этой обольстительнице. Очешуительное начало дня. Энергии и сил некуда девать.

В офисе оказалось, есть куда. Каждые полчаса приходили сотрудники, то документы, то вопросы какие-то срочные. И это не считая совещаний. Даже пообедал быстро, не выходя из кабинета, держа в одной руке вилку, а другой отвечая на письма в почте. В шесть зашла Марина, принесла изменения в расписании.

— Никита, я внесла вашу встречу с родителями тоже, чтобы вы не забыли. Я уставился в расписание, вспомнив, что видел пропущенные звонки мамы и не перезвонил. Офигеть, родители уже со мной на встречу через секретаря записываются. Ничего себе оборзел.

— Спасибо, Марина, я Алену давно не могу найти на месте, не в курсе, где её носит?

— Она попросила меня подменить, сказала, ей нужно по офису что-то посмотреть.

— Ясно. Спасибо. Можешь уходить домой.

Марина, попрощавшись, вышла, а я следом за ней выглянул в приемную. Алёнки не было, как и её вещей. Неужели уехала домой, не зайдя ко мне. Решил заглянуть к Лике, договориться на завтра и поинтересоваться, куда опять смылась ее неуловимая подружка.

— Хорошо, тогда за два часа до вылета завтра встречаемся. — Лика быстро набрала и отправила инструкцию своей команде.

— Ты Аленку не видела? Не могу ее найти, а телефона у нее еще нет. Старый потеряла вроде.

— Она уже уехала, заходила прощаться. — Как люди без сотовых раньше друг друга находили? — задумчиво проворчал я. — Не отвечай, это риторический вопрос.

— Савушка ждет меня, так что я тоже пойду.

— Ага. Спроси у Савы, когда он мне сто баксов за проигранную партию в покер вернет?

— Ну, если ты с риторическими вопросами закончил, я все-таки пойду. До завтра, Ник.

— Да, мне тоже пора. Пока.

Я просидел до последнего в кабинете с открытой дверью, Аленка так и не пришла. Времени уже не оставалось, и я поехал на встречу с родителями, они уже ждали меня в випке, отдельно от основного зала.

— Никита, ты один? — удивилась мама, увидев меня.

— А кого вы еще ждали?

— Тебе передали, что мы ждем тебя с твоей девушкой? Я не хочу целый месяц изводиться от любопытства, — мама явно нервничала и улыбалась одними губами. — Нужно уже обсудить и свадьбу, и с ее родными познакомиться!

— Папа, что происходит? — решил обратиться к менее эмоциональному собеседнику, раз мама только ещё больше меня пугала. Но мама не давала отцу и слова вставить.

— Никита, ты один у меня ребенок. Я переживаю за тебя. Ты горишь на этой чертовой работе. Нужно, чтобы дома была семья, которая подарит тебе счастье. Будет помогать переключать голову с работы на приятные моменты семейной жизни. Жена, дети. — Мама, обычно спокойная, была на взводе и явно сильно волновалась.

Только я собрался опять напомнить маме о том, что не буду терпеть вмешательства в мою жизнь, тем более личную, как папа подал мне знак. Он всегда так делал, когда подсказывал мне помолчать — складывал руки, опуская одну ладонь на другую, это означало, что я чего-то не знаю или не понимаю, либо просто не время высказывать свое мнение.

— Мам, я думал, вы приехали, потому что я на пять дней уезжаю, и папа пока порулит тут за меня. Давайте после возвращения моего поговорим.

— Ты можешь нас познакомить с... Скажи ее имя, я устала называть ее невестой или девушкой.

— Мам, у нас пока все сложно и я ни в чем еще не уверен. Ты очень торопишь события.

Мама использовала против меня технику давления на собеседника «молчание», сама же меня и учила, когда ответ тебя не устраивает потому, что собеседник намеренно уходит от прямого ответа, либо ответ неполный. Сидишь и выжидательно смотришь, вынуждая его продолжить, так как в паузе психологически неуютно себя чувствует именно тот, кому задают вопросы.

— Алёна. Ее зовут Алёна Громова, — сдался я ей просто потому, что это мама и мериться с ней, кто круче в навыках ведения переговоров, я не собираюсь.

— Мы могли бы провести с ней время, пока ты в командировке, познакомь нас.

— Алёна мой личный помощник, она едет со мной. Как вернёмся, сразу познакомлю, обещаю.

— Давайте ужинать и домой, — наконец-то папа решил тоже поучаствовать в беседе.

— Расскажи, что там на меня останется на эти дни, сын. Услышав разговоры о делах, мама потеряла интерес к беседе и ушла общаться с управляющей рестораном, которая была её давней знакомой.

Отправив домой родителей, поехал к Аленке. Дома ее опять не было, как иллюзия, опять появилась и исчезла. Но задерживаться и дожидаться её не мог, хотелось уделить внимание родным. Вечером сидел опять в той же беседке, где накануне ужинал с Аленкой, ко мне присоединился отец. — При лучших прогнозах ей дают не больше четырех-пяти лет, Никита. Она хочет увидеть тебя счастливым, увидеть твоих детей. Постарайся успеть, возможно, и этого времени не будет. Похлопав меня по плечу, отец удалился в дом. Мамины старания и инициативность теперь были мне понятны. Я знал о ее болезни, но никто никогда не говорил мне о таком коротком сроке, когда ее не станет так скоро...

Вернувшись в дом, нашёл маму и рассказал ей всё, что знал об Алёне. Какая она удивительная и непредсказуемая. Хрупкая и в то же время сильная. Как она любит жить здесь и сейчас, не воспринимая никаких правил и запретов. Как она перевернула мою жизнь с ног на голову. Мама была на седьмом небе от счастья, плакала и уговаривала меня не тянуть со свадьбой и детьми. Говорила, что она уже любит эту девушку, сломавшую мою жизнь «по инструкции». Да, я готов хоть сейчас, что себя обманывать?

Ни одна девушка у меня не вызывала таких эмоций, как Алёна. Я уже не представляю на её месте другую. Вот только вчера мне Алёна заявила, что не пойдет со мной в ЗАГС. Я ей симпатичен, знаю это, может, даже больше, но доверит ли она мне свою жизнь? Очень в этом сомневаюсь, она знает меня и не с лучших сторон. И вряд ли относится к нашей связи серьёзно. Аленка на своей волне и любые волнорезы нипочём. Ускользает, не оставляя ни единого следа позади. Но говорить этого маме, конечно, не стал. Надо менять тактику, с острова бежать некуда. Она будет моей, я никогда не проигрываю!

Лежа в кровати, пытался услышать ее аромат, но тщетно. Белье меняют каждый день, сам же такие нормы ввел. Я ведь даже не знаю, что она любит. Какие цветы или украшения? Или ей кейлоггер подарить для ее развлечений? Надо с пользой провести эти дни, узнать ее получше.

Утром опять не мог дозвониться до Аленки. Неужели до сих пор не купила телефон и не поставила свою симку? Залез в соцсети и мессенджеры и обнаружил, что она удалила все аккаунты, везде. Непонятная тревога нарастала, и я решил заехать за ней. Дома ее не было, как и в аэропорту. Вся команда была в сборе. Лика прощалась с Савой, а я метался то к окну, то к двери, высматривая Аленку.

— Она не приедет, — Лика подошла ко мне сзади, когда я, опершись о стекло, сканировал парковку, контролируя каждую проезжающую машину.

— Почему ты так считаешь, Лик?

— Я вчера тебе сказала. Она приходила прощаться. Не просто до завтра, а как обычно, когда она уезжает на несколько дней.

— Я не понимаю тебя, Лика. О чем ты говоришь? — меня одолевали не самые приятные эмоции. Злость. Обида, страх и что-то еще.

— У нас посадка заканчивается, прими решение, остаешься или летишь.

— Где ее найти? Ее нет дома, в твоей квартире.

— Я не знаю. И её нельзя искать, она говорила, что это может сильно навредить ей. Она вернется, когда сможет. Надо просто ей верить. Ты идешь?

Посадка заканчивалась, и мы с Ликой сели в самолет последними. Душа была разорвана в клочья. Никаких мыслей, что делать дальше, не было. Опять удрала от меня. Я ушел в свою каюту, не выходя из нее до самого приземления. Только пригласил Лику пообщаться в маленький рабочий кабинет во время обеда.

— Лика, расскажи мне всё, пожалуйста.

— Я знаю очень мало. Она не живёт в моей квартире. И никогда там не жила подолгу. Трижды она уезжала на несколько дней, каждый раз оставляя мне что-то из своих вещей. Вчера принесла «плуг».

— Откуда ты знаешь, что она не живёт в твоей квартире?

— У неё есть привычка. Помнишь, на кухне у меня висит обычный бумажный календарь? С бегунком, чтобы переставлять дату. Так вот, Алёна не терпела, чтобы дата не совпадала с днем, и всегда его передвигала. Я часто, заезжая, видела, что бегунок не был тронут несколько дней. И ещё на сушках никогда не было постиранной одежды. Холодильник всегда пустой. Ну много всяких маяков.

— Ты говорила с ней об этом?

— Нет, я до этого поняла, что она избегает разговоров о себе. Я боялась из-за своего любопытства потерять единственную верную подругу. Ну ты в курсе.

— Почему её нельзя искать? И как знать, что она вернётся?

— Когда она пропала в первый раз, я попыталась взломать её аккаунты в соцсетях и почту. Она позвонила мне через минут пять, попросив этого не делать, потому что для неё это может плохо кончиться. Хоть я всё равно не смогла бы их взломать. Там такая степень защиты, как у президента, наверное. Но она меня вычислила очень быстро и сама же зачистила все мои попытки.

— Ты знала, что она хакер?

— На тот момент нет. Я не знала, что она лично это делала, догадалась совсем недавно. Ну тогда, на моей презентации, помнишь? Когда Елену раскрыла.

— Почему ты уверена, что она вернётся и в этот раз? — Она просила верить ей. Всё-таки ты из другой вселенной, Алёна.

Не угнаться и не найти. Но и отпускать не хочется. Она создана для меня. Кем бы она ни была. «Что бы ни случилось, просто верь», — так, кажется? По прилету отправил Андрею задание найти на Алену больше информации, но не искать ее саму. Надо постараться управиться с работой быстрее и вернуться в Москву.

33. Алёна

Я уже минут двадцать крутилась около банка. Даже пару раз прошла мимо машины, преследовавшей меня. Но мои охотники схватить меня не спешили.

Покрутив головой, нашла камеры на здании и, немного покопавшись в своем новом смартфоне, вычислила обслуживающую их компанию, заскринила данные и отправила их Ринату. Постояв немного, нацепила самую счастливую улыбку и пошла к машине моих хвостатых. Вот правду говорят, нелёгкая у нас, у женщин, доля, нерешительные нынче мужики. Всё сама, всё сама. Распахнув заднюю дверь, забралась на сиденье.

— Здрасьте, везите, — радостно скалясь, сказала водителю.

Мужчина лет сорока с заметной проплешиной на макушке, переглянувшись с рыжим парнем на пассажирском сиденье, спросил:

— Куда тебе?

— К Москвину Марку. Жалко мне вас стало, нелегкий это труд — в машине целыми днями сидеть, спина не болит?

— Ржавый, позвони Эм-Эм-Денсу. Пока рыжий, по кличке Ржавый, которую получил, видимо, из-за огненно-красной шевелюры на голове, вышел и звонил.

— А почему Эм-Эм-Денс? — спросила я у водителя. — Догадайся. — По инициалам, что ли, Марк Москвин, М и М, то есть как конфетки эти, MM, да?

— Ну, да. Помолчи, а? Башка трещит, — проворчал мужик.

Ржавый вернулся и, сев в машину, сказал везти меня на конюшню.

По дороге автоматически запомнила, куда едем. Никаких мешков мне на голову не напялили, ни кляпа, ни связанных рук. Врут всё в сериалах, что ли? Даже вещи мои личные не отобрали. Проехав от города километров двадцать, машина свернула к комплексу зданий. Проехав вглубь, машина свернула к небольшому ипподрому, слева зона картинга и очень похожее на баню строение справа.

Машина остановилась, Ржавый вышел, а водитель повел меня в конюшню. И если снаружи дом для лошадок напоминал старый ангар, то внутри оказался вполне современный конедом. С двух сторон от прохода были ряды денников, двери которых открываются наружу. Половина денников были пустыми, но из нескольких торчали головы лошадей. В проходе лежал небольшой стог сена. Возле которого возился не высокий грузный мужик с огромным пузом и проплешиной на макушке.

— Жди, — сказал мне мой сопровождающий и вышел, закрыв за собой створку ворот. Колобок, как мысленно я нарекла толстого и короткого мужчину, подкатился ко мне.

— Тебя на вечер, что ли, уже привезли? Так рано же еще, часа через два все приедут.

— А можно на лошадке покататься, раз уж ждать так долго? — решила я исполнить детскую мечту, вдруг потом возможности уже не будет.

— Я тебя сам покатаю, Бикса, — заржал мужик, светя желтыми и частично сгнившими зубами, — раздевайся, — приказал, и толкнув меня на стог сена, принялся расстегивать свой ремень.

— Ничего у нас не выйдет, дядя. Ты свою пипирку не найдешь под таким навесом, — указала ему на живот. — Или ты беременный?

— Ах ты сука! — взвизгнул колобок и схватил кнут со стены.

Кажется, орать я начала еще до того, как первый удар обжег спину. Ну потому что я нифига не Рембо и боль вообще плохо переношу.

После третьего удара почувствовала, что по спине поползла кровь, тонкая футболка не смогла смягчить удары и, кажется, даже разорвалась. Боль адская, вся спина горела, как будто на неё пролили горящий мазут. Свист рассекающего воздух хлыста заставлял сжиматься и трястись ещё до того, как удары достигали цели.

— Ты что творишь, придурок? — раздался голос Ржавого, и удары наконец прекратились.

— Эта шлюшка слишком много себе позволяет, ты бы слышал, что она тут базарит! — орал истязатель.

— Вон пошел! — рявкнул Ржавый.

Я сомневалась, что этот урод послушается молодого парня лет двадцати пяти, но, к моему удивлению, мужик, отшвырнув хлыст, вышел за створку ворот, матеря меня от души.

— Пойдем, раны обработать надо, заражение можешь получить. Этими бичами лошадей гоняют. — Ржавый подал мне руку, поднимая со стога сена.

— Какие-то вы не гостеприимные. Мне бы в больничку теперь.

Рыжий довел меня до меня до одного из двухэтажных зданий, к двери, на которой была табличка с надписью «медпункт».

— Иди, там Ольга, она тебе поможет. Не пытайся с ней говорить, она глухонемая.

— От рождения или от знакомства с вами? — полюбопытствовала я на всякий случай.

— Ты чокнутая, да? Иди и сиди там, пока я не приду.

Медпункт был явно оснащен для помощи при любых ситуациях. За стеклом в шкафчике-холодильнике стояли флаконы и коробки разных препаратов. Ольга испуганно смотрела на меня и, вскочив из-за письменного стола, обошла меня по кругу. Взяла мою руку и повела к кушетке, безмолвно показывая мне снять футболку и лечь. Заражение мне и вправду ни к чему, я разделась и легла, пока Ольга закрыла дверь на ключ изнутри.

Даже не знаю, что было больнее. Сами удары хлыстом или обработка антисептиком, в котором меня искупала девушка, прежде чем наложить мазь и повязки. Замотала меня как мумию бинтами и дала мне белый халат вместо пришедшей в негодность футболки. Раз поболтать было не с кем, я размышляла, что делать дальше. Не ожидала я такого приёма. Марк не был замечен в таких откровенно криминальных делах. Больше экономические преступления да связи с иностранными фондами.

Ольга тем временем собрала мне целый пакет бутылочек и перевязочного материала, написав на отрывном стике инструкцию по лечению ран. Девушка примерно моего возраста, миловидная и очень добрый взгляд. Не зря, наверное, такую профессию выбрала.

Ольга налила мне и себе чай, поставив на стол вазочку с конфетами, улыбнувшись, махнула мне рукой, приглашая занять стул для посетителей. Девушка указала мне на свои губы и старательно выводя каждую букву задвигала ими «Я Ольга». — Алёна. Ты здесь по своей воле? "Да, что случилось?» — указав мне на спину, спросила она опять одними губами.

— Псих один домогался. Тебя здесь не обижают? — спросила я, уставившись опять на губы.

— Не обижают, — раздался мужской голос за спиной.

Марк Москвин, собственной персоной, стоял, облокотившись о дверной косяк, во рту торчала зубочистка. Совершенно нечитаемое выражение лица и глаз. Спокойный и безразличный. Очень интересно, мне не рады, что ли? Или у него атрофия мышц лица?

— А вы всех гостей так встречаете? И кнут, и пряник, — кивнула на столик, — всё сразу?

— Пойдём, остальные развлечения для дорогих гостей покажу. Марк вышел, а я допила чай и, написав на бумажке «спасибо» Ольге, вышла за ним.

Мы прошли к самому большому дому, похожего на место обитания Москвина из информации, что я на него нашла. В кабинете Марк сел за массивный стол из тикового дерева с резными боковинами, предложив мне место напротив.

— По поводу кнута. Тебе не повезло нарваться на Психа, он думал, ты путана для сауны, вызванная кем-то из гостей. Сама виновата, могла бы объяснить ему, а не практиковать свою язвительность.

— Сразу по делу или сначала пытать будешь? — усаживаясь в предложенное кресло в шикарном кабинете Москвина, я решила приступить к главному.

— Так это ты ко мне в гости рвалась, что мне тебя пытать, я и так всё о тебе знаю. Рассказывай, с чем пожаловала?

— Олег Шитиков нашел тебя и сдал обо мне информацию. Ты приставил за мной «ноги», так что не увиливай.

— А вы с ним решили, раз уж я сам не клюнул на наживку, то вы мне её в рот затолкаете? За тобой следили, чтобы выйти на этого прохиндея, но ты лихо скидываешь хвост.

— Ты знаешь, зачем я здесь?

— Несложно догадаться. Раз у твоего Олега не вышло добраться до бабла, он отправил красивую женщину, думая, что я одурею от счастья и выверну тебе свои карманы. Только у меня плохая новость для тебя, дорогуша. Я не собака, чтобы на кости бросаться. Я девушек с формами люблю, а у тебя и подержаться не за что.

Ух ты, как интересно. Весь из себя спортивный, высокий, красавчик, зеленоглазый блондин любит девушек пышнее.

— Это как раз хорошая новость. Для меня, не для фигуристых девушек, конечно, им от тебя не спастись. Ладно, давай к делу. Расскажу тебе всё как на исповеди, готов выслушать, падре?

— Вещай, дочь моя.

Я действительно рассказала Марку всё как есть о шантаже Олега и о его плане — как облапошить Москвина. Марк сидел всё с тем же спокойствием и ничего не выражающей мимикой. Ну что за человек, лампой его огреть, что ли, может, тогда хоть брови дернутся от удивления?

— Так себе план у вас. Я бы не допустил тебя до своего личного ноута, а сделать перевод можно только с него. Даже если бы ты взломала его, пароль, чтобы подтвердить транзакцию, генерируется в течение минуты, и вбить его надо ровно ещё за столько же.

Я не стала разочаровывать Марка и говорить, что считаю пароль в ту же секунду, когда он придет на его мобильный, и времени будет достаточно, потому что, в отличие от меня, он это сообщение вообще не увидит. Но в том, что любые финансовые операции можно делать только с его ноута, он прав. Потому что без кейлоггера, который он всегда носит при себе, ноут просто не будет адаптирован к операциям. Как мясорубка без ножей, вроде и крутит, а свои задачи не выполняет.

— Я хочу предложить сделку. У меня осталась неделя, после этого Олег выполнит свои угрозы. Мне нужны имена твоих покровителей по фондам и, если не затруднит, показания о шантаже Олега. Он ведь тебя этой информацией прижимал? Которую я на тебя накопала?

— В том числе. И по покупкам разоренных предприятий. Что взамен?

— Я зачищу информацию. Всю, компрометирующую тебя, и оставлю истинных рейдеров на виду. Плюс помогу тебе обосноваться в Великобритании, где ни твои, ни мои друзья тебя не найдут. У тебя будет возможность лично, на радостях, при встрече пожать шею Олегу. Там у тебя будет серьезная защита, можешь не сомневаться. Ты же дымовая завеса, я правильно понимаю?

— Правильно. Я этикетка. Разменная монета.

Марк говорил, а до меня начало доходить его поведение. Он уже считает себя трупом. Я ведь нарыла на него много чего, и те, кто его использует, поспешат сменить декорации и заменят одно публичное лицо на другое.

— Как получилось, что ты стал для них ширмой? Ты ведь не получаешь доход с этих дел. И даже в оффшорах счетами пользуются другие люди.

— Пришлось. Долгая история. Твое предложение меня устраивает, кроме пункта о даче показаний. Но у меня есть план, как заставить Шитикова самого себя выдать. Детали я пока обмозгую. Условие одно, ты находишься здесь без средств связи и не покидаешь пределов второго этажа. Все действия по зачистке только при мне. Я тебя не удерживаю, можешь уходить. Но предупреждаю сразу. Один шаг на улицу — и я считаю, что договоренности аннулированы.

— У тебя либо пан, либо пропал, да? Как я могу быть уверена, что ты не обманешь после того, как я зачищу информацию по тебе и состряпаю новую историю жизни Марка Москвина?

— Это ещё одна долгая история, расскажу позже. А пока поверь на слово. На Коране клясться не буду, я католик.

— Я помню, падре. Где в вашем приходе моя каморка?

— Ступай, грешница, тебя проводят и все объяснят.

34 Никита

Впервые приезд на остров не принес удовольствия в полном объёме. Все прекрасно: солнце, невероятно красивое Андаманское море, белоснежный пляж, хрустящий под ногами из-за большого в нем содержания мельчайших частиц кораллов, вечнозеленые пальмы, мягкий шелест волн.

Все есть для полного релакса. Но часть меня не могла смириться с мыслью, что Алена не приехала со мной. Предпочла другие дела вместо совместной поездки на потрясающий курорт, а я, идиот, еще и целую развлекательную программу для нее придумал. Лика поселилась в том же номере, где жила с Савой в медовый месяц. Остальные расселились в такие же бунгало, с собственным выходом в море у каждого. А я каждый вечер уходил на противоположную часть острова, где уже начались подготовительные работы самого уникального подводного номера в мире. Чуть дальше от него был самый старый домик. Первая на этом острове постройка, в нем я и обитал все ночи.

Мы уже третий день вкалывали от рассвета до заката. Лике удалось придать команде нужный настрой и скорость. Пообещав им, если управятся за три дня, то два оставшиеся и два выходных проведут тут в мини-отпуске за счет компании. В благодарность за оперативную, слаженную и качественную работу я оплатил им поездку на другой остров, где проходят мега-крутые пляжные вечеринки. Вернуться оттуда без впечатлений и трезвым практически нереально. Алкоголь льется рекой в прямом смысле этого слова. На каждой площадке просто сумасшедшие конкурсы, например, пройти под горящей веревкой, согнувшись назад. И на другой стороне тебя уже поджидает девушка с бутылками рома, нужно только открыть рот. Атмосфера заряжает на полный отрыв. Отличная музыка, фаер-шоу и заводилы-аниматоры. Люди совершенно разных возрастов из разных стран сближаются в момент, заражаясь всеобщим весельем.

Наконец согласовав всю работу с нанятым местным подрядчиком, мы с Ликой решили улететь в Москву, оставив народ без начальства, немного расслабиться и оторваться, чего бы они себе не смогли позволить в нашем присутствии, хоть у нас и демократичные отношения в коллективе.

Прилетели в Москву поздно ночью и вместе с встретившим нас Савелием поехали на квартиру к Лике. Потому что ни ее, ни меня все эти дни не отпускала тревога за Аленку. Пообщавшись с Ликой, пришли к выводу, что этот ее отъезд отличается от прежних. Во-первых, она ранее не удаляла свои аккаунты в соцсетях и телефон хотя бы иногда был доступен, а в этот раз она просто удалилась отовсюду и телефон теперь был не просто недоступен, а оператор сообщал нам: «Набранный вами номер не существует». Также раньше Аленка дарила Лике ежедневник в жестком переплете с встроенным кодовым замочком, а потом — дорогую перьевую ручку, и только сейчас подарила хакерский гаджет, один из самых серьезных инструментов в умелых руках.

И всё её эти «меня не нужно искать» наводили на мысли, что Алёна занимается чем-то опасным или выполняет заказы на добычу информацию или взломы серверов. Мы перебирали в голове все варианты, от фриланс-услуг для бизнесменов, заказывающих информацию по своим конкурентам, до связи с криминалом. Но так и не остановились ни на одном варианте.

В квартире Алены не было. Я смотрел на календарь, на котором бегунок стоял на дате почти двухнедельной давности. Получается, она не приезжала сюда с самой первой нашей ночи в берлоге. Никаких вещей Алены, кроме забытого на подоконнике кухни МР3-плеера известной фирмы с логотипом погрызенного яблока. Плеер я прихватил с собой, было интересно, что любит слушать Алёна.

Мы разъехались по домам. Лика с Савой, а я с приехавшим за мной водителем. Родители уже спали. Я прошел на кухню и застал там отца сидящего в одиночестве, точнее, с «Джеком» в стакане.

Папа решил дождаться меня, когда ему доложили.что самолет возвращается на базу. Немного поговорив о делах и маме, я уже собирался уходить, когда он сказал:

— Не знал, что ты начал коллекционировать магниты на холодильник.

Я уставился на дверцу холодильника, там был один-единственный магнит из Эдинбурга. Очень простенький, с изображением центральной улицы Королевская миля. Аленкин подарок, она же говорила, видимо, прицепила, пока я не видел.

В офисе Алена не появилась, ассистентки Лики остались на острове, и поэтому Андрей пришел без предупреждения, коротко постучав в дверь.

— Никита, тут такое дело. На Алену Громову, которая у нас работала, нет никакой информации, даже той, что была раньше. И в моем компьютере досье исчезло и все сканы ее документов, что ты присылал, ни на почте, ни в папках. Мы перевернули все, такого человека как будто и не было никогда.

— У нас ее трудовая и бумажные копии ее документов в кадрах есть. Что значит — не было никогда?

— Нет у нас ничего, я тоже туда первым делом ходил, кадровичка сказала, что Алена забрала трудовую, чтобы ксерокопии для банка сделать, и так и не вернула.

— А приказы? Трудовой договор? Журналы с ее подписями? Заявки на банковскую карту? Полно же всего!

— В бумажном виде частично есть, но не все. Только эти документы как бы теперь недействительны, раз оформлены на паспорт, которого нет и не было. Информации найти не удалось больше никакой. Может, попробовать найти ее физически? Наверняка засветилась где-нибудь, в Москве камеры на каждом доме почти.

— Не надо. Исчезла так исчезла, это ее выбор. Задача снята, занимайся обычной работой. И в кадры загляни, отдай им заявку на вакансию секретаря.

Эти новости раздавили окончательно. То, что она забрала документы из отдела кадров, говорило о том, что сразу после последней ночи Алена знала, что уходит навсегда, иначе забирать их не было смысла. Знала и даже не зашла ко мне, просто стерла о себе все данные и исчезла. А может, и не было никогда ее. Сколько мы все ее знаем? Чуть больше половины года. Может, даже не под настоящим именем жила это время. Появилась ниоткуда и исчезла в никуда, даже не попрощавшись.

Боль в груди не отступала. Она ничего не просила и не ждала ни от кого из нас, никогда. Значит, знала, что в один прекрасный день просто уйдет.

Думать обо всем этом уже просто не мог и не хотел. Но в мыслях все равно мелькали картинки. Калейдоскопом проносятся в голове. От первой встречи до последней. От пистолета, направленного мне в голову, до того утра, когда обнимал и целовал ее тут, в приемной.

И вроде понимал, что не нужен ей никто, тем более я. Вроде надо забыть, вычеркнуть и двигаться дальше. Но проклятое сердце сжималось и ныло только от одной мысли, что не увижу ее больше никогда. И я постоянно ловил себя на том, что смотрю в камеру вебки.

35. Алена.

Мне выделили большую спальню с собственным санузлом и даже небольшой гардеробной. Только вот складывать мне туда совершенно нечего. Еду мне приносили в комнату. Ольга зашла вечером и помогла обработать раны. Двери не закрывали, окна тоже можно открыть, только зачем бежать, если сама в гости напросилась? На следующий день, Марк пригласил на разговор в свой кабинет.

— Давай разбираться, что мы имеем на сегодняшний день и как будем выпутываться.

— Расскажи мне, как Олег сдал меня?

— Тогда с начала. Первый раз он назначил встречу около двух недель назад. Тогда он рассказал мне, что я на карандаше в вашем ведомстве, то есть меня дали в разработку. И только он может решить, давать делу ход или изменить нарытые агентом доказательства в мою пользу. Запросил немаленькую сумму. Но для меня вполне подъемную, и я заплатил.

— Ты не в курсе, что ли, что шантажисты никогда не останавливаются? — удивилась я такому решению вроде вполне здравомыслящего человека.

Марк только рукой махнул.

— И ментам, и налоговикам, и всем остальным власть имущим всегда откаты платят. Я тогда решил, что эта ситуация вполне привычна. Но он опять назначил встречу. На ней он потребовал еще денег и потребовал почти все, что у меня есть. Даже назвал оба банка, где мои счета. Взамен обещал честное расследование, где я буду тем, кем и являюсь, а всех троих истинных организаторов рейдерских захватов он посадит. Похвастал, что это его агент, нашел всю подноготную. Я согласился на его условия, если он сдаст мне своего агента.

— И ты решил выследить агента, чтобы найти его самого? А почему ты при встрече его не сцапал?

— А потому что физически он находился в другом месте. Знаешь парк виртуальных игр в Москве «Ночной мир»? Так вот он оплачивал одну из площадок, и когда я надевал шлем и прочее оборудование, о со мной был в игре «Другой мир», ну, там про планеты всякие, ходишь по ним, ищешь что-то.

— Ну, значит, он был где-то рядом, в соседней комнате. Не удалось выявить?

— Нет. Поэтому я решил найти его через тебя, он сдал место твоей работы, марку и номер машины, твое имя и фотку. Тебя мы нашли сразу. А вот к нему ты нас не привела, еще и настучала ему про хвост.

— Это ты типа обиделся на это? Ну извини, вы мне мешали приятно вечер провести с... ну, неважно.

— Короче, он понял, что платить я не собираюсь и ищу его, позвонил, сказал что срок у меня осталась неделя, и пропал. Больше на связь не выходил. А вчера ты в гости нагрянула, и я решил, что это его новая идея. Ты все-таки ничего так, откормить бы немножко не мешало.

— Расскажешь, как ты во все это вляпался, или к плану?

— К плану, успеем еще вытряхнуть скелеты из шкафов. Чувствую, у тебя их не меньше моего, с таким-то характером.

— У меня тоже плохое предчувствие, мне кажется, мы подружимся.

— Типун тебе на язык. Мы обсуждали план и спорили весь день.

Марк ни в какую не соглашался дать мне связаться с Ринатом, подозревая меня в нечестной игре. А я не соглашалась публиковать информацию о якобы нашей связи, чтобы куратор клюнул, потому что Алены Громовой больше нет и такая информация в СМИ спровоцирует журналистов на поиск информации о невесте Марка Москвина, и это плохо кончится для меня. Марк все-таки рассказал историю, как он из обычного среднестатистического бизнесмена превратился в живой щит для троих отпетых мерзавцев. И его судьба поразила меня до глубины души, ведь ему всего тридцать два года, а испытаний уже выпало на три жизни.

— Как мы тогда заставим его поверить, что ты следуешь его плану?

— Я для этого и прошу дать мне связаться с другом!

— Нет. Делаем по-другому. Ты сказала, что он подобрался к твоей семье? Значит, мы едем в Эдинбург, знакомиться с родителями невесты. Ты дашь знать об этом Шитикову. Далее по плану. Но у меня условие... нет. Просьба, удали, сделай зачистку до поездки, я хочу сразу, если у нас все получится, остаться там.

— Тогда у меня тоже просьба, я зачищу все до завтрашнего вечера, отпусти меня на одну ночь. Мне нужно кое с кем попрощаться. И мне нужна одежда.

— Хорошо, вечером заедем в магазин и я отпущу тебя на всю ночь. Встретимся в аэропорту. Кстати, как ты собираешься без паспорта лететь?

— У меня есть паспорт, — улыбнулась Марку американской улыбкой и, протянув руку, представилась: — Элейн Картер, приятно познакомиться!

Весь следующий день я старательно меняла прошлое Марка, сотни раз перепроверяла каждую мелочь, даже создала защищающих ботов, если информация будет по нему всплывать в будущем. Хотя в Эдинбурге он будет в безопасности, ведь по всем данным Марк Москвин уехал в Индию и обитает там. В этой стране его будут искать очень долго, там своих-то еще не всех пересчитали. И европейцев навалом, никого уже не удивишь, толпы едут за «просветлением». И украдкой все-таки скинула сообщение Ринату.

А позже и залезла в рабочий компьютер Лики и прямо на документе, который она печатала, написала ей сообщение. «Привет, я в порядке. Уезжаю надолго, буду скучать. Свяжусь сразу, как смогу». Лика, прочтя, написала ответ, который поверг меня в шок. «Поняла, буду ждать. Ник пьет в лесу в стеклянном кубе». «Что у него случилось?»

— Все-таки не послушалась меня? — подойдя сзади, грозно прорычал Марк, выдергивая вай-фай роутер из розетки. Интернет тут же отключился.

— Марк, ты теперь чист, проверяй сам, если хочешь. Ни в нашем ведомстве, ни где-либо еще информации на тебя нет. Более того, если у Олега и сохранились отчеты на внешних носителях, то они будут уничтожены при первом контакте с любым компьютером подсоединенным к интернет-сети. Я переписывалась с подругой, она мне как сестра.

— Ладно, поехали, наряды тебе купим, Золушка, — Марк успокоился и, закрыв кабинет, вывел меня в первый раз за эти дни на улицу.

— А ты типа мой дядя Фей?

— А я типа теперь правильный и воспитанный. Сама же мне всю репутацию испортила.

— Ну не всю, то, что ты редкостный бабник, я оставила.

— Вот спасибо. А в Эдинбурге есть нормальные женщины или все как ты за шваброй спрятаться могут?

— Ой, все! В магазине пришлось помучаться из-за болезненных ощущений на пострадавшей спине и просить помощи девушки-консультанта, которая заохала, глядя на мою синюю исполосованную спину.

— Девушка, вас он избил? — косясь на Марка, ждавшего меня на диванчике, заговорщически зашептала она мне в ухо, застегивая молнию на легком летнем платье с обтягивающим верхом и пышной юбкой чуть ниже колена.

— Нет. Он меня спас от злодеев, — так же шепотом и с улыбкой сказала я ей, чтобы не вздумала вызвать полицию. — Уже все в порядке, их поймали.

Марк довез меня до берлоги Никиты и уехал, а я никак не могла решиться подняться. У него же есть невеста и свадьба скоро. А вдруг он с ней здесь сейчас? Но увидеть его в последний раз хотелось, даже если он не один. Просто скажу ему, что... жду приглашения на его мальчишник.