Миша очнулся внезапно. Почудилось: кто-то наотмашь бросил ему в лицо горсть колкого песку. Огляделся — ни души вокруг. Солнца уже не было видно, а на берег косо накатывались, одна за другой, пенные волны. Дедушкина же лодка, покачиваясь валко, медленно удалялась от берега.
— Пе-эша-а! — вскричал испуганно Миша, вскакивая на ноги. — Пеша, где ты?
Ни звука в ответ. Лишь крикливые чайки стремительно носились над хмурым, в пенных барашках, неспокойным озером.
Вот тебе и удачная рыбалка! Унесёт лодку, что им тогда делать на этом пустынном острове с насупленными, строгими даже в погожий день, соснами?
И тут Миша, не помня себя, бросился в воду. Первая же шипучая волна накрыла его с головой. Отфыркиваясь, он замолотил отчаянно по воде руками.
«Мне бы только до лодки дотянуть, — думал Миша, стараясь преодолеть страх. — И надо… реже руками махать».
А когда лодка была рядом, совсем рядом, Миша, выбившись из последних сил, никак не мог ухватиться за её скользкий, просмолённый борт. Обрывались руки, и он с головой уходил в воду. Помог случай: накатила волна, подбросила Мишу вверх. Тут-то он и схватился за борт. Вскарабкавшись в лодку, сразу же бросился к вёслам.
Но уже бежал от сосняка к берегу Пеша, крича в сложенные рупором ладони:
— Нажи-има-ай, Микко! Нажи-има-ай!
Миша даже не обернулся. Немного погодя лодка с разлёта наехала на пологий берег.
Выпрыгнув на холодный песок, лишь только тут спросил он друга, глядя ему в глаза:
— Где пропадал?
— А я в лесок подался. Разведаю, думаю, пока ты спишь, не поспела ли черника? — оправдывался Пеша. — И не думал, что такая волна поднимется. Утро-то было тишайшее!
Миша смотрел на озеро, прочерневшее до самого дальнего берега с еле приметными крышами изб. Он никогда ещё не видел Ведлозеро таким пугающе неприветливым. Но сейчас, когда рядом стоял друг, Мише не было страшно.