Тайна надгробия

Глава 10

Дождь сопровождал Джейн всю пятнадцатиминутную поездку в продуктовый магазин, где она купила продукты, чтобы приготовить потрясающий ужин для Конрада. Что-нибудь простое, как она готовила раньше с бабушкой Лили: стейк, как отбивная, с домашним соусом, черноглазый горох, всякая зелень, картофельное пюре, домашние булочки, кукурузный хлеб с кукурузой и сладким картофелем.

Поскольку она не знала, каким пироги предпочитает Конрад, ей, вероятно, стоило испечь несколько разных: чизкейк, ореховый, с персиками, вишнёвый коблер, если хватит времени. Да, времени должно хватить.

Нескончаемый дождь закончился ровно через пять секунд после того, как Джейн, снова промокнув до нитки, вбежала в дом. Ролекс встретил её тихим мяуканьем и уселся на диван, чтобы она могла выразить ему своё обожание. После положенной порции ласки он неспешно удалился, а Джейн побрела на кухню. Сделав себе бутерброд с арахисовым маслом и джемом, она решила не звонить в клинику и не записываться на приём к Кэролайн и Эмме.

Зачем предупреждать Эмму? Вместо этого Джейн могла бы заявиться без записи, неожиданно. Находясь там, она постаралась бы не испытывать тошноту каждый раз, когда ей будет приходить в голову мысль о том, скольких пациенток доктор Хотчкинс разложил на своём столе.

Разобрав продукты и надев фартук, она загрузила сегодняшние фотографии на свой ноутбук, затем взяла свой блокнот для расследований и ручку, чтобы записать свои мысли.

Зная наизусть, как готовить каждое блюдо, Джейн изучала изображения, отмечая каракули, которые могла и не могла расшифровать, имена и даты, символы, карты и координаты. Она писала в процессе готовки, чередуя взбивание, обмакивание и очистку продуктов. В её снимках с выставки содержалось объяснение убеждённости доктора Хотчкинса в том, что некоторые из гробов на её участке были наполнены золотом.

Но что-то не давало ей покоя. Она скользнула взглядом по всему, что сочла достойным записи в своём блокноте, надеясь, что какая-нибудь идея зацепит её — и вот оно! Символ геральдической лилии по-прежнему привлекал её внимание: нечто, напоминающее острие меча, и две изогнутые линии, образующие рукоять.

Неужели она что-то упускала? По словам Конрада, это изображение было связано с золотом. Но как? Каким образом?

Джейн поставила последний пирог в духовку, установила таймер, затем проверила записи с камер наблюдения — ничего необычного. Отлично. Час до готовности пирога и два часа до прибытия Конрада — достаточно времени для бумажной работы, лёгкой уборки и душа.

В ожидании она собрала свои неоплаченные счета и сверила баланс, сокрушаясь из-за нехватки дополнительных средств. Немного золота сейчас было бы совсем не лишним. О, сколько всего она могла бы обновить на кладбище. И в коттедже. Даже позволила бы себе платить зарплату Бо!

Зазвенел таймер духовки. Джейн поспешила вынуть пирог, а после навела порядок на кухне.

Наконец, расставив посуду и сервировав стол, она приняла душ. Обсохнув, надела майку, шорты и теннисные туфли — свою лучшую спортивную одежду.

Волосы собрать или распустить? Что бы предпочёл Конрад? Нет. Его мнение не имело значения. Собрать.

Ох! Она совсем забыла сварить свежую порцию сладкого чая. Куда подевались её манеры?

Джейн вернулась на кухню, повязала фартук на талию. Ролекс наблюдал с подоконника, как она кипятила воду, заваривала чайные пакетики и ложку за ложкой добавляла сахар. Она как раз закончила размешивать, когда раздался дверной звонок.

В душе боролись волнение и предвкушение.

Волнение казалось ей чистой глупостью. Это не было свиданием. Конрад ясно дал это понять. Да, он испытывал к ней чувства. Да, она размышляла о том, стоило ли рисковать гневом проклятия Лэдлингов. Да, она уже забыла, к чему вела мысль.

Он пришёл!

Джейн разгладила оборку на фартуке и направилась к двери, Ролекс следовал за ней по пятам. Повернув ручку, она услышала скрип петель, и её волнение усилилось, когда она увидела нечто неожиданное: Конрад стоял рядом с Бо — темноволосый громила и белокурый викинг.

Ролекс зашипел на одного, потом на другого.

«Хороший котик».

Конрад выглядел потрясающе в потёртых джинсах и облегающей футболке, демонстрирующей его татуированные предплечья. Джейн хотелось изучить каждое изображение в мельчайших деталях, но она заставила себя поднять глаза. Пока не было причин заставлять его чувствовать себя куском мяса.

Бо был одет в футболку и шорты, словно только что вышел из спортзала. Мышцы изобиловали.

— Не обращайте на меня внимания. Я буду устанавливать сигнализацию от стены до стены, от пола до потолка, — заявил Бо. Затем кивнул и вошёл, его восхитительный аромат сосны и мыла идеально дополнял запах, доносившийся из кухни. В руке у него висела спортивная сумка.

— Только после того, как я получу счёт, — крикнула Джейн, — который ты можешь дать мне за ужином, который разделишь с нами, так что даже не думай отказываться. — Она жестом пригласила Конрада войти. — Значит, ты рассказал ему о докторе Гарсии?

— Нет, не рассказал. Только сообщил ему о золоте. Поскольку он твой охранник, я посчитал, что ему следует быть в курсе. Решил действовать по ситуации. На самом деле, вопрос в том, почему ты ему не сказала?

Поскольку Джейн уже и так была многим обязана Бо, их дружба была неравной: он делал всё, а она — ничего. Она не привыкла иметь рядом близкого союзника и боялась, что может его оттолкнуть. Фиона не считалась, потому что Фиона — семья. Большую часть своих двадцати шести лет Джейн провела больше времени с мёртвыми, чем с живыми.

— Я не буду злоупотреблять нашими отношениями.

— Когда речь идёт о безопасности, соревнования «кто больше» перестают иметь значение. Почему вообще существуют соревнования между тобой и Бо? — спросил Конрад, входя в дом. Он удержал её взгляд, пока затворял и запирал дверь. — Пока я не поймаю убийцу, пусть Бо помогает тебе всем, чем сможет. Договорились?

Он отступил, прислонившись к дверному проёму, предоставив ей выбор: остаться на месте или подойти ближе. Она выбрала второе, едва заметно сократив расстояние. Просто чтобы вдохнуть аромат кедра и специй.

Затем до неё дошли его слова.

— Теперь я понимаю, почему ты приглянулся Бо, — проворчала Джейн. — Что заставило тебя сменить законы джунглей на кодекс братства?

Он пожал своими широкими плечами.

— Ты действительно хочешь это обсудить? — Его взгляд скользнул по её губам, прежде чем подняться к глазам. — Или тебе интереснее услышать мои мысли о тебе?

Их взгляды встретились — и заискрило. У неё перехватило дыхание.

— Не нужно мне говорить. Я и сама могу догадаться, — просипела она. — Слишком любопытная. Слишком суеверная насчёт проклятий. И забавная. — Ей иногда удавалось заставить его улыбнуться. — Я права? Я же права, верно?

— Прости, но я считаю свои впечатления о тебе информацией «под грифом секретно» до закрытия дела. — Почудилась ли ей нотка нежности в его голосе? С игривым блеском в тёмных глазах он протянул руку за её спину, чтобы развязать фартук, и она вдруг почувствовала себя беззащитной, словно лишилась своего щита. — Еда пахнет восхитительно! Давай поедим.

«Серьёзно?»

— Ты вот так закончишь разговор?

Конрад подмигнул и прошёл вглубь дома. Проклятье. Джейн метнулась вперёд, ведя его в столовую, где Бо уже устроился на жёлтой ламинированной столешнице, разделявшей кухню и столовую.

Почему Ролекс не следил за ним, шипя от недовольства?

Куда же подевался её любимый, самый ценный компаньон? После того инцидента Джейн больше не собиралась рисковать. Готовая запаниковать, она огляделась — о, слава богу! Воздух вырвался из её лёгких, напряжённые мышцы расслабились — Ролекс опять сидел на столе. Он сверлил обоих мужчин таким взглядом, будто уже придумал восемнадцать способов их убийства. Как это было неожиданно мило с его стороны. Видимо, кот привыкал к гостям.

— Присаживайтесь, садитесь, — пригласила Джейн парней, указав на стулья. Она поспешила к серванту за ещё одной тарелкой, а затем вынесла первое блюдо. Потом следующее. И ещё одно. Точно так же, как бабушка Лили подавала угощения, когда они принимали гостей.

«Хорошие манеры всегда в моде, моя дорогая», — говорила она.

— Я никогда не видел ничего подобного, — прохрипел Конрад, широко раскрыв глаза, разглядывая разнообразие блюд.

Ох. Это «ничего подобного» было хорошим или плохим знаком? У Бо было похожее удивлённое выражение лица.

— Ты ждёшь ещё гостей? — спросил её друг, нахмурив брови.

— Нет. Только мы. А что? — Она заняла стул между двумя мужчинами и с удовольствием наблюдала, как они оба наполняли свои тарелки. — О, не забудьте оставить место для десерта. Я испекла ваш любимый пирог.

Конрад наклонил голову, приняв свою «детективную» позу. Он, видимо, решил, что тут кроется загадка, которую нужно разгадать.

— Мне вот интересно, а какой у меня любимый пирог?

— Понятия не имею, — парировала она. — Выясним вместе.

Его лицо озарилось сияющей улыбкой, словно включили лампочку мощностью в мегаватт[22]. Джейн почувствовала, как её щёки заливает румянец, а сердце забилось быстрее.

Бо откашлялся и поправил воротник.

— Я понимаю, что у вас тут своя атмосфера, но я умираю с голоду. Не возражаете, если я приступлю? — Он потёр руки.

Джейн рассмеялась и кивнула на еду:

— Конечно.

Когда она наполняла свою тарелку, Конрад заметил синяки на её руке и напрягся. Он протянул руку, подхватил её ладонь снизу и поднял её разбитые костяшки, чтобы рассмотреть их при свете. Его лицо помрачнело. Она прикусила нижнюю губу, ожидая выговора. Вместо этого он поднял взгляд и одарил её гордой улыбкой.

— Ты подкрасила ему оба глаза. Отличная работа! — Легко проведя подушечкой большого пальца по её костяшкам, он отпустил её руку.

Она сдержала всхлип.

— Это лучше или хуже, чем сломать ему нос, с точки зрения закона?

— Ты сделала и то, и другое. Сломанный нос стал причиной синяков под глазами. И это равнозначно.

Ну, век живи — век учись.

— Мой первый удар, и сразу в яблочко!

— Если кто-нибудь снова схватит тебя, целься в горло и убегай, крича, — посоветовал Бо, кивнув. — Ты же убежишь, крича, правда, Джейн?

— Так быстро, как только смогут унести твои ноги, — добавил Конрад, отпив чаю. — Кричи «Пожар!», если придётся.

Еда в её желудке превратилась в свинец.

— Вы, ребята, ожидаете ещё неприятностей, не так ли?

Конрад отложил вилку и помассировал затылок.

— У меня есть агент, отслеживающий публикации в «Хедлайнере», и на сегодняшний день одиннадцать человек упомянули о вероятности найти золото на твоём кладбище. Эти одиннадцать поделятся с другими. Те, в свою очередь, распространят новость дальше. В какой-то момент кто-нибудь попытается проникнуть на твою территорию, чтобы узнать, правда ли это.

— В любое время суток, в любой день звони мне при малейшем подозрении на вторжение, — твёрдо сказал Бо. Его зелёные глаза были полны решимости. — Я серьёзно.

Джейн кивнула, погрузившись в свои мысли. Было ли на её кладбище золото или нет?

Они закончили трапезу, и оба мужчины предложили помочь с уборкой. Несмотря на её отказ — бабушка Лили никогда не пускала гостей на кухню, — парни настояли на своём.

— У Бо много дел, а мне нужно многому тебя научить, — сообщил Конрад, когда последняя тарелка была вымыта и убрана. — Нам пора начинать.

Пока Бо устанавливал сигнализацию по всему дому, агент тренировал Джейн на заднем дворе при свете фонаря на веранде. Двор представлял собой широкое пространство с сочной травой и изящными ивами. Мерцали светлячки, аромат магнолий чувствовался сильнее обычного. Звёзды в небе сверкали, словно бриллианты, рассыпанные по чёрному бархату. Знойный вечер с сильным мужчиной.

Конрад был практичным инструктором, немного грубым и не знавшим пощады, но ей нравилась каждая минута, проведённая с ним. Он учил её драться так грязно и подло, как только возможно. Лучшим приёмом стало «выкручивание яичек».

Агент держался строго по-деловому, и его серьёзное выражение лица не менялось ни на секунду, пока она не спародировала его, и он не рассмеялся во весь голос. Хриплый звук одновременно разбил и порадовал её сердце.

— У тебя талант, — заметил он, и его похвала вскружила ей голову.

Бо закончил вскоре после этого и уехал. Конрад задержался ещё ненадолго. Он провёл подушечками пальцев по линии её подбородка и, подмигнув и улыбнувшись, направился к своей машине.

— Постарайся не скучать по мне слишком сильно.

Невыносимый!

— Не умри по дороге домой! — крикнула она, помахав рукой, и он снова от души рассмеялся.

Готовясь ко сну, Джейн продолжала улыбаться, вспоминая чудесный вечер.

Как только её голова коснулась подушки, знакомый образ вновь возник в её сознании, заставив её ахнуть и резко сесть. Наконец-то она поняла, что именно беспокоило её в изображении лилии. Стоило добавить круг снизу и круг с точкой посередине, и получился бы символ (предполагаемого) Ордена Семи — давнего тайного общества, поклонявшегося золоту. Тот же символ её предки вырезали на гробах, содержащих золото. Тот же символ был отмечен в одном из журналов, выставленных в музее.

Вот оно — связующее звено. Но что это было — ловушка или настоящая находка? Отыщет ли она золото в одной из могил? Было ли что-то в помеченных гробах?

После того как захоронения были разграблены, её предки тщательно задокументировали подробные описания каждого участка и каждого гроба. Джейн знала, что в некоторых их старых записях упоминался символ Ордена Семи.

Она вскочила с постели, мысли неслись одна за другой. Она видела этот узор на гробу раскопанной могилы, а также на фотографии в музее. Той самой фотографии, которую изучала Эбигейл, — могиле Сайласа Лэдлинга.

«Я на верном пути! Я уверена в этом!»

Джейн нуждалась в напарнике, и был только один человек, которому она могла доверить эту работу и который не арестовал бы её. Она схватила свой мобильный и набрала его номер. Он ответил с первого гудка, в его голосе сквозило напряжение:

— Что случилось?

— Ничего. Не хочешь раскопать могилу?