Семнадцатая глава

Челнок с Барнарды доставил в долину по соседству тысячу дронов. Три мобильных платформы перетащили их в опустевшие помещения механического цеха за несколько часов.

Дроны запустили станки, наладив электроснабжение и заварили стальные двери изнутри, чтобы никто не мог проникнуть внутрь. Подходящих листов стали имелось в достатке.

Жаклин контролировала работу, а Лаки в это время наблюдал издалека за погрузкой бывших каторжников в вагоны. К двум пассажирским подсоединили три товарных, в которых обычно возили копченое мясо из Сан-Педро-основную часть рациона горняков в дореволюционный период.

Ничего хорошего от этого перемещения каторжники не ожидали и охранники Луны прикладами заталкивали в вагоны тех кто упирался.

В вагонах их встретили копченые окорока, текила и ром. Пусть расслабляться и поймут что расстреливать их никто не собирается. Зачем кормить и поить обреченных на смерть?

— Опасаетесь что вас узнают?

Ринальдо подошел сзади очень тихо.

— Вы полагаете они меня знают?

— Если вы мне не солгали, то отобрали тех кто вам знаком по университету. Думаю что Мигуэлю ваша активность не понравится.

— Что он сказал вам по радио?

Ринальдо прищурился.

— Кто вам сказал про связь?

— Отец Хоакин.

— Еще один фанатик идеи? У него слишком длинный язык, я предупреждал Мигуэля. Что с нашим родолитом?

— Груз в пути. Доставить сюда или на космопорт?

— Лучше на космопорт. К чему терять время? Так понимаю, что вы возвращаетесь в лагерь в Сан-Мигель?

— Верно. Там слишком много дел накопилось. Сообщите Мигуэлю что я вылетаю на флайере.

— Он ждет вашего доклада.

Лаки и Ринальдо мерились взглядами, пока сеньору начальнику рудника не надоело.

— Счастливого пути, сеньор Мартин. По вам здесь будут скучать.

— Через пять дней встретимся в космопорте. И там я передам вам груз родолита.

— Буду ждать встречи с нетерпением.

— Да, совсем вылетело из головы! В механическом цехе комбината мои люди заняты некоторыми работами. Не мешайте им, прошу вас.

— Работы?

— На благо революции, конечно.

Ринальдо ухмыльнулся.

— У меня хватает дел и на руднике. После взятия Сан-Мигеля я надеюсь еще получить партию рабочих из числа пленных.

— Безусловно. Благодарю вас за гостеприимство. Особенно за флайер. Не хотите его мне уступить?

— За полтонны родолита дополнительно.

— Я об этом подумаю.

«Получается, что ему нужна тонна родолита. Чье задание он выполняет?»

Лаки решил, что судя по всему-Ринальдо кроме родолита на Сабине ничего не интересует. Он не революционер. Какие отношения связывают его с Мигуэлем?

Ринальдо пообещал председателю ВРС оружие в обмен на камешки? Когда-то в древности, на Терре родолит использовался исключительно как камень для ювелирных изделий. Его даже сравнивали с рубином. Ограненный родолит очень похож на рубины.

Жаклин сообщала что всплеска интереса к родолиту в империуме не отмечено. Зачем кому-то тонна родолита?

Сверху, из под облаков, лагерь революционной армии напоминал дымящуюся, разноцветную кучу мусора. Флайер приземлился возле передвижного госпиталя и взлетел сразу, как только Лаки оказался на земле.

Лора ждала его возле трака.

— Наконец-то вы вернулись! Ого, и без бороды! Вам так больше идет.

— Что нового, чем порадуете? Сан-Мигель еще не сдался?

— Город еще держится. А вот с продуктами теперь возникла проблема и не в городе. С торгашами на ярмарке у людей Симона вышел кофликт. Мигуэль обязал торгашей продавать еду по твердым ценам, установленным ВРС, то есть в треть реальной цены. Торгаши и пеоны не подчинились. После этого из них взяли десять человек заложников и расстреляли у всех на глазах. На ярмарке только тряпьем сейчас торгуют. Даже дохлого куренка не найти.

— Мигуэль не боится создавать проблемы на ровном месте. Смелый человек!

— Он-безголовый урод и садист! Да, теперь от каждого полка команды рыщут по окрестностям и забирают еду и вино у местных по твердым ценам. Видите на севере дым?

Вчера поселок Куэнко подожги люди Торреса из-за того что там отказались им отдавать еду.

— Здесь стало весело!

— Еще бы! А в первую же ночь, когда вы уехали, в трак хирургии вломились люди Симона. Выгнали меня вон и копались там до утра.

— Что-то пропало?

— Они сожрали все наши запасы колбас и окороков и выпили весь спирт.

— Это дело наживное.

— Кто-то из них копался в компьютере. Диагност не работает теперь.

— Пойду пожалуюсь. Где сейчас ВРС заседает?

В конюшне?

— Даже не представляю.

Лаки подозвал Фернандеса и приказал ему отвести его к Мигуэлю.

Проходя по лагерю приходилось то и дело останавливаться чтобы пожать руку кому-то из ранее спасенных воинов революции.

— Док Мартин!

— Как дела, док!

— Все заросло как на собаке, док!

— Благослови вас бог, док!

Лаки улыбался, жал руки, спрашивал про здоровье. К штабу Мигуэля Лаки прибыл в плотном кольце своих бывших клиентов.

За полуразрушенным зданием из глинобитного кипича, среди деревьев стояла брезентовая палатка армейских камуфлированных цветов. Мигулэь сидел за раскладным столом возле палатки, перебирал бумаги, сверкая стеклами очков.

Эскадрон смерти пропустил к палатке только Лаки.

— Доброго дня, сеньор председатель!

— Не сеньор, а брат! — скорчил недовольную мину лидер повстанцев. — Я уже решил что вы сбежали, брат Мартин!

— Готов предоставить доклад, если вы раньше не пустите в дело свой приказ.

Лаки протянул Мигуэлю конверт с приказом о собственном расстреле.

— Что за чепуха!? Я это не подписывал! Кто вам это дал?

— Сеньор Ринальдо.

— Если это шутка-то очень странная и не смешная!

— Полностью с вами согласен.

— Присаживайтесь. Кофе, ром?

— Чашка кофе была бы кстати.

— Симон! Кофе нашему героическому хирургу!

Симон тут же выглянул из за палатки с револьвером в руке.

— Вас еще не расстреляли, док?

— Как видите.

— Очень жаль.

Мигуэль нахмурился.

— Это ты приказ сочинил?

— Я неграмотный, да и почерк незнакомый.

— Верно и это не почерк сестры Марии.

Мигуэль порвал приказ о расстреле Мартина Раски и швырнул в траву.

— Это происки наших врагов, доктор Мартин. Забудьте.

Лаки пожал плечами. Кто им мешает в любую минуту настрочить еще один приказ или выстрелить в спину безо всякого приказа?

— Что там у вас случилось в Сан-Педро и откуда взялись вооруженные лутангийцы?

— Они стояли лагерем возле космопорта и я сагитировал их взять оружие и бороться за дело революции. Простые, бедные парни, трудяги. Донов среди них нет. Отказываться от таких союзников глупо и не дальновидно.

— И кому они подчиняются теперь? Вам?

— Они подчиняются военно-революционному совету. Во главе стоит Лан Тунг. Надежный товарищ и брат.

— Как же вам удалось их сагитировать, док? Бесплатно эти косоглазые в носу не будут ковыряться! Уж я знаю! — отозвался Симон. — В Сьерра-Вьехо насмотрелся на них. Да, работяги, но тащат все что плохо лежит и чужих к себе не принимают.

— Вы их купили, брат Мартин? Всех оптом?

— Добрым словом и деньгами можно больше добиться чем винтовкой.

Мигуэль насупился.

— Это камешек в мое поле?

— Я слышал что у армии возникли проблемы с провиантом?

— Это временно. Вскоре упорные антинародные элементы поймут свою ошибку и ощутят тяжелый рабочий кулак на своей шее!

— У меня из трака кто-то стащил колбасы и там же сломали компьютерный диагност. Наверно тоже антинародные элементы?

— Об этом я не знал…Симон?! Это были твои люди?

— Что вы, брат Мигуэль! Госпиталь — это же особо важный объект под управлением дока Мартина! Виновать этот хмырь-Фернандес. Расстрелять его за то что не защитил имущество, принадлежащее народу!?

— Как вы быстро нашли виновного! — восхитился Лаки. — А может со своими людьми я сам разберусь?

— Из-за чего такой крик?

Из палатки выбралась сонно моргая, сестра Мария.

— Здравствуйте, доктор Мартин. У вас все благополучно?

— Жалуется что сперли колбасу и сломали комп в траке! — хмыкнул Симон.

— Это не хорошо. Чем мы можем вам помочь, доктор?

«Идите и все утопитесь в море!»

— Ничем вы мне не поможете.

— Что вам удалось сделать в руднике?

— Сеньор Ринальдо оказал мне всестороннюю поддержку. Полагаю что работу университета в течении месяца можно буде возобновить.

— А вот с этим не надо спешить! — воскликнул Мигуэль. — Обучение там было насквозь антинародно! Нужны новые учебники и пособия. Нужно учить и воспитывать народных спецов! А это не возможно по старым методам!

— Анатомия тоже была антинародной?

— Не надо хватать меня за язык, док! Образование на Сабине должно быть нашим, народным и это не допускает никаких отклонений.

— Учебники будет сочинять Симон?

— Смешно… — процедил сквозь зубы командир «эскадрона смерти».-Да как только покончим с врагами революции я лично возьмусь за ваш универ. Мы вычистили оттуда всю гниль, а вы, как я понял, опять эту гниль обратно хотите возвратить?

— Прошу назначить меня ректором и тогда посмотрим на результаты. Не устроит моя работа — назначите другого, но только не вора-водопроводчика!

— Откуда это пренебрежение простым трудовым человеком? Вы там, на своей планете, случаем не доном были? Уж больно много из вас аристократской гнили лезет! Кто были ваши мать и отец?!

— Если б я знал. — пожал плечами Лаки. — Я-сирота. Вырос среди руин, питался жареной крысятиной. Вот такой я дон!

При словах о жареной крысятине лица членов ВРС перекосились.

— Есть замечательный рецепт! — оживился Лаки. — Крысиные ребрышки в соусе…

— Меня сейчас стошнит! — охнула сестра Мария и спряталась в палатку.

— Зачем вам тогда колбасы, док? Жрите своих крыс! — фыркнул Симон.

Загрузка...