7 глава. Почти у цели

Звезды растянулись в голубоватые полосы. Люк сидел в кресле первого пилота, задумчиво глядя в пространство. Он уже успокоился после разыгравшегося на имперском крейсере боя, только в ушах немного звенело после ментальной атаки. Но это тоже быстро сходило на нет. Гиперпрыжок почти из створок шлюза — похоже на авантюру, но другого пути не было, а корабль оказался необыкновенно покладист и удобен в управлении. Так что Люк получал за штурвалом настоящее удовольствие, отвлекаясь от недавних проблем, опасностей и волнений. Полеты всегда успокаивали нервы, даря ощущение умиротворения, что бы ни случилось.

Бэрилл в соседнем кресле дышала ровно, и юноша очень надеялся, что она скоро очнется. Действительно, прошло ещё несколько минут, и девушка шевельнулась. Провела ладонью по прикрытым глазам и медленно села. Коснулась кончиками пальцев затылка.

— Люк…

— Прости меня, пожалуйста, — быстро проговорил Скайуокер. — Но я очень испугался за тебя.

— Люк, то, что ты сделал — очень неправильно, — Бэрилл сдвинула тонкие брови. — Мы не должны были оставлять ее там.

Люк недовольно сжал губы, но промолчал.

— Она помогла нам сбежать, рискуя жизнью. Я все-таки должна была ее выслушать. Может быть, мне удалось бы убедить ее…

— После того, как тебе не удалось это за те несколько месяцев, что она провела на Хоте?

— Вернуть к Свету никогда не поздно.

— Если бы мы не взлетели, возвращать твою подругу к Свету было бы некому, — убежденно проговорил Люк. — А я не готов вот так потерять тебя.

— Никто из нас не застрахован от случайностей, — Бэрилл тяжело вздохнула и несколько минут смотрела на синий коридор гиперпространства. Люк молчал.

— Я до сих пор не могу смириться с тем, что наш план не удался, — наконец снова заговорила девушка. — Мы потеряли ещё нескольких верных, бесстрашных бойцов. Они рисковали жизнью ради нас. Ячейка шпионов почти в самом центре имперского гнезда. Так близко… И все равно не достали… А их смерть оказалась напрасной. Император действительно воплощает в себе только зло! Сколько это может продолжаться?! Равновесие должно восторжествовать. Империя должна, наконец, получить по заслугам. За наших друзей, которые каждый день гибнут в боях с Империей, за города, которые по ее приказу обращаются в пыль… за Сай, которую она совратила и погубила… За все. Мы должны стать сильнее.

— Я стану сильнее, обещаю, — глядя наставнице в глаза, произнес Люк. — Сегодня я видел силу наших врагов. Я буду тренироваться. Мы отомстим.

— Не злись, Люк. Не позволяй эмоциям владеть тобой. Вспомни, что я говорила: нет эмоций, есть покой, — вздохнула джедай, беря себя в руки. — Падения Империи требует справедливость, а не наши субъективные чувства. Только противопоставив покой их страстям, мы сможем одержать верх.

— Да, я буду об этом помнить, — кивнул Люк. — Здесь есть небольшая медицинская капсула. Может быть, тебе стоит пройти обследование? Захват, плен…

— Не волнуйся, я в порядке, — против воли эти слова вызвали в памяти образ Сайлорен, корчившейся под молниями Силы у подножья императорского трона. Вот кому медицинская капсула была бы очень кстати… Что будет с ней теперь… страшно подумать…

«Она сама сделала свой выбор, — возразил внутренний голос. — Совершенно однозначный. Ее судьба больше не твоя забота. Да и вряд ли она ещё жива».

Бэрилл вздрогнула от осознания этой простой мысли.

— Люк, — резко проговорила она, бросая на ученика пристальный взгляд. — Никогда, слышишь, никогда больше так не поступай. Не смей принимать за меня решения!

— Хорошо, прости, — Люк с покаянным видом опустил голову. — Просто, ты же понимаешь, без тебя я ничему не смогу научиться. Отдохни. До выхода из гипера ещё одиннадцать часов. Ты успеешь выспаться.

И Бэрилл устало закрыла глаза, погружаясь в сон.

Пока она спала, Люк думал. Мысли скользили от погибших тетушки Беру и дяди Оуэна, до Кеноби и Вейдера. И Император Палпатин… насколько же он силен, раз почти смог подчинить их своей воле. Человек не может обладать такой силой!

Едва войдя в атмосферу, Люк быстро начал связываться с базой повстанцев. Спустя несколько минут, после проверки кодов доступа, им разрешили посадку. Бэрилл с самого своего пробуждения не обмолвилась с ним ни единым словом.

В ангаре их встречала Лея.

— Хвала Силе, вы все-таки вернулись, — выдохнула принцесса, явно борясь с желанием броситься Люку на шею. — Мы не знали, что и думать.

Она оглядела черный звездолет и перевела взгляд на Бэрилл. Та с непроницаемым лицом кивнула, но говорить что-либо нужным не посчитала.

— Как я рада, что вы вернулись без этой ненормальной. Подумать только, взять Люка в заложники, у нас под самым носом… — продолжала Лея, снова глядя на Скайуокера и поэтому не замечая, как джедай отчаянно стиснула зубы. — Чего я только не напридумывала за эти два дня. А уж как жалела, что в первый раз позволила ей уйти…

— Лея, не надо развивать эту тему, — вполголоса перебил принцессу Люк. — Пожалуйста, не надо. Все хорошо, мы здесь. Сейчас ещё надо корабль проверить, но надеюсь, он чист.

Когда Скайуокер обернулся, то увидел, что трап Скимитара пуст, а Бэрилл нигде не видно.

— Пойми, Бэрилл очень переживает случившееся. Лучше при ней о Сайлорен вообще не говорить.

— Но сейчас ее здесь нет, так что скажи, хотя бы в двух словах, что произошло? Ее убили?

— Думаю, да.

* * *

Бэрилл лежала на своей койке и устало смотрела в потолок. Комната три на три метра, кровать, стол со стулом и маленький шкаф — за несколько месяцев обстановка стала привычной, но сейчас даже знакомые предметы не помогали сосредоточиться. Почти два часа девушка безуспешно пыталась погрузиться в медитацию. Мысли не желали успокаиваться. Учитель был тысячу раз прав, отрицая привязанности. Потому что сейчас мысли против воли возвращались к Сайлорен снова и снова. Да, подруга обманула ее, и не единожды, однако, возможно, все-таки следовало выслушать те слова оправдания более внимательно… но там, на крейсере, Бэрилл захлестнули эмоции. Горечь от предательства человека по-настоящему близкого и дорогого. Привязанность…

На борту корабля, уносящегося через гиперпространство прочь от императорского флагмана, ей удавалось держать себя в руках и не выплеснуть на Люка все свое негодование. Нет сомнений, удар по затылку был продиктован только самыми лучшими чувствами, и ругать юношу за отчаянное желание сберечь своего единственного наставника язык не поворачивался. Если бы у нее была в свое время такая возможность… оглушить, затащить в звездолет и увезти подальше, в безопасное место, где никто не посмеет тронуть… Увы, Сила распорядилась иначе, и мастер Цуй Чой купил ей жизнь ценой своей. Она помнила свою боль и прекрасно понимала, что не желает Люку подобных мучений, если есть возможность их избежать. Но сейчас, наедине со своими мыслями, Бэрилл все больше осознавала, что поступила, по сути, подло. Ведь Сайлорен можно было попытаться спасти. Темная сторона не могла глубоко пустить корни в ее сознании. Да, подругу следовало выслушать… впрочем, сожалеть об этом поздно. Вряд ли Сайлорен ещё жива — после всего, что произошло, Палпатин с Вейдером убьют её, в этом нет никаких сомнений.

Бэрилл села на постели и сжала виски ладонями. Эти мысли непрестанно роились в её голове с момента их возвращения на Хот. Привычно начав читать, как мантру, первые строчки кодекса, девушка попыталась успокоиться. Нет эмоций, есть покой… вдох, выдох…

Сожаление — тоже эмоция. И ей не место в сердце джедая. Надо забыть. Что сделано — то сделано. Прошлого уже не вернуть. На все воля Великой Силы. И все-таки спокойствие не приходило. Поняв, что уснуть не удастся, девушка вышла из комнаты, решив немного потренироваться. Была глубокая ночь. Коридоры жилого крыла базы освещались тусклыми синеватыми лампочками, было очень тихо. Сила молчала, не давая джедаю никаких подсказок. Со вздохом Бэрилл сделала несколько шагов и вдруг замерла. Сюда шел… Люк. Этого ещё не хватало. Учитель, а она по отношению к Люку считала себя таковой, не должен показывать при ученике свою слабость.

Прислонившись к стене, девушка скрестила руки на груди, собираясь с мыслями. Прогнать Скайуокера она не имела права. Может быть, его что-то беспокоит. Может быть, он идет к ней за советом. Она не может от него отвернуться… Но по мере его приближения Бэрилл все отчетливее видела в Силе, что он идет не за советом, а с твердой уверенностью в своей правоте. И когда он, наконец, выступил из-за угла, девушка увидела на его лице тревожную улыбку.

— Я так и думал, что ты не спишь, — тихо проговорил Люк. — Зачем ты себя мучаешь?

— О чем ты? — с деланным спокойствием переспросила Бэрилл.

— Ты… ты страдаешь. Я чувствую это. Ты терзаешь себя. Перестань.

Он протянул руку и осторожно коснулся ее плеча.

— Скажи, что я могу для тебя сделать. Чем помочь.

— Ничем, — со вздохом ответила Бэрилл. — Никто никому ничем уже не поможет. Я бросила ее, даже не попытавшись понять, что именно произошло, что толкнуло ее на тот шаг. Бросила. Предала.

— Она хотела спасти тебя, разве не понятно? И спасла. В чем ты себя обвиняешь? — в ярких голубых глазах было недоумение и легкая обида. — Она сама велела нам взлетать, вспомни. По-твоему, было бы лучше, если бы нас всех поймали там? Помнишь, я тебе рассказывал о Оби-Ване Кеноби, который пожертвовал собой, давая возможность мне, Хану и Лее бежать. Я тогда чувствовал то же, что ты сейчас. Но поверь, со временем боль проходит. Надо только суметь понять и отпустить.

Тяжело вздохнув, Бэрилл как-то сгорбилась и, развернувшись, пошла назад в свою комнату.

— Постой, Бэрилл! — окликнул ее Люк. — Остановись! Да, я виноват и я ещё раз прошу тебя меня простить.

Бэрилл молча посмотрела на него и кивком пригласила следовать за ней. Зайдя к себе, девушка включила свет и села на койку, указав Люку на стул напротив.

— Плохой из меня наставник, Люк, — она грустно покачала головой.

— Перестань говорить глупости!

— Люк, я родилась и выросла в очень отдаленном месте. Там о таких понятиях, как джедаи, звездолеты, бластеры, дроиды, не то, чтобы не слышали — даже не мечтали. Отсталый мир, очень. Плохо развитая наука, никакой техники, мало теоретических знаний. Но мы там родились. Я и Сайлорен. И росли вместе. Наши отцы были соседями и союзниками, много раз общими силами ходили в походы. Шли даже разговоры, чтобы выдать меня замуж за одного из ее старших братьев. Но я замуж не хотела, и отец, прислушиваясь к моему мнению, не торопил с решением. Он баловал меня, потакал капризам — а капризы у нас были с Сайлорен общие. Рубиться на мечах, до зазубрин на лезвиях и дрожи в усталых руках. Мы грезили сражениями и турнирами. И зачитывались рыцарскими балладами. В общем, вели себя совсем не так, как принято среди девушек нашего общество. Но нам было все равно. Я с малых лет тренировалась вместе с братьями. Не так часто и серьезно, как они, но отец считал, что женщина в случае нужды должна быть готова защитить свою жизнь. Сай была немного младше меня. Её отец, знатный граф, впервые привез её в наш замок, когда со всей семьей приехал на день рождения моего отца. Там мы и познакомились. Нескладная и тощая девочка, которая смотрела на всех немного свысока. Но это не мешало ей быть любознательной и умной. Она быстро училась и схватывала все на лету. В суматохе праздника она заплутала в коридорах замка, а я случайно нашла её, когда шла в свои покои, и помогла найти отца. Так мы начали общаться, позже подружились. И знаешь, на Сайлорен всегда можно было положиться. Она росла и становилась страстной, азартной, легко могла сорваться, очертя голову, в какую-нибудь авантюру, но при этом сохраняла в глубине души добро и какой-то свет. Никогда не злилась подолгу, не обижалась. С ней всегда было легко и весело. Иногда мы ездили на охоту, порой дрались, если случалось наткнуться на врагов — а врагов у наших отцов было среди окрестных лордов немало. Нередко во весь опор удирали от погони. Всё вместе. Всегда вместе. Кажется, мы вообще ничего не боялись — чего можно бояться в пятнадцать лет, когда острый меч — продолжение руки, сердце жаждет только воинской славы и возможности проявить свою доблесть, а подруга всегда прикроет спину?!

Бэрилл сцепила пальцы и уперлась в них лбом, невидяще глядя в пол. Люк сидел молча, не смея прервать поток воспоминаний.

— Однажды мы из-за непогоды вынуждены были задержаться в крепости на дальних рубежах отцовских земель. Гарнизон получил информацию о готовящемся нападении со стороны одного давнего недруга моего отца. Нас хотели отправить в безопасное место, но ненастье помешало выехать вовремя, а потом внезапно появившейся враг быстро обложил крепость и начал планомерную осаду. Это было совсем не страшно. Только скучновато сидеть все время взаперти, а на вылазки нас не брали. Мой старший братец вместе с братом Сай предупредили, что скорей покалечат нас, чем позволят покинуть укрепления. Поэтому пришлось довольствоваться лазаретом. Правда, потом Сай своим упрямством выбила нам право нести караул на стенах наравне с остальными воинами. На наше дежурство пришлась и очередная попытка штурма. Шум, крики, десятки стрел, посланных в каждую бойницу… Сай стояла вполоборота, отвлекшись на разговор с начальником гарнизона, который как раз спешно поднимался на стену. А я стояла рядом и видела, что стрела летит прямо к ней. Я сбила ее с ног, мы сорвались на лестницу и изрядно приложились о ступени, пока катились вниз. Та стрела вскользь прошла мне по плечу и спине, но кольчуга выручила. В тот момент я испугалась, что ее могут убить, что нашей дружбе придет конец, что я никогда больше не услышу ее заразительный смех. Может быть, я впервые в жизни по-настоящему испугалась. Очень сильно. Хотя осознание этого испуга пришло потом, когда мы обе уже были в безопасности.

Плечи Бэрилл дрогнули. Она так и не подняла глаз.

— А теперь я оставила ее в беде. И даже не выслушала то, что она хотела мне сказать. И второго шанса не будет, поскольку если ее ещё не убили, то скоро убьют. Потому что ситхи не знают пощады.

Повисло молчание. Наконец джедай выпрямилась и пристально посмотрела на Люка своими серо-зелеными подозрительно блестящими глазами.

— Нет эмоций, есть покой, Люк. Запомни. Если бы я достаточно хорошо усвоила этот урок, сейчас было бы гораздо легче. А теперь все-таки пора лечь спать. Завтра начнем день с медитации.

Скайуокер, поняв намек, встал и, на мгновение крепко ободряюще сжав ее ладонь, быстро вышел из комнаты. Взмахом руки закрыв за ним дверь, Бэрилл уткнулась лицом в подушку и расплакалась. Она плакала, пока не уснула. А утром проснулась с одной мыслью: «Она мертва. Ты уже ничего не сможешь с этим сделать. Значит, просто иди дальше». И эта мысль начала потихоньку укрепляться у неё в голове, но не в сердце. Сердцем она не хотела прощаться с подругой, просто не могла её отпустить. И в сердце крохотной искоркой теплилась надежда: вдруг Сайлорен все-таки выжила?..

* * *

После разговора с Бэрилл Люк долго не мог уснуть. На душе было тяжело. Наставница переживала за подругу очень сильно, ее боль ощущалась в Силе. Но ведь и у него не было другого выхода. Либо поступить так, как он поступил, либо остаться на милость Вейдера и Императора. В тот критический момент он попытался вообразить на своем месте Оби-Вана. Именно это дало решимость сделать окончательный выбор. Правильный или нет — жизнь покажет.

А утром, когда по базе разнесся сигнал подъема, Люк, наскоро умывшись, пошел в выделенный им с Бэрилл для занятий пустующий зал, где его наставница уже ждала его, скрестив ноги на тонком коврике. Глаза ее были закрыты, руки ладонями вверх лежали на коленях.

— Очисти разум, — тихо проговорила она. — Ощути Силу. Дай ей свободно течь сквозь твое сознание. Раскройся ей навстречу.

Люк опустился подле Бэрилл и, настраиваясь на медитацию, тоже закрыл глаза. Последовательность вдохов и выдохов, постепенная концентрация — и он уже чувствовал тончайшие потоки Силы, пронизывавшие все вокруг. Они расширялись, переплетались, превращаясь в частую паутину, и Люк мысленно воззвал к ней: «Я был прав?!». Но Сила безмолвствовала, только ещё ярче засияли бесконечные сети, раскинувшиеся по вселенной. И Люк не знал, услышан ли его вопрос. И будет ли дан на него ответ. В какой-то момент ему показалось, что сейчас он поймет, но это ощущение тут же растворилось без следа, оставив Скайуокера наедине со своими сомнениями и страхом за судьбу девушки, сидевший сейчас на расстоянии вытянутой руки, но бесконечно далекой и недостижимой.

Два месяца спустя

Этой ночью Люку не спалось, и только под утро усталость уступила под натиском дремы, которую спустя буквально несколько мгновений прогнал прочь сигнал подъема. Голова вполне предсказуемо раскалывалась от боли. Со стоном опустившись на подушку, юноша полежал минут десять, после чего титаническим усилием воли отправил себя завтракать. На душе с первых минут бодрствования было неспокойно. Казалось, что-то тянуло его с базы туда, в ледяные пустоши Хота. Как знать, может быть, таково веление Силы?.. Потренировавшись и сделав свою обычную каждодневную работу, после обеда Люк, наконец, уступил этому настойчивому зову, потеплее оделся и, взяв ставший уже привычным световой меч, направился к загону с таунтаунами. Пешком пробираться по сугробам было, конечно, отличной тренировкой на выносливость, и они с Бэрилл частенько этим занимались, но отправляться таким манером вслед за предчувствием представлялось не слишком хорошей идеей.

И было слепящее солнце над сверкающими серебром равнинами, обжигающий холод, стягивающий губы и веки, клубы белесого пара, вырывающиеся при каждом вздохе из ноздрей таунтауна и его собственных. Был бесконечный путь по снегу, заметно уходящий за пределы прилегающей к базе территории, отмеченной маячками. Были короткие обмены фразами по комлинку с Ханом, отправившимся в обычное патрулирование.

— Ну что, нашел что-нибудь? — в голосе кореллианца звучала дружелюбная поддевка. — Может, пора по домам, пока в сосульки не превратились, а?

— Возвращайся, если тебя уже пробрало, — усмехнулся в ответ Скайуокер. — Я доеду только вон до того холма — и поворачиваю.

— «Вон тот холм» должен меня успокоить? — немедленно завелся Соло. — По-твоему, я знаю, какой холм ты имеешь в виду? Может, до него ещё полдня ехать, и виднеется он только где-то на горизонте.

— Да ладно тебе, вот этот холм, я на него уже почти въехал.

Скайуокер остановился. Волнение по-прежнему не уходило. Прикрыв глаза ладонью от по-прежнему ярких лучей, хотя время уже близилось к закату, он медленно обводил взглядом пустынный горизонт. Ничего. Возможно, Сила имела в виду нечто совсем другое, когда толкала его сюда… Со вздохом Люк развернул таунтауна и отправился в обратный путь.

* * *

— Хатт, ну и холодина! — Люк выругался, и эти слова неожиданно громко прозвучали в белой тишине среди метели, которая беззвучно бушевала вокруг с того самого мгновения, как он покинул базу. В какой-то момент Скайуокеру представилось, что они с таунтауном — единственные живые существа на всем огромном заснеженном пространстве.

День был долгим, он очень устал и сейчас чувствовал себя отчаянно одиноким. Сегодня в памяти нет-нет, да и всплывал не слишком приятный разговор с Бэрилл, случившийся сразу после возвращения на базу, пару месяцев назад, и это не способствовало поднятию настроения. Вдобавок на самом краю сознания то и дело давало о себе знать предчувствие неизвестной опасности. Не самые подходящие ощущения для разведчика. Звук собственного голоса показался ему на этом фоне странно громким и неуместным, заставив невольно передернуть плечами.

Как и почти все на базе, Люк регулярно совершал вылазки в заснеженные пустоши Хота. И практически всегда он видел вокруг лишь бесплодные белые просторы и далекие хребты, покрытые голубыми ледниками, тонущие в дымке у далекого горизонта. Но когда накануне сенсоры контрольного периметра зафиксировали какое-то движение, Люк вспомнил, что именно в этом направлении лежал его вчерашний маршрут в поисках ответа на волнение в Силе.

Охрана сразу же забила тревогу: активных диких жизненных форм в районах дислокации повстанцы не встречали, так что возникло закономерное опасение, что это могут быть имперские дроиды-разведчики. Естественно, Люк вызвался проверить, вспомнив ощущение беспокойства. Может быть, Сила наконец хоть что-то ему подскажет?..

Поглубже натянув на уши подбитую мехом шапку, юноша вздохнул. «Надо бы еще раз поговорить с Бэрилл, — мелькнула посторонняя мысль. — Сколько можно на меня обижаться, в конце концов. Я же извинился…». Потом на память пришел недавний разговор с адмиралом Акбаром, который постоянно опасался, что их здешнюю базу могут отыскать имперцы.

Изогнув краешек рта в улыбке, Люк попытался предположить, каково отношение к Хоту у официальных исследователей, состоящих на службе в Империи. «В Галактике полным-полно уголков, где живым существам нет дела ни до далекой звезды, ни до дел Империи и Альянса, — подумалось ему. — И на этой планете нет ничего и никого — кроме нас».

В этом ледяном мире Альянс обустроил аванпост немногим более четырех лет назад. На базе Люка знали хорошо, и, хотя ему едва исполнилось двадцать три, другие повстанцы обращались к нему «командор Скайуокер» и «джедай Скайуокер». Это очень смущало юношу, который не считал себя ни командором, ни, тем более, джедаем — он только начал постигать Силу и считал, что ему даже до Бэрилл ещё далеко, а ведь она сама неоднократно говорила, что закончить своё обучение так и не успела… Однако, несмотря на все это, отдавать приказы другим солдатам на базе приходилось и даже получалось.

Люк сильно изменился, и даже сам не заметил, как это произошло. Но теперь ему уже с трудом верилось, что всего три года назад он был наивным фермерским мальчишкой с захолустной планеты Татуин.

— Ну, крошка, давай, поехали, — проговорил Скайуокер, пришпоривая таунтауна и вынуждая его сменить обычный ход на галоп. Мускулистые задние ноги животного легко несли серое тело, покрытое густой шерстью; трехпалые лапы большими загнутыми когтями взметали снежные фонтанчики. Люк жалел, что обход еще не закончен. Тело заледенело, несмотря на меховую одежду с начинкой из электроподогрева, а ветер, бросающий в лицо кучи снега, всё крепчал. Взглянув на блеклое вечернее солнце, которое едва виднелось сквозь белые облака, юноша поежился и попытался сконцентрироваться на Силе — Бэрилл недавно показала, как с ее помощью можно уменьшать воздействие на организм холода, боли и иных неприятных факторов. «Метель усиливается, — подумал он. — А ночью станет еще холоднее».

Искушение вернуться на базу пораньше его не оставляло, но Люк упрямо продолжал движение по периметру, изредка поглядывая на монитор наручного пеленгатора, хотя уже не надеялся обнаружить ничего стоящего внимания. Вдруг таунтаун резко свернул направо, и Люк чуть не упал. Несмотря на неприхотливость, практичность и эффективность, эти звери ему совершенно не нравились, да и ездил он на них плохо, куда хуже Бэрилл или Леи. Впрочем, для одиночных и коллективных проверок безопасности периметра таунтауны подходили лучше всего, будучи самым практичным из всех имеющихся на Хоте средств передвижения. Когда животное взобралось на очередной ледяной гребень, Люк натянул ременный повод и, щелкнув переключателем на своих очках, стал ждать, пока система уберет мешающее ему мерцание и блики от поверхности снега.

Внезапно небо прочертила короткая вспышка желтоватого пламени, уткнувшаяся куда-то в мешанину льда и камней. Первым движением рука Люка дернулась к поясу, нашаривая световой меч, и только потом потянулась к электронному биноклю. От недоброго предчувствия по спине побежал холодок, в Силе повеяло чем-то жутковатым. Люк направил таунтауна к упавшему с неба предмету. Однако прежде, чем он успел приблизиться, метеорит — или дрон-разведчик — бесследно исчез в ослепительном взрыве. От грохота таунтаун мелко задрожал. Когда животное более-менее успокоилось, юноша, стряхнув снег с наручного коммуникатора, нажал на нем несколько кнопок и поднес передатчик к губам.

— Эхо-3 вызывает Эхо-7. Хан, дружище, ты меня слышишь?

Некоторое время в коммуникаторе были слышны только помехи, затем сквозь треск раздался знакомый голос:

— Это ты, малыш? Как ты? Что стряслось?

Голос в комлинке звучал резко, отрывисто, почти зло. В голове у Люка мгновенной ассоциацией промелькнуло воспоминание о первой встрече с контрабандистом в татуинском космопорте.

— Я завершил обход. И никаких признаков жизни не обнаружил.

— Вот и славно. Лишняя жизнь нам тут совершенно ни к чему. Давай уже назад, а то погода ухудшается с каждой минутой.

— До скорого, — ответил Люк, не отрывая взгляда от узкой спирали дыма, поднимавшейся от темного пятна невдалеке. — Хотя тут недалеко упал метеорит. Я хочу взглянуть. Это ненадолго. Проверю и сразу же возвращаюсь на базу.

Выключив комлинк, Люк обратил внимание на поведение своего таунтауна. Животное нервно переминалась с ноги на ногу, а потом несколько раз глухо заревело, что, по всей видимости, означало страх.

Люка тоже захлестнуло внезапно усилившееся беспокойство — намного более отчетливое, чем-то, что снедало его последние два дня… Люк потянулся выдернуть из футляра на поясе световой меч. Но не успел.

На периферии зрения мелькнула размытая фигура, в несколько раз больше его самого. Юноша резко повернулся, уже вытаскивая меч, и вдруг ему почудилось, что лед под лапами таунтауна ожил и зашевелился, а затем напал. Люк успел разглядеть покрытую белым мехом громадную тушу. Меч так и остался торчащим из футляра наполовину. В следующее мгновение огромная лапа выбила Люка из седла, пропахав когтями по лицу и грудине. Юноша грохнулся в плотный снег и из последних сил, уже теряя сознание, успел толкнуть меч обратно в кобуру. Затем он провалился в беспамятство. Так быстро, что уже не слышал ни жалобных криков таунтауна, ни оборвавшего их хруста ломаемой шеи, ни наступившей потом тишины. И не почувствовал, как длинные когти напавшей на него твари сомкнулись на лодыжке и, словно тряпичную куклу, поволокли его тело по заметенной снегом равнине.

* * *

За воротами ангара крутилась снежная муть. Ещё немного — и в паре метров от себя ничего видно не будет. Хан стоял возле самых створок, хмурясь и поглядывая на хронометр.

— Он давно должен был вернуться.

— Кто? — Лея подошла бесшумно, и ее вопрос заставил Соло вздрогнуть.

— Люк.

— Что? Люка до сих пор нет? — брови принцессы сошлись на переносице.

— Когда мы связывались последний раз, он сказал, что видел падение метеорита, и собирался назад. Но тогда было ещё совсем светло. А теперь… его надо искать. С парнем могло что-то случиться.

— Искать? В такой буран ни один дроид ничего не обнаружит, — покачал головой главный техник, копавшийся в пульте управления воротами. — Совершенно бесполезно. Да и на ночь пора закрывать уже.

— Вот так, да? — недобро сощурился Хан. — Сразу закрывать? Там мой друг, если он не смог сюда добраться сам, значит, ему нужна помощь. А если не справится дроид, вполне сгожусь и я.

Он поднял со скамейки свою парку, быстро оделся и шагнул к своему таунтауну.

— Небольшая пробежка после ужина на свежем воздухе ещё никому не вредила, — пробормотал Соло, поправляя седло.

— Хан, погоди, — Лея тронула его за плечо, — надвигается буря. Это опасно.

— Хотите отговорить меня, ваше высочество? — усмехнулся кореллианец, наклоняясь к принцессе.

— Нет. Хочу предупредить… — Лея несколько мгновений смотрела на него, борясь с какими-то эмоциями, а затем, чуть улыбнувшись, закончила: — Если вернешься без Люка — пеняй на себя.

— Я не сомневался в вашем напутствии, — Соло дернул уголком рта и забрался на спину таунтауну.

Через пару мгновений их двойной силуэт исчез в вихрях летящего снега. Ещё через несколько минут огромные створки главного ангара с глухим скрежетом съехались. Лея осталась стоять перед ними, сжимая и разжимая кулаки. Конечно, нельзя было рисковать всей базой, оставляя ее нараспашку в надвигающемся ненастье. Но на сердце принцессы было неспокойно. А когда она повернулась, чтобы уйти, то увидела Бэрилл, неподвижно стоявшую у выхода из жилой зоны.

— Я опоздала? — ровным голосом спросила джедай.

— О чем ты?

— Ворота уже закрыли, поэтому — ни о чем, — она перевела взгляд на загон таунтаунов. — Двух не хватает. Это то, что я думаю?

— Боюсь, что да, — вздохнула Лея.

— Возможно, у Люка неприятности.

— Ты знаешь что-то наверняка? — Лея шагнула к Бэрилл вплотную, внимательно вглядываясь в ее лицо.

— Увы, нет. Сила, как правило, дает слишком туманные предупреждения, — джедай вздохнула. — Но по крайней мере, он не один. Нам остается ждать и надеяться. На все воля Силы.

* * *

Первым ощущением Люка, когда он очнулся, была мучительная головная боль. Во рту чувствовалась неприятная сухость, в ушах шумело от прилива крови, но это, хотя бы, было естественно — открыв глаза, юноша обнаружил себя висящим вниз головой. Однако самым неприятным моментом представлялся близкий рёв какого-го животного. Кое-как справившись с головокружением, Люк сфокусировал взгляд и увидел, что находится в довольно-таки тесной ледяной пещере, сквозь стены которой просвечивают гаснущие сумерки. Изогнувшись, он разглядел, что его ноги вморожены в ледяные наросты на потолке, и лед уже начал образовывать вокруг лодыжек некое подобие сталактитов. Кровь на лице, где прошлись когти хищника, уже замерзла.

Между тем злобное рычание заметно приблизилось, и Люк начал осознавать, что тварь, обустроившая здесь себе логово, прикончит его гораздо скорее, чем царящий вокруг холод.

— Выручать некому, — мелькнула невеселая мысль. Бэрилл, даже если узнает, куда бежать, вряд ли успеет… так что выпутывайся сам.

Силы к нему еще не вернулись, но, собрав волю в кулак, Скайуокер потянулся вверх, к ледяным оковам. В конце концов, он смог коснуться белого льда кончиками пальцев, но было совершенно очевидно, что голыми руками разбить эту глыбу не получится, не в этом состоянии… Пару раз дернувшись, юноша снова повис вниз головой. Мысли начало затапливать отчаяние.

«Расслабься, — резко приказал он себе. — Ты должен расслабиться». Но обстоятельства не способствовали расслаблению. Звериный рев звучал все громче, а появившийся призвук эха означал, что тварь уже под сводами своего ледяного жилища. По стенам пещеры пробегали мелкие трещины. В ушах болезненно отдавался скрип мерзлого снега под огромными мягкими лапами.

Чувствуя, как в животе скручивается первобытный страх перед неизвестностью, Люк торопливо потянулся к поясу. Но, к своему ужасу, меча не обнаружил. Как и самого пояса. Люк стал лихорадочно обшаривать взглядом пещеру, пока не увидел свое снаряжение — оно бесполезной грудой мусора валялось в углу, почти в метре от него. И в этой куче вещей он за несколько мгновений отыскал самое важное — короткий, в две ладони длиной, цилиндр серо-стального цвета с парой маленьких переключателей, увенчанный кольцеобразным ободом. Принадлежавший когда-то его отцу, рыцарю-джедаю… преданному и убитому Дартом Вейдером.

В отчаянии, несмотря на горячую волну боли, прокатившуюся по всему телу, Люк потянулся к лазерному мечу, наполовину торчавшему из кобуры. Но то ли холод, то ли еще что-то сдерживало его, вытягивая оставшиеся силы, не давая сосредоточиться… Рык чудовища неумолимо приближался. Последняя надежда готова была покинуть юного джедая, как вдруг юноша отчетливо ощутил чье-то присутствие. Бесплотное, легкое, едва различимое… Оно проявлялось и раньше, в моменты сильной опасности, стресса, или же когда они вместе с Бэрилл изучали Силу. В такие минуты Люку казалось, что кто-то наблюдал за ним и изредка как будто подбадривал. Впервые это случилось сразу после гибели старого Бена, когда тот исчез, едва клинок Дарта Вейдера коснулся его одежд. Второй раз Люк почувствовал это постороннее присутствие, когда принял помощь от Бэрилл и стал во время тренировок прислушиваться к ее советам. Тогда Люку показалось, что его решение было взвешено и признано верным, а он получил молчаливое одобрение…

— Люк! — на этот раз ощущение присутствия воплотилось в приглушенный шепот. — Забудь о злости и отчаянии. Сконцентрируйся. Отбрось лишние эмоции. Будь уверен, что в руке у тебя световой меч.

Вместе с этим голосом Скайуокер ощутил внезапный прилив сил и уверенности, боль и страх исчезли, словно их смыло водой. Вновь отыскав взглядом световой меч, Люк протянул руку к оружию. Тело уже начало неметь — холод и неподвижность брали свое. Но Люк не обращал на это внимание. Сосредотачиваясь, он закрыл глаза. Меч, послушный его воле, начал дрожать и очень медленно сдвигаться в его сторону, но сваленное сверху снаряжение мешало. Голова кружилась все больше. И снова в сознании возникли слова невидимого хранителя:

— Сила, Люк. Расслабься и дай ей течь так, как хочется.

Внезапно в поле зрения Люка замаячила перевернутая фигура снежного монстра. Юноша разглядел чудовищные лапы, оканчивающиеся странно мерцающими в тусклых вечерних отсветах огромными когтями, отвратительную плоскую морду, слюнявую выпяченную челюсть с торчащими клыками, увенчанную витыми рогами голову… Но в то же мгновение Люк усилием воли прогнал прочь всякие мысли о снежной твари. Он прекратил тянуться за оружием и последовал совету — расслабил тело и свободно опустил руки, вслушиваясь в мир. И вдруг почувствовал, как его заполняет Сила всех живущих, что связывает воедино саму Вселенную.

Так говорил Кеноби, так учила Бэрилл… Сила была здесь, рядом, везде. Он мог воспользоваться ею.

Чудовище растопырило черные загнутые когти и повернулось к своей добыче, уверенное, что она никуда не денется. Люк глубоко вздохнул, чувствуя движение Силе, и представил, как меч оказывается у него в руке. В следующее мгновение подхваченная потоком Силы серая рукоять вылетела из груды перемешанного со снегом снаряжения и скользнула Люку в ладонь. Тот молниеносно нажал кнопку и, срубив сковывающие его ледяные наросты одним взмахом голубого клинка, рухнул на пол. Белая тварь отшатнулась и зарычала, непонимающе глядя своими зеленовато-желтыми глазами на тихо гудящий луч. Происходящее ей явно не нравилось.

Тело на любое движение отзывалось болью, но Люк рывком вскочил на ноги и, приняв базовую стойку Шии Чо, приготовился к схватке. Парой выпадов он заставил монстра отступить на один шаг, потом на два. Затем, прыгнув вперед, одним длинным ударом сверху вниз вспорол белую косматую шкуру. Чудовище взвыло от страха, боли и ярости, и ринулось прочь из пещеры, оставляя на снегу темные пятна крови. Люк медленно шел следом, чувствуя, как замедляется обратно время, спрессовавшееся во время схватки.

Наступила ночь, метель все усиливалась, мороз крепчал. Хотя Сила была с Люком, она не могла согреть его полностью. Каждый новый шаг прочь от ледяной пещеры давался тяжелее предыдущего. Внезапно Скайуокер споткнулся и кубарем покатился под гору. Сознание он не потерял, но разом навалилась страшная апатия. Лежа и глядя в черное небо сквозь вихри снежинок, Люк из последних сил боролся с подступающей сонливостью. Ему было холодно, и он устал, так устал…

* * *

Снег усилился прежде, чем Хан Соло добрался до первой отметки. Сухие колючие снежинки мешали дышать, и ему пришлось натянуть шарф повыше, закрыв нос и рот. Ничего, убеждал себя кореллианец, пряча лицо в заиндевевшей шерсти таунтауна. Немного похоже на песчаную бурю. Ты что, никогда не видел песчаной бури на Татуине? Почти то же самое. Только холоднее раз в сто, наверное… Ночь наступала стремительно, метель набирала силу. Таунтаун под Ханом натужно сопел и от ветра сбивался с шага.

— Только не подведи меня, приятель, — шепнул Соло, погладив зверя, — нам с тобой во что бы то ни стало нужно найти нашего парня.

Хан Соло был не один на снежной равнине, хотя и не подозревал этого. Очередной робот-разведчик завис на месте, пожужжал, словно советуясь сам с собой. Потом прочертил своими манипуляторами снег и медленно опустился. Через миг над ним развернулось ровное голубоватое свечение, прикрывшее его сверху небольшим полупрозрачным куполом. А спустя несколько минут ветер намел поверх защитного поля высокий белый сугроб…

Таунтаун бежал быстро, очень быстро, учитывая немалое расстояние, которое ему пришлось покрыть за сегодняшний день. Он больше не хрипел, только постанывал на каждом шагу и иногда спотыкался. Хан чувствовал себя последним подонком по отношению к бедному зверю, и это чувство преследовало его с самой базы, но вернуться без Люка — нет, даже мысли такой допустить нельзя.

Рассмотреть хоть что-то сквозь снегопад и метель становилось всё сложнее. Каждая тень, каждая темная точка на снежной равнине казалась человеком. Но, похоже, единственным живым человеком в мертвом холоде этой пустыни был он сам — Хан Соло.

* * *

Люк открыл глаза. Вокруг царила темнота, и он понял, что к тому моменту, когда вновь забрезжит день, он станет трупом. И скорее всего, его доест очередной снежный монстр. Или тот же самый — какая, в общем-то, разница… С трудом выныривая из пелены галлюцинации, Люк заставил себя сесть — только для того, чтобы вновь повалиться навзничь от пронизывающего до костей порыва ледяного ветра. Падая, он успел подумать, что есть во всем этом какая-то ирония судьбы — фермерский мальчишка с жаркого Татуина замерзнет, уснув в снежных полях стылого Хота… У Силы определенно есть свое чувство юмора. Остаток сил ушел на то, чтобы проползти еще немного, но в конце концов Люк без сил рухнул лицом в снег.

— Я… не могу… — прошептал он сухими как мороз губами, хотя вряд ли кто-нибудь мог услышать его слова.

Но ответ, как ни странно, пришел.

— Можешь. Ты должен выжить! — слова прозвучали в самом мозгу. — Люк, посмотри на меня!

Люк не мог сопротивляться зову — от него исходила волна Силы. Силы, которая прокатилась по его телу, даруя частичку тепла и энергии. С невероятным напряжением Люк приподнял голову и увидел… дрожащего в мареве метели Кеноби. Перед ним стоял Бен Кеноби — облаченный в поношенные одежды, в которых он ходил по горячей пустыне Татуина.

Призрак — или бред его воспаленного разума — заговорил мягко и уверенно, как всегда говорил Бен.

— Люк, ты должен жить!

Юный джедай нашел в себе силы выдохнуть:

— Мне холодно… я устал…

— Слушай меня внимательно, Люк. Ты и та девушка — вы должны отправиться в систему Дагоба, — невозмутимо продолжала призрачная фигура Бена. — Вы будете учиться у Йоды, магистра джедаев, у того, кто обучал и наставлял меня.

Люк не понял почти ничего, но не успел собраться с силами, чтобы спросить объяснений. Фигура начала бледнеть и истончаться, тая в вихрях снега. Но спустя мгновение после того, как она исчезла, Люку почудилось, что в белесом сумраке он видит очертания таунтауна с седоком на спине.

Снежный ящер приближался неуверенной, раскачивающейся поступью. Всадника было не разглядеть — слишком далеко, да и метель мешала присмотреться.

— Бен? Бен! — из последних сил позвал Люк и рухнул без сознания.

* * *

Хан отыскал Люка с трудом. Интуиция, голосу которой контрабандист привык доверять, снова не подвела и указала нужное место, хотя со стороны здесь ничто не привлекало внимания. Ветер уже успел намести изрядный сугроб над скрюченным и коченеющим, но ещё живым телом Скайуокера.

— Не-не-не, Люк, — взывал Хан к неподвижному телу, смахивая снег. — Даже не думай это делать! Не смей! Люк, открой глаза…

Но все казалось безнадежно. Мальчишка был белый, как снежинки, уже не тающие на неподвижном кажущемся бескровным лице. Через лоб и щеку шли несколько рваных неглубоких ран, кровь в которых успела замерзнуть красными потеками, казавшимися на общем фоне почти черными. Хан выругался сквозь зубы и, стараясь не задеть их, начал осторожно растирать лицо Люка меховой рукавицей.

«Малыш, открой глаза… еще не время, поверь мне на слово. Тебе еще столько предстоит сделать…» Ответом на этот отчаянный призыв был приглушенный стон. В первый момент Хан решил, что ему померещилось, но Люк снова застонал, и этого оказалось достаточно, чтобы прибавить энтузиазма отчаявшемуся было кореллианцу.

— Я знал, что ты не оставишь меня здесь одного, — ухмыльнулся он и, подняв тело Скайуокера, направился к таунтауну.

Но прежде, чем он успел закинуть мальчишку поперек широкой спины зверя, таунтаун грустно вздохнул. Ноги его подкосились, и грузное тело рухнуло в снег, взметнув несколько серебристых вихрей вокруг головы и дернувшегося в последней конвульсии хвоста. Теперь перед Соло лежали уже два тела: одно ещё подавало хоть какие-то признаки жизни, второе уже нет. От внезапного отчаяния хотелось взвыть, но Хан сдержался, позволив себе только скрипнуть зубами и вполголоса проговорить:

— Люк, тебе известно понятие полный пиздец? Именно в нем мы с тобой сейчас и находимся.

Люк опять застонал, почему-то обозвав кореллианца Беном. Бен… Бен Кеноби, старый джедай! Ну, конечно! По ассоциативной цепочке в голове Соло вспыхнула новая мысль. Возможно, то, что Хан собрался сделать, было кощунством, хотя кто их знает, этих джедаев, для чего еще они могли использовать свое излюбленное оружие. Люк потом сможет высказать все, что думает. А сейчас его меч это лучший, вернее, единственный доступный инструмент, чтобы освежевать таунтауна. Ни секунды не колеблясь, Соло взял меч и включил его. Ощущение было странное. Как будто он прикоснулся к проводам под слабым током: рукоять слегка вибрировала и покалывала ладонь. Но светящийся клинок исправно распластал неподвижную тушу; надо было только следить, чтобы не оттяпать себе самому что-нибудь пока еще нужное. На снег вывалилась масса дымящихся бело-голубых внутренностей. Хан сморщился и с трудом подавил рвотный спазм. Не многое в Галактике воняет так же гадостно, как требуха таунтаунов. Мерзкие животные!

— Я знаю, малыш, мыться мы с тобой будем долго, и принцесса наверняка не один день будет держать нас в карантине, — Хэн дезактивировал меч и принялся запихивать бесчувственного приятеля внутрь толстой, покрытой густым мехом шкуры. — Но другого выхода нет. Думаю, наш старый добрый таунтаун не будет против…

Закончив прятать Люка от злого мороза, Хан попытался еще раз связаться с базой. Но безуспешно. Ветер и непогода напрочь глушили связь, не позволяя вызвать помощь. Небо над головой было уже не просто темным, а чернильно-черным, порывы ледяного ветра сбивали с ног. Дышать становилось все труднее. Хан в сердцах сплюнул — и плевок замерз на лету, еле слышно звякнув при падении.

* * *

…Минувшая ночь далась повстанцам нелегко. Встревоженные пропажей Соло и Скайуокера, Лея и Бэрилл не находили себе места, закономерно ставя на уши всех, до кого могли добраться. К полуночи дошло до того, что Бэрилл собралась сама отправиться на поиски. Но после громкого скандала и бесконечных препирательств с Леей, Акбаром и Риеканом, представлявшими в данный момент руководство Альянса, джедая в метель попросту не отпустили. Едва ночь сменилась утром, таким же морозным, но хотя бы не таким темным, несколько групп пилотов, подгоняемые раздраженными криками Бэрилл и принцессы, было наскоро отправлены в спасательную экспедицию. И ещё до полудня поиски увенчались успехом, о чем немедленно было доложено изнывающей от беспокойства Лее.

Толстое стекло бакта-камеры отделяло обмороженного, изрядно потрепанного Люка от четверых посетителей, которых медперсонал не сумел прогнать вместе со всеми теми, кто пришел лично убедиться в чуде. Собственно, посетителей было трое, а четвертый сам еще недавно был пациентом и только сейчас самовольно выписался. Медицинский дроид 2-1Б проиграл в изнурительном споре с Ханом Соло и махнул на него манипулятором, сочтя, что раз пациент может так яростно отбиваться от медицинской помощи, значит, жить будет.

Хан был не просто доволен, он был счастлив. Во-первых, малыш определенно находился вне опасности, в надежных, хоть и механических руках 2-1Б и его человеческого ассистента. Во-вторых, у принцессы, встретившей их буквально в воротах ангара, подозрительно блестели глаза, что наводило на некоторые мысли. В-третьих, ему наконец-то стало тепло. Когда они с пилотом выгрузили полумертвое тело из флаера, к носилкам собралась такая толпа, что Хан заподозрил наличие делегаций с баз внешнего периметра. Впереди всех бежали Лея и Бэрилл. Кореллианец и глазом не успел моргнуть, как его самого уже настойчиво осматривал медик, а Люк в одних трусах и дыхательной маске плавал в ванне, по маковку погруженный в прозрачную вязкую жидкость неприятного розовато-оранжевого цвета. Им повезло, что у медиков нашлась бакта. Достать ее стало невероятно сложно после того, как Император наложил запрет на ее производство и распространение. Но вылечить бакта-камера может что угодно…

* * *

Люк не знал, как долго продолжалось черное беспамятство. Не помнил даже, когда открыл глаза. Он просто щурился и моргал, пока, в конце концов, неясное пятно над ним не приобрело очертания девичьего лица. Бред, — мелькнуло в голове. Но чья-то мягкая и удивительно теплая ладонь осторожно коснулась его кожи, откидывая упавшие на лоб волосы. Он пытался присмотреться — но не мог узнать гостью. А она молчала, ничем не давая подсказки, и просто была рядом. И Люк пытался потянуться к ней Силой и понять — та ли это девушка, о которой он так часто думает, хотя не имеет на это никакого права. Но после неприятного приключения контроль над Силой, как и над собственным телом, возвращался довольно медленно. И юноше оставалось лежать, смотреть на неясный силуэт и мечтать. А девушка, пристально изучив показания всех приборов и убедившись, что пациент в сознании, хотя и слаб, бесшумно вышла в коридор. В Силе Скайуокер едва заметно лучился какой-то полубезумной надеждой, и его наставница отчасти понимала природу этого чувства, однако предпочитала не заострять на нем внимание. В их отношения подобные эмоции совершенно не вписывались.

* * *

Когда Люка, наконец, вытащили из бакты и выпустили на свободу, он первым делом нашел Бэрилл — она разминалась с мечом в их тренировочном зале. Когда дверь тихонько скрипнула, девушка закончила очередной элемент ката и повернулась к вошедшему.

— Извини, если отвлек, — немного виновато ухмыльнулся Люк.

— Совсем нет. Я сама собиралась тебя навестить и узнать, как самочувствие, — дезактивировав меч, джедай подошла к юноше и внимательно посмотрела на заживающие следы когтей на лбу. — Сегодня они выглядят намного лучше.

— Ещё бы. Столько бакты, — Люк покачал головой, явно давая понять, что считает такое внимание к своему здоровью излишним.

Затем лицо Скайуокера резко посерьезнело.

— Бэрилл, тогда, в снегах, со мной разговаривал Бен.

— Кеноби? — удивленно подняла бровь Бэрилл.

— Да. Хотя я точно знаю, что он мертв. Да и выглядел он не живым человеком. Но я уверен, что он со мной разговаривал. Это не мог быть бред!

— Конечно, нет, — спокойно отозвалась девушка. — Скорее всего, он стал Призраком Силы. Я слышала о этом. Могущественные джедаи могли после смерти становиться призраками Силы. Умирая, одаренный, если он владеет специальной техникой, может сохранить свое сознание и не слиться с Великой Силой. Таким образом он получает возможность общаться с живыми. К сожалению, умение это доступно немногим. Мой учитель не умел… но Оби-Ван, видимо, изучил этот прием. Что он тебе сказал?

— Он помог мне… словно подпитал Силой, — ответил Люк со вздохом облегчения. Он очень боялся, что Бэрилл не поверит ему. — И только благодаря этому я смог отбиться от той снежной жути.

Бэрилл кивнула.

— А потом он сказал, что мы с тобой должны отправляться в систему Дагоба.

— Оба?

— Да.

— Зачем? — в глазах Бэрилл читалось явственное недоумение. Об этой системе она не слышала ни разу.

— Чтобы учиться у магистра Йоды.

— Йоды? Гранд-магистра ордена? — дрогнувшим голосом переспросила Бэрилл.

— Ты знаешь, о ком речь?

— Ещё бы! Мастер Цуй Чой часто говорил о нем. Великий провидец, могущественный джедай, мастер всех форм фехтования, он много веков возглавлял орден… до самого его конца. Но мастер не говорил мне, что Йода жив. Это неожиданная и… радостная новость. Если он займется твоим обучением, наши шансы существенно возрастут, — в тоне Бэрилл звучало неприкрытое восхищение. — А для меня учиться у него будет огромной честью…

В этот момент взвыла тревожная сирена. Люк и Лея выскочили из зала и со всех ног побежали в командный пункт. Там перед экранами собралось все руководство Альянса, и их лица казались застывшими масками.

— Что стряслось? — спросила Бэрилл. — Очередные учения?

— Увы, — покачал головой Акбар, и в его булькающем голосе явственно слышалось беспокойство. — Мои опасения, наконец, подтвердились. Империя нашла нас.

— Как это возможно? — вскинулась Бэрилл, непроизвольно коснувшись меча на поясе.

— Дрон, — тихо проговорил Люк. — Перед тем, как на меня напал снежный монстр, я видел взрыв. Решил, что это упал метеорит, но, похоже, это был разведчик.

— Как они могли отыскать нас в этой глуши? — нахмурившись, спросил генерал Риекан, разглядывая трехмерную карту окрестностей, развернувшуюся над столом, и в то же время отстукивая какие-то команды по комлинку.

— Был один человек, который легко мог навести их на наш след, — мрачно проговорил Акбар, и его выпуклые глаза остановились на Бэрилл. — Твоя подруга-имперка.

— Сайлорен никогда… — начала негодующе Бэрилл, но Акбар перебил ее:

— Она провела здесь достаточно времени. А потом ты позволила ей беспрепятственно покинуть базу. И это при том, что в памяти ее бортового компьютера остались все координаты, да и сама она явно не слепая.

— Ее корабль в этом ангаре, — резко проговорила Бэрилл, заставив всех присутствующих оглянуться. Никто не узнавал всегда спокойную и уравновешенную джедая.

— И из его памяти никто ничего извлечь не мог. Сайлорен не при чем!

— Если нет памяти корабля, остается память его владельца, — сквозь зубы процедил Риекан. — Кто вообще мог позволить имперскому шпиону покинуть базу?

— Она не шпион, — глаза Бэрилл горели. — Она моя подруга. Я доверяла ей. Я сама лично велела дать ей коридор на вылет.

— Очень глупо с вашей стороны, — пожал плечами генерал. — О доверии здесь речи быть не может. Даже если она не захотела бы вас предать, неужели вы думаете, что у Палпатина не нашлось бы способов заставить ее говорить?

Бэрилл побледнела.

— Вы не знаете Сайлорен! — почти крикнула она.

— Нам это и не нужно. Однако мы видим результат вашего к ней доверия. Имперские десантные войска уже начали высадку. И, кроме как от вашей подруги, узнать о расположении базы было неоткуда.

С этими словами Риекан повернулся к экранам, снова сосредоточив все внимание на плане обороны. Бэрилл стояла, судорожно дыша и медленно сжимая и разжимая кулаки. Люк чувствовал, как ее аура дрожит от сдерживаемого негодования. Он осторожно тронул девушку за плечо.

— Идем, Бэрилл, здесь от нас толку будет немного. Лучше примем участие в обороне.

* * *

Вхождение Империи в систему Хота было настолько неожиданным, что в первый момент все растерялись. Все-таки слишком прижилась в сердцах надежда, что до этой глыбы льда не доберутся. Впрочем, после короткого совещания, было принято решение об экстренной эвакуации.

Дроиды вместе с наземными командами спешно готовили к вылету корабли и истребители. Часть наземных сил Альянса готовилась защищать базу до последнего вздоха и довольно слаженно выдвигалась на позиции. Пилоты собирались на инструктаж. Обстановка повсюду царила нервная и напряженная, но страха не было. Наоборот, все были взбудоражены и полны энтузиазма. Тот факт, что после уничтожения значительной части войск Альянса в битве у Скаарифа три года назад им так и не удалось одержать ещё хоть какую-нибудь крупную победу, не считая уничтожения Звезды Смерти, никого не волновал. Бойцы Альянса были совершенно уверены, что смогут дать достойный отпор войскам Императора. Командования на базе было представлено принцессой Леей, которая участвовала буквально во всем, адмиралом Акбаром, который размышлял о невеликих возможностях воздушных сил Альянса, и генералом Риеканом, отвечавшим за наземную часть обороны. Именно они втроем занимались планированием эвакуации. Транспортным и десантным кораблям предстояло взлетать по мере загрузки, со строгой периодичностью. На каждый транспорт Акбар мог выделить только по два истребителя сопровождения, которым предстояло держаться как можно ближе к крупным звездолетам, поскольку защитное поле предполагалось отключать только на небольшие промежутки времени.

— В качестве прикрытия мы будем давать залп из ионных пушек, — добавил Риекан, — а их огонь сможет уничтожить любой корабль на вашем пути следования. Так что, как только пройдете поле, сразу же отправляйтесь в точку встречи. На бой не отвлекайтесь. Две группы истребителей также будут обеспечивать ваше прикрытие. Всё ясно? Командор Скайуокер, вы руководите группой истребителей поддержки. Удачи.

Пилоты с радостным ревом побежали к своим машинам. Хан, слушавший уверенный голос генерала, только покачал головой. Дураки, подумал он. Наивные, восторженные идиоты. Как бывший офицер империи, закончивший академию и имевший опыт службы, пусть и не слишком продолжительной, он отлично понимал, что база на Хоте будет жить ровно столько времени, сколько потребуется войскам Империи, чтобы добраться сюда и провести зачистку. И не нужно быть шибко умным, чтобы это понимать. Вот тогда все эти увлекательные игры в героев закончатся, а сами они, возможно, превратятся в куски хорошо промороженного мяса, плывущие по орбите вместе с останками своих кораблей, если, конечно, не сгорят при взрыве. А те, кому доведется выжить, закончат свои дни в имперских тюрьмах, если их раньше не пристрелят штурмовики.

Пока Соло предавался грустным мыслям, по привычке ковыряясь в недрах Сокола, повстанцы занимали свои места. Мимо Хана и Чубакки пробежали Люк и Бэрилл.

— Береги себя, малыш! — остановил приятеля кореллианец. — И смотри, не попадайся больше всякой живности на обед.

Люк кивнул с улыбкой, а потом внезапно крепко обнял мохнатого вуки. Тот ободряюще заревел.

Хан обернулся к Бэрилл, которая стояла чуть в стороне, держа под мышкой летный шлем.

— Присмотри за парнем, ладно? — голос Хана прозвучал неожиданно серьезно. — Раз меня рядом не будет.

Первая разведывательная двойка истребителей вылетела из ангара. В командном пункте Риекан вместе с другими офицерами координировали залпы ионных батарей, прикрывая непрерывно взлетающие транспортники. Лея внимательно рассматривала трехмерную карту, наблюдая, как рассредоточиваются по позициям снайперы.

* * *

Ветер все усиливался, словно сама планета вместе с повстанцам сопротивлялась вторжению. Офицерам Альянса приходилось кричать во весь голос. Солдаты выполняли команды торопливо, хотя и стараясь избегать суеты. Одни подправляли окопы, другие устанавливали на окопных брустверах тяжелые орудия, третьи складывали боеприпасы. Было ясно, что счет идет на минуты, а от тщательности подготовки будут зависеть сотни и сотни жизней…

Возле защитных куполов ничего не было слышно, даже ветра. Все заглушал могучий гул работающих генераторов. Поэтому первым был не звук, а, скорее, ощущение — земля под ногами вздрогнула. Раз. Другой. Третий. Взметнулась снежная пыль, и это была не обычная метель. Вдруг надрывно взвыла сирена. Офицер Кинт поднял к глазам электронный бинокль. И у него задрожали ноги. Не от холода. А от осознания неизбежного.

Их было около десятка, может, даже больше — пока трудно было разглядеть точно — решительно двигающихся сквозь ветер и снег… Кинт почувствовал, как на лбу выступила испарина, хотя он стоял на открытом месте, почти сбиваемый с ног ледяным ветром. Шагающие танки… Почти ультимативное оружие Империи. Ему доводилось о них только слышать, но не признать эти смертоносные машины было невозможно — АТВ, автономный танк-вездеход. Впервые их задействовали на Скаарифе, во время обороны информационного центра от отряда повстанцев. Тяжелые лазерные пушки, установленные на подвижной башне, обладали сокрушительной мощью.

Офицер непослушными пальцами вызывал по комлинку базу. Нужно было срочно доложить о непредвиденной опасности. Внезапно снег и лед вскипели и встали столбами пара. Танки приблизились на расстояние выстрела. Один за другим прогрохотали залпы, перекрывшие даже гудение генераторов. Защитное поле отчаянно замерцало, захлебываясь поглощенной энергией. Кинт с горечью подумал, как легкомысленно отнесся к заданию отвлечь внимание имперского десанта, чтобы дать возможность стартовать эвакуационным кораблям. И он, и его подчиненные были готовы к бою, были готовы умереть в этом бою, дорого продавая свои жизни и выигрывая драгоценное время. У обычного десанта. Но никто из них не был готов к встрече с шагающими танками… Впрочем, долго ждать не пришлось — прикрываемые беглым огнем малых орудий АТВ, по ледяным полям шла имперская пехота.

* * *

Получив немного сбивчивый доклад, Акбар после минутного раздумья приказал Люку и его пилотам все силы бросить на защиту транспортников. У наземных сил Альянса против АТВ было ничтожно мало шансов.

Истребители мчались на малой высоте. В эфире трещали помехи. Затем раздался голос Люка:

— Парни, перестроились, атакуем дельтой. Я и Вэдж ведущие, Биггс с остальными — прикрывают. Берегитесь имперских СИДов. И да пребудет с нами Сила.

Динамики взорвались удалым свистом — Вэдж Антиллес не удержался. Ему вторили остальные пилоты. Разбойная эскадрилья перешла в наступление.

Первая атака на АТВ успехом не увенчалась — их броня оказалась А-вингам не по зубам. Стремительное перестроение, новый заход на цель, залп — и снова ничего. Только два истребителя распустились огненными цветами над снежной равниной. Люк скрипнул зубами. Терять своих людей было больно даже без учета вспышек смерти, пронзающих Силу.

— Должно же у них быть хоть какое-то уязвимое место! — пробился сквозь треск в динамиках голос Вэджа.

— Гарпун, — негромко проговорила Бэрилл, ловя в перекрестье невесть откуда взявшийся СИД. — Их надо стреножить.

Тонкий стальной трос намертво зацепился за коленное сочленение огромного шагохода.

— Отвлеките экипаж! — крикнул Люк в эфир.

Пока Вэдж и его ведомый кружили над передней башней АТВ, Люк на максимальной скорости облетел шагоход раз, другой…

— Отсекаю, — раздался голос Бэрилл.

А-винг ушел в крутой вираж, а имперский монстр, пытаясь сделать следующий шаг, внезапно дернулся, пошатнулся — и завалился вперед, взметнув вихри снега. Подвижная башня отломилась, по корпусу побежали разряды. Два выстрела Антиллеса, пришедшиеся в утративший прочность стык конструкций, разнесли АТВ на металлолом.

— Чистая работа! — хмыкнул Люк. — Продолжайте в том же духе, ребята!

Звену удалось уничтожить ещё один шагоход. Но следующий выстрелом из ионной пушки вывел истребитель Скайуокера из строя, и только малая высота полета позволила избежать катастрофы. Посадка получилась довольно-таки жесткой, но лучшего с мертвой системой ожидать было нельзя. Машина зарылась носом в снег, в то же мгновение Люк откинул крышу кабины. И коротко выругался — они угодили точно на маршрут очередного АТВ, так что буквально в паре метров от А-винга с медленной механической неотвратимостью продавливала лед огромная железная круглая лапа. Ещё один шаг…

Торопливо выбравшись, Люк протянул руку Бэрилл. Они прыгнули в сторону — и в следующий миг истребитель смялся, словно бумажный, под многотонным весом шагохода.

— Сколько у тебя при себе гранат? — перекрикивая шум боя, спросила Бэрилл, пока они бежали по снежному полю, стараясь держаться слепых зон сбоку от АТВ.

— Две.

— И у меня столько же. Должно хватить. Твой впереди, мой слева.

Дротик с прикрепленным к нему тонким тросом вонзился в обшивку очередного шагохода, загудела лебедка. Оказавшись под брюхом АТВ, Люк махнул мечом, снося какую-то заглушку, и одну за другой кинул в открывшееся отверстие обе гранаты, после чего спрыгнул вниз, перекатился в сторону, гася прыжок, и увидел, как содрогается корпус танка от внутренних взрывов, после чего вся длинноногая махина неуклюже валится на бок — почти одновременно со своим собратом, от которого в сторону Люка уже бежала наискосок Бэрилл.

* * *

Лорд Вейдер неподвижной черной тенью застыл перед обзорным окном десантного шаттла, всматриваясь в снежную даль. Он знал, что там, за этой блестящей на солнце завесой метели, находится его сын. Он ощущал его в Силе. А рядом с ним — ещё одного одаренного, более слабого, но и более обученного. Надо полагать, это та светловолосая джедайка. Бэрилл… да, кажется, ее звали именно так. Рука темного лорда непроизвольно сжалась в кулак. В эту минуту ему очень хотелось одним движением пальцев сломать ей шею. Она наверняка сейчас продолжала вбивать Люку в голову джедайский кодекс, отнимая свободу воли, прививая привычку действовать, слепо следуя устаревшим, изжившим себя нормам. И лишним подтверждением его мыслям в памяти всплывали первые годы обучения, когда Кеноби с укоризной во взгляде постоянно читал нотации и на каждый шаг своего падавана цитировал кодекс. Да, конечно, она не закончила обучение, но мозги ей промыть наверняка успели, в этом Вейдер не сомневался. Это проделывалось с падаванами в первую очередь, так что теперь она не менее вредна для Люка, чем Оби-Ван. А может быть, и более… Одно дело, когда лекции читает седой старик, и совсем другое, когда это делает молодая симпатичная девушка. «Он очень хотел спасти Бэрилл» — вспомнил Вейдер слова Сайлорен. Просто страх за наставника или нечто большее? А Люку всего слегка за двадцать… этого только ещё не хватало.

— Убью! — промелькнула в голове обжигающая ненавистью мысль.

И транспластил обзорного иллюминатора пошел трещинами, не выдержав всплеска его ярости. Сейчас он ненавидел. Ненавидел их всех — сотни и сотни разумных, которых он ощущал впереди, на обреченной базе. Поэтому когда командовавший операцией генерал Виерс доложил, что генераторы защитного поля уничтожены, темный лорд резко развернулся и тяжелыми шагами спустился на десантную палубу. Он лично поведет первый отряд.

Перейдя в новый неповрежденный лямбда-шаттл, Вейдер в сопровождении особой штурмовой роты преданного лично ему 501 легиона покинул разрушитель и направился к базе повстанцев. Вслед за шаттлом темного лорда стартовали дожидавшиеся его десять тяжелых штурмовых транспортников, с шестьюдесятью отборными бойцами 501 легиона на каждом. СИДы прикрытия пару раз мелькнули за окнами, кружа вокруг стремительно приближающихся к Хоту кораблей. Три звена… хотя у повстанцев едва ли сейчас хватит сил отбивать наземные атаки, обеспечивать эвакуацию и одновременно напасть в воздухе.

Наконец штурмовая группа во главе с темным лордом приблизилась на максимально допустимое расстояние к базе повстанцев. Лямбда, словно хищная птица, сложила крылья, приземлившись. Из открывшегося люка выбежали штурмовики, быстро занявшие круговую оборону. Следом, тяжелым размеренным шагом, от которого, казалось, вздрагивала аппарель, спустился сам темный лорд, медленно обводя взглядом визоров позиции. По обе стороны от шаттла снижались остальные транспортники. Истребители над головами неслись почти беспрерывным гудящим потоком, заливая укрепления мятежников огнем. Виерс грамотно и споро брал базу Альянса в клещи.

— Свяжитесь с генералом, прикажите обеспечить мне огневое прикрытие до базы и спросите, когда он пробьет оборону мятежников, — проговорил Вейдер, обернувшись к штурмовику-связисту.

— Да, милорд, — вытянулся тот, немедленно посылая запрос.

Прошло несколько минут, и Дарту Вейдеру доложили, что оборона базы прорвана в двух местах. Большинство крупных орудий уже замолчало. И хотя мятежники дрались как безумные, отбиваясь до последнего заряда, ярость и отвага обреченных ничего не могла изменить. Им противостояли обученные солдаты, имевшие слишком большой опыт боев. И даже несколько самоубийц, подорвавших себя вместе с врагом детонаторами уже в прямой видимости главного ангара базы, только подчеркнули написанное кровью правило: безоглядный героизм и слепая вера против расчетливого профессионализма не имеет шансов.

Наиболее трудная для защитников ситуация предсказуемо складывалась на том участке, где через прорыв двинулись вперед лорд Вейдер и его бойцы. Повстанцы отступали, едва успевая отстреливаться. Темный ужас — Дарт Вейдер собирал с мятежников кровавую дань. Алый клинок глухо гудел, с нечеловеческой скоростью скользя в пространстве и рассекая отстающих. Потоки Силы расшвыривали мятежников в стороны, разрывали в клочья их тела, ломали шеи и хребты. Темный лорд, словно олицетворение самой смерти, шел, не замедляя шага, упиваясь болью и агонией своих врагов, небрежно отбивая бластерные выстрелы, направляя их обратно к стрелявшим. Разливавшаяся в Силе многоголосая смертельная агония подпитывала его темное могущество. В паре шагов позади, надежно прикрытые от повстанческих стрелков взмахами лазерного меча, за ситхом следовали солдаты 501 легиона, добивая выживших меткими одиночными выстрелами и выкашивая ряды противника беспощадным шквальным огнем. Сегодня они ни в коем случае не хотели ударить в грязь лицом перед своим командиром, на которого так стремились равняться.

* * *

Бэрилл окинула быстрым взглядом поле боя. Картина была безрадостная. Справа черным дымом исходили взорванные генераторы защитного поля. Земля по-прежнему вздрагивала под тяжелыми шагами АТВ, которые неумолимо приближались к базе. Лишившись истребителя и потратив все гранаты, джедай в глубине души понимала, что большего сделать уже не сможет. С лазерным мечом против шагохода много не навоюешь. Затем Сила резанула по сознанию ощущением стремительно приближающейся Тьмы.

— Люк!

Парень, двигавшейся чуть впереди, оглянулся. Щеки и подбородок, видневшиеся из-под летного шлема, стремительно бледнели.

— Это Вейдер… — проговорил он с тяжелым вздохом. — И боюсь, ничего хорошего нам его прибытие не сулит.

— Надо пробиться на базу.

— Я только что связывался с ними. Штурмовики уже на ближних рубежах. Эвакуация перешла в финальную стадию.

— Что с Леей?

Люк сжал губы.

— На момент разговора она до своего корабля не добралась, но на запросы отвечала, так что надеюсь, с ней все в порядке.

* * *

Разгромив последний внешний оборонительный рубеж, Вейдер вместе со штурмовиками прорвался внутрь базы, методично вырезая горстки лишенных уже всякой надежды бойцов сопротивления. Те, кто не успел или не захотел покинуть свой пост, были обречены на нем погибнуть. В нескольких стратегически выгодных точках мятежники установили роторные бластерные пулеметы и отчаянно поливали огнем приближающихся имперцев. Потеряв почти десяток человек, штурмовики залегли в укрытия, и это на несколько минут приостановило стремительную атаку. Но тяжелые пулеметы были бессильны против мощи Темной стороны. Через мгновенье один пулемет сложился вдвое и взорвался. Та же участь постигла и второй. Третий был отброшен в стену вместе со стрелком, который тут же скончался от многочисленных переломов. Отвечая огнем на огонь, на каждом повороте прикрывая друг друга, вперед снова вырвались штурмовики. Дарт Вейдер теперь шел следом, на ходу отбивая выстрелы и добивая оставшихся в живых. Сила, темная Сила пела в нем. Он наслаждался каждым прожитым сейчас мигом, словно ярость и безумство битвы наполняли его как прежде. Он ощущал, как становится легче дышать и двигаться, как растворяется в азарте боль, вечная его спутница после Мустафара…

За очередным поворотом заваленного трупами коридора открылся ангар. В дальнем конце его, у самых распахнутых навстречу снежной пустыне ворот, виднелся корабль. Последние уцелевшие отряды Альянса, будто лишившись остатков инстинкта самосохранения, набросились на темного лорда и его бойцов, выигрывая так необходимые для завершения эвакуации минуты, секунды и мгновения. Им даже удалось ненадолго остановить волну наступления.

Разъяренный задержкой, Дарт Вейдер внезапно остановился, почувствовав, как светящееся в Силе пятно ауры его сына стремительно удаляется. И снова рядом с ним тускло отсвечивала джедайка… Едва не рыча от бешенства, ситх снова лично пошел в атаку, не обращая внимание на выстрелы и летящие в его сторону детонаторы, словно тяжелый АТВ, не обращающий внимание на подобные мелочи. Люк ушел… его упустили. Но по крайней мере, этот корабль не должен взлететь — зная своеобразный характер некоторых лидеров Альянса, Вейдер догадывался, что не все столь предусмотрительно покинули Хот заранее, как сделали это Мотма или Мадин. Были там и восторженные фанатики, готовые биться до конца и, следовательно, улетающие только сейчас. Нет, не уйдут… Коротким, стремительным натиском воодушевленные личным примером командира штурмовики проломили линию обороны Альянса, и Дарт Вейдер устремился вперед, но он не успел. Совсем чуть-чуть. Потерянного в бою времени хватило, чтобы старое коррелианское судно, наконец, стартовало и рванулось прочь из ангара, унося на борту Лею, Хана Соло и Чубакку. Принцесса, обхватив себя за плечи, пыталась собраться с мыслями. Кровавый и беспощадный бой, свидетельницей которого она только что оказалась, поразил ее гораздо сильнее, чем она хотела себе в этом признаться.

* * *

Люк и Бэрилл взбежали на очередной снежный холм — и замерли. Над последней линией окопов вздымались тучи снежной пыли, вихри огня, летели в разные стороны обломки техники и тела погибших и раненых. Штурмовики шли слаженной белой волной, планомерно сметая остатки сопротивления.

— Нам не пробиться, — выдохнул Люк. — Идем, здесь недалеко до запасной точки эвакуации.

Сжав ладонь Бэрилл, он, пригибаясь, побежал между сугробами, и резко вынырнул на огороженную со всех сторон ледяными глыбами большую площадку, на которой стоял десяток А-вингов, вокруг суетились техники.

— Скайуокер, ну наконец-то! Твои ребята сказали, что вы упали.

— Порядок, не беспокойся, — усмехнулась через силу Бэрилл. — От нас так легко не отделаешься…

Эхо смертей, растекавшееся в Силе, причиняло почти физическую боль несмотря на то, что Бэрилл успела за эти годы немного разобрать технику закрытия сознания от подобных потрясений. Люку приходилось хуже, но он держался и тоже растягивал губы в улыбке.

— Машина готова, можете взлетать.

— Что с базой? — спросил Люк, уже забираясь в кабину.

— Связь прервалась. Летите сразу на точку сбора. Здесь, похоже, все закончилось.

— Вы тоже не затягивайте с эвакуацией, — проговорила Бэрилл прежде, чем купол кабины опустился. — Борьба не закончилась, мы найдем силы воспрянуть!

Истребитель взмыл в исчерченное выстрелами небо.

— Держись, сейчас придется повертеться! — крикнул Люк, выписывая сложный маневр уклонения от огня пары случайно обративших на них внимание СИДов.

— Мы в стороне от основного пути эвакуации, — отозвалась Бэрилл.

— Прорвемся, — в голосе Люка звучала железная уверенность, как было всегда, когда дело касалось полетов.

Вираж, штопор, мертвая петля, новый крутой поворот — и стремительный набор высоты. Помехи в эфире то и дело прерывались обрывками разговоров, но Люк и Бэрилл по обоюдному согласию перешли на режим радио-молчания, чтобы не светиться лишний раз. Бэрилл даже убрала руки с рычагов управления орудиями. С боем уйти едва ли получится.

Расчет оказался верным — имперские войска, занятые уничтожением последних защитников базы, пропустили несколько стартовавших из снежной пустыни истребителей, которые молча и тихо нырнули в атмосферу и один за другим стали уходить в гипер.

— Мы не полетим на точку сбора, — нарушил тишину Скайуокер, когда над куполом кабины раскинулась чернота космоса.

— Это почему же? — немедленно отозвалась джедай. — Они решат, что мы погибли. И это пагубно скажется на боевом духе наших сил!

— Не волнуйся, техники подтвердят, что мы взлетели с Хота. Значит, в списки погибших нас включать спешить не будут.

— Дагоба, — медленно проговорила Бэрилл, внезапно поняв, что задумал ее товарищ и ученик, — но я думала, мы направимся туда из точки сбора.

— Другого шанса может и не представиться! Что, если нас направят куда-то с очередным заданием?

— Пожалуй, ты прав. Ну что же, тогда в путь. Твой наставник знал, что делал, когда явился тебе Призраком. Его волю нельзя игнорировать.

Корабль вздрогнул и исчез в гиперпространстве.

* * *

Сокол в очередной раз тряхнуло. Лея, с трудом удерживая равновесие, добралась-таки до кабины и теперь смотрела вперед с самыми мрачными предчувствиями.

— Замечательно, просто замечательно. Скажите мне, капитан Соло, сколько ещё пролетит это корыто прежде, чем развалится окончательно?

Настроение у принцессы было ужасным. Потрясение, пережитое во время уничтожения базы, наложилось на вынужденное бегство не на том судне, не в той компании, и явно не в тот момент, что претило пунктуальной и строгой натуре девушки. А залихватская бесшабашность Соло, казавшаяся такой обаятельной на Хоте, сейчас невыносимо раздражала. За эти несколько лет в относительной безопасности затерянной в снегах базы она потеряла хватку, определенно потеряла…

— Не волнуйтесь, Ваше Светлейшиство, это самый надежный корабль Галактики. Ну, при правильном пилотировании…

— Правильном? — переспросила Лея ледяным тоном. — Будьте уверены, когда вы совершите ошибку, я буду рядом.

— Если это будет единственным условием вашей близости — я готов ошибаться и ошибаться…

Заревел Чуи, энергично размахивая длинной лапой, в которой был зажат разводной ключ. Но Хан и без него увидел рой СИДов, устремившийся им навстречу, едва Сокол вышел из атмосферы.

— Пристегнитесь, принцесса. Чуи, давай за пушку. Нам нужно пространство для прыжка.

На периферии зрения уже маячила зловещая серая громада разрушителя. Ничего, успеем, — думал кореллианец, резкими движениями штурвала бросая Сокол из стороны в сторону. Зеленые вспышки выстрелов перечеркнули черноту космоса. Лея, пристроившаяся в кресле за местом второго пилота, ощутимо клокотала от негодования, и Хан нет-нет да и косился на нее, любуясь блеском глаз и разрумянившимся лицом. Первая волна истребителей отхлынула, в кабину снова ввалился вуки.

— Чуи, прыгаем, пока они не очухались!

Чубакка рванул рычаг гиперпривода… но ничего не произошло. Бесконечность над ними по-прежнему мерцала далекими звездами, а имперские юркие СИДы сокращали расстояние и брали громоздкий фрахтовик на прицел. Хан просто затылком ощущал эти многочисленные перекрестья… Вуки ревел и дергал гиперпривод, рискуя оторвать.

— Чуи! — крикнул Соло, лихорадочно прикидывая, что же теперь делать. — Ты же говорил, что он исправен!

Брови Леи иронично приподнялись.

— Очередной сюрприз самого надежного корабля Галактики? — фраза была пропитана сарказмом. — А дальше что откажет? Щиты? Или сразу система жизнеобеспечения?

— Ваше Вреднейшиство, вы можете помолчать хотя бы пару мгновений? — не выдержал Соло. — Проблемы надо решать по мере поступления…

Корабль затрясся, когда на дефлекторы обрушился новый слаженный залп. Разрушитель явно совершал маневр перехвата, а чуть в стороне Соло, до последнего не веря своим глазам, разглядел ещё один, до этого скрывавшийся позади первого. «И все по нашу душу…» — мелькнула невеселая мысль.

Расстояние сокращалось, ещё немного — и Сокол попадет в зону действия луча. И пушек. Или и того, и другого… Когда же из теней вынырнул третий ИЗР, у Соло не хватило сил даже выругаться. Лея испепеляла его взглядом, как будто под действием этого взгляда он мог мановением руки исправить гиперпривод. Чуи копался в проводах. То и дело с шипением летели искры, а вуки разражался очередной гневной тирадой. Глубоко вздохнув, Хан перенаправил всю мощность на ускорение, и Сокол с немыслимой скоростью рванулся вперед, прямо навстречу разрушителям, вклиниваясь между ними, проскакивая прямо под дулами смертоносных орудий и устремляясь туда, где кружились в беспорядке сотни и тысячи астероидов.

Намерение наглого фрахтовика стало очевидным слишком поздно — когда поворачивавшийся вслед за ним ИЗР натолкнулся на своего не успевшего повторить маневр собрата, круша надстройки и снося силовые установки. Капитаны всех трех разрушителей орали друг на друга по голосвязи, механики лихорадочно считывали данные систем, прикидывая, сколько времени уйдет на восстановление повреждений. А Сокол с упорством самоубийцы несся прямо в астероидное месиво.

— Что?.. — не веря своим глазам, вскричала Лея.

— Туда они за нами не полезут, — уверенно отозвался Хан, лавируя между разноразмерными глыбами породы, хаотично скользящими перед носом корабля.

— Уверены? — Лея покосилась на экран, сообщавший о по меньшей мере трех истребителях, висящих на хвосте.

— Всю мощность на задний щит! — крикнул Соло.

Чуи согласно взревел. Поворот, поворот, имперцы не успевают повторить маневр — и вот один СИД взрывается, столкнувшись с небольшим астероидом, от которого ловко увернулся Сокол. Второго сбил вуки…

— Что это?! — вопль принцессы заставил Хана поднять глаза от приборов — как раз, чтобы увидеть стремительно несущуюся прямо на них громадину.

— Вы хотели быть рядом, когда я ошибусь, — выкручивая штурвал, бросил через плечо кореллианец. — Поздравляю, вы своего добились.

Лея ничего не ответила, расширенными от ужаса глазами наблюдая приближающуюся гибель. От крутого виража заложило уши, но такого ожидаемого удара и взрыва не последовало — Сокол в последний момент обогнул преграду. А вот его преследователю повезло меньше — в черноте распустился ещё один огненный цветок. Вуки заревел.

— А я думаю, мы вполне можем здесь спрятаться, — отозвался Хан, не отрывая больше глаз от окна. — Сядем на камушек покрупней — и пусть ищут! Пусть хоть весь пояс частым ситом просеивают.

Лея оптимизма Соло не разделяла. Сердце пропустило удар, когда Сокол устремился к очередному астероиду, ухнул в огромный кратер, рискуя не вписаться между темно серыми скалами, и юркнул в открывшуюся внезапно прямо перед ними пещеру. Судя по всему, ни один СИД этого манера не заметил. И глуша двигатели, Хан выдохнул с нескрываемым облегчением.

* * *

Малый двухместный истребитель входил в атмосферу планеты Дагоба. Приблизившись, насколько было возможно, Люк и Бэрилл пытались разглядеть на ее поверхности хоть что-то — планета не входила в число картографированных. Но сквозь густую пелену серых плотных облаков не было видно ничего. Датчики корабля также молчали. Может, и прав был Р2Д2, задававший во время полета вежливые вопросы о состоянии их психического здоровья.

Астродроид в кормовой кабине в очередной раз ожил, просканировал звездное поле и через бортовой компьютер связался с Люком.

— Да, Р2, это Дагоба, — ответил Скайуокер, глянув на экран переводчика. — Вид у нее невеселый, верно?

Р2Д2 запиликал, в последний раз надеясь убедить хозяина сменить курс на более разумный.

— Нет, — покачал головой Люк, хотя дроид и не мог его видеть, — я не передумал. Бэри, ты чувствуешь что-нибудь?

Девушка закрыла глаза и сосредоточилась. Истребитель парил в воздухе, на самой границе облачного покрывала.

— Я ощущаю тьму, много тьмы, — проговорила она наконец, не поднимая век. — Хотя… Люк, там что-то есть. Не могу понять только, что. Словно небольшое пятно света, яркого, но приглушенного тенями вокруг. Дай мне чуть больше времени.

— Ладно, торопиться нам все равно некуда. Разве что к меддроиду, как убежден Р2Д2.

Минут через десять Бэрилл вышла из медитации.

— Спускайся и следуй моим указаниям.

— Хорошо. Но я не замечаю ни городов, ни признаков технологической цивилизации. А сенсоры засекли крупные формы жизни. Так что что-то живое там есть, но оно для нас может оказаться великовато. Р2 по этому поводу очень беспокоится. Да и мне от этих данных не по себе. Бэрилл, ты уверена?

— Да, — джедай чуть наклонила голову к плечу, продолжая вслушиваться в Силу. — Я совершенно четко ощутила нечто необычное. И я уверена, какими бы крупными ни были здешние формы жизни, дроидами они явно не питаются. Передай Р2, чтобы не волновался.

В ответ раздалось обреченное пиликание. Истребитель начал медленно снижаться сквозь сумеречную зону стратосферы, отделяющую смоляную черноту космоса от тропосферной плотной облачной массы. Люк со вздохом опустил штурвал, заставляя корабль нырнуть носом в белую вату облаков. Некоторое время тишину кабины нарушали только периодически попискивающие приборы. Сквозь транспластиловый купол не было видно ничего — облака плавно и незаметно перешли в молочный, вязкий, словно кисель, туман, который обволакивал звездолет и глушил и без того немногочисленные звуки. Люк управлял кораблем, полагаясь лишь на короткие указания девушки и иногда — на данные с бортового компьютера.

— Здесь, — проговорила внезапно Бэрилл, чуть хмурясь от напряжения.

Люк послушно ускорил снижение. Спустя пару мгновений внешние сенсоры вдруг отключились. Корабль словно ослеп, лишившись всех органов чувств. Не в силах побороть инстинктивный страх, Люк судорожно вцепился в рычаги управления. Сейчас он не мог оценить даже расстояние до поверхности.

— Спокойно, Люк, — вполголоса сказала девушка, прикрывая глаза. Она сама испытывался неясное беспокойство, готовое перерасти при малейшем поводе в нечто большее, но держала себя в руках.

Тем временем загудел тревожный сигнал, и в его бьющие по нервам звуки вплелись панические пересвисты и писк Р2Д2.

— Знаю, знаю! — крикнул Люк, не прекращая борьбы с непослушным кораблем. — Все приборы сдохли! Ничего не видно! Держитесь, попытаюсь приземлиться. Будем надеяться, под нами хоть что-то есть.

Следом за сенсорами отказали двигатели — они пару раз рявкнули, чихнули, а потом намертво заглохли. В сердце Люка ворвался ледяной страх, когда корабль начал стремительно падать, едва ощутимо покачиваясь. Юный джедай вжался в пилотское кресло, группируясь в ожидании неизбежного удара о землю. Бэрилл… — мелькнула отчаянная мысль. — Все-таки ее кресло сзади… значит, шансов больше… Спустя несколько невыносимо долгих минут раздался громкий продолжительный треск, словно несущийся с огромной скоростью истребитель рубил корпусом и плоскостями ветви и стволы деревьев. Впрочем, так оно и было. Оставив за собой широкую просеку, А-винг с глухим скрежетом остановился, напоследок еще раз обо что-то ударившись, отчего Люка и Бэрилл подбросило на страховочных ремнях. Потом стало тихо. Вроде бы приземлились…

Люк откинулся в кресле и с облегчением вздохнул. Такой же вздох последовал и от Бэрилл.

— Живы. И, кажется, здоровы.

— Да… — голос девушки звучал глухо и взволнованно. — Я уж думала, нам конец.

Юноша щелкнул тумблером, открывая кабину. Рука чуть дрожала. Высунув голову наружу и впервые увидев чужой мир, Скайуокер замер. Бэрилл, опираясь на спинку своего кресла, тоже приподнялась над краем кабины и настороженно осматривалась. Чем дальше — тем больше это место ей не нравилось. Тут было слишком много эманаций темной стороны.

Истребитель целиком утопал в тумане, посадочные прожекторы пробивали молочную пелену едва ли на несколько метров вперед. Частички влаги рассеивали и отражали свет, затрудняя и без того почти нулевую видимость. Пока Люк и Бэрилл оглядывались, Р2Д2 начал выбираться из своего крошечного отсека.

— Р2, оставайся тут. Мы пока осмотримся.

Дроид согласно запиликал в ответ. Представшее перед джедаями зрелище было неприглядно. Кривые, перекрученные корни громадных серых деревьев уходили вверх, высоко над головой сливаясь в колоссальные стволы. Люк запрокинул голову и далеко вверху разглядел ветви, которые, казалось, переплетались в плотный полог вместе с низко висящими облаками. Окинув взглядом звездолет, он увидел, что А-винг сел прямиком в небольшое озерцо. Со стороны Р2Д2 вновь раздалась короткое трель — а затем громкий всплеск, за которым последовала тишина. Резко обернувшись, Люк успел заметить, как куполообразная голова дроида исчезает под мутной гладью воды.

— Р2! Р2! — громко закричал Люк, заставив Бэрилл вздрогнуть от неожиданности.

— Бэри, помоги. Р2 провалился в озеро.

Девушка, рывком выбравшись из своей кабины, шагнула к Люку, который опустился на колени на гладком крыле истребителя и наклонился вперед, с тревогой высматривая своего механического приятеля.

— Р2, где ты?

Но черная поверхность воды оставалась неподвижной, а от маленького дроида не осталось и следа. Люк понятия не имел, насколько глубок этот стоячий мутный пруд, но судя по ощущения — очень и очень. Юношу вдруг охватило горестное чувство, что ему больше никогда не суждено увидеть своего друга, с которым столько было пройдено… Но нырять в эту бездонную темную муть как-то совершенно не хотелось. В этот самый миг над водой показался перископ, и Люк услышал слабое бульканье. С огромным облегчением он наблюдал, как перископ, пару раз крутанувшись, целеустремленно направился к берегу.

Внезапно позади робота вскипел туман. Хотя отчетливо разглядеть ничего не удалось, Скайуокеру и девушке привиделось что-то огромное, гибкое и явно хищное. Тварь на миг возникла из воды и вновь нырнула — лишь громко лязгнул металлический корпус дроида. Люк успел расслышать панический электронный вопль о помощи, и все… Ни звуков, ни движения. Холодея от ужаса, Люк замер на месте и смотрел на черную воду — спокойную и равнодушную, словно сама смерть. Бэрилл за его плечом медленно перебирала пальцами рукоять лазерного меча. Через несколько мгновений на поверхность жуткого водоема начали выскакивать мелкие пузырьки.

Бэрилл шагнула к Люку и положила руку ему на плечо.

— Лучше выключи прожектора. Побережем энергию. Я сама посмотрю, что с дроидом.

Но не успела она закончить фразу, как из забурлившей воды ракетой вылетел робот-коротышка — похоже, твари из глубин он пришелся не по вкусу, и она попросту выплюнула добычу. С пронзительным верещанием описав в воздухе пологую дугу, Р2Д2 шлепнулся на мягкий серый мох.

— Р2, с тобой все в порядке? Ничего не сломал? — крикнул Люк, бросаясь к нему.

Перемазанный в тине и слизи, робот отозвался печальной чередой слабых посвистываний. Быстро наползали сумерки. Туман густел, хотя казалось, это уже невозможно, и от его холодных влажных объятий Люка начал пронимать озноб. Бэрилл ходила взад-вперед и заметно нервничала. Обоим с каждой минутой становилось все больше не по себе. Решив хоть чем-то себя занять, Люк начал чистить Р2Д2. Обтирая круглые бока дроида куском ветоши, он вполголоса обращался к своему старому приятелю, комментируя и крушение истребителя, и холодную сырость, и недружелюбную фауну… Внезапно его тихий монолог прервал жалобный вскрик какого-то живого существа и перекрывший его злобный рев. Звуки казались гораздо ближе, чем хотелось бы. Обступающие болото джунгли надежно скрывали в своей тени неведомую угрозу, но джедаи ощущали ее всей кожей. Люк поежился и, отложив ветошь, потянулся к висящему на боку световому мечу.

Угадываемое где-то над сломанными верхушками деревьев небо совсем потемнело. Туман поглощал любой свет звезд. Самый воздух вокруг налился густым тяжелым мраком. Бэрилл сидела возле черной кромки воды, выпрямившись и положив рукоять меча на колени. В непроглядной тьме вокруг упавшего А-винга то и дело сновали призрачные зеленоватые болотные огоньки. Через некоторое время девушка медленно отползла ближе к Люку, чуть не прижимаясь спиной к холодному и влажному крылу истребителя. В любой другой ситуации Скайуокер был бы рад, что Бэрилл сидит так близко, почти касаясь плечом его плеча, но не сейчас — сейчас его снедала тревога и страх перед неизвестностью, который стократно усилился, когда он заметил, что за ними наблюдают. Пара глазок, маленьких, словно бусины, злобно сверкала из темноты. И взгляд их был пристальным и изучающим. Люк вздрогнул, когда Бэрилл тронула его за локоть.

— Будь начеку, если что — прикроешь мне спину, — проговорила джедай вполголоса.

Затем она легким пружинистым движением поднялась на ноги и, отведя руку в сторону, активировала клинок. В то же мгновение неизвестное существо исчезло — только маленькие лапки вязко протопали по сырым кочкам. И снова все замерло.

Люк чувствовал себя паршиво. Ему не хотелось сомневаться в советах Бена, но за несколько часов этого непонятного сидения в темноте и беспокойстве в голову все чаще приходил вопрос, а не ошибся ли призрак, направляя их на эту кошмарную планету в поисках загадочного наставника джедаев. Повернувшись к истребителю, чтобы включить прожектора и хоть немного разогнать ночную тьму, Люк огорченно охнул: передняя часть корпуса почти на треть ушла в темную мутную воду.

— Из такого положения он вряд ли взлетит, — пробормотал Скайуокер мрачно. — Вот ведь влипли…

Ситуация казалась глупой и бессмысленной.

Забравшись в кабину, Люк пощелкал переключателями — и наконец два луча света прорезали мрак, но уютнее от этого не стало. Корабль продолжал медленно и неумолимо погружаться, но пока над поверхностью торчало полкорпуса и транспластиловый купол, Люк и Бэрилл постарались выгрузить из грузовых отсеков все имеющееся снаряжение и припасы. Было совершенно очевидно, что скоро истребитель погрузится еще больше, а может, и вовсе уйдет под воду. Значит, чем больше полезного удастся спасти, тем выше шансы выжить. В том, что негостеприимную планету удастся в ближайшее время покинуть, они уже сомневались.

Прожектора Бэрилл после недолгого колебания снова велела погасить — чтобы не привлекать к себе нежелательного внимания. Теперь даже на расстоянии вытянутой руки ничего не было видно. Юноша и девушка сидели неподвижно, плечом к плечу, спиной к груде вещей. Ни есть, ни спать не хотелось. В Силу Бэрилл старалась больше не погружаться, поскольку все здесь фонило Темной стороной, причиняя ощутимый дискомфорт. Вот со стороны джунглей раздался резкий хруст, и джедай, чувствуя, как по спине расползается холодок, вскочила, готовая разорвать в клочья любого непрошеного гостя из темноты — нервы ее уже были натянуты до предела. Люк, последовавший примеру наставницы, настороженно оглядывался. Никого…

— До чего жуткое место, — прошептал юноша.

— Да, очень странное. У меня просто мурашки по коже, — кивнула Бэрилл. — Никогда раньше не испытывала ничего подобного.

— Теперь все, что нам нужно сделать, — найти этого Йоду, — вздохнул Люк, с тоской оглядываясь. — Если, конечно, он вообще существует.

— Сомневаюсь, что Кеноби, будучи Призраком Силы, мог ошибиться, — но в голосе девушки, всегда таком уверенном во всем, что касалось Силы, теперь при большом желании можно было расслышать нотки первого сомнения.

— Я совершенно не знаю, что делать. И что думать, — признался Скайуокер, — но мне здесь очень и очень не нравится. Думаешь, великие наставники всегда селятся на подобных планетах?

— Откуда же мне знать, — девушка в темноте пожала плечами. — Мне тут тоже не по себе. Я чувствую какой-то шепот…

— Знаешь, — внезапно перебил ее Люк, — мне это болото почему-то кажется знакомым. Такое чувство, будто… я не знаю…

— Чувство какое, м-мм?

От неожиданности джедаи подскочили. Бэрилл активировала меч, Люк сделал это мгновением позже. Застыв в оборонительной стойке, оба настороженно всматривался в клубы тумана, чувствуя, как пресловутые мурашки, бегущие по телу, разрастаются до размеров банты. Р2Д2 испуганно запищал. Джедаи почти одновременно повернулись и обомлели. Прямо перед ними на краю пруда, постепенно засасывающего А-винг, стояло небольшое существо и с любопытством разглядывало их щелочками блестящих глаз. Гость был им едва выше колена, но разглядывал пришельцев совершенно без страха, запрокинув ушастую голову. Лет ему могло быть сколько угодно. Зеленая морщинистая мордочка с забавной улыбкой. Заостренные длинные уши, подрагивающие от любопытства. Старые лохмотья, такие же серые, как туман над болотом.

Существо махнуло трехпалой лапкой на гудящие клинки.

— Ищете кого вы? — проскрипело оно. — Оружие уберите, не причиню вреда вам я.

После некоторого замешательства Бэрилл дезактивировала меч и медленно повесила на пояс. Люк последовал ее примеру. Они не понимали, почему это сделали, почему повиноваться приказам странного гостя кажется так легко и правильно. Хотя, если вдуматься, именно зеленое морщинистое существо было здесь хозяином.

* * *

Дарт Вейдер вернулся на борт «Палача» сразу же после того, как получил сообщение, что истребителям не удалось сбить наглый старый фрахтовик, вырвавшийся с базы. Стоя на командном мостике, темный лорд имел сомнительное удовольствие наблюдать неуклюжие попытки пострадавших ИЗРов расцепиться, и это без следа стерло все приятные воспоминания о прошедшем бое. От одного взгляда на происходящее в душе ситха все начинало клокотать от бешеной злобы. «Палач» медленно двигался в сторону пояса астероидов, но Вейдер понимал, что время безвозвратно упущено.

Вся операция прошла совсем не так, как он планировал. Начиная с маневров этого идиота Оззеля, из-за самонадеянности которого мятежники засекли имперский флот раньше, чем следовало. И заканчивая удравшим из-под самого носа старым кореллианским куском металлолома, который теперь был уже недосягаем. Конечно, вражье гнездо разорено и выжжено дотла, а потери бунтовщиков исчисляются сотнями убитых и раненых. Но ни одна крыса из верхушки Альянса в ловушку не попалась. И это вызывало жгучую досаду. Ничтожно малое число мятежников удалось захватить в плен, и всё — мелкие сошки. Узколобые фанатики или непроходимые тупицы, не имеющие никакого представления о том, куда отправились их лидеры, без малейших угрызений совести бросившие их самих на смерть. С этими уже работали дознаватели СИБ, но Вейдер сомневался в эффективности допросов. Значит, опять рыскать по Галактике и искать, где обоснуется этот рассадник заразы… С трудом сдерживаемая ярость ситха заставляла людей на мостике непроизвольно ежиться и ослаблять воротники. На Хоте ещё оставалось несколько оперативных групп, изучавших остатки базы на предмет возможной сохранившейся информации, но надежды на неосмотрительность мятежников было, опять-таки, немного. Последние очаги сопротивления были безжалостно уничтожены, но это не радовало. Скайуокер ушел…

Вейдер чувствовал его в Силе и знал, что он жив, здоров — и летит прочь. Вместе с джедайкой… Надо было прикончить ее прямо там, на «Оке Императора», пока была такая возможность. Но Палпатин опять хотел играть в свои бесконечные игры, а в результате она благополучно сбежала вместе с его сыном. Застарелое раздражение из-за провала трехмесячной давности только добавило топлива в огонь темной ситховой ярости. Как это могло произойти… так глупо и так неожиданно. И если Сайлорен теперь сполна расплачивалась за свои фокусы, то до джедайки уже не добраться… по крайней мере, пока. Конечно, можно было отдать приказ эскадрильям задержать любой поднявшийся с Хота двухместный истребитель, но сколько пришлось бы провозиться, прежде чем найти именно тот корабль, который нужно… И шпионы наверняка донесли бы Палпатину. А мальчишку надо отыскать раньше Императора, пока тот только примерно представляет его потенциал. Иначе сын будет потерян.

Загрузка...