Я умывалась снегом до тех пор, пока перед глазами не перестали плавать разноцветные круги.
Тело била дрожь от ледяной воды, стекающей за ворот.
Какой кошмар!
Пока меня рвало, Яр придерживал плечи. Посоветовал умыться, убедился, что я прихожу в себя и отошел. Куда — я смотреть не хотела. Не хочу видеть это еще раз.
Какой ужас! Какой ужас!
А Йети ведь предупреждал! Почему я ему не поверила? Почему согласилась пойти с ним?
Ой, дура-а…
Я вытерла нос рукавом и кое-как поднялась на ноги. Стоять коленками на снегу было холодно.
— Я-ар?
Тишина в ответ.
Пришлось поворачиваться.
Мужчина сидел на корточках возле растерзанного зверьем трупа. Именно увидев его, я так отреагировала.
Быстрыми движениями снежный человек обыскивал умершего. Что-то искал.
От этой картины меня снова замутило. Желудок дернулся судорогой. Пришлось сделать несколько быстрых глотков, чтобы успокоить организм.
— Что ты делаешь? Зачем ты это делаешь?
Мужчина уже шел ко мне, разглядывая какие-то документы.
На меня он посмотрел с удивлением:
— Надо узнать, кто они и зачем искали меня.
Я поморщилась. Самочувствие было хреновым.
А Йети тем временем продолжал обыск. Тщательно обшарил каждый снегоход. Снял с одного какой-то небольшой металлический ящик, обшитый кожей. Канистру с топливом из решетчатого багажника. Больше ничего полезного, видимо, не нашлось.
— Стой тут, — буркнул мне и снова направился к трупу.
Я с ужасом смотрела, как он полил останки бензином и чиркнул зажигалкой. Тело вспыхнуло. Одежда, порванная животными, затлела, задымила.
— Яр, зачем? — схватилась я за рукав шубы, когда он вернулся.
— А что ты предлагаешь делать? Хоронить его? Где?
Он был прав.
Зима. Тайга. Тут, даже если захочешь, яму сейчас не выкопаешь. А он вряд ли хотел, к тому же.
Пока я пыталась привести мысли в порядок, мой спаситель и убийца этих людей щедро разлил остатки горючей жидкости на снегоходы.
Щелчок зажигалки.
— Уходим. Быстро!
Мужчина схватил меня за руку и потянул за собой к берегу.
Техника запылала. Когда мы уже взбирались по склону, раздались громкие хлопки. Бело-рыжее пламя взвилось высоко в небо.
Зачадило, разбросало вокруг черные ошметки сажи.
— Что это? — со страхом вцепилась я в мужскую руку.
— Баки сдетонировали.
Мы прошли еще какое-то расстояние, прежде чем Яр разрешил отдохнуть.
Этого я хотела больше всего. Ноги не держали.
Мне выдали попить чая из фляжки, хлеба и кусок мяса и приказали есть.
Пока я с трудом глотала, Йети достал бумажки, что вытащил из карманов убитого и принялся их читать.
— Что там? — навострила я уши на его тихое хмыканье.
— Ничего особого, — ушел он от ответа. — А вот эта штука многое объясняет.
Он похлопал по железному ящику, который прихватил с собой.
— Что это?
— Это, малыш, рация. Очень хорошая, навороченная рация. Через нее они меня и нашли. Она отслеживает место передачи сигнала.
— То есть засекли твой телефон? — начала соображать я.
Йети кивнул.
Синие глаза посветлели, а брови привычно нахмурились. Он явно обдумывал все, что произошло.
А мне опять стало страшно.
За ним ведь действительно охотились. А я так, под руку попалась.
Черт подери, мне же просто повезло!
— Дойдем до дома, надо будет посмотреть твою царапину. Если там все в порядке…
Он недоговорил, но я поняла.
Я тут лишняя. Мне пора домой. Он тоже это понимает.
Сердце защемило. То ли оттого, что возвращаться придется туда, где никто уже и не ждет. К тем, кто даже не попытался меня отыскать. Или оттого что придется расстаться с ним?
— Вставай, — мужчина перебросил ружье за спину. — Надо идти.
И я встала.
Замороженная. Погруженная в свои мысли.
Все правильно. Все так, как должно быть. Мы разные. Просто судьба зачем-то столкнула нас лбами. Посмотреть, что выйдет?
Позабавиться?
— Через два дня в деревне сядет вертолет, — негромко поставил меня в известность Йети. — Ты полетишь на нем.
— У меня нет документов, — почти шепотом ответила я.
— Это не проблема для меня, малыш.
Это не проблема, малыш.
Я ему верила.
Для снежного человека будто вообще не существовало проблем. Он мог решить все.
Разобраться с толпой убийц.
Помочь свалившейся на голову ненормальной девице.
И отправить ее домой, под мамино крыло, тоже.
Он такой, каким должен быть мужчина.
В носу отчетливо защипало. Я потерла его колючей варежкой, стараясь сделать это незаметно. Не хочу реветь о нем.
При нем.
Да и с чего бы?
— Хочешь, что-то покажу? — вдруг остановился мужчина и повернулся.
Синие глаза были обычного цвета, а губы кривились в непривычной улыбке.
— Что?
— Купалась когда-нибудь в горячих источниках?
— Нет, — замотала я головой. — Как? Холодно же!
— Пойдем. Тут недалеко.
Он резко свернул влево и повел меня куда-то в сторону.
Ничего не оставалось делать, как пойти за ним. К лыжам я уже привыкла, так что шагать стало полегче. Я уже не наезжала одной на другую и почти не спотыкалась.
А потом я задумалась.
— Яр, откуда здесь горячие источники? Я же изучала карты, тут нет ничего подобного!
— Если ты о чем-то не знаешь, это не значит, что этого нет, — с твердых губ не сходила скупая полуулыбка-полуусмешка. — Мне про эти источники дед-охотник местный рассказал. Местные сюда не любят ходить, а мне нравится. Как бассейны в Доломитах.
— В доломитах? — не сразу поняла я о чем речь.
— Не в камнях, малыш. В Итальянских Доломитах.
В Италии. Ага. Горы такие, знаю. Дорогущий горнолыжный курорт.
Стоп!
Италия и Йети?
— А что мы будем там делать? — я была просто в шоке.
— Как что? Купаться!
— Зима, Яр! Как купаться?
— Голышом!