В тебе до капли растворюсь

Эпилог

Алиса

Что ж...

Похоже, приходить в себя и ощущать боль во всём теле становится традицией.

Очень плохой традицией.

Тело будто залито свинцом. Шевелиться не то, чтобы жутко больно, скорее тяжело.

В нос ударяет запах лекарств и хлорки. Так, я в больнице. Это, наверно, хорошо.

Теперь нужно заставить себя открыть глаза, а это та ещё задачка. Они будто суперклеем склеены.

Параллельно пытаюсь пошевелить пальцами, выходит плохо. Я решаю оставить это дело и бросить все силы на открытие глаз.

Спустя минуту у меня вышло! Правда, свет больничных ламп ослепил меня, будто в кромешной тьме находилась не менее суток...

А когда я, наконец, смогла осмотреться, то увидела рядом с собой того, кого совсем не ожидала...

— Кхм, м-м-м, — что-то промычав замолчала. Во рту было сухо, как в пустыне.

— Дорогая, ты очнулась! — защебетала Анна Валерьевна, — Пить тебе нельзя, но я тебе сейчас смочу губы и станет полегче.

Мама Миши, буквально сияя от счастья, чуть приподняла изголовье моей кровати и смочила губы водой. После того, как я облизнула их, мне действительно стало полегче.

— А где… кх-х, — но вот говорить мне было всё ещё трудно.

— Ч-ш-ш, — Анна Валерьевна погладила меня по руки и чуть улыбнулась, — Я отправила Мишу домой забрать твои вещи. Он от тебя ни на секунду не отходил, как только тебя перевели в палату.

— Как долго... кхм... Я тут?

— Пошли вторые сутки, — вздыхает, — Как только тебя привезли, сразу забрали на операцию. Она шла более шести часов, но Слава Богам, — Анна Валерьевна посмотрела вверх и улыбнулась, смахивая слёзы, перевела взгляд обратно на меня, — Всё прошло успешно. Наши врачи настоящие волшебники! Ты была совсем плоха... Я уже...

Дверь в палату открывается и заходит Миша. В руках у него куча сумок и пакетов. Он совершенно поникший, раздавленный. Смотрит в пол, мыслями явно пребывая где-то в другом месте. Двигается, скорее механически, но максимально тихо. Видимо, чтобы меня не беспокоить.

Я невольно улыбнулась. Я так по нему соскучилась! Не видела всего сутки, а кажется, что прошёл год.

— Миш? — я собралась с силами и максимально чисто и громко позвала его.

Пакеты, что он не успел поставить на стол, благополучно рухнули на пол. Миша круто развернулся и ринулся ко мне. А предусмотрительная Анна Валерьевна успела испариться из палаты. Вот это женщина!

Миша, присев на корточки возле моей постели, аккуратно взял мою руку, обвитую десятками трубочек и датчиков.

— Любимая... - шепчет, прикрыв глаза и оставляя сотни поцелуев на моей ладошке.

— Ну всё, всё, — я хрипло рассмеялась и погладила его густую шевелюру рукой, — Я тоже рада тебя видеть! Я скучала...

— А я как скучал, — начинает он тихим голосом, — Я места себе не находил, я... - фыркает, — Как только поправишься — тебе капец!

— Оу... - я притворно удивилась, насколько сейчас позволяла моя мимика, — Это угроза, товарищ майор?

— Это констатация факт, товарищ психолог! — Миша поднимается и начинает расхаживать по палате, — Это ж надо было! — взмахивает руками, — Додумалась выстрелить в себя!

— Ну не давать же Алиеву тебя застрелить... - я улыбаюсь в ответ на его ругань, ведь он просто за меня переживал, — Кстати... - я помолчала, — А Алиев..?

— Жив, — кивает Миша и присаживает рядом со мной на стул, — Его тоже прооперировали и он уже пришёл в себя.

— И что мы будем делать?

— Мы? — усмехается Миша, — Жить долго и счастливо.

— Миша, — я хмурюсь, — Ты же понял, о чём я спросила!

— Ну всё, не бурчи злючка-колючка, — смеется, — Мы всё, что нужно, уже сделали. Наши ребята в офисе уже передали улики и доказательства против Алиева в нужные руки. Дальше дело пойдёт без нас.

— Ух ты... - я на минуту задумалась, — А это ты устроил взрыв во дворе Хасана?

— Ну, а кто ж ещё?

— А как ты нашёл меня?.. — меня действительно очень интересовал этот вопрос.

— А вот тут история приобретает неожиданный поворот, — Миша складывает руки на груди, — Мне помог никто иной, как Алиев — младший.

— Тигран? — да уж, действительно неожиданный поворот.

— Даааа, Тигран. Ничего не хочешь мне рассказать?

— Ты ведь... - хмыкаю, — Судя по всему уже всё знаешь..?

— Судя по всему, — повторяет за мной и кривится, — Вот и как тебе за такие дела по заднице не давать?

— Не надо мне по заднице давать, — я тут же залилась румянцем.

— Алиса, Алиса... — Миша, широко улыбаясь, покачал головой, — Когда ты перестанешь так мило смущаться?

— А когда ты перестанешь меня смущать?! — с вызовом пытаюсь задрать подбородок... Представляю, как смешно это со стороны выглядит.

Миша наклоняется ко мне, целует легонько в губы и шепчет:

— Спасибо, что спасла меня.

— Я же люблю тебя, — я широко улыбнулась, — А вообще, я делала это из чистой корысти! Как потом буду жить без гиперопекающего майора, любящего меня смущать?!

Миша громко цокает и закатывает глаза.

— И откуда в тебе столько... харизмы? — слегка вскинув бровь, улыбается Миша.

— Где брала, там уже нет, — я показала ему язык и рассмеялась.

А дальше разговор перешёл в раздел "обо всём и ни о чём", пока не пришёл мой лечащий врач.

По анализам у меня всё более менее стабильно, повезло, что пуля действительно прошла навылет, не сильно зацепив жизненно важные органы. Но ещё недельку нужно будет полежать в больнице. Конечно, мне прописан строгий постельный режим и побольше отдыха, а потому моего ненаглядного культурно попросили поехать домой.

Видели бы Вы лицо Громова! Я долго ещё смеялась, но врач был прав. Я ещё слишком слаба. Потому что меня постоянно клонило в сон и я делала усилие над собой, чтобы оставаться в сознании.

— Езжай домой, отдохни, — говорю я Мишке, — Я никуда не денусь и ничего со мной не произойдёт. Я под присмотром специалистов, — я кивнула с улыбкой в сторону врача, — Приедешь завтра.

Миша скривился, но всё же согласился.

Так потянулись бесконечные (для меня) больничные будни, где всё раз за разом повторяется. Ко мне приезжал Сашка с Ирой. Каждый день звонила Маринка с Тёмой. Так приятно, что у меня есть такие верные друзья, которые переживают и заботятся.

Анна Валерьевна приезжала каждый день. Иногда с Виктором Ивановичем, но чаще одна. Привозила домашнюю еду и подолгу разговаривала со мной. Мы стали с ней так близки за это время, появилось стойкое ощущение, будто всю жизнь общались. И я ей безмерно благодарна за ту родительскую опеку и заботу, которой она меня окружила. Я поняла, насколько же сильно мне не хватает моих родителей. Насколько моя жизнь без них пуста. Но благодаря маме Миши, эту пустоту удалось чуточку перекрыть.

Мишка, конечно, тоже приезжал каждый день. Правда пару раз его не было из-за работы.

Он всё-таки принял решение уволиться и заняться бизнесом вместе с отцом. И прямо сейчас передаёт все дела Сашке. Сколько бы я его не уговаривала, сколько бы не давила на жалость или не оперировала фактами — он был непреклонен.

В том, что произошло со мной, он винил только себя. Потому и решил уволиться, чтобы не подвергать меня опасности. И меня, конечно, вслед за собой решил уволить. А я ведь там даже месяц не проработала! Это был для меня облом века.

А также мне толсто намекнули на то, что на работу я выйду в худшем случае года через пол, а в лучшем — никогда.

Ага.

Не очень-то Громов желает, чтобы я опять вышла работать. А всё потому, что у него появился пунктик, что ожидаемо, по поводу моей безопасности. Ему всюду мерещется угроза и я могу понять его. Но это дело поправимое... В конце концов, психолог я или нет?!

И вот, наконец, настал день выписки! С самого утра я уже не могу усидеть на месте. Сную туда-сюда по палате. Уже и вещи собрала и переоделась. Даже процедуры уже успела самая первая пройти! А время, как назло, тянется очень долго.

Чтобы хоть как-то себя занять, решила прочитать книжку, что просила привезти Мишку ещё в первый день. О чём она? Ну конечно о психологии, как же иначе?

Чтение прервал стук в дверь. Я сразу бросила взгляд на часы. Только половина второго. Миша приедет ровно в два, он у меня пунктуальный. А больше некому приезжать. Странно...

Стук снова повторился и я крикнула: "Войдите!"

В палату зашёл Тигран, с небольшим букетом подснежников. И где он летом-то их достал...

— Привет, это тебе. — протягивает букет и я его принимаю, — С выздоровлением.

Тигран смущенно улыбнулся и завел руки за спину, скрестив в замок.

— Спасибо...

Была ли я удивлена его появлением? Очень. Однако, стоит признаться, мне было приятно.

— А ты разве не должен быть в... заключении?

— В тюрме? — он чуть улыбнулся, — Благодаря Громову — нет.

— Громову? — я переспросила, не веря своим ушам.

— Да.

— Расскажешь? — в принципе, я понимала всё. Но хотелось бы услышать полный рассказ, потому что Миша решил об этом умолчать.

— Я ведь когда узнал, что ты пропала, сразу понял, чьих это рук дело. Громов быстро вычислил крысу Вертлицкого. Правда, до сих пор не понимаю, как он раньше его не раскусил. Однако тот наотрез отказался говорить, куда тебя отвезли. А Громов, поверь, мастерски выбивал из него показания. Но толку не было. Он был слишком запуган моим отцом и из двух зол выбрал, по его мнению, меньшее.

От его слов кончики пальцев похолодели. Я прекрасно могу себе представить, насколько может быть убедительным Миша. Но Тигран прав. Вертлицкий посчитал его меньшим злом.

— И тогда я решил раскрыть себя и придти к Громову лично. Я знал своего отца и на что он способен тоже. И... не хотел, чтобы ты пострадала... Я знал парочку мест отца, которые были созданы примерно для этих целей. Пришёл в офис и рассказал всё Громову. И про то, что именно я дилер и твой информатор. Рассказал и про то, куда он мог тебя увезти. А дальше... Действовал он.

— Вот это да... Но с чего ты взял, что Громов имеет отношение к тому, что ты сейчас на свободе?

— Потому что мне сказал об этом один из следователей, который со мной работает. Громов предоставил какую-то информацию, а также доказательную базу по поводу моего дела. И я пошёл на сделку со следствием. Именно поэтому я сейчас на свободе, под подпиской о невыезде. И скорее всего, у меня будет условный срок... Хотя я знаю, что заслужил пожизненное за то, сколько жизней погубил...

— Послушай... - я положила цветы на кресло и подошла к Тиграну, — Твоя вина здесь есть, бесспорно, — он взглянул на меня глазами полными отчаяния, — Но косвенная. От этого зависела твоя жизнь и как только у тебя появилась возможность это всё прекратить — ты тут же ею воспользовался. Так что, не кори себя слишком сильно. Ты признал ошибку и исправил, а это бесценно.

— Спасибо, — он грустно улыбнулся, — Твои слова важны для меня. Ладно, я пойду... Всего тебе хорошего, Алиса.

— И тебе удачи и... спасибо, что помог меня спасти.

Мы обменялись улыбками и Тигран ушёл. Я рада, что этот разговор состоялся и рада, что Миша помог Тиграну, ведь он правда является жертвой обстоятельств...

Ровно в два приехал за мной Миша и, наконец, забрал меня домой.

Поднимаясь уже в лифте, я все не могла перестать улыбаться.

— Вся светишься, — с улыбкой замечает Миша.

— Я, наконец, дома! — хлопаю в ладоши, — Я так соскучилась по дому, по тебе, по друзьям и работе! Неделя в заперти — кромешный ад для меня.

— Я тоже скучал по тебе, моя лиса, — он чмокнул меня в макушку и пропустил вперед, когда двери лифта открылись.

Я тут же пошла к двери, не дожидаясь Мишу. Взявшись за ручку, начала вставлять ключ, но дверь оказалась открыта. Я кинула настороженный взгляд на Мишу, на что он лишь пожал плечами.

Странно, да? Твоя квартира оказывается открытой, а ты просто пожимаешь плечами, мол, а что такого?

Интуиция, конечно, мне намекала, что это, мягко говоря, ненормально. И нужно быть начеку, но я просто взяла и распахнула двери, сделав смелый шаг вперед.

— С возвращением! — хор голосов оглушил меня, а затем заставил расплакаться от переполняющих чувств.

Вся квартира была в шариках, в столовой был накрыт шикарный стол, а меня встречали все те, кто мне был так дорог!

Вот с краю, немного смущенно стоят мама и папа Миши. Они счастливо улыбаются мне и машут руками. Вот Сашка стоит с букетом, а рядом Ира с бутылкой шампанского. А вот ко мне бежит Маринка, почти снося меня с ног. Крепко обнимает и сквозь слёзы шепчет:

— Я так переживала, Алиска, думала с ума сойду! — она целует меня в щёку, — Рада, что ты уже здорова и дома, — Маринка отходит обратно к Артёму, ныряя в его объятия.

— Отлично выглядишь, Алиса! — басит Саша.

— Ага, будто и не ты сама в себя всадила пулю, — весело подхватывает Артём, за что тут же получает от Маринки локтём в бок, — Ай! Да за что?!

Вся наша компания разразилась громким смехом. Как же я рада всех здесь видеть!

К каждому из гостей, я подошла отдельно, и обняла со словами благодарности. Я очень хотела бы, чтобы они знали, насколько они для меня важны.

Уже после нашей встречи, что к слову сказать прошла замечательно, вечером мы с Мишей умостились на диване и решили позалипать на очередной остросюжетный фильм. Миша полностью погрузился в просмотр, а я задумалась. Стала вспоминать нашу первую встречу, первое свидание, первый поцелуй и вообще всё то, что мы пережили за этот который промежуток времени. Кажется, у большинства людей за жизнь не происходит столько событий, сколько у нас за это время. И ведь не разбежались. Не отказались друг от друга, хотя это было бы проще всего сделать...

Мне так нравится то, что между нами. Это та любовь, когда есть трепет, нежность и уважение. Когда мужчина относится к женщине как к хрупкой вазе, бережет её и боится причинить боль, а если касается, то лишь с нежностью. Когда женщина чувствует себя в безопасности рядом с мужчиной и готова пойти за ним, куда бы он ни следовал. Когда отношения вне брака становятся этапом для создания семьи, а не просто способом хорошо провести дни или ночи.

Наш союз строится на родстве душ, а не только на желаниях тела. Когда «и в болезни, и в здравии, и в бедности, и в богатстве» — не просто слова, а принцип жизни. Мы хотим быть вместе не потому, что так удобно, а потому, что не представляем своей жизни друг без друга. Миша стал моим убежищем, а не очередным источником проблем. Между нами не только любовь, но и крепкая дружба. И то, что мы обрели друг друга — это бесценно.

У нас впереди — вся жизнь! Будут счастливые и грустные моменты, будет всё. Но мы выстоим. Потому что мы вместе.