Валентинка от босса

16 Глава

Чуть больше года назад

— Я правда могу тут остаться? — Обвожу взглядом шикарный номер отеля «Редиссон».

— Если передумала уезжать, то да, — говорит Паша, присаживаясь и откидываясь на спинку мягкого лилового диванчика в стиле Прованс.

Здесь все так и дышит роскошью и люксом, и это ведь еще не самый дорогой номер, что есть в этом отеле. Я поискала в интернете картинки, пока Паша занимался бронированием. Была согласна и отель намного проще, но мой босс и слушать не хотел, поэтому, быстро собрав вещи и сдав ключи хозяйке, мы перебрались сюда.

— В таких условиях можно и задержаться.

Немного стесняюсь, но все же забираюсь к Павлу на коленки, улыбаясь, льну к нему. Он такой теплый, несмотря на то, что мы недавно вернулись с улицы. Мои руки до сих пор ледышки. Он ловит их в свои горячие ладони, греет, немного массируя. От этих невинных прикосновений кровь начинает бурлить. Я возвращаюсь во вчерашнее утро, когда мы ласкали друг друга в постели. Ерзаю на Паше, хочу быть к нему еще ближе, чем сейчас. Кажется, в меня вселилась какая-то развратная версии Светы Трофимовой, о которой я да этого и не знала. Все, о чем я могу думать, сидя у Паши на коленках, это о том, что у него расположено между ног. И, судя по тому, как там твердо, он думает о чем-то похожем…

— Тут так красиво. Я тебе верну деньги обязательно, просто почти всю премию спустила на подарки родственникам, — шепчу в миллиметре от его губ.

— Будем считать, это подарком на Новый год, на другой не надейся.

В притворном возмущении закатываю глаза. Мне его деньги совершенно не нужны. Я была против, чтобы он снимал мне номер в гостинице, но Паша настоял, а если мужчина предлагает… глупо отказываться, надо брать, пока дают.

Он ведь не откупается от меня за то, что было у меня дома? Быть содержанкой в мои планы не входит. Как и просто любовницей. Я хочу большего. Всего Пашу, целиком и полностью. Готова даже познакомиться с его сыном и его друзьями. Уволиться с работы, если его смущают служебные романы. Сидеть дома и варить ему борщ. Да все, что он захочет! Просто пусть будет только моим, только со мной…

Мы уже пару минут медленно целуемся. Без бешеной страсти или напора. Медленно скользим губами, пробуя друг друга, наслаждаясь этим моментом, этой неспешностью.

Я точно еще не скоро насыщусь им. Ведь только-только получила доступ к телу, которое так долго тайно желала, даже не подозревая, что эти желания взаимны.

Ведь взаимны же?

О да!

Бугор под моей попой тому подтверждение.

— Раз ты остаешься в городе, поговорим о Новом годе? — Паша разрывает поцелуй, но продолжает пожирать затуманенным взглядом, намекая, что перерыв временный и вынужденный.

— Давай. Мы останемся здесь, в отеле? Всегда мечтала отпраздновать Новый год, сидя в ванной с пеной, под бой курантов, с бокалом шампанского, — воодушевленно начала я. Затем спохватилась, мысленно чертыхнулась. У Паши есть сын, логично, что он захочет провести новогоднюю ночь со своей семьей. Ребенком и женой. Бывшей женой.

О нет. А я? Как же я? Зачем же он тогда вчера просил меня остаться, заставил поменять билет на поезд на более позднее число и снял нам этот номер? Или только мне? Он что, бросит меня одну в новогоднюю ночь?

Бли-и-ин.

Начинаю паниковать.

Не знаю, отразилось ли хотя бы одна эмоция на моем лице. Однако Паша неотрывно следит за мной, а я все еще восседаю на нем верхом. Мне вмиг становится неуютно, хочется отодвинуться и спрятаться в ванной, в которой так рвалась встречать главную ночь года.

— Мне даже интересно, о чем таком ты думаешь, — усмехается Паша. Руки на моей талии усиливают хватку, как будто он чувствует, что я собралась бежать.

— Ты уйдешь к сыну, да? — Решаю не ходить вокруг проблемы кругами. — Тогда зачем это все? — взмахиваю рукой, обводя пространство просторной светлой комнаты отеля.

Тут есть даже кровать с балдахином и полный мини-бар!

Господи, это же идеальный номер для любовницы. Но я же… не она? Или…

От хаотичных мыслей в голове начинается путаница, а глаза становятся влажными.

— Света, я бы не просил тебя остаться здесь, если бы не хотел провести с тобой время. Просто отпустил бы к родителям, и мы бы увиделись после праздников. Понимаешь? — Он ловит пальцами мой подбородок, заставляя посмотреть на себя.

Киваю.

— Димка этот новый год будет со своей матерью. Я поздравлю его первого числа или второго. Смотря, как мы отметим, — говорит ровным голосом, разделяя слова. Вкладывает их в мою пустую истеричную голову, не разрывая зрительного контакта.

Усваиваю полученную информацию.

— Дети любят подарки, не стоит заставлять ребенка ждать пару дней из-за меня.

Паша хмурится. Между густых бровей пролегает складка. Расслабленность уходит из его тела, он весь подбирается, напрягается, как будто готовится к прыжку или сражению.

— Блядь.

Первый раз на моей памяти этот мужчина матерится. Хоть отношения или то, что между нами, связывают нас совсем недолго, но до этого я работала на него два года. Такая резкая смена настроения меня удивляет. Выпучиваю глаза, медленно сползая с коленок на пол. Меня больше никто не удерживает.

— Паш, ты чего?

— Сука.

Я пугаюсь. Паша смотрит мимо меня, схватившись за голову, такое ощущение, что пытается выдрать себе волосы. Не отрываясь, глядит в одну точку.

Прокручиваю в голове мысленно наш разговор и все равно не понимаю, что же его так вывело из себя. Аккуратно кладу ладошку ему на ногу, глажу успокаивающе, не зная, можно ли мне его обнять. Не из-за меня ли он разозлился?

— Мне надо отъехать, Свет. Не принимай на свой счет. Просто… просто я тут кое-что вспомнил. Нужно решить.

— Хорошо.

Паша поднимается, направляется к выходу из номера, останавливается напротив обуви и начинает обуваться. Я, заламывая руки, растерянно мнусь рядом.

— Я позвоню, но сегодня, скорее всего, не приеду.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Хорошо.

Ничего не понимаю. Что же случилось?

— Тридцать первого мы обязательно увидимся. Купи себе платье, оно пригодится. Я позвоню. Не придумывай ничего там в своей светлой головке. Мои проблемы — только мои проблемы. У нас все нормально, — уверенно проговорил, застегивая на себе пальто, Паша.

Я в третий раз киваю и говорю:

— Хорошо.