Великолепные земляне. Книга III. Враг у ворот

Глава 22. Почти бунт на корабле

Материнскую планету зортеков Маша назвала «Лоном зортеков» ― Лонзором. Здесь, у Лонзора, перед входом в зону орбитальности, и слетелись вернувшийся с Земли челнок Церола и корабль колобков.

За заслуги колобков перед новым союзом Маша разрешила им присвоить имя своему кораблю. Неожиданно для всех колобки проявили солидарность и назвали корабль именем погибшего юного оларийца Синтаро, хотя ни разу его не видели, а только слышали рассказ о самопожертвовании героя. Трусов восхищают чужие геройские поступки.

На борту челнока находились Сергей Сергеевич, Мезенцев-старший, две ядерные боеголовки ― больше не уместилось, и ― в баллонах ― две тысячи литров синтетического ингибитора развития трахей в растительных тканях тела зортеков. На борту корабля летели Маша, Иван, Бозо и Нибара, три колобка и группа вырвавшихся из пиратского плена гепестов ― измождённых и совершенно небоеспособных.

Корабли сблизились на дальних подлётах к Лонзору. Потрёпанная метеоритами Церола вошла в главный шлюз Синтаро, Сергей Сергеевич и отец Ивана вытерпели санитарную процедуру в теле Большого Ранкола ― и встреча состоялась.

На Синтаро выключили двигатели, и корабль, маскируясь под небесное тело, стал вращаться на дальней орбите Лонзора.

Среди землян царило воодушевление. Непривычные к таким подъёмам мероняне трепетали: Бозо восхищался грозным и абсолютно уверенным в себе Сергеем Сергеевичем и немного ревновал к нему Машу, а Нибара, затаив дыхание, наполненными любовью глазами следила за слаженным дуэтом отца и сына Мезенцевых.

При метеоритном дожде у Маши усиливалась магия: с потоками метеоритного вещества приходил звёздный ветер. Это она чувствовала и раньше ― но раньше не было столь интенсивных дождей, как здесь, у Лонзора.

За летящей планетой в пространстве тянулся отчётливый водяной шлейф, как за Оларой ― рыжий пыльный след. Колобки, получив от Ивана задачу, рассчитали: испарение на Лонзоре чрезмерное, катастрофическое для сохранения атмосферы и воды на планете. Через шестьдесят лет вся вода на планете должна испариться и улететь в космос. Это началось недавно ― с планетой что-то случилось!

Операцию высадки на Лонзор начали, как полагается, с разведки. Церола послала к планете свои допотопные разведывательные агрегаты. Все они куда-то пропали, но одному «оку» удалось долететь, и оно наладило передачу картинки с Лонзора.

Астронавтов поразило увиденное. Часть суши оказалась разбитой на квадратные клетки со стороной в полкилометра. Клетки отделялись друг от друга перегородками и были накрыты прозрачным голубым материалом, в котором Мезенцев-старший признал метеоритное стекло. В каждой клетке располагалась многоярусная экосистема высших растений: лесная или водная ― морская, речная, озёрная… В первой же возникшей на экране крупным планом экосистеме Бозо и Нибара признали свой меронийский сад, в котором они детьми гуляли с родителями и играли в прятки. Сейчас сад цвёл и плодоносил! Голубые и серебристые кроны деревьев были покрыты мозаикой цветов и плодов. Брат с сестрой невольно потянулись носами к экрану, будто надеясь вдохнуть ароматы беззаботного детства.

– Калары! ― не удержавшись, воскликнула Нибара. ― Ультрамариновые, мои любимые! Тимберлитта обожала их тоже.

– А в следующей клетке наш Заветный лес! ― тоже, как ни крепился перед землянами, не удержал своих эмоций Бозо. ― Значит, Углас, прежде, чем уничтожить сад и лес на Мероне, привёз девственные образцы к себе. Но зачем?!

– Нас досконально изучили, прежде чем напасть, ― сказала Нибара. ― Мы оказались подопытными кроликами. То же самое угрожает Земле.

Слова девушки сразу нашли подтверждение. Дальше увидели и признали Заветный лес, тот, что рядом с летним лагерем имени Гагарина: огромные дубы, подлесок, поляны, разглядели даже птичек, бабочек и стрекоз у граничного ручья. От воодушевления землян не осталось и следа: Мезенцев-старший, Сергей Сергеевич, Иван и Маша тревожно переглядывались.

– Хорошо ещё на планете людям можно дышать без скафандров, ― пробормотал больше для себя Иван, рассматривая показатели на приборах. ― Судя по спектру, газовый состав атмосферы почти как на Земле и Мероне, атмосферное давление как у нас…

Затем «око» явило на экран экосистемы Олары и многих других природных и искусственных планет. Рассмотреть их и снять параметры поручили Большому Ранколу.

Вне клеток с завезёнными с других планет экосистемами сушу представляли либо песчано-каменистые пустоши, либо неровные ряды гигантских грибов бурого цвета: они вырастали на глазах, потом изгибались, падали или языками оползали, превращаясь в однородную массу слизи. Между грибами пузырилась буро-коричневая жижа с пятнами чёрной, белой и рыжей плесени.

– Отсюда зортеки завезли на Мерону свои растения, грибы и животных, ― сказала Нибара, едва не плача.

Она рассказала, каким они с Бозо увидели их Заветный лес, когда покидали Мерону. На Мероне такой фито- и зоофауны нет, на Земле тоже. Зортеки привезли на Мерону растения-завоеватели, и те выживают коренные виды растений, воюют с ними за территорию, за солнечный свет, воду и минеральные вещества. Такое же разрушение экосистем они могут устроить на Земле.

– Большинство экосистем в клетках описано в энциклопедиях Дергана, ― закончила Нибара.

– А наших экосистем нет, ― сказал Маленький Ранкол голосом Нибары и даже немножечко сдулся с расстройства. ― Колобки зортекам неинтересны.

– У зортеков даже трава кусачая, плотоядная, ― добавила Нибара и содрогнулась от воспоминания.

– По земным понятиям, ― сказала Маша, ― растения ― та же Венерина мухоловка ― становятся плотоядными в тех местах, где бедная почва.

– На Лонзоре не хватает питания для высших растений и животных, ― сделал вывод Мезенцев-старший. ― Если сейчас мы наблюдаем естественную среду Лонзора, то здесь среди биологических форм жизни победили грибы. Грибы, кстати, теснят другие организмы и на Земле…

– Либо Лонзор слишком беден ресурсами изначально, либо здесь произошла экологическая катастрофа, ― подытожил Иван. ― Атмосфера, вода с Лонзора улетает в космос в двадцать раз интенсивнее, чем на Земле, а воды здесь в миллион раз меньше, чем у нас. Зортеки, видимо, не смогли на Лонзоре жить, но родиться они до сих пор могут только здесь.

– Если это так, они должны искать, куда переселиться, ― сказала Маша.

– А если это так, их нужно здесь уничтожить! ― вскричал не без нотки злорадства Бозо. ― Прежде, чем они расселятся в пространстве!

– Отставить, боец! ― возвысил голос Сергей Сергеевич. ― Мы для этого и прилетели сюда.

– Зортеки не могут родиться в среде грибов или в песке и камнях, ― сказал Иван. ― А суши с другими экосистемами на Лонзоре нет. Своя среда ― преимущественно грибная или безжизненные каменистые пустыри. А завезённые с других планет экосистемы, во-первых, совсем молодые, во-вторых, все под стеклянными колпаками, куда грибам ходу нет. Значит, размножение происходит в водных экосистемах.

Тогда Мезенцевы ― отец и сын ― приступили к исследованиям и расчётам. Ещё раньше Иван приказал Большому Ранколу записать все параметры планеты: вес, силу магнитного поля, скорость и наклон оси вращения, плотность атмосферы, состав газов в приземном слое, температуру воздуха на поверхности… И после получения картинки, как всегда, стал вслух под запись описывать планету:

– Диаметр Лонзора триста километров. Планета находится в приливном захвате…

– Попроще, Вань, ― сказала Маша.

– Планета не вращается вокруг своей оси, она постоянно обращена на звезду одной стороной: на освещённой стороне всё время лето, на неосвещённой ― зима. Зортеки биологически могли развиться только на освещённой стороне планеты, в условиях непрерывного фотосинтеза. Поэтому у них зелёные тела, поэтому они избегают подземелий, темноты, не могут работать в шахтах. В зортеках очевидные признаки симбиоза растения и животного. Планета имеет собственный спутник диаметром два километра. Вокруг планеты бушуют метеоритные дожди регулярного характера, в пространстве полно космического мусора и метеоритного вещества: камней, железа и стекла. На планете есть плотная атмосфера. Сейчас облачность шесть-семь баллов по десятибалльной шкале. На направлении основной оси метеоритных дождей висят двадцать электромагнитных установок: эти агрегаты, скорее всего, отклоняют траекторию полёта метеоритов, не позволяют им сбить орбитальные солнечные батареи и врезаться в планету. Не будь отклоняющих агрегатов, мы сейчас наблюдали бы в атмосфере Лонзора интенсивный метеоритный дождь, а вся поверхность планеты была бы в свежих кратерных полях с трудно определимыми эллипсами рассеяния. Но этого на картинке нет…

– Не ледяные глыбы, так метеориты! ― встревожилась Маша. ― Они здесь летают как искры от большого костра. Как нам спокойно живётся на Земле!

– Высокоактивные метеорные потоки ― одна из причин, почему вблизи Лонзора нет проторённых маршрутов, ― сказал Мезенцев-отец, кивком поддержав анализ сына. ― Радиант потока – точка, откуда исходят метеоры – расположен где-то рядом с выходом из кротовой норы, из которой мы вынырнули. Очень опасное для летательных аппаратов место! Лонзор ― планетка мелкая, лёгкая, метеориты должны без труда прошивать атмосферу, поэтому зортеки и установили вокруг неё отклоняющие силовые агрегаты. Похоже, нам повезло: Империя считает местоположение своей материнской планеты таким опасным для полётов, что не позаботилась о надёжной охране. На орбитах Лонзора мы насчитали только восемь боевых платформ. Допустим, ещё несколько платформ висят с невидимой нами стороны. Всё равно маловато.

– Какая движуха была вокруг пиратского Окуса ― и как тихо здесь, ― сказал Иван. ― Ни одного взлёта-посадки, ни одного летящего агрегата или следа от него. Планете вообще обитаемая?

– Маловероятно, но нельзя исключать, что на Лонзоре и вокруг неё вахту несут только механические роботы и искусственные биологические агрегаты, ― сказал Бозо. ― А живых взрослых зортеков на планете и на орбите нет.

– Кто же тогда размножает и растит зортеков, если нянек нет? ― сказала Нибара. ― Кто проводит исследования завезённых экосистем ― одни роботы? Это живая планета с водой, с атмосферой, как Мерона или Земля, а не завод-автомат по производству потомства. В энциклопедии Дергана не значится ни одной планеты с функцией роддома-автомата

– Церола, скажи! ― обратился Бозо к бортовому биокомпьютеру.

– Я теперь для вас не авторитет, ― с непривычной серьёзностью ответила Церола. ― Слушайтесь, меронийцы, великолепных землян. К тому же, пока сюда добралась, почти вся моя энергия ушла на отклонение метеоритов от корпуса: чувствую себя разбитой и усталой…

– Мы уважаем инженера Дергана, ― продолжил Иван, ― но он, как и все мы, не знал про Лонзор, не знал про Колоб, про шункетов и гепестов, про мавелов и кариатид, и даже о кольце смерти в ледяных полях… А сегодня мы всё это знаем. Допустим, Лонзор ― роддом-автомат. На планете должны быть подземные заводы для производства роддомовских и транспортных агрегатов. Всё метеоритное железо и стекло с поверхности суши собрано, валяются одни метеоритные камни, значит материалы для заводов на Лонзоре добывают из метеоритного вещества.

– Роботам свет не нужен, значит, на подземных заводах темно, ― сказал Бозо. ― Захватим с собой источники света!

– Сейчас нам не интересны заводы, ― возразил Иван. ― Первая задача ― обнаружить инкубаторы зортеков и испытать ингибитор. Тела зортеков зелёные, содержат волокна клетчатки, как стволы деревьев. Это свидетельство фотосинтеза, значит, в развитии организма даже взрослого зортека обязательно нужен солнечный свет. Планету надо обследовать с прицелом на водные среды. ― Иван кивнул Маше. ― Отклоняющие метеоритные установки запитаны на орбитальные солнечные батареи. Батареи греют всю поверхность Лонзора и питают подземные производства. На видимой сейчас стороне водные акватории занимают двадцать процентов поверхности планеты. Вода в морях голубая или синяя. И только в одном месте видим замкнутый водный объект, явно рукотворный. Он похож на абсолютно круглое озеро диаметром два километра, вода в озере зелёного цвета. В одном месте на берегу озера расположены пять белых сферических башен высотою с девятиэтажный дом. По форме и цвету башни похожи на вытянутые куриные яйца. Крыши и большие отверстия в стенах… ― назову их окнами ― покрыты метеоритным стеклом, которое пропускает солнечный свет. С имеющимися в загашниках Церолы спусковыми аппаратами и костюмами высадка на Лонзор, считаю, возможна. Нужно сосредоточиться на этом озере. Тем более, что в других видимых частях планеты башен и любых построек нет.

Когда с обстановкой определились, слово взял Мезенцев-старший:

– Высаживаться нужно на челноке Цероле: другие имеющиеся аппараты не возьмут столько астронавтов и груза. Нам потребуется отключить одну из отклоняющих метеориты установок, иначе Церола не сможет достичь поверхности планеты: установка её отбросит, как любое космическое тело.

Тут в рубку заехал механический робот: привёз контейнер от Большого Ранкола. Когда контейнер вскрыли, из него по рубке стали разлетаться железные метеориты. Большой колобок по внутренней связи доложил: поймал эти метеориты, выпустив из корабля внешний магнит, а несколько штук выдрал из обшивки челнока Церолы. Некоторые метеориты имели форму лезвий кухонных ножей. Когда Маша поймала одно из больших и очень острых лезвий, Маленький Ранкол затрясся от страха и хотел впрыгнуть в Каранта, но девушка нахмурилась и погрозила ему пальчиком.

– На Землю такие не падают, ― озадачился Мезенцев-старший. ― Чем кинжальный метеоритный дождь может угрожать при высадке, думаю, всем понятно?

– Ножи посекут десант как капусту, ― согласился Бозо. ― И скафандры бы не спасли, по меньшей мере разгерметизация гарантирована.

– У орбиты Лонзора в метеоритных потоках прослеживается строгая периодичность, ― доложила Нибара. ― Если в земных единицах… ― дождь длится тридцать четыре минуты со строгим интервалом в пятьдесят минут.

– Не успеем за пятьдесят минут! ― воскликнул Бозо. ― Цероле нужно сделать минимум четыре витка на спуск. Пока подлетим, высадимся… Мы даже не знаем, что и где искать! ― добавил он как бы оправдываясь, и посмотрел на Машу.

– Не успеем ― так найдём или построим укрытие, ― напряжённо улыбнулась Маша в ответ. ― Мелкие метеориты глубоко в землю не зарываются: падают, можно сказать, под своим весом, как брошенный человеком камень.

– Это земное правило, и оно не распространяется на ножи, ― возразил Мезенцев-старший. ― На суше, да, от ножей можно как-то укрыться, в воде ― только на глубине. Странные потоки метеоритов: строгая периодичность, форма кованых ножей…

– А давайте выключим их противометеоритную установку, а перед самой высадкой на планету опять включим, ― предложил Бозо. ― При взлёте Церолы с Лонзора ― второй раз выключим.

– Только не нужно держать зортеков за идиотов, ― пробухтела Церола. ― Если включать-выключать жизнеобеспечивающую установку, даже интеллектуальная система защиты планеты может вычислить, что первое отключение не случайно, и тогда нас атакуют со всех боевых платформ. Моя астромузыка в открытом пространстве не поможет отбиться.

– Хозяйка, на корабле есть мервудная фольга, ― доложил Маленький Ранкол, стремясь реабилитироваться за свою трусость. ― Странник запасся: обменял у партизан.

– Укроемся под фольгой! ― радостно воскликнула Маша. ― Он легче алюминия, и железные ножи его не порвут.

– А из лезвий нужно сделать боевые ножи, ― разглядывая метеориты, сказал Сергей Сергеевич. ― Церола, мне бы каталог армейских ножей. Что для десантников ― в самый раз, то пригодится и для астронавтов!

– А для девочек ― стилеты! ― с непривычной для всех грозностью сказала Маша. ― И для Юлёны, а то у неё только скальпель. Мы не девочки для битья!

Среди гепестов оказались инженеры; Церола отдала им образец армейского ножа, выбранного по каталогу Сергеем Сергеевичем, и те с помощью роботов изготовил требуемые ножи и стилеты. Заодно из метеоритного железа изготовили кувалду и другой земной инструмент, потому что большую часть того инструмента, что был на корабле колобков, признали бесполезным для высадки на неизведанную планету. Ещё гепесты изготовили оборудование для аквалангистов и подводные арбалеты.

– Если ингибитор не сработает, твоя очередь воевать, ― обратился Мезенцев-старший к Сергею Сергеевичу.

– Есть! ― громовым голосом, как на стадионе в лагере, отчеканил тот. ― Бомбами сталкиваю с орбиты планету-спутник, она грохнется на Лонзор ― и «Гитлер капут!»

– А разве не надёжней взорвать заряды на самом Лонзоре, ― полусказал-полуспросил Иван. ― Один ― в озере, другой ― среди башен. Даже если не все зортеки погибнут от взрыва, то позже ― от радиации. Твоё мнение? ― обратился он к Бозо.

– На планетах Союза колыбелей, кроме Земли, нет ядерного оружия, ― виноватым голосом ответил тот и опять покосился на Машу. ― А что нам показывала Церола в учебном фильме про испытания ядерного оружия…

– Зря, видно, показывала, ― буркнула Церола.

– Отсталые! ― хмыкнул Сергей Сергеевич. ― Всё из кремниевых ружей палите? Вот вас и бьют лягушата из зелёных болот!

– Вы как Юлёна… ― начала было говорить Нибара, но умолкла.

– Я как Юлёна?! ― взревел полковник. ― У нас так не принято говорить! Юлёна, конечно, боец, но простая школьница, а я старший офицер, командир войсковой части! Уж она не скулит как…

– Не факт, что все погибнут от радиации, ― поспешил возразить Мезенцев-старший, видя, что Бозо готов вскипеть от обиды на полковника. ― Моделирование взрывов на Лонзоре не проводилось. Зортеки отчасти высшие растения, а растения к радиации в тысячи раз устойчивее животных. Выжившие могут мутировать и стать ещё опасней.

– Воевать с мутантами мне ещё не приходилось, ― крякнул Сергей Сергеевич. ― Пора начинать: глядишь, до генерала, наконец, дослужусь.

Тогда стали решать, как отключить силовую установку и кому высаживаться на Лонзор.

– «Ядерный чемоданчик» у меня, ― с явным неудовольствием сказал Сергей Сергеевич, ― я должен находиться при зарядах. Перекину их с Церолы на корабль, сам здесь останусь за командира, а вы летите за орденами от плеча до пуза. Всё равно из старого вояки модный космонавт-исследователь не получится.

С отключением от питания противометеоритной установки неожиданно помогли колобки и гепесты. Они к работе на Лонзоре оказались не приспособлены ― погибли бы уже при высадке. Зато, собравшись в запасной рубке, изрядно покричав друг на друга и едва не подравшись, они нашли решение, и Большой Ранкол с гордостью доложил:

– Мы нашли уязвимость в энергосистеме Лонзора: можно дистанционно переключить энергию солнечных батарей с одной установки на другие. По приказу хозяйки мы вырубим одну из установок на выбор.

– Это кожаные шары могут думать?! ― непритворно удивился Сергей Сергеевич. ― У них мозги, что ли, есть? Я же лично побывал внутри Каранта ― нет у него никаких мозгов, ― словно оправдываясь, обратился он к готовой возмутиться Маше. ― Слово офицера!

– Хозяйка, нас оскорбляют! ― вскричал Большой голосом физрука. ― У нас внутри не мозги, а мелкодисперсное, не воспринимаемое органами чувств человека, мыслящее пространство! Именно поэтому сжиматься в объёме для нас значит становиться тупее, а быть тупым ― позор!

– Сергей Сергеевич! ― строго обратилась Маша к физруку. ― Цивилизация колобков ― наш союзник. Вы поняли?! Не слышу ответа!

– Так точно! Три особи ― цивилизация? ― уже миролюбиво продолжил полковник. ― И на Земле быть тупым позорно, но дураков немерено ― сжимай их, не сжимай… А я ― когда врагов перебьём ― хотел предложить маленьким колобком в футбол поиграть, размяться… Отставить! ― поспешил добавить он, столкнувшись со свирепым взглядом Маши. ― Для русского офицера союзник ― святое!

Решили высаживаться на Лонзор впятером: Маша и Бозо будут исследовать сушу, подземелья и башни, Иван и Нибара ― водные среды, в первую очередь зелёное озеро; Мезенцев-старший останется на месте высадки на берегу зелёного озера. Вместе с Церолой на планету решили спустить и прицеп ― минообразную тюрьму, в которой когда-то сидел в плену у пиратов Большой Ранкол. В неё колобки перетащили оборудование и химикаты из лабораторий Странника: здесь Мезенцев-старший должен анализировать действие ингибитора. Сюда же загрузили баллоны с ингибитором, мервудную фольгу и инструмент.

Как только колобки выключили одну из противометеоритных установок, аппаратура на Синтаро и «око» Церолы зафиксировали взлёт с планеты нескольких небольших агрегатов ― вероятно, ремонтных. Значит, решили астронавты, не удастся больше одного раза выключать установку и нужно будет либо уложиться в один промежуток между дождями, либо укрываться от следующих волн метеоритных ливней.

– Сразу шесть платформ зортеков начали движение в одном направлении! ― доложила Нибара.

– Не удалось прошмыгнуть незаметно! ― пробухтела Церола. ― Нужно было прикинуться космическим телом, войти в зону орбитальности и кружиться на дальней орбите.

– Все платформы идут навстречу группе неопределимых объектов, скорее всего ― флоту кораблей, ― продолжила доклад Нибара. ― С платформ вылетают истребители, строятся в боевой порядок. Противники сходятся!

– Колобки, кто напал на зортеков? ― спросила Маша.

– Судя по параметрам боя, хозяйка, противник неизвестный, ― ответил Карант голосом Маши. ― Мы, когда летали с прежним хозяином, много боёв зортеков измерили, но такого противника не попадалось.

– Итак, мы здесь не одни, ― сказала Маша. ― Не только Большой Ранкол смог рассчитать координаты Лонзора.

– Бой разгорается! ― доложила Нибара. ― Одна боевая платформа уже подбита. С Лонзора взлетают боевые корабли. Фиксирую координаты открывшегося космодрома. После взлёта сорока кораблей камуфляжный купол сразу накрыл космодром.

– Ну если камуфляжный купол, ясно, поэтому «око» Церолы не обнаружило космодром, ― прокомментировал Сергей Сергеевич.

– Значит, на Лонзоре живой персонал всё-таки есть, ― сказал Мезенцев-старший. ― Включая армейские части.

– Сухопутные ― вряд ли, ― уточнил Сергей Сергеевич. ― С кем им здесь воевать? Зортеки бросили в бой воздушно-космические войска: нам это на руку!

– «Идите и убейте их всех!» ― продекламировал Бозо, повторив приказ Угласа при высадке зортеков на Мерону. ― Настала наша очередь!

– Нужно искоренить их! ― воскликнула Нибара. ― Иванечка, они казнили мою маму!

– Мы, конечно, «агрессоры», ― после выразительной паузы обратился Иван к меронийке, ― но это не значит, что мы глупцы и нас не интересует устройство цивилизации противника. Я думаю, как минимум, сначала нужно взять пробы…

– Сегодня ― противника, завтра, может быть, союзника, ― с решимостью выступила Маша и с укоризной взглянула на Нибару. ― На Земле это в порядке вещей. Земляне не такие захватчики, как вы себе представляете. Агрессоры сегодня ― шункеты. А с зортеками как с цивилизацией, похоже, можно справиться даже силами нашей экспедиции. У меня предчувствие: наше отношение к зортекам вот-вот изменится. Не думаю, что Лонзор нужно уничтожить немедленно. Гибель колыбели Империи может спровоцировать зортеков на биологическую войну против Земли.

– Для такого вывода недостаёт информации! ― запальчиво возразила Нибара.

– И не забудем астрополитику, ― продолжила Маша. ― Нам гораздо выгоднее оценить возможность уничтожения Лонзора и довести эти сведения до Угласа, угрожать ему.

– Правильно! ― воскликнул Иван. ― Шантаж остановит приготовления Угласа к захвату Земли. Углас человеческой логике внемлет, поэтому так ценит Тимберлитту. А сегодня, когда мы побили его флот и на Земле, и в ледяных полях, он должен ценить наши боевые качества в квадрате. Мы для него ― неуязвимые агрессоры. Мне почему-то кажется, что он уже завидует землянам. В зортеках нет пластичности, разнообразия, они все одинаковые, как…

– В армии? ― вставила Нибара.

– Отставить! ― рявкнул Сергей Сергеевич.

– …в армии дуболомов Урфина Джюса, ― продолжил Иван. ― Зортеки не могли справиться даже с двумя планетами из семи в Союзе колыбелей. Как они собираются овладеть Землёй, на которой и людей, и воды, и других ресурсов больше, чем на шести остальных планетах, вместе взятых? Они нажили себе в секторе Вселенной толпы сильных врагов. Я думаю, цивилизация зортеков не жилец даже в ближней перспективе…

– Не жилец, если их цивилизация существенно не изменится в форме и содержании, ― подхватила Маша. ― Зортеки, да и пираты, слишком управляемы и прямолинейны. Одна Юлёна со своей изворотливостью едва не уничтожила Окус ― главную базу пиратов. Представляю, что она может сейчас натворить на базе Угласа!

– Ну, меронийцы, как вам рассуждения великолепных землян? ― спросила воскресшая Церола. ― Не зря по совету инженера Дергана вас отстранили от руководства миссией?

– Не зря! ― убеждённо сказал Бозо, с восхищением смотря на Машу.

– Не зря! ― воскликнула Нибара, с восторгом глядя Ивану прямо в глаза. ― Иванечка мой герой, первый кандидат в межгалактические маяки!

Мезенцев-старший присвистнул, покачал головой и взглянул на полковника.

– Похоже, в космосе мы с вами выглядим дико устаревшими, ― ответил на взгляд Сергей Сергеевич. ― Межгалактический маяк! По утрам в лагере этого маяка мне едва ли не пинками на зарядку выгонять приходилось.

– Командуй, Маш! ― вспыхнул Иван, стремясь поскорее выйти из неловкого положения.

– Объявляю совет! ― приосанившись, почти суровым тоном сказала Маша. ― С того времени, как Иван послал с Церолой на Землю образцы средств биологической войны и образцы тканей зортеков, обстановка существенно изменилась. Сейчас не зортеки, а шункеты, о которых нам говорил ещё мавел Сердор, стали главной угрозой Союзу колыбелей и Земле. Сейчас ― объективно! ― зортеки могут стать союзниками людей. Нам нужно ответить на вопрос: выполнять ли план уничтожения Лонзора как колыбели цивилизации зортеков или повременить, добывать самим новую информацию, изучать планету и апробировать ингибитор.

– Я ждал, что ты это скажешь, ― разулыбался Иван. ― Мы действительно команда!

– Они казнили нашу маму! ― воскликнула Нибара.

– Углас обещал продолжить войну на уничтожение и убить Тимберлитту, твою маму! ― добавил Бозо.

– Я не кровожадный, ― резко шевельнулся и с непривычки даже немного подлетел к потолку Сергей Сергеевич, ― но моё командование не отменяло приказа на уничтожение колыбели зортеков. Империя по-прежнему угрожает Земле. Зортеки разработали эффективные средства биологической войны с людьми и в любой день могут пустить их в дело. Может быть, уже пустили! У зортеков есть средства преодоления наших локационных систем: в небольшой численности они невидимыми могут высаживаться на Землю, как высадились в Заветном лесу, в акватории Марианской впадине и на Тибете. Боевые части зортеков, может быть, уже сидят на Земле и ждут приказа. А мы должны выполнить свой приказ! Командиром операции назначен генерал-майор Мезенцев. Если мы не выполним приказ, с нас погоны снимут! Маша, только не оборачивай меня мышью.

Хотя последние слова полковник сопроводил хохотком, все понимали: это открытый бунт на корабле. В рубке воцарилось тягостное молчание. Наконец Маша вскинула голову и выразительно посмотрела Ивану в глаза.

– Сергей Сергеевич, отец, ― начал тот. ― Земной приказ устарел, и вы это понимаете. Что решило военное командование в отсутствии оперативной информации, нам здесь и сейчас абсолютно не важно: нужно действовать по обстановке ― точка! И мы не можем менять командование в космосе. Здесь наш командир ― Маша. Она уполномочена хранителями Союза колыбелей осуществить миссию спасения планет Союза. У нас теперь есть союзники, о которых не знает командование на Земле и которые не обязаны ему подчиняться…

– Корабль Синтаро не сдвинется с места без приказа хозяйки, ― торжественно произнёс маленький Ранкол голосом Маши. ― И не выпустит Церолу из шлюза. Цивилизация колобков испытала на своей шкуре действие искусственной чёрной дыры шункетов. Биологическое оружие действует медленно и его можно нейтрализовать, а чёрная дыра уничтожает немедленно и окончательно. Спастись можно, только не допустив её применения.

– Для правильного решения нужна новая информация, и десант людей добудет её на Лонзоре, ― поддержали колобков гепесты. ― Шункеты наши братья, но пощады от них не жди даже братья. Землянам в первую очередь нужно готовиться к столкновению с шункетами. А зортеки теперь могут стать нашими союзниками.

– Ни одна из цивилизаций этого сектора Вселенной не участвовала в Мервудных войнах как союзник зортеков, ― продолжила Маша. ― Значит, у Империи полно недругов. Даже пираты очень прохладно относятся к зортекам: они готовы покупать у Странника информацию о транспортах с мервудом, чтобы потом грабить их. Углас добивался, чтобы его, как Тимберлитту, объявили межгалактическим маяком, не раз самовыдвигался, но цивилизации сектора Вселенной за его кандидатуру не проголосовали. Даже не нашлось того, кто выдвинет Угласа на звание, как нашёлся инженер Дерган, рекомендовавший Тимберлитту. У зортеков нет чудовищного оружия, как у шункетов, у них нет даже ядерного оружия. У людей и зортеков появилась общая угроза. Они могут стать нашими союзниками!

– Умываю руки! ― воскликнула Церола. ― Больше мне Бозо и Нибару учить нечему. Пора сдаваться в утиль. Дети учат родителей ― вот это развитие цивилизации в правильном направлении. Я первой начинаю верить, что наши великолепные детки победят и шункетов.

– Самое обидное, что детки правы, ― немного смущаясь, обратился Мезенцев-старший к полковнику. ― Нас с тобой тоже скоро спишут в утиль. Командуй, Маша!

– Командуй! ― провозгласил Сергей Сергеевич. ― Ты настоящий комсомольский вожак. На Земле вашу разведгруппу, конечно, засекретят, а здесь покомандуй, я подчиняюсь: ядерные заряды пускаю в дело по твоему приказу! Теперь, девочка, речь ― и вперёд, на высадку!

– Речь?!

– Ты командир и комиссар в одном лице. Поднимай дух молодых бойцов! Назревает решающий бой! «Кто шагает дружно в ряд? Пионерский наш отряд»! Пионерские кричалки имеют смысл мобилизации. Вы здесь, так уж случилось, пионеры ― первооткрыватели космоса. Речь, командир!

– Давай, Маш, для шагающих в ряд друзей! ― воодушевился Иван. ― Эх, жалко Юлёны нет. Карант, подсади хозяйку!

Колобок выпустил из тела две ступеньки, Маша вскочила на верхнюю и обернулась к друзьям. Глаза её сверкали, как у ночного костра в лагере имени Гагарина.

– Друзья! ― крикнула девушка. ― Юлёна отправилась в одно логово, мы отправляемся в другое. Мы должны справиться! А больше некому! Мы или другие!

– Мы или другие! ― закричали Бозо и Нибара.

– Церола, к высадке всё готово?

Готово! Но сможет ли посечённая ножами Церола взлететь с Лонзора? Как скоро ремонтные агрегаты зортеков подключат отклоняющую установку к питанию от солнечных парусов? Сочтёт ли искусственный интеллект защиты Лонзора даже это единственное отключение случайным или признает атакой ― и тогда выпустит навстречу землянам свои эскадрильи истребителей или вызовет оставшиеся пока вне боя космические платформы?

Отвечать на эти вопросы было уже некогда. В целях маскировки Церола трансформировалась в космическое тело и, снижаясь, сделала несколько кругов вокруг планеты. Прицеп сам по себе не походил на корабль, и его не маскировали.

Пока спускались на Лонзор, пришёл доклад Сергея Сергеевича:

– На планете в районе зелёного озера оборонительных сооружений нет, дозоров нет, охраны нет, надводных судов и причалов нет. Высадка десанта явно не предусматривалась: наш «Троянский конь» сработал!

– Я биокомпьютер женского рода, ― тут же надулась Церола.

– И эту обидел! ― воскликнул полковник. ― Так я с вами командовать разучусь! Колобки, хватит без толку кататься туда-сюда! Ставьте помехи ремонтным агрегатам зортеков!

– Так точно, заместитель хозяйки! ― ответил Большой. ― А катаемся мы, чтобы лучше думать: элементарные частицы мыслящего пространства должны перемешиваться…

– Отставить «заместитель хозяйки»! Если такой умный, обращайся ко мне: товарищ полковник! А, кстати, если умнеете от перемешивания частиц, то игра в футбол пошла бы на пользу Маленькому. Физкультура, она… способствует!

Колобки доложили товарищу полковнику параметры боя платформ зортеков с неизвестным противником. Уже три платформы и десятки истребителей уничтожены, зортеки же сбили больше ста кораблей противника! Пространство боя усыпано обломками.

– До начала следующего метеоритного дождя осталось двадцать три минуты, ― доложил Мезенцев-старший. ― Если ремонтники успеют запитать противометеоритную установку, она нас не выпустит с орбиты…

– Или отбросит к чёртовой бабушке, ― сказал Сергей Сергеевич. ― Придётся сбивать её и воевать с платформами. Колобки, вы готовы на подвиг? Мелкий, не трясись! Ты схлопочешь у меня не футбол, а гауптвахту! Поди, разбери ― то он смелый, то он трус! Союзнички… Нарисовать, что ли, вам глаза и рот, а то как вами командовать?