Великолепные земляне. Книга III. Враг у ворот

Глава 26. Сражение за большую энергию

В то же мгновение команда очутилась в мире мавелов. Опять барахтались в подвешенном состоянии, не чувствуя тверди под ногами, не различая горизонта, не видя светила.

– На сей раз чего-то здесь темновато, ― сказала Юлёна.

– Теперь всё понятно, ― проговорила Тимберлитта как бы самой себе. ― Для перемещения Луны мы собрали и истратили очень много энергии. Одной нашей с Сердором магии было бы мало. Я как верховная жрица Луны провела магический обряд с помощью пропущенной через себя энергии ― её многие годы копили мавелы и гепесты. Теперь мне придётся покинуть Землю, вернуться на Мерону и там спрятать земной источник жизни ― до лучших времён.

– Если энергия в мире мавелов почти кончилась, как вернуть Луну? ― спросил Иван.

– Когда мир мавелов и кариатид исчезнет, Луна сама вернётся на орбиту Земли. Луна оказалась критической нагрузкой для мира мавелов, она, как сказал бы учёный, исказила пространственные континуумы и энергетические балансы. Сердор пожертвовал своим миром ради нас. Как же давно я не видела друга!

Когда прибыли в хрустальный дворец Сердора, Юлёна, чтобы избежать участия в ненавистных церемониях, уговорила Машу «в последний раз» обернуть её в дракона и, когда подруга исполнила, занялась весёлым делом: подбрасывать облепивших её карапубздиков до туч и катать их на спине. Обсыпанная цветной пудрой и принявшая веселящих напитков, Юлёна-дракон ревела на своих любимчиков:

– Какие вы гепесты! Вы самые настоящие карапубздики! Я принцесса смешных карапубздиков!

Ивану с трудом удалось оттащить Фрагария от захватывающего действа, затеянного Юлёной. Они расположились на лужайке возле дворца.

– Фрагарий, все карты на стол! ― проревела Юлёна, делая петлю над их головами. ― Шпионов внутри нас нет! Или мне на твою голову сдать анализы?!

– Почему вы так влюбились в Юлёну? ― спросил Иван, погрозив улетающей драконше пальцем.

– Она большая. Нас никто не катал на спине. Нас никто не подбрасывал до облаков.

– И меня никто не подбрасывал до облаков, ― сказал Иван. ― Мавелы и кариатиды тоже большие.

– Но они не подбрасывали нас до облаков! Большая принцесса Юлёна может обернуться драконом, а большой мавел Сердор ― не может.

– Юлёну драконом обернула Маша, это магия. Причём тут «подбрасывали до облаков»?

– Мы, учёные, магию не признаём. Маша маленькая. Большой быть хорошо!

– А духов машин признаёте? Принцесса Юлёна ― есть видеозапись! ― смогла вызвать духов машин, и они в прямом бою победили элементалей Угласа.

– Мы, инженеры, магии не признаём! Где проявляется так называемая вами магия, там на самом деле действуют физические законы, природу которых ещё не открыли.

Они думают как колобки, размышлял Иван, потеряв всякую надежду выяснить причину необъяснимой любви карапубздиков к своей подруге. «Большим быть хорошо» ― и точка! Почему? Определённо в космосе доминируют и побеждают цивилизации с крупными особями: разумным динозавром в космосе, в других измерениях быть выгоднее, чем человеком. Нам что ― космонавтов растить до размеров динозавра, прежде чем отправлять их в дальний космос? Нужно подобрать аргументы для доклада на конференции молодых астрофизиков…

– Все остальные цивилизации, опасаясь за свою судьбу, уже покинули мир мавелов, ― рассказал Фрагарий, когда Юлёна, в очередной раз обдав их цветочной пыльцой, умчалась за облака. ― Мир мавелов не почувствовал размещения прицепа с экосистемами зортеков и трёх алмазных скал, но Луна сломала многое, почти всё.

– Например?

– Пропал наш корабль, на нём мы сюда прилетели. А это единственное средство, на котором мы смогли бы подобраться к макету Луны с нашей установкой.

– Пропал?! Вы же на совете докладывали: средство доставки у вас есть.

– Есть, где-то летает. Когда в мир мавелов вошла Луна, пространство перекосило, и мы потеряли корабль.

– Он без экипажа?!

– Без. Уже семь земных часов мы пытаемся его поймать. Но когда его замечали, он уходил.

– Куда? Горизонта здесь нет.

– Уходил в туман, в никуда, будто испарялся, превращался в мираж. В этом измерении мы теперь не можем рассчитать его траекторию и поймать.

– Летучий голландец… ― Иван задумался и вдруг призывно махнул рукой пролетающей мимо Юлёне-дракону. Та мгновенно спикировала и, обдав пыльцой, ветром и драконьими запахами, уселась рядом. ― Юль, хочешь сама покататься?

– На ком?!

– На «Летучем голландце».

– Хочу! Только «Летучий голландец», по определению, должен быть без команды.

– А наш будет с командой! Это же мечта любой романтической девушки.

– А какой у вашего «голландца» цвет парусов?

– Цвет солнечных батарей? ― промямлил обескураженный Фрагарий.

– А, ладно, Машка их перекрасит в алые! ― не слушая, заявила Юлёна и обернулась к Фрагарию. ― И где мой корабль?

– Потерялся где-то в пространстве, ― сказал Иван. ― Нужно полетать и найти.

– Простите, я занята: налаживаю контакты со своими подданными. Я не из породы эксплуататоров-толстяков. Здесь полно бездельниц-кариатид на лодках: слоняются туда-сюда, замучилась уклоняться от столкновений, пусть они и шерстят.

– Здешний мир очень хрупок, ― сказал Фрагарий. ― Лодки мавелов и кариатид слишком медлительны, и заставить их двигаться быстрее ― значит нарушить закон.

– Ладно, садитесь! ― Юлёна повернула хвост к ногам Ивана и Фрагария. ― А вы, мелюзга, брысь со спины! Повелеваю: ждать меня здесь и подкатить бочонок рома! Попиратствуем! Утру нос Гетрису ещё раз!

Иван и Фрагарий взобрались на спину дракона, уселись между треугольными отростками позвонков, и Юлёна взлетела. На пути встречались подвешенные в воздухе пустующие поселения и брошенные производства, лодки с бесстрастными кариатидами, деревья, поляны, птицы и всякие миражи.

– Летать, между прочим, стало гораздо труднее, чем когда мы заявились к мавелам в первый раз, ― пожаловалась Юлёна-дракон. Её лихорадочная весёлость быстро сменялась едва сдерживаемым недовольством. ― Воздух, что ли, плотнее стал, будто грязный, вроде воды на дне Марианской впадины. И воздушная влага в глазах-изумрудах как-то рябит.

– Это, принцесса, Луна, ― сказал Фрагарий. ― Мир мавелов конечен, а Луна содержит слишком много физического вещества. Прицеп с экосистемами зортеков и алмазы принцессы остались в прежнем виде, а вот Луну Сердору и Тимберлитте пришлось распылить.

– Я что вам ― дышу Луной?! ― взревела Юлёна.

– Она восстановится в прежнем виде? ― заволновался и Иван, но Фрагарий не успел ответить. ― Корабль шункетов! Идёт на нас! Я видел этих улиток в бою у Лонзора. Мы безоружны. Юль, поворачивай назад!

– Боевой корабль шункетов, ― спокойно подтвердил Фрагарий. ― Но и наш. Мы ― биологически ― тоже шункеты. Мы и строили эти корабли, а когда поднялся мятеж, часть военного флота угнали.

– «Летучий голландец» ― линейный корабль шункетского флота… ― Иван обмозговывал новое обстоятельство. И вдруг его глаза засияли. ― Мы же на «голландце» ― с нашей командой, с новым оружием ― можем подойти вплотную и затеряться во флоте шункетов! Если, конечно, системы опознания не сработают.

– Системы опознания кораблей на кораблях шункетов может нарушиться в «кротовой норе». Когда мы на двух кораблях летели сюда, у нас все системы опознавания «свой-чужой» вышли из строя. Поэтому у «Летучего голландца» есть шанс, что шункеты его сразу не опознают. Он может присоединится к флоту под видом отставшего корабля. А во время боя прошмыгнуть ещё проще.

– Чур, я капитан «Летучего голландца»! ― заявила Юлёна, ускорившись навстречу кораблю. Она обернулась к своим пассажирам, и обнаружив испуганное выражение лица Фрагария, тут же добавила. ― Ладно, первый помощник. Как ваша принцесса, я вправе иметь хоть какую-то официальную должность! А то после боя скажете: что наша лентяйка-принцесска делала, пока мы сражались до третьей крови, полёживала себе во дворце да яблоки лопала?

Юлёна-дракон могла бы кое-как влезть в грузовой шлюз маленького корабля шункетов, но сочла для себя унизительным лететь как груз, и к дворцу Сердора дракон и «голландец» возвращались парой. Радостный Фрагарий с корабля связался с дворцом.

– Нас ждут, ― сказал он Ивану, который, как всегда, тут же принялся изучать управление новым для себя кораблём. ― Тимберлитта объявила совет.

По пути Юлёна обратилась к Фрагарию:

– Простите, вы, гепесты, девочки или мальчики? «Традиционные» или как зортеки: ни рыба, ни мясо.

– Для размножения у нас есть каста родителей, ― ответил Фрагарий.

– Ну родили они, а потом?

– Потом новорожденный поступает в распоряжение касты воспитателей.

– Ну воспитали, а потом в чьё распоряжение?

– Преподавателей.

– Специализация, однако! Вы хоть своих отцов-матерей знаете?

– Можем узнать, но зачем?

– У вас тоже любовь не предусмотрена Кодексом?

– Не понимаю, о чём вы говорите. Есть привязанности. Например, наша привязанность к вам, принцесса Юлёна. Никто не подбрасывал нас до облаков!

– А в какой период или момент происходит разделение на касты? ― вмешался Иван.

– В период воспитания. Квоты на касты распределяются по решению выборного главы цивилизации. Когда во главе цивилизации впервые оказался военный, гражданские ― мы ― устроили мятеж, и цивилизация распалась. Сейчас, наверное, выполняется родильный заказ на учёных и инженеров…

Тем временем Тимберлитта и Маша слетали к источнику жизни Земли. Миру мавелов осталось существовать всего несколько дней. Над источником они совершили обряд ― поместили его в меронийский кристалл. В таком виде Тимберлитта на челноке Церолы увезёт источник на Мерону. Вернуть его на Землю и оживить своим кристаллом сможет только Маша. Мать и дочь готовились к расставанию.

Во дворце Юлёне вернули человеческий облик, а гепесты принялись готовить «Летучего голландца» к вылету: кариатиды заправили корабль топливом и погрузили трансформатор. Чтобы не демаскировать корабль, они не стали исполнять приказ «первого помощника капитана» ― выкрасить солнечные батареи в «боевой» красный цвет.

Совет вела Тимберлитта. Первым выступил Сердор:

– Мавелы и кариатиды ― пришельцы на Земле. У нас были родные планеты, но они все погибли. Мы построили корабли, разослали разведку. С одной группой наших следопытов встретилась принцесса Юлёна на пиратской станции Окус в Тусклой зоне. Наконец мы нашли свободную планету, она пригодна для заселения. Мавелы перейдут в привычное для людей физическое измерение. Когда обустроимся на новом месте, пригласим всех вас в гости. Там гепесты доделают свои трансформаторы тёмной материи, и после Конгресса, о котором говорила Тимберлитта, мы поделимся технологиями с союзными цивилизациями. Нас всех ждёт «энергетический век» или, напротив, скорый конец. Мир мавелов раскрыт: здесь нам уже не дадут развиваться Три толстяка. Уходя, мы уничтожим параллельный мир, и на Земле останется только физический мир ваших школьных учебников.

– И жриц Луны больше не будет?! ― содрогнулась Маша.

– Хранителям, жрицам не останется места спасения, а в физическом мире Земли им не дадут жить толстяки: они не делятся властью ни с кем. Чтобы найти новое безопасное место для источника жизни Земли, нужно придумать что-то новое: может быть, изменить человечество. Но это вы сделаете уже без нас.

– Мы уже предложили в ООН легализовать институт хранителей, ― сказала Маша, нервно теребя кулон.

– Сейчас я улечу на Мерону, ― сказала Тимберлитта. ― И правила Союза семи колыбелей, и простое людское благоразумие требуют, чтобы я забрала источник с собой. Если победят шункеты, здесь погибнет всё и все, включая источник. Магия человека пока бессильна перед чёрными дырами. Если победим мы, источник можно будет вернуть в земной мир, но человечество в условиях глобального капитализма к этому не готово ― его захватят Три толстяка. Ваша, великолепные земляне, задача ― подготовить человечество к возвращению источника жизни Земли.

– А я стану… обычной девочкой? ― спросила Маша, инстинктивно сжав кулон.

– Ну и прекрасно! ― воскликнула Юлёна, всплеснув руками. ― Маш, лучше и кристалл маме отдай ― от греха подальше. С нашими алмазными горами проживём и без фокусов. Я тебе дам свой кулон поносить: через полчаса он будет готов ― карапубздики стараются для принцессы, не всё им на моём горбу кататься.

– Кристалл останется у Маши, ― сказала Тимберлитта. ― Время от времени я смогу заводить в него управляемую магией энергию. А ещё для его подзарядки есть звёздный ветер.

– Тогда и в мой заводите! ― почти возмущённо воскликнула Юлёна. ― Или забыли, как конь-горбыль бок о бок с маленькой Тимбой сражался!

– И в твой, ― улыбнулась Тимберлитта. ― В твой алмаз только меньше войдёт. В критический момент боя с шункетами ваши кристаллы можно слить, дочка обряд слияния знает.

– И тогда победим шункетов? ― сказала Маша.

– Победим только первый отряд, ― заметил Фрагарий.

– Боеспособность кораблей зортеков в разы выше, чем у шункетов, ― возразил Иван. ― У противника нет мервуда и технологий, а у нас теперь есть. А в перспективе Минобороны России, инженер Дерган и мы построим мервудный флот, вооружим его вашими трансформаторами ― и тогда перебьём всех, кто сунется.

– Принцесса, вы позволите ответить? ― обратился Фрагарий к Юлёне.

– Тихо все! ― Юлёна приподняла гепеста и поставила на своё колено. ― Говори, маленький!

– В идеале, мы должны уничтожить одновременно все корабли шункетов. Чтобы ни один не ушёл и не доложил о произошедшем. Тогда у союзников будет достаточно времени для подготовки к новому вторжению: шункеты вынуждены будут опять посылать разведку, искать информацию, свидетелей, обломки, чтобы восстановить картину сражения. Или они могут списать исчезновение флота на то, что их корабли зашли в кротовою нору, а та неожиданно изменила свои пространственно-временные векторы, и теперь их армия осталась без связи и где-то блуждает. В таком случае шункеты будут какое-то время просто ждать, потому что найти во Вселенной флот даже из ста тысяч кораблей маловероятно. Это первое. Второе: шункеты могут ожидать, что мы изготовим и выставим против них собственные генераторы искусственных чёрных дыр. У них энергетических установок ― тысячи. Они предназначались для расчистки космических путей от метеоритных дождей, ледяных глыб, обломков кораблей, космических захоронений и кладбищ и всякого мусора. С их помощью можно сделать проходы в хвостах ледяных комет, в ледяных полях, в опасных газовых туманностях…

– А разве гепесты не могут изготовить такие же установки? ― спросил Иван. ― Вы же их делали, когда были шункетами. Или отдайте технологию нам, мы сделаем, полномочия есть.

– Увы! Открываю секрет: в Солнечной системе и в ближайших галактиках нет двух редких химических элементов, необходимых для производства установок.

– И нам не удалось их раздобыть в ходе разведывательных рейдов, ― добавил Сердор. ― На Окус мой брат Родрес прилетел с целью заказать пиратам тонну этих редкоземельных элементов, но принцесса Юлёна изменила задачу.

– Они есть в галактике, где обитают шункеты, но нам туда доступа нет, ― продолжил Фрагарий. ― Их добывают в руднике на одном астероиде. Координаты и траектория движения астероида засекречены. Вероятно, этот астероид залетел из другого сектора Вселенной. Сюда мы привезли только несколько граммов, запас иссяк. Сегодня у нас всего лишь несколько десятков игольчатых трансформаторов и один большой.

– И иголками отобьёмся! ― заявила Юлёна. ― Вон сколько союзников прибыло: уже семь тысяч кораблей.

– Мы не дадим игловидные трансформаторы никому! ― жёстко сказал Фрагарий, спрыгнув с колен своей принцессы. ― Только присутствующим здесь людям. Иначе их разнесут по всему сектору Вселенной и гепесты лишатся единственного преимущества. Нас, вместе со спасёнными из плена, меньше одной сотни. В бою могут участвовать тридцать гепестов, остальные не подходят по кастовости или по состоянию здоровья. Каждый боец может выстрелить не более пяти раз, после чего неизбежно погибнет. Значит у нас всего несколько сот выстрелов, да ещё нужно попасть, а у стрелков нет опыта. Армада же должна прийти в сотню тысяч кораблей.

– Только без паники! ― вскричала Юлёна, возмущённая недоверием Фрагария.

– Настало время, Фрагарий, заботиться не о своём преимуществе, а о выживании, ― сказал Сердор.

– Я не собираюсь быть принцессой без права руководить, ― продолжала яриться Юлёна. Она отодвинулась от Фрагария, сложила брови домиком и сморщила нос, что означало высшую степень разочарования. ― Ответь, Вань, этому… карапубздику!

– Будем работать как всегда, ― сказал Иван, ― разведывать, планировать, выдумывать, изворачиваться, использовать горький опыт чужих поражений. План боя в целом принят. Предлагаю детали. Сразу после образования чёрной дыры силами союзных флотов окружаем и бьём противника из игольчатых трансформаторов, стреляем залпами, чтобы устроить по всему периметру флота шункетов огневую стену. Пять залпов из тридцати точек с промежутком в три минуты ― это даст четверть часа огневого ада. Обломков от взорванных кораблей противника будет столько, что на кораблях-улитках должна нарушиться работа отклоняющих установок и корабли не смогут штатно маневрировать. Дальше утративших маневренность корабли бьём электромагнитным и другим обычным оружием, прижимаем их к слабенькой чёрной дыре, которой они уже не опасаются, и тут ― бац! ― трансформируем чёрную дыру в белую. Наш флот сразу отскакивает от огневого периметра и уже с безопасного расстояния добивает тех улиток, которые не распылились от цепной реакции в белой дыре и не развалились от взрывной волны и столкновений. Они должны лететь на наших, потеряв управление, кувыркаясь, взрываясь, пылая ― в общем, металлолом.

– Как мы их! ― победоносно воскликнула Юлёна. ― Лично я инопланетян не боюсь. Ну внутри деревянные, ну с семью глазами во лбу или вообще без глаз, ну пишут значками, живут без любви, экономят на спичках. Крейсер со спецназом зортеков наша Церола простой музыкой победила! Правильно Ванька сказал: в общении или в войне с инопланетянами ― побольше выдумки!

– Вернёмся на батискаф, ― продолжил, кивнув Юлёне, Иван, ― тогда обсудим с главнокомандующим, как по союзному флоту распределить тридцать гепестов с игольчатыми трансформаторами. На корабли ненадёжных пиратов героев-гепестов сажать не будем. Тридцать гепестов как триста спартанцев!

– Ладно, плюшевый мишка, буду вашей принцессой, ― сказала, сразу подобрев, Юлёна. Она снова усадила Фрагария к себе на колени, стала энергично гладить по плюшу большой его головы. ― Героев мы любим! Сами такие… О, «Летучий голландец» готов! Карапубзы, ко мне! Где мой кулон?!

– Юль, не обращайся с гепестам, как с домашними собаками, ― прошептала Маша.

Расставания были короткими, но с клятвами и слезами.

Когда Тимберлитта и молодёжь оказались в гондоле, воздушный колокол над батискафом сдулся, Иван сбросил на дно стальной балласт, заработали лебёдки, и аппарат пошёл вверх.

Сначала Иван доложил главнокомандующему о событиях в мире мавелов, потом Сергей Сергеевич ввёл юную команду в курс дел:

– Мы включили связь со Странником и Дерганом. Патруль цивилизации следопытов доложил: шункеты тремя колоннами вошли в галактику Млечный Путь. Инженеру Дергану требуется время на достройку макета Луны. Сейчас в Сахаре и в необитаемых местах Земли, с разрешения ООН, забирают песок, камень и свозят на макет. Чтобы выиграть время, я приказал отряду объединённого флота выдвинуться на границу Солнечной системы, чтобы там противника задержать. Иначе, если враг войдёт в Солнечную систему, может обнаружить недостроенный макет, и наш план сражения полетит к… Командиру отряда я приказал затеять переговоры, торговаться, тянуть время. Для этого с платформы «Мир» направил в отряд четверых гепестов, которых вы спасли из пиратского плена. Если торг не выгорит, вступить в бой: бить в первую очередь по энергетическим установкам. Потом отступать, вести арьергардные бои, чтобы не дать противнику разогнаться. Противник должен учитывать большие потери под Лонзором и в ледяных полях. Шункеты не ожидают встретить многочисленный флот противника, с чьими боевыми возможностями им не приходилось ещё сталкиваться. Поэтому дальше они будут двигаться одной колонной, а это нам на руку ― приведём их к Луне.

– Это тот случай, когда земляне взорвут вагон со щебёнкой? ― спросил Бозо.

– Случай тот, но против шункетов практически не сработает, ― ответил Мезенцев-старший. ― С их мощными отклоняющими установками мелкие элементы поражения не опасны.

Когда все разбились на парочки и расселись на прежних местах, Сергей Сергеевич вручил Юлёне румяное яблочко и, рассмотрев девушку с ног до головы, сказал:

– Ну вот, такой премилый кулончик на груди, а в глазах-изумрудах ― нервозность. Что стряслось?

– Так соскучилась по веселью: полетать, побеситься… Лето ж пропало! Ждала встречи со своими карапубзами, а там полмира уже разбежалось, свет потух, цветочной пудры мало, радуги нет вообще, бочонки с веселящей росой на луг сами не выкатывают ― просить надо… Без приживальщиков и дармоедов мир мавелов оказался суровым и скучным, а я не такая! Я там дышала распылённой Луной, и сейчас в горле першит, в гондоле и то воздух чище. Одно расстройство, марак!

– Юль, не ругайся, пожалуйста, ― бросила Маша.

– А я не знаю, что такое «марак»! ― с вызовом ответила Юлёна. ― Ругательство чужое, пиратское, значит, не в счёт. Кариатиды, лентяйки, красить солнечные батареи отказались: дескать, красная краска демаскирует корабль. Как прикажете пиратствовать на «Летучем голландце» с прозрачными парусами?

– Главнокомандующий, шункеты уже на Земле! ― доложил Странник. ― К платформе «Мир» приближается их корабль, пока что один. Высылаю навстречу полицейские силы с задачей уничтожения.

– Отставить! ― рявкнул Сергей Сергеевич. ― Странник, прибывает наш союзник «Летучий голландец» с гепестами на борту. Ключ к победе! Охранять, беречь как зеницу ока! Гражданские меня не информировали, что «голландец» прибудет на «Мир» раньше нас. Пробы с вашими экосистемами материнской планеты в целости и сохранности: после боя, когда Луна вернётся на место, отдадим их вам.

– А будь у «Летучего голландца» красные паруса, корабль бы опознали как свой! ― капризно сказала Юлёна. ― А так, не позвони сейчас Странник, его по приказу главнокомандующего полицейские силы взорвали бы ― и всем победным планам конец!

– Солнечные батареи не распускают перед боем… ― машинально отреагировал Иван.

– Сама догадалась! Ну вот, опять все хотят меня расстроить! ― Юлёна была готова расплакаться. ― Я вам не железная! Это у них нет Луны и животы не болят. ― Она запустила в Нибару надкушенным яблоком. ― И живут без музыки, без танцев, без еды, без воды! А мы с Машкой нормальные девушки!

Нибара в испуге прижалась к Ивану.

– Прости, Юль, ― бормотал тот. ― Я не…

– Если меня здесь не любят, пиратствуйте сами! Посмотрим, что вы навоюете без меня!

– Юль, мы команда, ― мямлил Иван. ― Ты первый помощник капитана «Летучего голландца»…

Тимберлитта, Мезенцев-старший и Сергей Сергеевич переглядывались, отворачивались, вздыхали ― и молчали.

– Юль, мы без тебя пропадём, ― сказала Маша. Она присела рядом с подругой и гладила её руки. ― Это Луна расшатала всем нервы. Представь, что сейчас творится на суше: все женщины, наверное, с катушек слетели. Мы-то с тобой хоть знаем суть происходящего, нам легче…

– А что они!.. ― разревелась Юлёна, уткнувшись носом в колени подруги. ― Было бы лучше, если я надулась как мышь на крупу и молчала, да?

– Говори, говори! ― горячо запротестовала Маша. ― Ты на Совбезе как сказала ― весь мир трепетал! Три толстяка до сих пор в обмороках лежат!

– Ты только за дурочку меня не держи… ― Юлёна подняла зарёванное лицо к Сергею Сергеевичу. ― Правда лежат?

– Так точно! ― без тени сомнения и громко сказал Сергей Сергеевич и, по-отечески просияв, засунул в руку Юлёны новое яблоко. ― Это последнее и единственное на дне Тихого океана! Антоновка! Только для первой помощницы капитана. Юль, соберись! Тебе ещё обучать своих карапубзов.

– Чему?

– Как нужно пиратствовать по уставу! На слёте «Юнармии» представлю тебя: космическая разведчица и принцесса пиратов! А после боя паруса на «голландце» выкрасим, слово главнокомандующего! Как всплывём ― дам тебе поговорить с семьёй…

Скоро конфликт улёгся: Юлёна, сославшись на странное для неё самой недомогание, извинилась и с небольшой, но трогательной церемонией подарила Нибаре единственное на дне Тихого океана яблоко…

Утром следующего дня команда прибыла на базу ― платформу «Мир». На Земле царил хаос. В ночь исчезновения Луны все приборы, кроме механических, отказались работать. На планете отключился свет, упали самолёты и спутники. Потери и жертвы опять вешали на русских. Здравые голоса, что русские и на Совбезе ООН, и по всем каналам заранее предупреждали, что запрещаются полёты, тонули в разнузданной клевете.

На челноке Церолы Тимберлитта улетела на Мерону. Бозо отправился командовать меронийским флотом. Нибару главнокомандующий отправил на корабль колобков ― обеспечивать связь и приглядывать за колобками в отсутствие землян. А пригляд нужен: когда возле платформы «Мир» нарисовался «Летучий голландец», круглые драпанули из Солнечной системы; Странник не смог остановить их корабль, только Маша, хозяйка, когда поднялись из Марианской впадины, смогла вернуть его к месту дислокации.

На базе Юлёна назвала номер сотового телефона отца.

– Номер московский, ― заметил вслух Сергей Сергеевич, связываясь по закрытому каналу с ГРУ. ― Юль, говори только по громкой связи, чтобы я сразу слышал. Пять минут!

– Десять!

– Семь с половиной! И так большой риск ― мы перестаём глушить.

Он передал спутниковый телефон Юлёне.

– Таксист с Урала! ― представился суровый голос на другом конце. ― Ваш номер и местонахождение не определяются, кто вызывает?

Юлёна, возбуждённая и счастливая, понеслась с вопросами и рассказами:

– Привет из космоса! Как ты? Как наши? Спасибо, пап! Что второй раз раскошелился на путёвку в пионерлагерь! Деньги верну, я теперь финансово самостоятельная, у меня есть здоровенный алмаз! Я выступала на Совбезе ОНН! Да, и драконом, а что?! Теперь попиратствую пару-тройку дней и вернусь. Насчёт пропуска двух четвертей в школе ― не боись, есть кому договориться: у меня теперь «крыша» в Минобороне…

По окончании разговора Сергей Сергеевич не удержался:

– А почему «таксист с Урала»?

– Папа зимой колымит извозом в Москве. Когда его спрашивают, почему на машине номера не московские, или спрашивают имя ― так, на будущий вызов, он отвечает: «Таксист с Урала».

– Силён! ― восхитился полковник. ― Лёш, Маратов и прочих Михалычей среди столичных бомбил пруд пруди, а «таксист с Урала» ― один. А как прилипло к тебе?

– Когда я в прошлом году приехала в лагерь, знакомились в отряде, одна противная такая девчонка спросила имя, ну я ответила: «Дочь таксиста с Урала», ― так и прилипло. «Принцесса Юлёна» мне больше нравится.

– В разведшколу пойдёшь?

– Так я уже разведчица, сами говорили. И драться врукопашную умею!

– Ну конспирации-то подучиться нужно, стрельбе, и так ― по мелочам.

– Стрельбе? Из оружия с обычными пульками?

– Да.

– Земное стрелковое оружие против инопланетян абсоютно не эффективно: зортеки ― они деревянные ― их хоть изрешети в дуршлаг, а мавелы ― сильные маги: развернут летящие пули обратно в стволы.

Сергей Сергеевич присвистнул и посмотрел на девушку, будто впервые увидел, с головы до ног и обратно.

– Прошу тебя написать докладную записку по личному оружию экипажей космических кораблей.

– Писать доклад на имя Министра обороны?

– Так точно! Ты теперь уникальный спец по космическому вооружению. Раз за разом приводишь меня в замешательство. И Леночка говорила… Странная вещь: когда ты вываливаешь противнику секреты, это в конечном счёте всегда идёт нам на пользу.

– Я особенная и великолепная! Весь космос давно так считает, да и вы с Леночкой Сергеевной тоже. Машуне, пожалуйста, дайте поговорить с земной мамой, а то ей при Тимберлитте неудобно было просить…

Когда флот шункетов вошёл в Солнечную систему, союзные войска получили приказ рассыпаться во все стороны: пусть противник подумает, что мы испугались. Гетрис Ужасный сообщил, что, мол, предвидел такой приказ, поэтому отвёл свой флот заранее. Разведывательные зонды цивилизации следопытов насчитали почти сто тысяч военных кораблей-улиток и двести энергетических установок. Макет Луны вращался вокруг Земли, и шункеты не проявляли к нему никакого интереса.

Подойдя ещё ближе, шункеты попытались связаться с Землёй, их сигналы перехватила Нибара, а гепесты на платформе «Мир» перевели обращение шункетов. Как и предполагалось, шункеты обратились к землянам с предложением выдать гепестов из мира мавелов. Мотив для выдачи: группа наших соплеменников выкрала секретные технологии и корабли, воры должны быть арестованы и наказаны.

Однако ответа шункеты не дождались, потому что зортеки и Россия глушили все сигналы, исходящие от Земли. Тогда они оправили к Земле один корабль-улитку, явно переговорщика. Сергей Сергеевич приказал полицейским силам сопроводить корабль на платформу «Мир», пригласил на встречу подростков, колобков, Странника и поставил перед ними задачу: «потрепать нервишки» прибывающим переговорщикам и завлечь флот противника в ловушку.

На базу прибыл главнокомандующий армией шункетов. Спасённый из плена гепест был переводчиком. Большие колобки, опасаясь порезов и травм от катания по коридорам платформы, делегировали Маленького Ранкола. Тот, запрыгнув на руки Маши, ждал своего звёздного часа, чтобы предъявить претензии цивилизации шункетов.

Когда делегация прибыла, Странник с энтузиазмом взялся исполнить приказ главнокомандующего. Он, не выбирая выражений, пообещал отомстить за уничтожение материнской планеты зортеков. Шункеты, считая Странника Угласом, дерзко парировали: это был наш ответ на избиение слабосильных шункетов во время кулачных и гладиаторских боёв на Тройном Батоне, и на непоставку более чем щедро оплаченного мервуда.

– Те, кого вы требуете выдать, назвали себя гепестами и собираются основать собственную цивилизацию, ― сказала Маша. ― Вы для них теперь никто. Гепесты находятся под патронажем Империи зортеков, Союза Семи колыбелей, мира мавелов и кариатид, пиратов, круглых и многих других цивилизаций. У нас непобедимый мирный союз, присоединяйтесь!

– Мы вас не боимся, ― ответил главный шункет. ― А вы, зортеки, скоро вымрете.

– Как бы не так! ― торжествующе воскликнул Странник. ― В моих лабораториях на корабле колобков, который уничтожил ваш флот в ледяных полях, и в прицепе с пиратского Окуса сохранились образцы экосистем родовой планеты зортеков. Если я сейчас уничтожу ваш флот, мне их вернут, и цивилизация зортеков сохранится. Убирайтесь подобру-поздорову!

– Смешно! Вы видели, как мы разделались с родовыми планетами колобков и зортеков. Так же сейчас поступим с планетой людей.

– Кишка тонка! ― сказал вдруг маленький Ранкол голосом шункета. ― У Земли слишком сильное гравитационное поле, чтобы ваши дохлые установки нанесли ей хоть какой-то ущерб.

– Какая Земля! ― с презрением воскликнула Юлёна. ― Малышам даже спутник Земли не по зубам!

– Как вы называете свой спутник? ― спросил шункет, побледнев.

– Луна.

– Не быть мне главнокомандующим, если через одни земные сутки я вашу Луну…

– Угрожать?! ― тотчас взвилась Юлёна. Она ждала момента, чтобы окончательно вывести шункета из терпения. ― Понаехали тут! У нас своих болтунов немерено в ООНе сидит! Мне его взять за шкирку и выкинуть в космос ― раж остудить?! ― обратилась она к Сергею Сергеевичу.

– Отставить!

– Вы, люди, пожалеете, что добром не пустили нас на Землю, ― едва сдерживаясь, сказал шункет. Всем своим видом он показывал, что разговор окончен. ― Увидите, что вас ожидает!

– Ну вот, расстроилась такая компания! ― воскликнул Сергей Сергеевич. ― А я хотел по окончании переговоров по русской традиции водки с икрой предложить… Так начальству и доложу: гости предупреждены о недопустимости спуска на Землю. Если сунутся, из гостей превратятся в захватчиков ― и устроим им «Гитлер капут»…

– Ловко мы его к Луне подвели! ― рассмеялась Юлёна, когда шункеты покинули базу. ― Ты молодец, Ранкол, моя школа! А как, мой маленький, раздулся от важности! Хочешь, как приз третий глаз тебе подрисую?..

Земные силы в сражении не участвовали, поэтому Сергей Сергеевич и Мезенцев-старший перебрались на корабль колобков, где их поджидала Нибара.

Фрагарий на «Летучем голландце» встретил Юлёну, Машу и Ивана. Юлёна уговорила гепеста не только научить Ивана пользоваться трансформатором ― стрелять из него оказалось совсем легко, ― но и передать им идею, механизм действия и состав топлива. По особенной просьбе принцессы гепест описал Ивану свойства химических элементов, необходимых для трансформаторов тёмной материи. Тот астероид с редкоземельными элементами уже не раз пытались найти, но все искатели большой энергии погибали или возвращались ни с чем.

Тридцать гепестов с игольчатыми трансформаторами распределили по кораблям союзного флота, который рассыпался во все стороны и занял определённые главнокомандующим позиции. Указанные позиции, хотя и с опозданием, занял пиратский флот, но без трёх мервудных линкоров, подаренных Гетрису Странником. Где барражировали эти корабли, выяснять было некогда.

Остальное шло по плану. Как и рассчитали колобки, к макету Луны шункеты подогнали восемь энергетических установок. Остальные агрегаты держали в отдалении, их охранял большой отряд кораблей. Установки одновременно выстрелили, лучи собрались в одной точке у поверхности макета Луны. Произошла ослепительная вспышка, как при ядерном взрыве, ― и образовалась точка, в которую с поверхности макета полетели камни и песок. Макет оголился, явив мервудное строение. Потом макет повело в сторону дыры. Рядом с нею каркас макета сложился, стали облетать навешанные на него листы мервуда. То, что недавно было шаром, превратилось в груду металлолома, и останки поглотила чёрная дыра. Все энергетические установки и корабли сопровождения остались на месте.

– Переваривают, ― сказал Иван. ― Сейчас пошлют измерительный агрегат ― определить силу дыры и безопасное для флота расстояние от неё.

Действительно, из ближайшего к чёрной дыре корабля сопровождения вылетел неуправляемый агрегат. Когда он подошёл совсем близко к дыре, его, несмотря на попытку дать задний ход, резко стало затягивать: он потерял управление, стал кувыркаться, потом рассыпался, превратился в летящее пятно и пропал.

– Новое безопасное расстояние определено, ― доложил Иван главнокомандующему. ― Можно сгонять баранов противника в стадо!

– Иван, напомню: не все корабли пиратов вышли на исходные позиции, ― сказал Мезенцев-старший. ― Вероятна измена. Когда начнётся неразбериха, Гетрис может напасть на вас, чтобы захватить трансформатор.

– Пираты не видели «Летучего голландца», ― ответил Иван. ― А как они отличат нашу улитку от десятков тысяч других кораблей?

– Они могли засечь вас, когда «голландец» под видом отставшего корабля присоединился к флоту. И могут ещё раз засечь, когда заработает трансформатор.

– Предупреждён значит вооружён, ― сказал Иван. ― Флот противника перестраивает боевые порядки. Сообразили, что мы их надули с макетом Луны и, похоже, готовят атаку на Землю. Необходимые для этого восемьдесят установок выдвигаются прямо на нас. Так… получили приказ на перестроение в боевой порядок. Фрагарий ответил: корабль потерял управление, идти не можем, проводим ремонтные работы. Вам пора начинать.

– Есть! ― ответил Сергей Сергеевич. ― Мы на исходных позициях. Начинаем операцию «Огненная стена». Огонь!

Раздался первый залп из игольчатых трансформаторов. Весь периметр котла, в который угодил флот шункетов, охватил огонь. Дальнобойность трансформаторов оказалась значительно большей, чем у оружия на кораблях-улитках. Противник, отстреливаясь, отступил; котёл начал сжиматься. Потом шункеты перегруппировались: создали двадцать отрядов кораблей и по нескольким направлениям одновременно бросились на прорыв окружения. Тогда последовал второй залп: он испепелил все отряды прорыва.

– Потери противника от первого и второго залпов не более девяти тысяч кораблей, ― доложил Иван главнокомандующему. ― Они готовятся пустить в ход энергетические установки! Решили, наверное, образовать несколько маленьких чёрных дыр в расположении союзного флота. С нашим кораблём общение прекращено, поэтому мы теперь не знаем планов командования шункетов. Докладываю только то, что вижу. Противник выдвигает к своему периметру около пятидесяти энергетических установок. Кораблям противника обломки не причиняют вреда ― их отклоняют, как это было в бою у Лонзора. Нужно создать большую плотность осколков.

– Огонь изо всех орудий! ― приказал Сергей Сергеевич.

Флот противника ещё сжался, весь отошёл за энергетические установки, которые вместе с кораблями сопровождения оказались на периметре.

– Противник теряет боевой порядок, ― доложил Иван. ― Самое время!

– Залп! ― скомандовал Сергей Сергеевич.

Третий залп снёс все выдвинувшиеся корабли и установки шункетов.

– У них осталось примерно сто пятьдесят установок и восемьдесят тысяч кораблей, ― сказал Фрагарий. ― Огромная сила.

– Вряд ли теперь они будут атаковать Землю, ― сказала Юлёна. ― Им бы вырваться из котла и удрать.

– Смотрите, они опять перегруппировываются! ― воскликнул Иван. ― Расставляют половину оставшихся установок ближе к периметру окружения, но не убирают свои корабли с траектории выстрелов! Наши войска этого маневра не видят! Они решили пожертвовать частью своих кораблей, чтобы только вырваться из окружения. Сергей Сергеевич!

– Связи нет, ― сказал Фрагарий. ― Нас заподозрили и начали глушить. Если мы ещё раз попробуем воспользоваться каналом шункетов, корабль уничтожат.

– Прикажешь сидеть и смотреть, как эти гады перебьют союзный флот, а затем прихлопнут и нас?! ― бросилась Юлёна к Фрагарию. ― Всё из-за вашего недоверия к людям! Будь с нами Нибара, она бы связь обеспечила. А вы ухитрились потерять сам корабль! Хорошо, я нашла.

– «Голландец» потерялся потому, что, когда в мир мавелов поместили Луну, отключился маяк.

– На корабле есть маяк?! ― одновременно воскликнули Иван и Маша.

– Сердор распорядился установить ― на всякий случай.

– Мы сможем по маяку передать сообщение в мир мавелов! ― объявил Иван. ― Я могу переделать маяк в передатчик речи: занимался этим в техническом клубе.

– Я тоже могу, ― сказал Фрагарий. ― Только в голову не пришло.

Через минуту Иван и Фрагарий, переналадив схему, включили маяк. Иван передал Сердору сообщение о готовящейся атаке шункетов, и все с волнением стали ждать. Шункеты закончили перегруппировку установок. Корабли союзного флота, сжимая кольцо окружения, приближались, не подозревая о ловушке. Неужели не сработало?

– Нам нужно подойти ближе к чёрной дыре, ― сказал Иван. ― Если через десять секунд не будет залпа, стреляем по дыре из трансформатора.

– Неплохо бы перед этим грохнуть корабль с главнокомандующим шункетов, ― сказала Юлёна. ― Фрагарий, ты знаешь, какой из них флагман?

– Нет, все корабли внешне одинаковые: этот принцип заложен в строительство флота.

Ведущая отсчёт Маша сказала «девять», когда полыхнул четвёртый залп. Он прозвучал с близкого расстояния и нанёс противнику значительные потери: все корабли и энергетические установки, выдвинутые к периметру, сгорели. Отстреливаясь, флот шункетов ещё сильнее прижался к чёрной дыре. Фрагарий повёл «голландца» вместе с сохранившимся ядром шункетского флота, а на немедленно последовавший от вражеского главнокомандующего запрос ответил: ремонт продолжается, но корабль уже обрёл ход и частичную управляемость. Обломков кораблей и установок стало ещё больше. Уже не все обломки удавалось отклонить, и они били по обшивке «Летучего голландца», сотрясая корабль.

Шункеты ещё раз стали перегруппировываться. На этот раз они выдвинули на периметр почти все оставшиеся установки, но прозвучал пятый и последний залп из игольчатых трансформаторов.

– Прощайте, братья, ― сказал Фрагарий, обращаясь к пульту управления трансформатором. ― Иван, веди «голландца». Моя очередь воевать.

– Наша! ― поправила с нажимом Юлёна. ― У нас общая судьба.

– Огонь! ― Скомандовал Иван.

Фрагарий включил трансформатор, но выстрела не произошло. Он включил ещё раз. То же самое.

– Не представляю, что могло случиться, ― промямлил обескураженный Фрагарий. ― Трансформатор ещё не испытывался на больших мощностях ― это очень опасно для испытателя. Поэтому мы разместили его в изолированном отсеке, в запасном машинном зале. Может быть, кариатиды повредили аппарат, когда грузили и крепили? Сейчас проверю.

Гепест сильно оттолкнулся в сторону выхода из рубки.

– Имеем отказ техники, ― сказал сам себе Иван. Ища решение, он вывел на экран трансформатор и просканировал его. ― Внешних повреждений нет. Поломка внутри или…

– Дала сбой природа, ― продолжила Маша. ― Трансформатор впервые попал в другой физический мир…

– И теперь земной машине не хватает одухотворения! ― подхватила Юлёна. ― Тимберлитта предвидела, и в кризис велела слить наши кристаллы: тогда мы и ночной горшок одухотворим! Бежим! Ванька, жди нашей команды!

Девушка закинула на плечо ремешок с аптечкой, оттолкнулась и полетела к двери. Маша ринулась за нею. Пробравшись по узкому, рассчитанному на рост гепестов коридору, девушки ворвались в машинный зал, в котором Фрагарий возился с трансформатором.

– Эту машину создали вы, но она земная по природе, ― крикнула Юлёна, оттолкнув Фрагария от агрегата. ― Держи аптечку и прячься! Хлипкие вы. Мы с Машкой видели, как даже иголка разорвала вашего собрата в клочки по закоулочкам, а здесь целый холодильник. Я чувствую себя как тогда, в бою с Угласом, когда вызывала духи машин. ― Юлёна пнула трансформатор, как шофёр без всякого смысла пинает колесо своего автомобиля. ― Маша, давай! Фрагарий, прячься в коридоре, сказала!

Маша, не мешкая, приступила к обряду сливания кристаллов. Девушки обнялись как в танце, прижали друг к другу свои кулоны, Маша произнесла заклинания, и вдруг разразилась гроза. Вокруг девушек закружился вихрь. Гепеста он отбросил и прилепил к стене. Когда вихрь стих, Маша провела объединённым кристаллом по трансформатору и крикнула:

– Стреляй!

Иван выстрелил, раздался оглушительный грохот, корабль сильно тряхнуло. Девушек отбросило от трансформатора в стороны, свет в помещении потух.

– Есть белая дыра! ― раздался в темноте крик Ивана. ― Вы там живы? Даю свет по резервной линии.

– Я жива, ― приходя в себя и оправляясь, сказала Юлёна, когда в помещении зажёгся свет. ― Фрагарий, гад, не предупредил. Маш, ты как?

– Он не шевелится, ― ответила Маша, направляясь к Фрагарию.

В воздухе плавали сорванные взрывом предметы, аптечка и длинные капли синей крови гепеста.

– У астрохирурга опять работа! ― Юлёна устремилась к размазанному по стене Фрагарию. ― Дышит! Я предупреждала: маленьким быть плохо, прячься! Сестра, инструмент!

Маша поймала летающую аптечку и стала потрошить её. Вдвоём девушки отодрали прилипшего гепеста от стены, уложили на пол, обработали раны и перебинтовали. Фрагарий очнулся и прошептал:

– Получилось?

– Есть, есть белая дыра! ― сказала Маша. ― Вы победили касту военных!

– Мы победили! ― воскликнула Юлёна и обратилась к гепесту. ― А ты, маленький, в другой раз не смей подсовывать своей принцессе недоработанную технику. «Летучий голландец» ― романтический пиратский корабль, а не испытательный полигон для сверхоружия. Полюбуйся, нам замуж идти, а морды битые!

– У тебя, Юль, тоже синяков нет, ― сказала Маша и принялась отлавливать летающие предметы и синюю кровь.

– Правда?! ― Юлёна выхватила из аптечки зеркальце, посмотрела на себя со всех сторон. ― И я под защитой кристалла! Ладно, испытания прошли успешно! Теперь мы с тобой, Маш, под стать Ваньке: великие учёные с неполным средним образованием.

– И с перспективой стать второгодницами, ― сказала Маша. ― Он снова потерял сознание.

Маша, произнося заклинания раз, другой, третий, проводила объединённым кристаллом по телу гепеста ― всё безрезультатно.

– Что с карапубзом делать? ― сказала Юлёна, когда девушки вернулись в рубку. ― Как астрохирург заявляю: гепест не жилец. Я бодрила его, как могла, но… Жалко маленького. Как он смеялся, когда я подкидывала его до облаков…

– Не спрятался в коридоре, хотел увидеть работу своего детища в режиме максимальной мощности, ― сказал Иван, не отворачиваясь от пульта. ― Настоящий учёный.

– Вань, поищи по схеме: на корабле есть запасы синей крови для переливания? ― спросила Юлёна.

– Или хотя бы камера для анабиоза, ― сказала Маша. ― Магия человека на тело гепеста не действует, Тимберлитта мне говорила.

– Не могу, борюсь за выживаемость корабля. Не видите, что творится вокруг?

Девушки уставились в экран.

– И что?! ― воскликнула Юлёна. ― Да здесь ничего не поймёшь! Всё крутится-вертится.

– Нас ударило взрывной волной, корабль потерял ход, почти потерял управление, мы кувыркаемся, нас колотят обломки, чувствуете, как трясёт, обшивка может не выдержать.

– А связь? ― сказала Маша. ― У нас больной умирает! С мавелами можно связаться?

– Какая связь! Маяк Сердора, вероятно, снесло, вызываю Сергей Сергеича непрерывно ― сигнал не проходит. По правилам, необходима полная эвакуация с корабля.

– И что, конец «Зарнице»? ― сказала Юлёна.

– И нам? ― сказала Маша.

– Надеюсь, что не конец. Смерч из точки взрыва разлетается в пространство, поэтому затихает. Если ещё минут пять корабль не развалится, есть шанс выбраться. Если, конечно, потом свои не собьют. Без связи союзный флот воспримет «Летучего голландца» как противника.

– Опять свои собьют?! ― взвилась Юлёна. ― Ну я предъявлю Сергей Сергеичу! А то: «Учить пиратствовать по уставу». Кого здесь учить? «Летучего голландца», считай, больше нет, все рядовые гепесты убиты, их генералу осталось жить полчаса. Вань, нами играют!

– Это война за большую энергию! ― с необычной эмоциональностью ответил тот. ― Мы на её острие. Юль, ну кто кроме нас?!

– Никто! ― воскликнула Маша.

– Гепест прав, ― продолжил Иван, ― кому достанется большая энергия, у того будет и пространство, и вещество, и время, бессмертие.

– И я выйду замуж за пространство, за вещество и время. Бессмертная невеста без синяков и царапин. Тренер мне скажет: какой ты боец ― без рассечений и синяков! И что делать? Чего ты там опять роешься, когда жизнь боевых подруг кончается на глазах?!

– Я нашёл резервный движок! Наверное, его установили в мире мавелов. У остальных шункетских улиток его нет. Вращение «голландца» замедляется! О, и сигналы начинают пробиваться! Пока на небольшие расстояния…

– Ура, мы спасены! ― воскликнула Маша.

– Подожди… ― буркнул Иван, вглядываясь в показания приборов.

– Вань, с тобой ни поскулить, ни порадоваться! ― воскликнула Юлёна.

– Нас окружают три имперских линкора!

В этот момент «Летучий голландец» прекратил вращаться вокруг своей оси, и на экране возник имперский линкор. Совершая манёвры отклонения от кувыркающихся разбитых кораблей-улиток и отклоняя мелкие обломки, линкор приблизился к «Летучему голландцу» и остановился, сверкая мервудной обшивкой. На прицепе у него была энергетическая установка шункетов.

– Красавец! ― воскликнул Иван, пытаясь сохранить спокойствие. ― Интересно, это помощь или измена? На что, девчонки, ставите?

– На помощь, ― сказала Маша. ― Пока Луна не вернулась на место, Страннику тоже ничего не вернут, и тогда цивилизации зортеков ― «Гитлер капут». Зачем ему изменять?

– На измену, ― сказала Юлёна. ― Странник скользкий тип. Как видите, три установки шункетов он уже захватил, теперь хочет угнать наш трансформатор ― и стать властелином Вселенной. С большой энергией в кармане, он поналяпает себе экосистем сколько хочет, переделает зортеков, чтобы стало меньше уязвимостей.

– Это Угласу не обязательно было оставаться изначальным зортеком, ― возразила Маша. ― Вот он и экспериментировал, женился на Тимберлитте. А Странник совсем не такой.

– А на кого ставишь ты? ― обратилась Юлёна к Ивану.

– Это пираты на подаренных Странником кораблях.

– А как они могли найти нас в этом хаосе? ― спросила Маша.

– Отец меня предупреждал: три линкора пиратов не участвуют в бою. Они проследили «голландца», когда наш корабль примазался к шункетскому флоту, а потом ещё раз засекли его по выстрелу из трансформатора.

– Вань, ты, конечно, гений, ― с сомнением сказала Маша, ― но после взрыва смешались тысячи кораблей, мириады обломков; они носятся как потревоженные лесные муравьи на своей куче, а сигналы в этом потоке отражаются от осколков и далеко не проходят, сам говорил. Как же они могли нас найти?

– Пираты знали сектор, в котором мы находились до выстрела, и рассчитали, куда мы будем отброшены взрывом белой дыры. Они направились сюда и, когда сигналы стали проходить, нашли «Летучего голландца» по форме дыры в корпусе корабля. Точнее, по контурам дыры, которую автоматически заделали ремонтные системы корабля…

Тут в рубке раздался пискливый голос:

– Гетрис вызывает командира корабля. Фрагарий, сдавайся. Ты знаешь, за чем я пришёл.

– Ну придумай чего-нибудь, Вань! ― воскликнула Юлёна. ― Я дважды надула Гетриса: на Окусе и на Тройном Батоне. Он не простит: убьёт или засадит в тюрьму, как Большого колобка.

– Есть же запасной движок, ― сказала Маша. ― Давай рванём и затеряемся среди подбитых кораблей, как тогда, в ледяных полях, среди глыб.

– От линкоров здесь не уйдёшь. Обломки улиток несопоставимы с ледяными глыбами весом в миллионы тонн. На «голландце» все огневые системы повреждены, боевых роботов нет. Всё наше оружие ― ножи из метеоритной стали да Юлькин скальпель. Нет смысла Маше являть кувалду или даже земное стрелковое оружие. Сделаем внутри корабля хоть один выстрел ― и нам пустят газ. Здесь будет не компьютерный бой, а настоящий: один раз убьют ― и всё.

– Фрагарий, выхожу на десантном агрегате, ― продолжил Гетрис. ― Если не пустишь в шлюз, беру корабль на абордаж. Мои ребята в этом деле мастера. Тогда не ждите пощады.

– Объявляю совет, ― сказала Маша. ― Ваня!

– Нужно тянуть время, ― сказал тот. ― Скоро связь появится. Абордаж добьёт корабль и нас всех. Не отвечая на вызовы Гетриса, открыть шлюз: пусть найдут Фрагария…

– А мы обернёмся в мышей и забьёмся в щели, чтобы даже семиглазые пираты нас не нашли, ― подхватила Юлёна. ― Сражение выиграно, а сейчас нам нужно просто выжить. Так мне говорила Тимберлитта на арене Колизея. И Фрагарий поможет нам выжить! ― закончила Юлёна, срываясь с места. ― Машка!

Девушки вернулись в машинный зал, подхватили Фрагария и перенесли в рубку. К нему вернулось сознание. Юлёна объяснила ему сложившееся положение…

Когда Гетрис Ужасный пролез в низкую дверь в рубку и увидел Фрагария, сказал:

– Поздравляю с победой! Кучка бывших шункетов повергла в прах невиданную прежде армию своих соплеменников. Вы изготовили какое-то сверхоружие против своего же сверхоружия. Вы почти все погибли. Странно, как земные дети смогли заставить вас это сделать?

– Нас подбрасывали до облаков.

– Что?!

– Нас дракон катал на спине.

– Не говори ерунду! Ты бредишь? На корабле кроме тебя кто-то есть?

– Никого.

– Ты перевязан бинтами, по-земному. Я чувствую руку принцессы Юлёны. Странник мне рассказал: она не расстаётся с автоаптечкой. А вот и аптечка, бинт с синей кровью… Я, летя на Землю, хорошо подготовился.

– Людей и гепестов на корабле нет, ― доложил здоровенный пират, на полусогнутых еле-еле пролезая в рубку. ― Аппарат находится в машинном отделении.

– Ищите мышей! Когда я просмотрел записи камер, понял: ваша принцесса пребывала на Окусе в виде маленького зверька. Но если принцессу Юлёну обернули мышью, значит на корабле находится Маша, а где подружки, там и Иван. Команда великолепных землян. Я возьму их в плен ― и хорошо заработаю!

– Ты не в родной Тусклой зоне, а в галактике Млечный путь, ― твёрдо сказал Фрагарий. ― Здесь магия землян сильнее твоей. Они победили Угласа, они спрятали Луну в другом измерении, ты с ними не справишься, зачем рисковать своей головой.

– Уважаю учёных. Возможно, ты прав. Раньше я не интересовался Землёй. Глухая провинция, главные торговые пути проходят далековато, ничего не возьмёшь. Но Углас мне показал: интерес к Земле вполне материален. Пираты, рискуя жизнью и техникой, ловят ледяные глыбы, чтобы пить, а здесь много готовой воды. Ещё один пленный олариец под пыткой признался: их уважаемый инженер Дерган разработал дешёвую схему получения большой энергии из воды, но не осуществил проект, поскольку в их галактике очень мало воды. Я бы с тобой ещё поболтал, но скоро откроется связь, и главнокомандующий погонится за мной. Не догонит, я умею удирать от возмездия.

– Если тронете мой аппарат, он самоликвидируется, а корабль разнесёт в метеоритную пыль.

– А если я тебя настойчиво попрошу… ― с угрозой сказал Гетрис и подступил к гепесту.

– Ты изменник, ты нарушил клятву верности союзу!

– Изменник! Для меня, пирата, это пустое.

– Я скажу, как демонтировать трансформатор, не повредив его. Он единственный во Вселенной. Схема пользования ― в моей голове.

– Вынем! Специалисты имеются.

– Не выйдет: из-за ранения в голове произошли органические повреждения, вам схему и принцип действия аппарата не вынуть. Я его создал, он меня и убил. Маленьким быть плохо.

– Расскажи, как отключить самоликвидацию и демонтировать агрегат. Я готов принять твои условия.

– Обещай прекратить обыск, а когда будешь уходить, не взрывать корабль. На нём я прилетел на Землю. Может быть, моё тело найдут и похоронят согласно ритуалу.

– Обещаю! Уж одно своё обещание пират должен сдержать! Всё равно искать мышей некогда. Надеюсь, ещё подвернётся случай захватить великолепных землян и заставить работать на себя.

– Все хотят заставить их работать на себя. Пираты не могут без добычи.

– Три энергетические установки шункетов уже у нас, теперь будет и большой трансформатор. Ну?!

– Отнесите меня к агрегату, ― сказал Фрагарий. ― Все, кто меня услышит, прощайте!

Гетрис вызвал двух пиратов, те уложили Фрагария в подобие носилок, и все вышли из рубки.

Когда пираты улетели, Маша обернула себя и друзей в прежний облик. Иван отыскал на корабле криокамеру, и ребята, попрощавшись, отнесли и уложили в неё тело умершего Фрагария.

– Луна! ― вскричал Иван, когда команда вернулась в рубку.

– Ур-р-ра!!! ― закричали девчонки.

Они бросились обниматься и, не успев прикрепиться, взлетели под низенький потолок.

На экране красовался лунный диск, наполовину освещённый Солнцем. Возвращение Луны на прежнее место означало: Сердор отдал зортекам прицеп с экосистемами, а колобки вернули им материалы из лабораторий Странника на своём корабле. Мавелы с кариатидами и оставшимися гепестами улетели на новую планету, а другое измерение земного мира исчезло. Союзники, добив неуправляемый флот шункетов, улетели восвояси.

Иван связался с Сергеем Сергеевичем и доложил обстановку. Тот послал вдогонку пиратам отряд линкоров зортеков с приказом отбить или уничтожить установки шункетов. Отряд догнал пиратов и уничтожил две установки, но с одной Гетрису удалось уйти.

– Не густо напиратствовали! ― бухтела Юлёна, когда команда покинула «Летучий голландец» и вернулась на корабль колобков. ― Гепестов почти не осталось, да и те улетели с мавелами, осталась принцесса на горошине…

Сергей Сергеевич, отец Ивана и Нибара корабль колобков уже оставили. Колобки, осчастливленные победой над шункетами, раздулись до неимоверных размеров. Они хаотично катались, скакали и встретили ребят горячими поздравлениями. Маленький Ранкол запрыгнул на руки хозяйки и смотрел на неё влюблёнными нарисованными глазами. Колобки ожидали услышать от неё о своей дальнейшей участи. Их корабль готов лететь на поиски новой планеты! Маша отослала колобков в лаборатории Странника, где хранились образцы экосистем материнской планеты Колоб, проверить, всё ли с ними в порядке.

– Что делать с колобками? ― обратилась Маша больше сама к себе. ― Я обещала найти им планету…

– И келбонов нужно спасти, ― сказал Иван. ― В Марианской впадине целая тюрьма, клетки не только с келбонами. Плавучую платформу и батискаф зортеки забрали с собой: Странник заявил моему отцу, что эта техника не входит в его союзный договор с Тимберлиттой. Теперь Синтаро ― единственный корабль, который у нас есть.

– Нам что ― разорваться? ― сказала нетерпеливо Юлёна. ― Не принцесса, зато можно продолжить стезю вольной космической разведчицы! ― осенило вдруг девушку. ― Нас оценили! Я буду выступать на слёте Юнармии!

– Ещё бы наверстать отставание в школе, ― сказала Маша в раздумье. ― Мы опять победили, а как много снова нужно решать…

– Вообще-то с нами могут вести школьные занятия в космосе, ― сказал Иван. ― Мой отец договорится.

– Кстати, а где меронийцы? ― обратилась Юлёна к Маше.

– Улетели со своим флотом на Мерону.

– Знаю. Но Бозо к тебе всё ещё клеится?

– Убеждает в своей преданности.

– Не преданности, а любви ― я кое-что подслушала. А ты?

– Я! Я говорю как есть: у нас, Бозо, ничего не получится. На Земле время летит быстрее: я ― без источника жизни Земли ― скоро стану простой тётечкой, а ты ― хранитель и будешь жить, по-нашему, триста лет…

Тут Нибара вышла на связь:

– Иванечка, мой герой! Ты жив-здоров?!

– Жив-здоров, ― буркнул Иван, покосился на Юлёну и прошептал ей. ― Прости ты её: это неуверенное владение русским языком ― и всё. Нибара, как ты?

– Я начала процедуры спрямления ног! ― выпалила та с несвойственной ей экспрессией. ― Скоро они станут ровные-ровные, как у принцессы Юлёны!

Иван вжал голову в плечи, ожидая неминуемой реакции от Юлёны.

– И заказала для нас складную лавочку ― «посидеть под луной»…

– Я уже не принцесса! ― взвилась Юлёна. Она вырубила связь, оттолкнулась и воспарила над головой подруги. ― Нич-ч-чо себе, напор! Машунь, смотри, как другие девчонки арканят! Мы с тобой отдыхаем! А ещё летом собирались найти женихов!

– Я виноват? ― оправдывался Иван. ― Ну нравится мне Нибара… немножко.

– Ваньке нравится, ― продолжила возмущаться Юлёна, летая по кабине с румяным яблоком в руке, выбирая, в кого им запулить, ― Сергей Сергеич приглашает на свадьбу, а мы?! А-у-у-у, женихи! ― вдруг своим придурочным голосом в сторону экрана закричала Юлёна.

– Молодцы мы, что попросили Сердора утопить алмазы на дне Марианской впадины, ― улыбнулась Маша, лукаво блеснув глазами. ― Пусть кавалеры заценят не углерод, а нас, глупых сестриц под окном.

– Точно! Давай, подруга, мы с тобою «грудь кол-л-лёсиком» ― и на абордаж! А-у-у-у, женихи, налетай!

– Вот и договаривайся с девчонками о работе в команде… ― удовлетворённо пробурчал Иван. ― Нибара, между прочим, обещала мне один технологический секрет открыть.

– Технологический секрет ― Джульетта?! ― воскликнула Юлёна. ― И ты поверил? Ловит на профессиональном интересе ― я уловки этих «влюблённых» знаю!

Иван взглянул на Юлёну. Девушка показалась ему особенно хороша: высокая, статная, с развитыми грудью и бёдрами, на крепких ровных ногах с круглыми коленками, сияющая, источающая энергию радости бытия, вселяющая уверенность в друзей и страх ― во врагов. Как такой ослепительной девушкой не восхищаться мелким косолапым карапубздикам! А Маша! За нею скоро женихи будут гоняться толпами! Никакого сравнения с Нибарой. Но и в Джульетте… трогательное что-то есть. Только ей нужна его опека. Как вообще её, простушку, послушницу, отец в такую даль отпустил?!

И молодой человек, презрев гневные взгляды Юлёны, включил громкую связь с меронийкой.

– Джули!

– Иванечка, мой герой!..

– Маша! ― подключился Бозо по другой линии. ― В продолжение нашего разговора о разнице возрастов. Вот что я придумал…

– Опять?!.. ― взревела Юлёна и, уперев руки в боки, обернулась к своим друзьям. ― Предупреждаю: я, дочь таксиста с Урала, инопланетянам вас не отдам! Все поняли?! Не слышу ответа!

– Все-е-е!

– Ещё полетаем, ― шепнул Иван на ухо Маше, когда довольная собой Юлёна победно впилась зубами в сочное яблоко и на секундочку отвлеклась. ― Отец по секрету сказал: в Минобороне нашей команде готовят задание: отыскать тот астероид с редкоземельными элементами.

– Заодно и колобкам планету найдём, ― просияла Маша и погладила пальчиком свой кулон…