Венценосец

Глава 7

Радовит сидел на высоком берегу реки, но смотрел не на воду. Взгляд его был устремлён в противоположную сторону. Туда, где вечером третьего дня на краде жители посёлка сожгли тело своего вождя Хотимира.

Тризна по нему закончилась только нынешним утром, и люди разошлись по домам, оставив сына вождя одного перед насыпанным на ровной площадке небольшим холмом. Таких здесь уже имелось много, но этот выделялся среди них. На его вершину Радовит с помощью друзей затащил продолговатый камень и острым концом воткнул в землю. Теперь он мог безошибочно определить издали последнее пристанище отца и, сидя у подножия холма, помянуть добрым словом самого близкого ему человека.

Несколько капель влаги скатились по щекам, и одна из них упала на тыльную сторону ладони.

Радовит вздрогнул и поспешно оттёр руками лицо. Похоже, парень задумался настолько глубоко, что, сам того не заметив, погрузился в грустные воспоминания, а они и вызвали слёзы.

– Милый, – прозвучал позади него мягкий нежный голос. – Я всю ночь прождала тебя, но ты так и не явился! Вот и пошла искать на берег.

Не поворачивая головы, Радовит по голосу сразу понял, что это Янина, его первая и единственная любовь, с которой они договорились справить свадьбу осенью, когда жители посёлка соберут урожай. Отец об их решении знал уже давно и не возражал, а со стороны девки живых родичей, кроме старой немощной бабки-колдуньи, не осталось, потому спрашивать разрешения оказалось не у кого.

Молодой человек протянул в её сторону руку, жестом предлагая подойти к нему и присесть рядом.

Янина не заставила себя ждать и опустилась рядом на траву, тесно прижавшись боком и положив голову на подставленное плечо. Копна длинных чёрных волос обрушилась на его грудь и руку. Их слегка терпкий цветочный дух ударил в нос и начал кружить голову.

– Ну что, как ты? Тяжко? – прошелестело над ухом.

– Сама знаешь, – глухо отозвался Радовит. – Отец был очень близок мне! И эту потерю ничем не восполнить.

– Постарайся отпустить Хотимира и жить без него, – негромко, но твёрдо произнесла она. – Боль потихоньку стихнет. Смирись. Когда мои родители умерли от болезни, я тоже долго не могла успокоиться.

Они замолчали, глядя на сотни небольших холмов, насыпанных на берегу за долгие годы, и думая каждый о своём.

– Что будешь дальше делать? – спросила Янина и слегка отклонилась в сторону, пытаясь встретиться с ним глазами. На мгновение ему показалось, что её взгляд прожигает лоб, проникает в его голову, чтобы увидеть там самые потаённые мысли.

Молодой человек внезапно вспомнил, что девку, как и её бабку, жители посёлка считают колдуньей.

Люди говорили, что они обе предсказывают будущее, видят чужую судьбу, исцеляют болезни и раны, могут навести на человека порчу или сделать приворот.

Тем досужим разговорам парень не верил, поскольку знал Янину с раннего детства. Ребята тогда жили по соседству, вместе играли и ели на заднем дворе дома Хотимира, втайне от всех купались в реке. К ним иногда присоединялся погодок Радовита по имени Марун. Это был болезненного вида сын Буеслава, родного брата Хотимира.

Сомнения, что Янина чем-то отличается от других ребят, иногда появлялись, но Радовит не обращал на них внимания, да и просто гнал от себя.

А ведь задуматься и присмотреться к девке следовало ещё тогда, в детстве, а потом и в юности. Он хорошо помнил, как отец несколько раз предупреждал его быть поосторожнее с соседками-колдуньями. Но Радовиту было хорошо рядом с Яниной, а потому ничего менять парень не думал. И даже когда Марун перестал приходить на задний двор, ему не хотелось спрашивать о причинах этого.

«Старуха начала тяжко болеть, а с прошедшей зимы и вовсе не выходит из дому, – пронеслась в голове мысль. – К кому же тогда ходят жители посёлка за помощью?»

Радовит вздрогнул и ощутил, как по спине побежали холодные мурашки.

– Что с тобой? – Девка словно почувствовала смену настроения парня и ещё ближе придвинулась к нему.

Её горячее дыхание обдало щёку молодого человека, и он, не выдержав, резким движением отодвинулся от Янины.

– Теперь пришёл твой черёд заменить свою бабку? – хриплым и слегка дрожащим голосом спросил Радовит.

– Так ведь больше некому, – пожав плечами, ответила она и как-то грустно улыбнулась. – В нашем роду всех детей по женской линии посвящают в тайны колдовства. Ну а кроме меня, девок совсем не осталось. Я последняя. Почему-то рождаются мальчики. Видать, к войне.

Янина нахмурила брови и двумя руками вцепилась в его предплечье.

– Неужто ты меня боишься? А может, что задумал по глупости?

Её прохладная ладонь легла на лоб молодого человека и на мгновение замерла.

– Не шевелись, – тихонько прошептала она и закрыла глаза, как будто погружаясь в дрёму.

Острая боль в затылке заставила Радовита замереть и даже затаить дыхание. Ему показалось, будто ёж, свернувшись клубком и выставив иголки, прокатился по голове.

Чудовищным усилием воли он заставил себя скинуть со лба ладонь Янины и тут же почувствовал облегчение.

– Ты что делаешь?! – рявкнул Радовит, вскакивая на ноги. – Хочешь меня убить?

– Постой, не уходи, – стремительно поднялась вслед за ним с земли девка, оплетая руками его шею. – Я заглянула в твоё будущее. Могу рассказать, что тебя ожидает!

Молодой человек с трудом разжал её руки и отошёл на пару шагов в сторону.

– Мне незачем это знать! – угрюмо пробурчал он. – Как решат боги, так тому и быть!

– Какой же ты ещё глупенький, – вздохнула девка. – Боги должны человека любить и во всём ему помогать. Надобно лишь подход к ним найти да нужные слова подобрать! Тогда они не только судьбу твою покажут, но и жизнь сберегут.

Янина на миг замолчала, всматриваясь в лицо Радовита, но тут же продолжила:

– Хотимир перед уходом в мир нави оставил тебе какой-то золотой амулет на цепочке, обладающий страшной силой! Его передавали из рук в руки мужчины в вашем роду. А к ним он пришёл из женских рук. Вокруг этого украшения кровь и смерть! Закопай амулет глубоко в землю и навсегда забудь то место!

– Того быть не может! – скривил губы молодой человек. – Эта золотая гривна принесёт мне власть и несметные богатства!

– Нельзя носить ту гривну с собой, – запричитала девка. – Я только что видела, как ты приходишь в огромный дом и показываешь её человеку, сидящему на скамье. Тот человек – настоящий великан. У него добрая честная улыбка, но помыслы страшные и чёрные! Он прикажет тебя убить!

– И что, меня казнят?

– Нет-нет, успеешь убежать!

– Ну вот, – улыбнулся Радовит. – Выходит, всё будет хорошо?

– Н-н-ет, – с болью в голосе выдохнула Янина. – Ты умрёшь!

– И как же я погибну? – издевательским тоном спросил он. – Кто меня убьёт?

– Этого человека я не успела разглядеть, – по щекам девки текли слёзы, а голос срывался на рыдания. – В его руке был окровавленный нож. И пальцы… они тоже в крови. А ещё я видела тебя стоящим у ствола дерева. Ты широко открывал рот и пытался вдохнуть воздух, но не мог.

– Почему? – Он не понимал её и начинал злиться.

Ему уже казалось, что Янина издевается над ним.

– Тот человек выдернул нож из твоей груди, и всю рубаху спереди у тебя залило кровью.

Девка опустила вниз глаза и неожиданно стала заваливаться навзничь.

Радовит в ужасе бросился к ней и успел у самой земли поймать разом обмякшее девичье тело.

Он осторожно положил Янину на траву и как мог начал приводить её в чувство.

Наконец ресницы на лице девки мелко-мелко задрожали, глаза широко распахнулись и взгляд, полный любви и нежности, окутал молодого человека.

– Кажется, я напугала нас обоих! – прозвучал тихий сдавленный голос.

– Что тебе привиделось? – Мерзкое липкое чувство страха неожиданно охватило его, заставляя невольно сжать кулаки. Только теперь Радовит понял, как боится потерять вслед за отцом это единственное оставшееся ему близким на всём белом свете существо.

– Я ещё раз увидела руки. Те, что держали нож, пронзивший твою грудь. И мне показалось, это руки очень близкого нам обоим человека!

– Быть того не может! – Он рубанул ладонью воздух, как будто этим движением пытаясь прогнать её глупые мысли и слова.

Радовит подхватил девку, помог ей встать на ноги и притянул к себе, крепко обнимая за плечи.

– Не делай так больше, – прошептал он ей на ухо.

– Чует моё сердце, ты собрался уйти из посёлка, – заговорила Янина, не обращая внимания на его последние слова. – Может, расскажешь мне, куда и когда?

– Я должен выполнить обещание, даденное отцу перед смертью, – задумчиво произнёс молодой человек, отстраняясь от девки и заглядывая в её ставшие печальными глаза.

– Мы же хотели пожениться после сбора урожая!

В голосе Янины он услыхал обиду и слёзы, но остановиться уже не мог:

– Неужто хочешь навсегда остаться здесь, в этом посёлке? Не понимаешь, что власть в свои руки уже взял брат моего отца Буеслав, который спит и видит, как бы выжить меня отсель или придушить где-нибудь в лесу, чтобы ничто не напоминало жителям о прежнем вожде Хотимире! Да и сынок его Марун, мне кажется, положил глаз на тебя. Я знаю, они побаиваются вас с бабкой, но девка ты видная и работящая, такую хозяйку в доме иметь не зазорно будет. И лишь только старуха помрёт, они придут за тобой, к себе заберут и от колдовства быстро отучат.

– Уведи меня отсель подальше! – топнула ногой Янина. – Негоже мне одной тут оставаться!

– Некуда мне тебя взять, – улыбнулся он. – Нынче князь Рюрик на хазар войной идти собирается. Все о том знают. Дружины в Новогороде уже начинают собирать. Хочу к нему на службу определиться, ратником стану. Люди умные сказывают, поход надолго не затянется. К осени вернусь в посёлок с деньгами. Свадьбу справим, в город переберёмся, жить по-другому станем.

– А коли тебя на войне убьют, как тогда я одна сумею выжить? – тихонько всхлипнула девка, понимая, что больше перечить ему не след.

– Ты ж сама мою смертушку у дерева видела, – засмеялся Радовит. – Не суждено мне на войне в степи хазарской погибнуть. Домой к тебе я возвернусь, в том не сомневайся!

Он снова притянул её к себе, осторожно и нежно, словно маленького ребёнка, погладил ладонью по голове.

Впервые после смерти Хотимира ему показалось, что с души свалился огромный камень.

Радовит понимал, что принял нынче самые трудные решения в своей жизни, а сбудутся ли его надежды и чаяния, то зависит лишь от богов.

Молодой человек поднял вверх глаза и посмотрел в синее безоблачное небо, на которое сбоку выкатывалось огненное светило.

Наступал новый день, и он должен был принести ему удачу.