Весна в душе

Глава 7

Игорь Максимович буквально вытащил меня из толпы и увел в мед кабинет. Сашка не отставала. У меня из носа текла кровь, и я испачкала футболку. Пока фельдшер со мной возилась, Саша собрала мои вещи и принесла сумку.

Домой я пошла вместе с ней.

— Она специально это сделала! Я видела! — возмущалась Майская. Саша держала меня под локоть, потому что я закрывала руками лицо. Сказать мне было нечего. Я прекрасно знала, что Лиза всегда «режет» удар, когда стоит возле сетки.

Маме позвонили со школы, и она примчалась с работы. Увидеть дочь с разбитым носом и расплывавшимися в обе стороны синяками, то еще зрелище! Не долго думая, мать вызвала «скорую», несмотря на все мои сопротивления. Разъезжать по городу такой «красавицей» совсем не хотелось. А темные очки почти не спасали.

В больнице сделали рентген и МРТ, ничего серьезного не оказалось, но мне дали справку, что я была в больнице, и в школу до конца года я точно не пойду!

Но сидеть дома оказалось невыносимо скучно! После уроков ко мне, конечно, приходила Саша. Но вот время до трех часов дня тянулось ужасно медленно. И ведь как назло, когда появилась возможность поспать утром, спать совсем не хотелось. И я, как привидение, пугала своим видом папу и маму.

Маме пришлось идти в школу, и написать заявление, что произошедшее является несчастным случаем, и она никаких претензий не имеет. Эдуард Петрович умеет быть убедительным. Негодовала только Сашка. И спускать это с рук Лизе она не собиралась. И я очень переживала за свою неугомонную подругу.

Я выползла из своей комнаты, когда за папой и мамой закрылась дверь. Включила музыку на всю громкость, но потом немного пожалела соседей и убавила. Вдруг кто-то еще спит? Кое-как умывшись, к лицу прикасаться было больно, остановилась у зеркала полюбоваться на свой боевой раскрас. Жуть! Налила себе большую кружку чая, и не зная, как убить время завалилась на постель с ноутбуком. Не зная, что делать, зашла в сеть. Бегло просмотрев новости и новые фото, уже собиралась выйти, как пришло сообщение:

Владимир: «Тебе кто разрешил прогуливать уроки?» серьезный смайлик.

Кира: «А кто мне может запретить это делать?» удивленный смайлик.

Владимир: «Все хорошие девочки сидят в школе!» строгий смайлик.

Кира: «Иногда можно быть плохой!» смайлик показывает язык.

Владимир: «Что натворила опять?»

Кира: «Что значит: опять?!» грозный смайлик. «Не виноватая я!»

Владимир: «Кира, серьезно, что случилось?»

Кира: «Сижу дома. Болею»

Владимир: «Хочешь, приду? Будем болеть вместе!»

Кира: три смеющихся смайлика. «Тебе не понравится так болеть!»

Звонок. На экране светился Симонов.

— Привет!

— Привет, прогульщица! Чем ты заболела?

— Воспалением хитрости!

— О, я знаю, чем это лечить!

— И чем же? — удивилась я.

— Ремнем!

— Извращенец!

— Еще какой! Скорая помощь выезжает! Иу. Иу. Иу. Говори адрес!

— Обойдешься!

— Ты думаешь, что я не смогу его узнать?!

Блин. Он же с Сонькой учится!

— Вова, не надо.

— Почему? Лучше скажи, а то приду и проверю!

— Я плохо выгляжу.

— Что так? Похмелье?

— Фу. Хуже!

— Что может быть хуже?

— У меня фингалы.

— Что?! Только не говори, что ты подралась.

— Не. Мячом в переносицу получила на физкультуре.

— Кир.

— Что?

— Пришли фотку!

— Пошел ты!

— Э, не шути, так! Я ведь могу и прийти!

— Не боюсь. Не пущу и все! У тебя что, урок закончился? — я глянула на часы.

— Нет. Я вышел! У меня уважительная причина!

— Болтать по телефону?

— Нет. Поддержать подругу!

— Тоже мне, группа поддержки!

— Кстати, где твой оруженосец? — я улыбнулась от такого сравнения Сашки.

— На уроках. Обещала сегодня никого не убить!

— Я что-то не понял. Так это не случайно вышло? — голос Володи стал серьезным.

— Мы играли в волейбол. Я была возле сетки. Лиза тоже. Она срезала удар, а я не поймала.

— Подожди, так это та блондинка?!

— Да.

— Сука!

— Вова!

— Извини, вырвалось. Ей повезло, что она девушка, — я слышала, что он разозлился. — Ты уверена, что нет сотрясения и еще чего-нибудь?

— Уверена. Могу справку прислать! — попыталась перевести все в шутку.

— Лучше фотку!

— Вова! Иди… учись!

— Кир, мне, действительно, нужно идти! Я позвоню!

— Пока.

После уроков пришла Саша. Даже при ней пришлось надеть темные очки. Потому что каждый раз, глядя на мое лицо, у нее сжимались кулаки. Лизу она прощать не собиралась! И Арсения тоже!

— Ты только представь! Она опять на нем повисла! — возмущалась Майская.

— И пусть висит! Жалко, что ли? — опять кольнуло в груди.

— Кира! Он же хотел «начать все сначала»! Почему тогда позволяет ей?

— Может, он с ней «начинает все сначала»? Лучше расскажи, как у тебя дела, — решила сменить тему. Про Лизу я точно ничего слышать не хотела. А Арсений…. Что ж, наверное, остался доволен нашей дружбой, и решил не разрывать «отношения» с Лизой. Лиза умеет быть убедительной. Я это знала.

— Воробьев занял твое место, пока тебя нет, — призналась Саша, опустив голову.

— О! И ты молчала?!

— Я сказала!

— Только что! — возмутилась я. — И что?

— Сидит!

— И все?

— Кира, а что ему еще делать?

— Ну, не знаю, — я пожала плечами. — Мне Симонов звонил.

— И-и?

— Рассказала ему, какая я красивая! Фотку просил!

Саша хихикнула.

Мы сделали себе горячие бутерброды и начали смотреть пятый сезон «Сотни». Когда у нас получалось, как сейчас, мы смотрели вместе. Или каждая у себя дома. Но. Не обгоняли с просмотром друг друга. Вместе переживали, строили предположения и… влюблялись в героев. Здесь наши вкусы расходились. Саше нравились положительные герои. Меня же тянуло на «негодяев». И Саша частенько подшучивала надо мной по этому поводу. Но одно дело симпатизировать герою, и совсем другое, когда речь идет о реальной жизни. И, наверное, как и каждая девчонка в семнадцать лет мечтали о самом лучшем, единственном принце, который ждет только тебя. Но возле Сашки вертелся только Женька, который никак не подходил на роль «того самого» принца. Я же находилась в «свободном полете» и модный статус «в активном поиске» был не про меня.

Время пролетело незаметно. Расставаться не хотелось. Но Саша и так из-за меня пропустила тренировку, и мне не хотелось, чтобы она получила от своего отца еще и «наряд вне очереди». После ухода Майской, стало скучно. Был огромный соблазн включить следующую серию, но я сдержалась. Не зная, чем себя занять, пошла на кухню. Исследовав запасы холодильника, решила побаловать родителей пиццей. Все необходимое было. Быстро замесила тесто и обжарила грибы. Папа не любил пиццу с грибами, но мы с мамой просто обожали, поэтому будет две! Как раз успею к их приходу! Духовка была включена, а я раскладывала ломтики салями на втором листе, когда зазвонил телефон.

Симонов.

Обычно мы переписывались раз в два-три дня. И он никогда не звонил. И вот второй звонок за сегодня!

— Привет, болезная!

— От болезного и слышу! — фыркнула в трубку, держа смартфон плечом.

— О, состояние идет на поправку! Что делаешь?

— Пиццу.

— О! Обожаю пиццу! Специально дразнишь?

— С чего бы? Ты спросил, я ответила! Так что успокой свою больную фантазию!

— Значит, не приглашаешь?

— Неа!

— Жадина!

— Я — не жадина! И пригласила бы, но… не хочу показываться в таком виде.

— А я бы посмотрел, — захрюкал Симонов.

— Обойдешься!

— Ну и ладно! — как-то быстро он согласился. — Но с тебя домашняя пицца, когда твои фонари сойдут! Сама обещала!

— Когда это я успела обещать?!

— Все-таки память хромать начала!

— Ой, всё! Хватит! Прицепился к словам! Будет тебе пицца!

— Мрр, — довольно замурчал этот паяц. — Чем занималась весь день?

— Бездельничала!

— Ну, это понятно! — протянул Володя.

— Кино с Сашей смотрели.

— Не понял? Почему ты с каким-то Сашей можешь кино смотреть, а мне не хочешь показываться?!

— Блин, кто из нас мячом получил?! Ты или я? Это Саша. Майская!

— А-а, — протянул Симонов.

— Бэ! — передразнила его.

— Ох, напросишься! Тебе повезло, что я терпеливый!

— Ага! И скромный!

— Само собой! Без этого никак!

— Так, скромный и терпеливый, мне лист вынимать из духовки нужно!

— Блин, я даже через трубку запах чувствую!

— Точно, как Рокфор из мультика! — засмеялась я, четко представив себе толстого мыша из диснеевского мультфильма.

— Ну, все! Ты сама виновата! — засопел в трубке Симонов. Видно сравнение ему не понравилось.

— Все, пока! А то все сгорит! — игнорируя сопение, прокричала я и бросила трубку на стол.

Слишком много Симонова за один день. Но настроение улучшилось!

Родители были в шоке, не понимая, по какому поводу праздник. Папа даже сделал предложение периодически «поколачивать» меня, чтобы есть на ужин вкусняшки! Но я и мама были против! Мама еще долго ворчала, что вся ее недельная диета полетела коту под хвост. Папа сказал, что в следующий раз ни за что ей не даст ни кусочка! Все съест сам! И бог с ней, с фигурой!

Весь следующий день до обеда я переписывалась с Симоновым. Вот точно кому заняться нечем! Потом опять пришла Саша, рассказала местные новости. И как бы я не хотела ходить в школу, дома сидеть ужасно скучно! Особенно безвылазно. Мы посмотрели еще две серии, и Саша ушла. А я снова осталась одна. Руки сами потянулись к смартфону. Но Симонов был не в сети. А мне пришло сообщение от Арсения.

«Привет, как дела?»

Сначала я ужасно обрадовалась! Ведь до этого от него не было ни одного слова! А тут написал. Растеклась, думая, что ответить. А потом вдруг, сама не знаю почему, но разозлилась! Как могут быть дела, когда ты получила в нос мячом?! Совсем дурак что ли?! Сидела и ломала голову: отвечать, или не отвечать? Мировая проблема! Особенно, когда нечем заняться! В итоге его сообщение так и осталось без ответа.

Дома я просидела неделю. Синяки почти сошли. До конца учебы оставалось четыре дня. И я решила, что просто не могу больше сидеть дома. Не скажу, что мое появление вызвало бурю эмоций. Нет. Но некоторые интересовались моим здоровьем. Не дождетесь! Женька Воробьев так вообще ворчал, что не могла остаться дома до конца года. Ему пришлось пересесть на свое место. Лиза даже не извинилась. Она так и не смотрела в мою сторону, следила только, чтобы на переменах Арсений был в поле ее зрения! Пфф! Озабоченная! Хотя Максимов так и сидел с Ефремовым! За то Ангелина перебралась за парту к Лизе. Змея к змее, как сказала Саша.

На первом уроке пришло сообщение от Симонова. Совсем забыла выключить интернет. В школе было с этим строго. Хотя уже практически уроков нормальных не было. Но все же. Написала что в школе, и вышла из сети.

До конца уроков даже не доставала телефон. А вот когда мы с Сашей вышли из школы, я от удивления чуть рот не раскрыла, потому что напротив крыльца стоял Симонов собственной персоной. Не заметить высокого брюнета в темных очках было невозможно. И если бы я повернулась назад, то увидела не менее удивленные лица своих одноклассников, когда Симонов подошел поздороваться, и придирчиво разглядывал мое лицо в поисках синяков!

— Ты чего здесь забыл? — прошипела я.

Было еще три человека, которые могли его узнать! А мне этого совсем не хотелось!

— А ты почему не отвечаешь? — вопросом на вопрос ответил брюнет.

— У меня телефон без звука и интернет выключен!

— А проверить не судьба?!

— Извини, не думала, что ты сорвешься из-за одного неотвеченного сообщения! — я демонстративно полезла в карман и включила звук. Смартфон разрывался добрую минуту от звуковых сигналов. Я виновато посмотрела на парня. Двадцать два сообщения!

— И потом, кто мне пиццу задолжал? — ответил Симонов, забирая мою сумку.

— Какую пиццу? — спросила Саша, не понимая о чем речь.

— Круглую! — Симонов посмотрел на Сашу поверх очков. Саша закатила глаза.

— С круглой можешь обломаться, — нахохлилась я. — Верни сумку!

— Согласен на любую, хоть пирамидальную! — проигнорировав мою просьбу, ответил Володя.

— И не сегодня! — еще раз обломала я парня.

— Вот так всегда! — вздохнул Симонов.

Увести побыстрее Симонова со школьного двора не удалось. Лиза и Арсений нас заметили. Оставалось надеяться на то, что ни Лиза, ни уж тем более Арсений его не узнают. Но было поздно. Ефремов быстрыми шагами пересек расстояние и встал между мной и Симоновым.

— Есть проблемы? — Иван буравил взглядом Володю.

— Ты о чем? — Симонов его не узнал.

— Кира? — Ваня пытался прочесть на моем лице ответ.

— Вань, все хорошо, я сама разберусь.

Симонов убивал взглядом моего одноклассника. Сашка повисла на руке у Ивана.

— Вань, — Саша потянула Ефремова, и отвела его в сторону.

— Что это было? — спросил Володя.

— А тебе не приходило в голову, что тебя могут узнать?

— Черт! Все время забываю про пикантность нашего знакомства! Это что, твой бывший? — Симонов внимательно смотрел на Ефремова, которому Сашка что-то объясняла.

— Нет, — ответила я. Про себя еще надеясь, что все обойдется, и вся история не всплывет наружу. Но сплетен точно не избежать. Вот же ведь. Четыре дня! И чего мне дома не сиделось?

К нам подошла Майская.

— Вот упертый! — проворчала она на Ефремова. И посмотрела на Симонова. — Даже и не знаю, что тебе сказать!

— Может, привет?! — улыбнулся Владимир.

— Ага! Точно! Привет! Кира, вы разобрались со своими пиццами? Давайте уйдем с глаз, — попросила Саша.

— Да, кстати? — Симонов посмотрел на меня.

— У меня сегодня отец с ночи. И потом знакомить тебя я ни с кем не собираюсь. Давайте в четверг, как раз последний день, — предложила я, специально используя глагол во множественном числе.

— Как скажешь. Я согласен! — Симонов забрал у Саши ее сумку, и мы пошли, провожаемые взглядами не только своих одноклассниц.

Явление Христа народу. Вот как можно было назвать появление Симонова Владимира перед крыльцом нашей школы. Вот только с благими намерениями последнего я бы поспорила. И во что все это может выйти, я тоже не представляла. Володя проводил нас почти до моего двора, и, вернув наши вещи, ушел. Мы с Сашей как завороженные смотрели ему вслед. Что бы там ни говорили, но Симонов Владимир обращал на себя внимание и прекрасно знал об этом.

— Пойдем, — позвала я Сашу.

— У тебя же отец дома.

— И что?! К тебе это, какое отношение имеет? Мы же тихо!

— Пошли, у меня как раз есть парочка вопросов…. — начала Саша.

— А может не надо? — попробовала отшутиться я.

— Надо, Кира! Надо!

Мы поднялись на лифте, тихонько, чтобы не разбудить папу, прошли на кухню и закрыли дверь.

— Тебя точно не будут ругать?

— Саш, за что?! Что мы попьем чай и съедим пару бутербродов?

— Нет. Человек с работы, спит, а тут я.

— Ты же знаешь, что родители тебя любят! Так что точно ругать не будут! Есть голубцы, будешь?

— Буду! Кира, а когда ты успела наобещать Вовке пиццу? — спросила Саша, разворачивая конфету.

— Ты аппетит не испортишь? — спросила я.

— Неа! Мой аппетит очень трудно испортить! — Саша засунула в рот всю конфету. — Ты от ответа не уходи!

— Я не ухожу. Кажется, на следующий день после скорой.

— А поподробнее можно, — с набитым ртом пробурчала Майская.

Я достала голубцы и поставила греть в микроволновку, достала вилки, ножи и сметану.

Саша терпеливо ждала.

Я рассказала, как по глупости проболталась, что готовила пиццу и пообещала, когда мой раскрас спадет, пригласить Симонова.

— Честно говоря, не думала, что он об этом вспомнит, — призналась Саше.

— И ты думаешь, что дело в пицце? — усмехнулась Майская.

— Ты сейчас на что намекаешь?

— Абсолютно не намекаю!

— Пфф! Вот оно ему надо? Ты его страничку видела?

— Видела! И что?!

— Да у него там девок в друзьях! В нашей школе и то меньше учится, включая начальную школу! — воскликнула я.

— А что ты хотела? Мальчик уже взрослый, красивый, общительный. Школа элитная. Там, поди, и папа с мамой не простые работяги. Вот и набор девок соответствующий!

— Тогда какого лешего он в нашу школу приперся?

— Расширяет территории?

— Не в ту сторону расширять пошел, — нахмурилась я

— Кир, ревнуешь?

— Я?! Нет!!! Причем здесь я?

— Ну да, точно! Забыла! Пицца!

— Саша! — возмутилась я.

— Что, Саша?! Я похожа на дуру, или слепую?

— Саш, ты не все знаешь, — я не сказала Саше, что это Лиза подстроила все. Саша думала, что все было случайно. И я умолчала, что Лиза заплатила Владимиру деньги, и отправила Максимову фото. Она считала, что я случайно целовалась на дискотеке с чужим парнем, и нас увидел Арсений.

— Так, расскажи, — уже в который раз попросила Майская.

Я вздохнула. С одной стороны Саша моя подруга, а с другой…. Я не знала, как она это все воспримет. А если отвернется? Заметив, что я никак не решусь, Саша взяла меня за руку.

— Кира, я пойму. Я постараюсь понять. Ну, подумаешь, что целовалась?! Многие уже не только целуются!

— Саш, все было немного не так. Точнее совсем не так! — и я рассказала Майской все, как было. Выплеснула все, что накопилось в душе и на сердце. Все, что накипело, наболело. Всю горечь, всю боль, всю обиду. Я думала, что все прошло и забылось. Ничего не прошло, не забылось, не стерлось. Оно было еще во мне. И сейчас вырвалось наружу!

— Вот же, сука! — воскликнула Саша.

— Саша! Папа спит! — попросила я подругу.

— Прости! — уже тише сказала Сашка. — Это какой же стервой надо быть, чтобы так все придумать?!

— Очень умной стервой.

— Нет! Она не умная! Она еще пожалеет об этом! И ты еще просила, чтобы я ничего ей не делала за мяч! Она ведь специально тебя ударила! А Максимов тоже хорош! Остаться друзьями! Тоже мне, друг! Дружить буду с одной, а спать с другой! Козел!

— Саша! Тише! Он, наверное, не это имел в виду!

— Да какая разница, что он имел?! Кира, вот почему ты сразу мне ничего не рассказала? Ведь я думала, что ты сама виновата! Что ты просто влюбилась в Симонова, а Максимов ушел к Лизе! Я еще не понимала, почему ты не можешь его отпустить, если любишь Симонова.

— Я не люблю Симонова.

— Тогда зачем ты пошла к нему тогда?

— Не знаю. Просто хотела узнать, зачем он меня целовал. А потом. Потом как-то стали общаться.

— Да уж. Нарочно не придумаешь. Но я ему почему-то не верю! Слишком он приторный! Вот! — выдала Майская. — Я тоже должна кое в чем признаться.

— В чем? — в душе похолодело.

— Симонов не первый раз приходит в нашу школу.

— То есть?

— Я его видела на день святого Валентина в актовом зале. Он еще просил не говорить тебе ничего.

— А к кому и зачем он приходил?

— Он не сказал, а потом сразу ушел. Но он видел, как ты танцевала.

Значит. Это он стоял тогда рядом с Сашей. Поэтому показался знакомым. Но зачем?

— Кира, а тебе не кажется, что Симонов не просто так появился сегодня? — прервала мои размышления Саша.

— Снова Лиза? — предположила я.

Майская вздохнула.

Неужели еще ничего не закончилось?