ВМ: Награда?

Глава 17

Беспрепятственно миновав еще одну область, мы были «обрадованы» КПП на въезде в следующую.

— Сверни-ка там и тормозни за вон той фурой. Нужно разведать обстановку, — проинструктировав Аду, собираюсь прояснить ситуацию с проездом.

— А можно и мне прогуляться? Ну пожалуйста, — скорчила убийственной мимимишности мордашку Эллемирель.

— Я тебя, лапочка, вообще не держу. Вон дверь, можешь в любой момент отправиться в любом интересном тебе направлении. И не дуйся, не действуют на меня твои ужимки.

Ага-ага, ты сам-то себе веришь? Уже готов был обниматься и утешать лезть к ней на заднее сидение. Слёзки ей подтирать и по головке гладить.

Решительно выйдя наружу, чтобы всем продемонстрировать, насколько я неуязвим к милоте, направляюсь к посту, что оборудован вполне серьезно. Во всяком случае, без того головотяпства и разгильдяйства, как прошлый. Вот только, все его наиболее серьезные средства направлены не во вне, а, почему-то, внутрь.

Это что же получается, они никого не выпускают? Хотя нет. Вон же автобус выезжает, вообще беспрепятственно. Кого же они опасаются?

Ладно, спросим у этого вот:

— Здорово, сержант, чёй-то у вас тут? А? Аллё, ты куда пялишься-то? Я тут, — а на игнор служивого, обернувшись назад, проследил за его взглядом.

Ну, я его понимаю. Элька, безусловно, заставляет трепетать мужские сердца. Причем именно их и не низменно, а возвышенно.

Она очень красивая, мягкой, доброй, располагающей, ранимой и хрупкой красотой. И при всём при этом она заставляет тебя вовсе не отстраненно и издалека восхищаться, безнадежно дивиться ее идеальностью, в тайне мечтая, но так и не решаясь из-за боязни порушить или запятнать своей порочностью этого ангела. А совсем даже наоборот! Ее красота обезоруживающая, вдохновляющая, побуждающая и понукающая к чему-то правильному и светлому. Такая обнадеживающая, взывающая к причастности и вовлеченности во что-то нужное и важное. И все это без милиграмма порочности. При виде ее хочется просто глупо улыбнуться и поверить в то, что мир прекрасен. Мимо нее не пройдешь, не сможешь быть к ней равнодушным. Все помыслы будут обращены только к ней, но при этом даже и не возникнет желания причинить ей вред, как-то воспользоваться и что-либо взять силой, отнять. Как раз наоборот! Тебя что-то побуждает как-то проявить участие, внимание, заботу. Поинтересоваться, не нужна ли ей помощь, угостить чем-то вкусненьким, одарить чем-то ценным для тебя, но что будет несравнимо с удовлетворением от сего акта щедрости.

Удивительное создание.

И меня это безумно раздражает. Ведь я-то более или менее контролирую себя и осознаю, что, кроме внешности и ее ауры милоты, ушастая не имеет более никаких заслуг, позволяющих так к ней относиться всех окружающих.

Вот что она сделала, чтобы вызывать такие чувства у людей? Чем она лучше какой-нибудь не менее наивной и доброй девчонки, но которая не может похвастаться выдающейся внешностью и ей не повезло родиться эльфийской принцессой? Чем эта заслуженнее той, которая, может, и была бы такой же милахой, если б жизнь и окружение не заставили ее прогрызать себе путь по жизни, закалить свой характер, взрастить в себе цинизм и равнодушие. А так, глядишь, и она бы кормила оленей с руки и пела песенки птичкам, кои смело подлетают и садятся ей на пальчик, словно в красиво нарисованном мультике прошлого века.

Вот, из-за чего я так раздражён. Не заслужила Эль такого отношения к себе. Не сделала она ничего, чтобы так купаться в потоках позитива и благодушия, в лучах внимания и расположения окружающих. И даже не знаю, что более меня бесит? То, что она так беззастенчиво пользуется незаслуженным. Или же то, что я и сам поддаюсь на всё это, пусть и не настолько явно, как окружающие.

Так и подмывает меня опорочить, извратить, надругаться над ее образом. Выместить всё свое негодование и раздражение. Полчаса работы с Биоконструктором, и она получит по заслугам. Будет забавно наблюдать, как нечто странное и чуждое будет под влиянием ее ауры продолжать вызывать у окружающих приязнь и расположение. Хм(зло). Такая себе Страшила-2, только народ будет не за сердце хвататься и бледнеть, а умильно прикладывать руку к тому же сердцу и расплываться в глупой улыбке(сплюнув).

Хотя, что мне, делать больше нехрен? Да и не люблю я, когда красоту ломают. Покарать за дело или конкретно моего обидчика — легко, а вот так, из вредности или раздражения — увольте.

— Аллё, служивый? Приди в себя. Слышь? Да блин, Элька, свали куда-нибудь. Сходите, вон, с Адой в кустики — подпустите там радуги с бабочками.

Хотя у Ады и нет потребности в удалении продуктов жизнедеятельности после обретения ею биореактора, но компанию составит. Я уже, если честно, и этой хотел его вкорячить, а то задолбался каждый час тормозить, чтобы наша принцесса сбегала по нужде.

— Ну чё, пришел в себя? Что, говорю, у вас тут за дела? Почему въезда нет? Нам в столицу нужно.

— Так спецоперация, — отвечает наконец боец. — В столицу — только в объезд, через соседние две области. Там же указатели стояли.

— Какие нахрен указатели? А, да? Я подумал, это шутка какая-то. А нахрена вы на билбордах это зафигачили? Нормальные бы дорожные указатели поставили, блин.

Ну да, сам дурак. Выработался уже иммунитет к лишнему информационному шуму. Стараюсь на рекламные поверхности не обращать внимания, просеивать их мимо, вот и поплатился. Только сейчас ведь осознал, ЧТО там было размещено, и какую информацию доносило.

— Да вы, блин, охренели уже. Вам же самый здоровущий указатель заделали. Три. Подряд. И то умудряетесь прощелкать.

— Да не кипятись. Пизнаю, — примирительно поднимаю руки. — Что за ситуация-то? Почему в объезд? Что у вас тут случилось?

— Я не уполномоче…

— Да чего ты, родной, как не родной? Я ж не американский шпион. Развели тут военную тайну. Так чё там, а? — мда, я тот еще мастер красноречия.

— Гражданин, следуйте куда следовали. В объезд. Я не уполномо…

Ладно, раз не хочешь по хорошему:

— Элька, к ноге! — вернувшись к джипу, зову.

— Я не…

— Молчать! — прерываю возражения возмущенной ушастой. — А то хвост и рога тебе выращу, если будешь пререкаться. Значит так, подойдешь к военному и покрутишь жопой, пока я буду выведывать, что за ситуация, и почему не пропускают. Мне нужна информация. Выполнять!

— Но я…

— Чё на? Я не слышу, ты на ушко мне скажи!!!

— Иду я, — пропищала и, уворачиваясь от моего шлепка по тому месту, которым ей предстоит крутить, уморительно потопала к сержантику.

Который теперь имеет не малый шанс пострадать от обезвоживания, теряя такие-то объемы слюны. Ну и, в довесок, заработать раньше времени мимические морщины, если и дальше будет настолько же глупо лыбиться. Тьфу.

Спустя какое-то время, мы получили-таки разведданные.

Надо же! А я хотел гнать столь ценный кадр. А оно — вона как. Тяжело, правда, было, но вскоре я приноровился невзначай подсовывать нужные вопросы и получал ответы. Плохо, всё же, что моя персональная принцесса по-нашему не говорит, а то бы цены ей не было, как разведчице.

Так вот. Ситуация следующая. Где-то на территории области, в северо-восточной ее части, есть Системный портал в мир, откуда к нам набежали вампиры. Самые что ни на есть настоящие кровососы.

Они там, у себя, вроде как подмяли всех людей, ну и растят их теперь как скот, кормовую базу. Сами живут как феодалы в твердынях, что по сути замки, а народ держат в темноте и невежестве, периодически получая от них оброк. Людьми, которых «выпивают». Не разом, а растягивая где-то на недельку. Берут в основном молодежь.

И вот, проникли эти кровососы к нам в мир и уже, вроде как, где-то обосновали гнездо, или даже не одно. Не очень понятно. Их не сразу выявили и осознали угрозу. Но сейчас активно противодействуют и даже ввели ряд организационных мер.

Понятно, что много народу свалило из области, но большинство-то осталось. Так что вопрос с кровососами решают. Не знаю, насколько эффективно, но меры предпринимаются.

Например, специалисты для поддержания инфраструктуры и производств — всячески охраняются и окружены заботой властей. Территории, где живет персонал — взяты под контроль серьезными силами, транспорт между ними обеспечен охранением.

В некоторых населенных пунктах, к примеру, уже настоящее военное положение и такие же порядки, комендантский час и прочее.

Бытуют регулярные рейды и облавы, прочесывание местности, ну и подобные меры.

Вампиры-то отличаются от людей и затеряться среди нас не могут. Выглядят они, как эдакие серокожие, уродливые, безволосые, долговязые дрищи в черных балахонах.

Поначалу, кстати, они даже перли в наглую, но когда их крепко поджарили, кровососы сменили тактику. Попрятались по щелям и совершают теперь оттуда вылазки. Поэтому часто пропадают люди. Молодежь. В основном это в каких-нибудь пригородах, где силовиков недостаточно.

Но военный разболтал, что руководство прислало какую-то дюже крутую спецуру, и теперь, мол, хана кровососам. В общем, он поделился с нами лишь общеизвестными новостями, материалами из инструктажа и какими-то слухами. Но и то хлеб.

Что ж, уже темнело, и я бы не прочь где-нибудь остановиться. Ехать же в объезд, теряя лишнее время, мне как-то не хотелось, поэтому я решился на авантюру.

Вернувшись к авто, провожу брифинг предстоящей спецоперации:

— Ада, слушай меня. Мы с ушастой сейчас пройдемся по воякам, а ты станешь вон там, и когда мы их уболтаем помочь нашей бедной принцесске, ты, по моему сигналу, спокойненько так, не привлекая внимания, минуешь КПП и подберешь нас. Поняла?

— Все сделаю, Господин, — хищно так промурлыкала грациозно изогнувшаяся рыжая.

Хм(недоумевая), чего это она?

— Ну-ну, что ты? Не время же… Заревновала? — был я, если честно, удивлен ее голосом и изменившейся пластикой, а уж глаза-то. Непонятно.

— Нет, Владыка. Мне же… не свойственны эти чувства? — вопросительно закончила ошарашенная Ада, округлив глаза.

Мда, похоже, что даже Хаос не устоял перед силой, эм, Любви. Это вам не по книжным полкам летать через пределы времени и пространства, ибо нахер физику, ведь тут же ж у нас осязаемая величина. Эх, придется теперь нашу ушастую принцесску в Любку переименовывать. Она, вон, тоже осязаемая и даже величина в некоторых местах.

— Крепись, — сочувственно пожал плечо рыжей, но при этом и как в американском кино молча кивнул суровой рожей. Ну и поскорее отвернулся, чтоб не заржать. Так, теперь ушастая. — Принцесса, ходь сюды. Значит так, стоишь рядом и молчишь, но делаешь скорбно-печальное выражение лица и часто моргаешь. Пуговку вот тут расстегни. Ага. Ручку на бочок положи. Вот так, нет, чуток вот сюда. Теперь отлично. Идем.

К главному на КПП я подошел вместе со скорбной ушастой, которую вел держа за локоток. Обращаюсь к нему:

— Тащ капитан, беда!

— Где? — подобрался молодой воин, уже тонущий в огромных синих очах нашей Эллемирель позывной Любава.

— Вот, спешит к бабушке. Немая она, — ущипнув готовую уже открыть рот «внученьку».

— К-какую(сглотнув) бабушку? Куда?

— Туда, — указываю рукой в сторону, куда лежал наш путь. — Если сегодня не домчим, то ВСЁ. Нужно срочно.

Что ВСЁ, капитан не стал уточнять. Но поправив свою православную реплику пэтрол кэп'а, принял мужественную позу и решительно заявил:

— Сопровождение нужно?

Пипец как легко! Неужто это ушастое сокровище мне и к золотому запасу страны путь откроет?

— Справимся, — не менее мужественно отвечаю. И шепчу моей «отмычке». — Улыбнись поласковее нашему спасителю.

Да не так же нужно было(едва не хватаясь за голову). Он же ж еще дееспособным нам нужен.

— Так, немая — в машину. Капитан, мы спешим! Ау, проснись родной. Время-время. Цигиль-цигиль…

Ну, кажись, чутка отпустило беднягу:

— А? Да, сейчас… Зойлин, ко мне!

Но я уже не слушал, а вскочив в подъехавшее авто с Адой и Эль, решительно командую:

— Трогай!

Так мы и миновали это препятствие. Сила Любви, фули. Надо Любке шоколадку купить, что ли.

Спустя час, уже в сумерках, мы въехали в какой-то небольшой населенный пункт. В окнах — почему-то нигде не было света. Магазины и прочее — не работали. Странно это.

Хм(напряжённо). Покинутый поселок, что ли?

Но вскоре мы обратили внимание на подворье с большой подсвеченной вывеской, которая информировала о постое.

Оставив авто на стоянке со множеством автотранспорта, втроём направляемся к воротам, из-за которых доносятся голоса, музыка и даже запахи еды.

Стучу.

Залаяла собака.

— Кто там?

Блин, корчма какая-то.

— Хозяин, отворяй! Сиятельный Я — изволил стать к тебе на постой, — так себе хохмлю из-за раздражения, верного моего спутника в последнее время.

— Мест нет! — отвечают.

— Ты чё, урод, не понял, КТО к тебе приехал? Мне нужно…

В воротах открылась небольшая дверка и оттуда высунулась бородатая рожа.

Блин, натуральный корчмарь.

— Правда — мест нет. Серьезно вам говорю. Все на ночь у меня ведь теперь собираются. Так что реально некуда мне вас пустить. Вон, разве что, к Ку́рчиной сходите, через три двора. Она всегда дома остается. Пустит, думаю, вас. И не шумите! — прервал уже готовое сорваться у меня возражение. — А то военных позову. Они тоже у меня.

И захлопнул.

Да что за хрень? Словно не в 21 веке, а как в…

— Ой, и у нас такая песенка есть, — прервала мои возмущения эльфийка.

— Какая, нахрен, песенка? А? Чё ему заплатить? — прислушался к раздающейся музыке, доносящийся изнутри. — Чеканной монетой? Эмм… Какая дурацкая песня! Ладно. Пойдем к этой Куркиной или Курчиной.

Опять стучусь.

Опять собака.

— Кто там?

— На постой. Игроки. Сильные. Обижать не будем. Защитим. Много не съедим. Не пьющие, не курящие. — более не хохмлю, но сразу выдал весь расклад, чтобы элементарно убедить, полагаю, одинокую женщину все-таки приютить нас.

Не охота мне силой вламываться к невинным людям. Но я уже готов. Подустал за сегодня.

— Сейчас открою, — а после того как перед нами отворилась почти такая же дверка, из нее высунулась немолодая полная тетка в цветастой косынке. — А вы точно Игроки?

— Точно-точно, Солоха. Что-то у вас тут средневековье прям какое-то. Черти по ночам не залетают? — всё ж не удержал я своего раздражения, вылившегося в дурацкие шутки.

— Вампиры у нас по ночам захаживают, — устало и мрачно ответила женщина, не поддержав моих шутеек.

Ну а уже внутри, за обильным ужином в народном стиле, я выспрашивал Ильиничну об обстановке. Ада тем временем с кислой рожей ковыряла вареники. Но это она не из-за угощения, а из-за ушастой. Точнее, из-за непрекращающейся трескотни на непонятном языке чем-то восторженной Эльки. Та как раз таки отдавала дань явствам, беззаботно уминая уже третью добавку.

И куда оно в нее лезет? И, вообще, разви эльфы не должны быть вегетарианцами? А то эльфийская трапеза, где к вареникам со шкварками ещё и соленое сало с чесноком, а также поджаренная кровяная колбаса под писят-грамм какой-то пряной настойки да с солёным хрустящим огурчиком, ну и потом абрикосовое варенье с чаем на десерт — как-то это, эм, чересчур уж фэнтезийно, не?

Ну а я, как и сказал, вел неспешную беседу с нашей хозяйкой. И ситуация тут неприятная. Дело в том, что такие вот населенные пункты не представляют особого интереса для лисьей оккупационной администрации. Ведь в таких нет ни производств, в том числе и аграрного, ни объектов инфраструктуры. То есть тут лишь то, без чего страна спокойно проживет. Так что подобные места, получается, были отданы на откуп вампирам.

Тут, конечно, есть небольшой гарнизон военных. Ага, которые сейчас заливают спиртным страх на «Постоялом дворе». Это, к слову, его юридическое название. Но что одна бронемашина и отделение бойцов могут противопоставить страшным кровососущим тварям? И дело тут даже не в отваге, а в том, что каждый инструмент для своих целей.

Армейцев-то учили, если вообще учили, воевать против подобных им. И вся их техника, вооружение и тактика заточены умами военных теоретиков и опытом былых войн вовсе не против вампиров. Так что, образно говоря, кувалдой, безусловно, можно гвозди забивать, но лучше воспользоваться шуруповертом и саморезами. Тем более, они под размер, и ничего не треснет от гвоздей-двухсоток.

Лисы, правда, периодически присылают отряды Игроков, при неслабой огневой поддержке силовиков, но для уничтожения обнаруженных сил кровососов. Ну а постоянно находящиеся здесь на дежурстве вояки со своим бэтэром, пожалуй, лишь только устроив какую-нибудь хитроумную засаду смогут хоть как-то нанести урон коварным клыкастым.

Вот, в общем, и прячутся «защитники» в самом большом в поселке подворье, куда на ночь стекаются вся молодежь и большинство сельчан. Вампиры-то охоту именно на молодежь и устраивают. Уже восемь человек утащили за неполный месяц.

Вот такая невеселая тут картина вырисовывается.

— Не переживай, Ильинична, пока мы тут, вжарим любую тварь, что полезет.

— Да что — я? Я-то уж пожила свое, а вот дети наши как? Вон, у соседки дочку Риточку утащили, — промокнув глаза отвечала женщина. — А ей и 14 еще не было.

Мда. Не очень хоро…

Шум с улицы прервал мои невеселые размышления. Грохот, стрельба, крик.

— Ушастая, сидишь тут. Страшила, за мной.

Давно я Аду так не называл. Видимо, привычка. Раз экстренная боевая ситуация, то Страшила — на выход, а милая Ада — для лулзов.

Выйдя во двор, я ощутил будто бы мощный удар тяжелым мешком с чем-то мягким внутри. Словно подушкой! Пошатнулся, но устоял. Когда как Страшила, уже стоя на коленях, раскоординированно мотала головой. А в следующий миг ей влупили так, что рыжая отлетела в стену дома и сползла по ней без чувств.

Опять удар стокилограммовой подушкой по башке. Но я уже легче его перенес.

— Стой, он мой. Какой крепкий? Ты можешь забрать ту.

— Да, Госпожа.

Всё это сказали, а точнее прошипели, на неизвестном ранее мне языке, но Первопроходец позволил мне понимать и даже ответить.

— А хлебало у тебя не треснет? — вынув комплекс «Палка», кровожадно оскалился я.

В следующий миг Молния с грохотом испепелила того урода в черном балахоне, что уже тянул свои тощие когтистые лапы к моей девочке. А его госпожа, слегка замешкавшись, изрядно охренела.

Это были длинные и тощие фигуры под два метра ростом, закутанные в плащи-накидки, эдакие балахоны, ну или мантии, если угодно. Длинная кривоватая, как у грифа, шея, лысая яйцевидная башка, щели на месте ушей и носа, почти как у Жнецов. Только те были вяленные и черно-серые, да с человеческими глазами, ну и росточком пониже, а комплекцией покрепче. Эти же вот — бледно-серые, дрябловатые, но не высушенные, хоть и тощие. А вот глаза, глаза были словно черные крупные миндалины без видимых белков.

Инопланетяне хреновы.

В следующий миг резко ухожу в сторону на максимальной скорости, и это не позволило опять оглушить меня этим странным, по-видимому, ментальным ударом. Который в следующий миг получил развитие в виде стремительной и весьма скоростной атаки вампирши.

И да, ее половую принадлежность можно было понять только по обращению к ней второго, от которого осталось лишь дымящееся тряпье и обугленная головешка.

До следующей Молнии еще несколько секунд, но это не мешает мне в прыжке приложить шуструю тварь Воздушным толчком минимальной площади приложения в 3 квадрата и, соответственно, максимальной силы воздействия, между прочим, способной снять мясо с костей. Удар этот наношу по ногам твари, причем уже там, куда она влетела, и где сам только что стоял, прежде чем отскочить, уходя от «удара подушкой». То есть вампирша невероятно быстрая, поэтому действовать приходится на опережение. От такого тварь изломанной куклой отбросило в стену сарая, метрах в пяти отсюда.

Ого. Неплохо ее переломало.

Ног у нее теперь почти нет, лишь кровавое месиво, начиная где-то от таза и ниже. Одна рука безвольно свисает, вторая неестественно заломана назад, шея тоже… только что была сломана. С хрустом, она вдруг встала на место, далее была рука, а вторая лишь подергалась, но так и осталась висеть. Страшное месиво внизу почернело и зарубцевалось.

Видимо, ей чего-то не хватает, чтобы полностью восстановить свою целостность. Полагаю, крови. Вампиры же.

Так, мне нужна информация, и этот ошметок с единственной рабочей рукой вряд ли будет опасен, поэтому сойдет. Но сначала рыжая.

Подскакиваю к ней и привожу в порядок Исцелялкой.

— В дом! Держишь там оборону. Исполнять! — прерываю возражения.

Так мне будет спокойней. Теперь — тварь. Нужен экспресс-допрос:

— Говори и я не стану пленить твою душу, ты смо…

— А-хаха-ха-ха, — так можно было бы перевести ее шипение. — Ты глупец, у нас уже нет душ, мне не страшны твои жал…

Достаю Биоконструктор, поняв, что экспресс не вышел, а значит будем по науке. Попытка подключиться к этой мерзости. А вдруг. Живое ведь. Вон, и кровь есть. Значит — вполне себе Био.

Вышло!

Так, что можно сказать о строении тела данного экземпляра. Словно разновидность Жнецов какая-то. Только кровь они перерабатывают своим органом, наподобии некрореактора, но в какую-то иную энергию. Как бы даже не в Жизнь! Вот только само тело уродское и убогое, далекое до идеала и всех возможностей этой дивной энергии.

Я даже некоторые интересные фишки подсмотрел в устройстве этого их биореактора. Назову его по аналогии со своим. Возможно, даже доработаю и усовершенствую свой, воспользовавшись некоторыми подсмотренными решениями.

Но сейчас не об этом. Я нашел и опытным путем выяснил, какие гормоны на что влияют в теле этой твари. Да, тут биохимия активно задействована. Это у Жнецов тушка была почти мертвая и всё держалось на некро, чем пронизано всё тело, а тут всё живое. Так что теперь эта тварь должна стать посговорчивее. Я вывел ей «пульт управления» на лоб. Теперь могу стимулировать выработку той или иной химии, воздействуя на разные участки вампирской хари.

Ну что же, приступим к допросу:

— Сколько вас пришло?

— Ты-ы не-еэ узна-а-ае-ешшшь.

Чёт заторможенная какая-то вышла. А если так? Ого, как орет! Нет, это лишнее. Попробуем другое. А теперь? Чего это она, сдохла? Не, так не пойдет. Оживляем. За эти секунды ничего необратимого не произошло. Так что Исцеляхе, как два пальца. Тэк-с. О! Живёхонька теперь.

— Слышь, давай отвечай уже, а то я могу очень долго с тобой творить всё, что пожелаю. Ты теперь моя марионетка. Захочу, и будешь ты…

В этот момент через ворота влетели три твари, превращая створки в погнутые и дырявые ошметки из древесины и жести.

Черт, это когда она заорала, ее, видимо, услышали. Косяк, Ваня.

Отскакиваю в сторону и посылаю молнию в центрального. А не переставая двигаться, не позволяю оставшимся двоим развить максимальную скорость на прямом участке. Постоянно меняю вектор движения и решаю повторить финт, на который попалась моя пленная. Чуть задержавшись, очень резко отскакиваю в сторону и бахаю Пространственным молотом в то место, где должны оказаться эти двое, что разом рванули на замешкавшегося было меня. Мощно бухнув, Пространственный молот покорежил плитку во дворе и одного из кровососов превратил в мерзкую влажную кучу, а второго смял, обезобразив пол торса и почти всю голову. Он влетел под удар не целиком, а лишь головой и правой стороной тела. Вот его и не разляпало, а только попортило.

Приблизившись к последнему, что еще копошится, сношу ему его раздавленную башку ударом Гангрены.

Воу, как от ее воздействия тварь моментально забулькала, запенилась и развалилась на зловонную кучу. Вот это да! Не слабо так некро на них действует.

Усыпляю пока, мою пленную и решаю отправиться к Постоялому двору, чтобы покончить с тварями. Некогда мне сейчас в НКВД играться. Да и неохота получить в спину, пока буду косплеить кровавую гэбню. Вот зарешаю с остальными, тем более тактика уже вырисовывается, вот тогда и буду добывать из нее пароли и явки.

Выхожу из некогда ворот и, напевая ту самую богомерзкую песенку, что слышал давеча, направляюсь дальше по улице.

Вот же прилипчивая.

На встречу мне уже торопятся семеро кровососов. Судя по отсутствию у них того знака, что был вышит у «Госпожи» на груди, это рядовые особи, а мне, выходит, в плен попалась их командирша.

И опять баба. Что за судьба у меня?

Не затягивая, Молнией шарашу в ближайшего, Молотом — по тем трем, скучившимся, Копье праха — еще в одного, Воздушным толчком — по оставшимся. Вот Поле шипов не применял. Во-первых, всех уже неплохо приложил, и осталось их лишь добить. Во-вторых, мне тут завтра на машине ехать. И так старался асфальт сильно не портить Пространственным молотом.

Проходя мимо копошащихся тварей, докалываю их столь хорошо зарекомендовавшей себя Ганреной. Ну, точнее, это некро так воздействует на упырей, а клинок шашки пропитан ею, и которая уже, похоже, самостоятельно им тянется из пространства. Доколол всех, кроме того, в которого влетело мое Копье праха на некроэнергии, и от которого и так не осталось ничего. Только вонь и брызги.

О, а это кто у нас там спешит? Похоже, еще один командир. Ого, грозный какой! Лови.

Кпье праха смело его, и он булькающей жижей заляпал еще троих, что были за ним в проходе. Эти вот сопли подействовали на них, как кислота, и кровососы, воя, начали кататься по земле.

До них метров сорок, пока дойду, они и сдохнут. Молотом там бахать не стоит. Чужой ведь дом. Людям там еще жить.

О, а как на них, интересно, действует огнестрел?

Опустившись на колено, прикладываю Шелест и обнаруживаю, что твари довольно горячие и контрастные в тепловизионном прицеле.

Полезная информация. Они, получается, не только очертанием должны выделяться на фоне людей.

Произвожу выстрел в то место, где у твари биореактор.

Ну, и что? Чего он еще корчится там? Умирать не собираемся? Аллё! Так, а если в башку?

Передернул затвор, прицелился, нажал на спуск. Пуля угодила в голову, и тварь таки замерла.

Хм(пожав плечами). Пуля в голову — работает. А почему же повреждение биореактора его не убило?

Теперь стреляю в голову второму. Расстояние смешное, поэтому задачка несложная. Но кровосос спустя мгновение опять начал двигаться.

Что за ерунда? Может…

Выстрел в реактор, а затем опять в голову. Мертв!

Похоже, поврежденный биореактор всего лишь лишает их регенерации, а последующее повреждение ЦНС не восстанавливается и являются фатальными. Учтем.

Теперь я знаю, как их уничтожать на дальностях свыше 150 метров. От 100 до 150 — смертоносные для них Молнии, а до 100 — всё остальное. Гангрена же зарешает накоротке. Тактика ясна.

Что тут у нас дальше? Еще остались?

Пройдя по ближайшим дворам, я обнаружил несколько раненных людей которым Исцелялкой быстро оказал помощь.

Эх, жалко, что Лечилки или даже Заживлялки нет, для таких вот случаев они гораздо предпочтительнее, чем имеющийся у меня более мощный, но всего лишь на несколько использований артефакт. Нужно озаботиться. Раз уж решил строить из себя странствующего охотника на чудовищ.

Хм(почесав затылок). Может, мне и звонкой монетой отсыпят, эм, гонорар? Надо в сельсовете спросить.

Вампиров более не обнаружил. Но выяснил, что я уничтожил не всех, и большинство утащило более сорока лиц моложе 18 к себе в гнездо.

Скотство. Ну не хочу я всюду лезть. Но не смогу же я бросить детей. Нужно идти допрашивать пленную. А потом и к ним, в гнездо(сплюнув).

— Ну что, говорить будешь? — вскоре вернулся я к допросу.

— Ты убил моих детей…

Сделал ей очень больно, чтобы вернуть беседу в нужное мне русло. Гормонами и стимуляцией нервной системы, понятное дело. Зачем мне пачкаться в ее ошмётки, когда биохимия есть?

— Ты поняла, чем ты есть тут, а? Ты куча мерзости, что будет услаждать мой слух своими воплями, когда я стану описывать тебе, как именно я убивал твоих детей. Порадуй меня, доставь мне удовольствие своими визгами. Поломайся еще чуток. А? Ну позязя! — слегка покривлялся, а заодно согнал раздражение от ситуации.

Опять делаю ей очень больно. И выслушав булькающие хрипы да монотонный вой, даю некоторое облегчение.

— Класс! Это было — словно песня для моих ушей. Я, конечно, еще задам этот вопрос, но искренне надеюсь, что ты не дашь мне ответ, и я опять услышу твой мерзкий хрип. Чёрт. Не могу отказать себе в удовольствии.

Опять делаю ей больно, так и не дав шанса ответить. Удовольствия мне это, понятное дело, совершенно никакого не приносит. Я ж не больной. Просто нужно продемонстрировать образ, который сэкономит нам обоим время, исключая все сомнения и надежды у моей собеседницы, так сказать. Да и работаю я с практически отключенными эмоциями. Хотя, можно и поэмоционировать слегка. Ну-ка, отпустим чутка…

Детей я ее убил? Сука! Вы, твари, пришли и стали убивать наших детей. Я вас всех — под корень. Лисью Кару и под вас переделать недолго.

Слегка подпустив эмоций, чтобы все еще чувствовать себя человеком, прикручиваю их и продолжаю истязать кровопийцу.

А некоторое время спустя упрямица была сломлена.

— Эх. А вот эта часть тебе особенно удалась. Тут ты прям завыла очень…

— Скхажхууу, — едва хрипит кровососущая тварь.

— А? Чёт послышалось. Так о чем это я? Ах да. Воешь ты — очень протяжно и…

— Йхаа скхааажуууу.

— Да что ты меня всё перебиваешь? Что ты там мне скажешь? Мне, может, от тебя уже ничего и не надо. Ты так задорно верещала, что мне…

— ЯАА ВСЕОО СКХАААЖУУУУ, — завыла.

Ну скажешь так скажешь. Возвращаю эмоции.