ВМ: Награда?

Глава 19

— Прошу в моё авто, милая подполковник, — галантно подставляю ручку и радушно скалюсь. — Ада, за руль. Эль, на переднее сидение.

Ну я ж не дурак прорываться вот прямо так, под дулами пушек и пулеметов.

— С удовольствием, — как-то порочно и одновременно хищно промурлыкала тощая красотка с черной физиономией.

Когда мы приняли удобное положение на заднем сидении, а я поудобнее перехватил Усыплялку, Лёмирье скорчила рожу, что даже через тонкую маску на лице это было отчетливо видно, ну и выдала в направлении нашей ушастой. Хм(иронично). Хотя и сама она не менее ушастая. Так вот, сказала следующее:

— Деточка, а тебя не учили сдерживать свою ауру? Это же совершенно неприлично.

И что удивительно, Эль поняла её язык, правда ответила со странным смешным акцентом. Примерно как индус, говорящий по английски.

— Я не знаю. А что это? — растерянно протянула, очаровательно покрасневшая светлая.

Тёмная стянула маску и явила мне свой строгий, но красивый профиль.

— То есть как? — ошарашенно выдала «спецназовка». — Разве вас в пятьдесят не учат управлять своим Очарованием? И словно что-то осмыслив, глянула на меня новым взглядом и непроизвольно плотоядно облизнулась.

Так. Эт чё получается, Сила Любви у нас — на самом деле Очарование? Это интересно.

— Не-е-ет, — растерянно протянулся Эль. — У нас малышей такому не учат.

Блин, а сколько ж ей?

— Возмутительно! Дикари. Сейчас, — что-то потужившись с важной рожей, дроу выдала. — Готово.

А мне аж дышать легче стало. Да и Ада едва не въехала в дерево, на миг утратив координацию.

Та-ак. Операция Снежинка отменяется.

Убираю Усыплялку и решаю прояснить ситуацию.

— Госпожа Лёмир…

— Просто Ли́ка, — приложив меня видимо уже своим Очарованием и отметив теперь его эффективность, удовлетворенно расплылась в невинной улыбке эта вот… охотница.

Так, я понял. Эта чернозадая зараза жарила меня своим Очарованием, как тока узрела нагибатора, не похожего на их тряпко-самцов, но оно, видать, не пробивалось через Элькино. А теперь эта, гораздо более опытная соблазнительница, что-то поняв, «подкуртила настройки» и принялась обрабатывать меня более эффективно, чем там, у фермы, сразу по завершении операции Гладиолус.

Вот только вопрос. Что ей от меня надо-то? Не верю я, что ей не с кем коротать романтические вечера.

— Лика, дорогая. Вы же не хотите, чтобы я превратил вас в безрукое и безногое создание, счастливо пускающее слюну, когда его доят, как мою прошлую возлюбленную? — добродушно улыбнувшись, отмечаю, как она, втянув воздух, поняла, что говорю я правду. — Тогда ведите себя ПРИЛИЧНО, вы же не неопытная и необученная девчонка.

Выделив интонацией слово, указываю глазами на поежившуюся Эль, чтобы дать понять тёмной, о ком я, и о чём я.

Не будучи глупой, темная моментально прикрутила свое Очарование, виновато потупившись, но спустя мгновение с невероятным любопытством в глазах и подрагивающим от нетерпения голосом спросила. При этом подавшись вперед и положив мне руку на колено.

— А за что вы ее так?

Не, она больная чё ли?

Я понял. Я когда ее пытаюсь напугать и впечатлить своей крутостью и невероятной суровостью, она только больше возбуждается и проявляет ненужный мне интерес. Нужно менять тактику и не жути о себе таком жестоком и несокрушимом нагонять, а скукоты и слащавости, например.

— Дело-то житейское. Борщ не умела варить, — и это правда, хоть я ее и не за это.

— Я научусь.

Да что ж такое? Это Циничная сволочь у меня заработала или в чем дело-то?

— Не будем отвлекаться, Лика. Можно более подробно об этом вот Очаровании и мерах борьбы с ним. А я, — многообещающе улыбнулся, — буду весьма благодарен.

Например, не стану травить вас всех Карой.

— О. Да тут всё просто, — барственно откинувшись на спинку и закинув ногу на ногу, продолжила черноухая. — Девочке нужен наставник. Наставник, который всегда будет рядом и поможет справиться с этой неловкостью, хотя бы просто подавляя ее Очарование своим, как я сейчас. Так что я — готова!

Торжествующе улыбнувшись, опять плотоядно облизнулась темная.

Да мне проще вас обеих грохнуть, чем еще одну таскать за собой. Тем более, шпионку враждебного людям вида.

Тем временем, мы подъехали к административному зданию, по-видимому к сельсовету, куда нас направил военный регулировщик, не пропустивший к дому «Солохи». Здесь уже располагался временный госпиталь и прочая мобильная инфраструктура экстренных служб, развернутая в рабочем положении.

Что ж, так хочет быть наставницей светлой? Да не вопрос!

— Тогда можно вас на минутку, Лика? Ада, за мной. Эль, на месте.

Выхожу из авто и отхожу в сторонку. А когда ко мне подошла рыжая, шепчу ей на ухо: «Бросаешь вызов дроу и проигрываешь. Всё делаешь быстро, не затягивая».

Получив понимающий кивок, обращаюсь теперь к темной.

— Необходимо соблюсти одну маленькую формальность. Традицию, так сказать. Небольшой дружеский поединок. Моя ученица против Вас, глубокоуважаемая Лика.

— Это какая-то хитрость? Я не стану.

— Тогда всего хорошего, — разворачиваюсь и иду к авто.

— Хорошо! Я согласна, — вроде как согласилась темная, но готов поспорить, что не успокоилась.

Да плевать!

— Чу́дно, Лика. Ада, давай.

— Вызов, до первой крови или сдачи, — возвестила моя рыжая.

— Принимаю, — ответила Лёмирье, причем на нашем и совершенно без того кривлячего акцента.

Ну а в следующий момент произошло три вещи.

Ада поймала брошенный мною меч, что я приобрел у того некогда хромого реконструктора. Не плетью же праха ей калечить подполковничиху.

Что-то понявшая Эллемирель, вылетела из джипа с криком: «Не-е-еет!»

А Лика, выхватив шпагу, эфесом подозрительно напоминающую «блюхеровку», совершила молниеносный выпад.

Хитрая сука.

— Ах, признаю свое поражение. Ада, вы были просто великолепны, — выдала эта интриганка, стирая кровь из незначительного пореза на скуле, коей она специально напрыгнула на клинок меча, который рыжая даже не успела еще взять как следует.

— Как ты мог? — влетела в меня и начала тарабанить в грудь кулачками принцесска.

Да охренели, что ли?!!

Ухожу Бабайкой в нематериал и валю подальше от этих баб. Так будет правильно!

Аде я после подброшу записку.

А удаляясь, слышал позади рыдания светлой, восхищенные восклицания темной и хохот рыжей.

ВиаГра, етиевомать

Вот уже более трех суток я занимался Карой. Закончил. Мда.

Находился я сейчас, к слову, в небольшом городке, куда прибыл на рейсовом автобусе и в облике небритого черноволосого джигита. Свой дивный бежевый плащ и шляпу я убрал в подпространство до лучших времен, и сейчас был в модных узких джинсах и пуховике. Всё это я купил в обычном магазине, который, на удивление, исправно работал. В городке был машиностроительный завод, поэтому тут был порядок и много силовиков.

Почему я решил так поступить и свалил от красоток? Да тут всё просто.

Дроу. Ну их нахрен! Будь она даже еще более классная, я всё равно ни за что бы не связался с этими опасными змеюками. Наверное. Но не сейчас, это точно. У меня полно дел, и тратить время на новые ненужные мне сейчас отношения я не хочу. Выхлопа для меня от этого я не вижу, а проблем будет выше крыши.

Светлая. Да, она замечательная, да и польза от нее есть. Но девчонка ухватилась за какие-то неоднозначные и не допускающие четкого трактования строки некоего пророчества, и придумала себе что-то большое и светлое, натянув сову на глобус, так сказать. Да и будь это реально судьба, я ж тогда никак не уйду от этого ее пророчества, и что бы я ни делал, всё равно в итоге приду к предсказанному. Я ведь специально эту галиматью слушать не стал, чтобы никак не пытаться обойти упомянутого в тех строчках. А если нет, то нет. Многие лета ей тогда, как и ее избраннику, ну или о чём там в этом пророчестве. К Эль я — так-то, равнодушен. Да я ко всем, после Алины, равнодушен(с горечью). Выжгла она у меня всё, чем я способен был принимать в свое сердце кого-либо. Так что — так.

Ну а что касается моей верной рыжей, то я уже передал в послании, подброшенном ей в карман, что на время оставлю ее. Правда, назначил дату и место встречи в столице. А пока что Аде придется своим магическим образованием заняться самостоятельно. В записке было указано место, где я припрятал методичку с оставшейся информацией по рунам, ну и с рекомендациями по дальнейшим тренировкам в развитии параметров ауры.

Да, я не забывал о своих обязательствах перед Олей-Страшилой-Адой, когда принимал ее клятву. Пусть она и моя добровольная рабыня, но она жаждала усиления и новых знаний, пусть и для глупой мести Артуру. Хоть я уже и дал ей всё что мог, в нынешнем-то моем состоянии. Да, я, конечно, мог бы просто забить на свои обязательства, но всё равно ощущал некую ответственность и продолжал делиться с ней знаниями, как и обещал. Ничего. Еще встретимся, тогда и продолжим развитие, а то и придумаем чего-нибудь новенького. Я уже и заскучал, если честно, без моей верной боевой любовницы.

Примерно так.

Возвращаясь к результатам моей работы этих дней. Кара, как и сказал, была завершена.

Почему я вообще так долго возился с Карой, и куда делось слово Упырья? О, тут всё интересно. Работая над заразой, я решил переосмыслить подход, ну и уничтожать не конкретный биологический вид, а всё, что отлично от человеческого. Хотя и это неверно. Правильнее, всё нездешнее, так сказать.

Да. Я слегка подумав своей гениальной головой, буквально на коленке создал то, что спасет этот мир от вторжения после поражения в Турнире. Делов-то!

Итак, что это и как работает. Любой разумный, кто не человек, как только войдет в контакт с зараженным носителем, то бишь с любым коренным обитателем данного мира, так сразу сам становится носителем и разносчиком. Но, как только он покидает нашу планету, Кара уходит в спящий режим и вновь активируется только при возвращении.

Вот это, если честно, было реально тяжело сделать, но оказалось невероятно просто, когда понял, как и что брать в качестве условных факторов. Излучение нашего солнца! Я смог выделить то, что происходит с покровными тканями нездешнего живого организма, попадающего под наше солнце. Теперь именно это активирует Кару, а отсутствие этого — отправляет ее в спящий режим.

Но это был описан механизм распространения. А какое же действие и условия срабатывания? А тут еще проще. Запах. Точнее, те частицы, что его образуют для органов обоняния. Но для Кары даже и не нужны эти самые органы, вся кожа будет выступать в роли «сканера» наличия человеческих особей неподалеку.

Если улавливается «запах страха», то включается боль. Точнее, в зависимости от концентрации будут вызываться ощущения в пределах от легкого беспокойства до невыносимой муки.

Если же будет «запах смерти», причем насильственной, то возникнет жуткая боль, а после и смерть. Правда, при условии, что за несколько часов не убраться из нашего мира. При возврате и повторном «запахе смерти» — произойдет моментальная смерть. Мозг просто будет выжжен выбросом в кровь опасных для него веществ, что выработает сам организм инфицированного Карой.

И что же мы имеем? Вторженцы, или те же лисы с дроу, попав в наш мир, подхватят Кару и сами заразят всех своих. Как только они окажутся в месте, где людям страшно, то им станет не по себе. Если же там толпы страдающих и боящихся людей, то им станет охренительно плохо и больно. А если они будут в месте, где людей убивают, то они становятся приговоренными Карой.

Какой выход? Бежать. Бежать скорей из мира и держаться подальше от этой проклятой Земли и её людишек.

Вывод. Наш мир теперь не пригоден к колонизации, да и вообще рискованно в нем находиться. А то собьют кого-нибудь машиной, а инопланетянин, который просто мимо проходил, получит приговор Кары. Лучше валить из этого негостеприимного мира.

Тут, конечно, можно предложить всевозможные средства индивидуальной защиты. От космического скафандра, до нашего ОЗК. Да вот только ни у лис, ни у дроу подобного нет. Да и толку, если они уже все будут заражены к тому моменту, когда только узнают о заразе, и даже напяленный ЛЮБОЙ герметичный костюм будет уже бесполезен.

Что касается вторженцев, это которые многократные Чемпионы Турнира, то они, судя по описаниям Лидки, какие-то низкорослые, короткоживущие, ящероподобные твари, у которых вообще презирают всё техническое, а сами они исповедуют культ трудолюбия и самоотдачи. У них, кажись, даже медицины нет и всякое такое презирается, ибо сильная особь должна или перебороть, или не достойна жить. Ну и да, их много. Очень много. Но это даже хорошо. Зараза проще будет распространяться.

За пару месяцев, после того как я выпущу Кару, она распространится по всему миру, а еще через три — начнется ее действие на чужаков. Примерно так.

И да, я внес в исключения Эллемирель. И Лику. Ну вот такой я непринципиальный.

Ладно. Пора в столицу. С Советом и Олиской разобраться надо. А потом и в теплые края можно рвануть. С Адой. Сентябрь как-никак. Уже завтра заканчивается. Мда. Ну а если даже и не застану этих тварей в столице, то я предусмотрел и такое развитие ситуации.

Все лисы старше восьми сотен лет, то есть имеющие восемь или более хвостов, умрут от Кары в страшных муках, независимо от обстоятельств. А это как раз и есть весь Совет и девятихвостая предательница.

«Ну что, пациент „0“, пора показать, кто в этом мире хозяин», — сказал я, вводя себе Кару.

Столица встретила меня неласково. Дождь, блок-пост, пробка на въезде. Пропуска или другой уважительной причины для въезда у меня не имелось, поэтому, оставив авто на обочине, я отправился пешком, намереваясь благодаря Бабайке преодолеть КПП незамеченным.

Я был в своём модном плаще с поднятым воротом и в шляпе. Моё квадратное ныне лицо украшали роскошные рыжие бакенбарды, и я был невероятно органичен в этом облике и гардеробе.

Путь свой я держал в одну гостиницу, расположенную в здание эклектического стиля, где на 11-м этаже, в номере с видом из окон на самое сердце страны и исторические достопримечательности, должна была проживать, а точнее содержаться, девятихвостая Олиранья, более известная как Олиска. Я не хотел отдавать моей Каре привилегию умертвить эту суку. Мне очень хотелось самостоятельно вырвать ей сердце.

Вот только раздобуду себе машинку, и сразу туда. Заждалась небось?

О, а вот и неплохой вариант. И прямо сюда едет. Хе-хе, прямо на меня.

Ну правда, не могу же я, будучи в таком винтажном виде, спешить на встречу этой твари с ее могильной плитой на каком-нибудь современном авто. А вот этот, всем известный немец в 123-м кузове — весьма неплох и мне подой…

…дёт. Закончил я свои рассуждения, материализовавшись уже на переднем сидении как раз проезжавшего сквозь меня авто. Да, рядом с охреневшим и едва не влетевшим в столб от неожиданности водителем.

Как несложно догадаться, всё благодаря Бабайке. Став нематериальным, я вышел на дорогу, а когда увидел эту бордовую и блестящую отреставрированными боками колымагу, стал у нее на пути. Затем развернулся задом и материализовался в момент, когда оказался внутри салона, понятное дело, вовремя приняв сидячее положение. Всего лишь расчет и хорошая координация улучшенного тела. Даже нигде не ушибся.

— Тормозни, родной, — медленно повернув голову, говорю своим чуть хриплым басом.

— А-а?

— Тормози говорю! — ну а после остановки продолжил. — Тебе на выход. Поторопись.

Ну вот и всё. Ох, и плавно же идет эта каравелла. Но туговата, правда. Зато на стиле.

Проводив взглядом ошарашенного и перепуганного водителя, который смиренно исполнил мои, хм, просьбы и остался стоять на обочине с открытым ртом, я погнал в центр, к интересующему меня объекту.

Ну вот и прибыли. Довольно быстро, даже пробок особых не было. Хм(покивав). А красиво тут. Вот закончу со столичными делами и тоже рвану в красивые и, главное, теплые места. Люблю колониальную архитектуру. И пожалуй, чтобы море было рядом. Да, так и поступим. Встречусь послезавтра с Адой, надеюсь закончить к тому моменту, и вперед! К красивой жизни. А рыжая, без которой и правда тоскливо, мне составит компанию.

Да и вообще, одному, конечно, куда эффективнее, но… но слишком тяжело… без Алиночки.

На этаж я поднялся Бабайкой. Зачем мне ноги бить и пересекать всевозможные охранные периметры, представляться, сообщать о цели визита и прочая канитель? А так, вжух, и вот я уже на необходимом мне одиннадцатом этаже. Замечательно.

Так, и где же здесь нужный мне люкс? А, вот же он. Ух ты! Слоновая кость? Мда-а-а. Красиво жить не запретишь. Ох, а вид-то. Ой. Засмотрелся, что-то.

125 секунд нематериальности к тому моменту завершились, и я с топотом «приэтажился» с высоты полуметра, на которой висел перед окнами, которые открывали впечатляющий вид из номера.

Мда. Это я как-то оконфузился. О, а ты кто еще такая?

— А где рыжая? — спросил я у девицы, прям влетевшей сюда из комнаты с роялем.

— Хм(самодовольно). Удивительно. А я не верила. Но раз заплатили.

— Ты вот сейчас с кем разговаривала? Я говорю, где рыжая? Куда вы спрятали девятихвостую?

— Я, лапочка — комитет по встрече тебя, мой сладкий. Хотя это был всего лишь резервный вариант. Так и знала, что атомные бомбы перехваливают. Ты как — откопалси али воскрес? — с издевкой произнесла эта, отчего-то излишне информированная особа.

Представляла она из себя невысокую, невзрачную девчулю около двадцати. Волосы короткие и какие-то невзрачные. Да она вся, блин, невзрачная. Одета, вот только, была в спортивный костюм, а на ногах имела кеды. Всё — довольно дорогое и по фигуре.

— А расскажи-ка мне, зайка, кто ты, милая? И откуда ты знаешь про бомбочку. Ну и про то, что кто-то должен прийти за рыжей? — решаю поддержать ее тон общения.

— А я, мой мармеладный — Игрок. А зовут меня Занозочка. Совет попросил меня побыть тут пару неделек. Вдруг кто придет. А оно, вон, как вышло. Ты и пришел, глупенький. Правда, мордашка у тебя совсем не та. Но это не страшно. А отступницу они куда-то там в другом месте заныкали. Хм(злорадно). А вот скажи, пироженка моя, откуда ты узнал про это местечко? А то, понимаешь ли, за то, что я тебя сейчас буду убивать, меня уже щедро отблагодарили, но если я Совету сдам их «крота», полагаю, их благодарность не будет иметь границ, — плотоядно оскалилась эта разговорчивая особа.

— А ты, я смотрю, весьма информированна. И про бомбу знаешь. А давай так. Я отвечаю на твои вопросы, а ты на мои. Идет?

— Да не вопрос. Всё равно ты отсюда не выйдешь, медовый мой.

— Лидарон. Это она мне рассказала. Теперь ты ответь. Ты знаешь о Чемпионах, Турнире и его последствиях для нашего мира?

А вот это плохо. Я бы даже сказал, полный пипец. Мне-то от этой моли особо ничего и не нужно, а в вопросы-ответы я решил поиграть, чтобы отвлечь ее, пока буду Усыплялку и Биоконструктор извлекать из подпространства. У меня лишь Бабайка просто в кармане, а всё остальное в подпространстве. Да вот беда. Не работает. Нихрена не работает. Ни подпространство не открывается, ни просто Бабайка в руке не активируется. Сдохла магия, по ходу.

— А, так и знала, что это она. Что же касается твоего вопроса, то… — прям плескала самодовольством выяснившая имя предательницы убийца. Но заметив мои потуги, сменила тему, поддав патоки в свою речь. — Ой, а что это ты так поскучнел, кремовый мой? Что, не работают твои игрушечки? Да? А это, сдобненький мой, такая моя способность. Я — убийца магов. Они-то привыкли надеяться на свои магические штучки, а тут — сюрприз! Но так и быть, отвечу тебе перед смертью. Знаю о Турнире, желешечка моя, потому и дружу с лисичками. Они меня с собой заберут.

Так, мне хана. Я безоружен. Всё оружие в подпространстве. У меня лишь кусок кости, который до вмешательства этой суки был Бабайкой, но даже он с закругленными углами и гранями. Я им и голову не смогу ей разбить. Короче, мне писец.

— Ну что ж, шоколадочка моя, пора умирать, — противно оскалившись, она извлекла граненый длинный кинжал.

А я стоял, как ударенный пыльным мешком по голове, обшаривая глазами пространство вокруг и пытаясь придумать, чем бы с ней воевать.

В следующий миг Заноза сорвалась с места и на приличной скорости влетела в меня. От столкновения мы перелетели через софу, а следом и столик, что стоял между нею и еще одной напротив. Перекувыркнулись пару раз и замерли на полу.

Больно. Похоже, я облажался. Мое бедро сильно рассечено. Кровь толчками хлещет из него. И даже то, что эта сука мертва, не радует меня.

Она была быстра, почти также как и я, но я оказался тяжелее, сильней и опытней благодаря моим навыкам и знаниям. Доказательством тому — труп Игрока с кинжалом, который она всё еще сжимает в своих руках, но чей клинок, войдя ниже подбородка, острием вышел через темя.

Да, я помнил, что как только Игрок выпускает свое Системное оружие, оно становится неосязаемым для неИгроков, и именно поэтому, пронзая мозг, я не дал ей выпустить из рук свое оружие.

Однако всё это, увы, было бессмысленно. Мне не выжить. Кинжал не прост. Рана не закрывается. Кровь спешно покидает мое тело, и словно что-то вытягивает из меня жизнь. Проклятый кинжал, это что-то артефактное, и даже мое прокачанное тело с дублированием органов и систем не вывезет этого. А вся моя «медицина» по-прежнему не доступна. Уж не знаю, как Заноза заблокировала мне магию, но ее смерть не вернула…

'

Поздравляю, Избранный. Тебе выпал шанс принять участие в Игре, что даст возможность возвыситься над остальными, развив себя до невероятных высот. Удачи, Игрок.

'

Это, мля, шутка такая?

Как? Как это возможно? Я ведь не одарённый. И что я сделал-то вообще, раз оно заработало?

Нет, стоп. Это — всё после. Сначала — разобраться с кровотечением, и…

Темнота.

Очнулся я, судя по часам, спустя всего пару минут. Моя рана полностью затянулась и, кроме как испорченной одеждой, а также лужей крови посреди дорогих интерьеров, ни чем о себе более и не напоминала.

Я жив! Система меня залечила. Фух. Пере… переволновался я изрядно, если честно. Но главное, что всё позади. Еще повоюем!

Так, а теперь вопрос. Какого хрена? Как у меня активировалась Система Игры, а?

Хотя, если подумать, то я убил Игрока. Но я ведь дохренища их уже наубивал. Точно! Сейчас я впервые убил Игрока его же оружием. СИСТЕМНЫМ оружием!

Вот же скотство. Ну кто бы знал, а? Да я сто лет назад бы уже грохнул кого-нибудь его же Системным оружием и давным-давно стал бы Игроком. Вот же ж.

Подойдя к телу Занозы, я с противным звуком извлек из-под ее челюсти кинжал и убрал его в Системный инвентарь. Туда, на сколько я помню, можно убирать лишь Системные предметы.

Так. Значит, получается, что одаренным можно сделать и простеца. Ну да, раз я теперь Игрок, а Игроками могут быть лишь одаренные, то это так. Ну а чего я удивляюсь-то? В Системе Великого Механизма тоже с определенного момента становилась доступна Энергетика у любого докачавшегося простеца. Так что, тут ничего особенно удивительного и нет. В общем, лучше позже, чем никогда.

И да, я ведь теперь могу успеть стать Чемпионом и порвать жопы всем на этом их Турнире. И без всякой там Кары. Ох, развернусь же я(потирая руки)!

Ладно, мои амулеты не заработали? Нет, блин. Похоже, утратил я все свои богатства. Привязка к подпространству слетела и доступа к нему более нет. Да и Бабайка не заработала.

Но ничего. Наделаем еще. Теперь-то я Игрок!

Кстати, поглядим характеристики.

Объект «Троян»

Уровень 0

ОО: 2,045,324

ОХ: 0

Сила 0

Ловкость 0

Выносливость 0

Разум 0

Дух 0

Инвентарь:

Кинжал Милосердия II класса

Ого! Выходит, Очки Опыта мне посчитали за все мои деяния с начала Игры? Так, что ли? Иначе бы откуда взялись более двух миллионов ОО? Круто, чё.

Теперь качнусь и стану имбой. И пофиг, что все статы по нулям. Сейчас вот вкину ОО в уровни, и появятся Очки Характеристик.

Вот только я не пойму. Что это еще за Объект «Троян» такой?

'

Активация…

…

…

…

Активация завершена.

Поздравляю, объект «Троян», Великий Механизм приветствует вас.

Вы одержали победу в цикле 3161, принеся 1 очко в пользу Великого Механизма.

Текущий счет:

Система Игр — Великий Механизм, 1224: 1937.

Сделайте свой выбор:

— Завершить текущий и начать следующий цикл 3162.

— Безвозвратно удалить объект «Троян».

'

Сука!!! Какая же сука.

И никуда, и никак. Из меню не выйти, не сделав выбор. При этом тело парализовано, а глаза видят лишь эту картинку.

Меня поимели. Поиспользовали. Я не могу ничего предпринять. Мне остается только сделать выбор. И у меня лишь два выхода.

Или отправиться в очередной цикл, уже 3162-й по счету, получается. Ну и начать там всё сначала, то есть без воспоминаний об этом мире и полагая, что я только-только из первого мира, где был Иваном. Прямо как в тот момент, когда я очнулся Стасиком в кровати с Олей.

Или же я могу покончить со всем. Стереть свою копию, которая сделана с оригинала в момент его гибели в Аду от рук того Игрока-азиата. Прекратить это вот повторение цикл за циклом.

Ну и правда… ведь кто я такой, если подумать? Простая информационная копия Ивана, который настоящий — где-то там. А я — копия, которую уже более трех тысяч раз помещали в чье-то умершее тело. Я — никто.

Прискорбно.

Что ж, сейчас я, который прожил эту короткую жизнь в данном мире, перестану существовать. Причем независимо от того, какой выбор сделаю. В любом случае мне, воспоминаниям Ивана в теле Стасика — конец, здесь и сейчас. И это… это тяжело осознавать, а тем более принять.

Три тысячи циклов. Уже три тысячи… Хм(встрепенувшись). Циклов? А ведь, одна тысяча циклов в роли демона-решалы, по сравнению с этим — не так уж и плохо. Только вот нужно проверить одну штуку.

— Ау, — мой голос прозвучал неуверенно.

Отлично! Я, парализованный и ослеплённый, всё еще могу говорить. И вот, что я вам скажу, Системы:

— Сосите, твари! Сим-Салабим! Ахалай-Махалай! Мираб, я согласен! — проорал я, разорвав этот круг.

Спустя месяц. Теплые страны. У моря. Дорого, богато и колониальная архитектура.

На огромном ложе из-под шелковой простыни, которой укрывались, были видны две девушки. Одна из которых, та что рыженькая, с отрешенным и полным смирения выражением лица изучала узоры балдахина, а другая, которая светленькая, очаровательно прижавшись к плечу другой и закинув на нее ногу, жарко и с восторгом «трещала»:

— Я знала. Я знала, что Пророчество не может лгать. Я всё же нашла тебя, — в который уже раз пустив слезу счастья, она продолжила. — Я так счастлива, так счастлива. Моя вера и надежды не были обмануты. Это чудо!

— Угу, — не отрываясь от своего невероятно увлекательного занятия, безучастно отвечала ей рыжая.

— Я просто не могу осознать всю степень своего счастья. Ах. Пророчество, спасибо тебе, спасибо, спасибо! Это так замечательно. Эти строки станут нашим девизом. Ой, какая превосходная идея. Вот послушай, послушай.

— Да ну сколько ж можно? Я только сегодня это уже пятнадцать раз слышала, это же…

— Ах, ты такая невероятная, великолепная, превосходная, просто лучшая. Я не могу нарадоваться своему счастью. Всё, как в Пророчестве!

Неласковый преемник множества других,

Отвергши юное прекрасное создание,

Смущение не сможет удержать в груди

И к ней возникшее стремленье, будто жар желания,

Когда язык с ней общий вдруг найдет,

Нежданно обретя в лице её причину для терзания.

И сбудется тогда —

Принцессой так лелеемое предсказание.

И воспоследует влюбленных, наконец —

Столь долгожданное признание.

И мир спасет не то, не тот, и вовсе без —

Превозмогания.

— Ну, и где здесь обо мне, если тут…

— Не спорь, не спорь, любовь моя. Я точно знаю!

— Да вы дадите поспать-то? Мне завтра на миссию, а вы тут устроили непойми что, — отругала двух «щебетуний» высунувшая голову из-под простыни, где она пыталась немного поспать после бурной ночи, третья красавица. Темненькая. Совсем темненькая. Даже лицом.

— Да-да, Ликачка, мы тихонько. Мы больше не будем шуметь, обещаю-обещаю, — состроив невероятно умильную мордашку, прошептала провинившаяся любвеобильная Эллемирель.

— Ну вот кто меня дёрнул приволочь обучающий языку артефакт? Ведь как тихо и спокойно было, — взмолилась невыспавшаяся Лёмирье.

— Ах, спасибо-спасибо. Если бы не ты, мы с Адочкой так и не узнали бы, что предназначены друг для друга! — не находила себе места от счастья эльфийка.

— О-о-о. И зачем я только с вами связалась? — обреченно простонала, упав лицом в подушку, дроу.

— А нехрен было с настройками Очарования экспериментировать, дура старая, — попрекнула ее Ада. — А мне, по твоей милости, теперь вот терпеть весь этот бордель. Господин ведь четко запретил кому-нибудь из его сучек делать больно. Ну, без его на то разрешения. А то бы я вас…

— Привет всем, — прерывая полную негодования реплику рыжей, раздалось откудато сбоку, где ещё миг назад точно никого не было. — Воу, воу, воу. Страшила, ты, безусловно, радуешь меня своими обнаженными прелестями, ну и реакцией, конечно, но плеть всё же убери. Я, знаешь ли, предпочитаю сам доминировать.

— ТЫ! Я более не испытываю к тебе ничего. У меня новый господин. Убирайся, Артур!

— Кто это, Адочка? И почему он так странно тебя называет? — очаровательно поморгав, спросила светлая.

— А мы сейчас узнаем. Откроем его и поглядим, что там внутри, — предложила вариант развития ситуации темная.

— Ого! — восхитился незваный гость. — Лика, милая, а где ты там, стесняюсь спросить, эту громадину, ошибочно именуемую револьвером, прятала-то? О, и кинжал даже есть? Мое почтение. И кстати, давно не виделись. И тебе привет, Эль. Эх, всё хорошеешь.

— Господин? Н-но как? — опешила рыжая.

— Долгая история, Ада. Но теперь — я полностью свободен от дел и наконец смогу провести время с вами, мои аппетитные. Я-тогдашний — уже отправился, а Я-нынешний — вот он! Тут, с вами, мои шалуньи. Признавайтесь, чем это вы тут занимались? Без меня.

— Так ты… и Артур? — опешила пусть и экс, но Страшила, причем именно по воле данного вот персонажа.

— Ага, — довольно оскалился он. — Прикинь, как я офигел, когда прибыл в это тело и понял куда, то бишь в какой мир был призван. Почти что в самое свое начало. Этот идиот Артур, доверившись старому хитрожопому эльфу, решил провести с ним ритуал «познания». Но, слава лубриканту, понял к чему всё идет и воззвал к демону-решале, воспользовавшись подсмотренным у этого ушастого жреца, баловавшегося демонологией, древним ритуалом призыва. Ну это у того, что хотел скормить Арти своему Мелорну, ага, под видом ритуала «познания». Ну а потом, когда я уже занял эту тушку, ты всё знаешь. Ты это, прости за тот пирсинг и шнуровку на лице, но всё должно было быть канонично. Как я это помнил.

— Ничего, мне даже понравилось. Потом уже, правда, — всё ещё хлопая глазами в попытке осмыслить сказанное, механически ответила более не Страшила.

— Так это что — Ваня? — ошарашенно произнесла эльфийка.

— Блондинка, — презрительно фыркнула дроу. — Ванечка, не хочешь к нам присоединиться?

— А ты всё не меняешься, Лика. Какой была пару тысяч лет назад, такой и осталась, — шутливо погрозил пальчиком лишь телом Артур, но всё тот же Иван, хотя и не тот самый, то есть не изначальный. — Эх, и как же хорошо, девочки, снова именоваться так, а не Стасиком(поморщившись). Что ж, вынужден принять ваше предложение, мадам. Только пять сек, Альку позову.

— Какую еще Альку? — с очаровательно насупленной мордашкой возмутилась светлая.

— Обрубок? Господин, но как? — совершенно сбита была с толку рыжая.

— Ну ты чего там застряла? Тащи уже шампанское. Лю, двинь ее, чтоб двигалась живее. Да не О, а Алю! — отвлекся гость. А вынырнув обратно из по мановению возникшего портала, куда только что отдавал указания, ответил на вопрос Ады. — Тю. Да ерунда. Ты б знала, как сложно было за пару часов до взрыва, организовать эвакуацию такой толпы из Запрудья и Шлюхоленда. Незаметно! А всего-то лишь вырастить новые конечности и вернуть разум хвостатой — эт пара пустяков.

В проеме портала появилась юная, чуть смуглая, черноволосая и черноглазая красотка с пятью черными же лисьими хвостами и милыми ушками, в руках неловко держа ведерко с упомянутым французским вином. А следом за нею показались и две шикарные блондинки.

— Это кто, Ада? Ой, постой. Дай, сама угадаю. Это, должно быть, О и Лю. Да? А это, тогда, Аля. А чего у нее такое, эм, придурковатое выражение лица? — полюбопытствовала непосредственная Эль.

— А, — легкомысленно отмахнулся, как видно, закончивший уже отработку тысячи циклов решала. — Не обращай внимания. С ножом всё еще бросается. Вот и пришлось слегка… неважно. Ведь главное — это Любовь! Величина, как известно, осязаемая. Правда, Алиночка, любимая моя?

— Моя — любить Хозяин, — обменялись признаниями влюбленные, ну прям как в пророчестве.

— Во, видали? И вообще, я теперь всех люблю. Даже лис. Может, приму их всех вассалами. Уж больно хорошо они по хозяйственной части справляются. А в замен — подарю им иммунитет от Кары. Но не забивайте голову всякой ерундой. Ведь главное, что я снова с вами, любимые мои! Правильно? Ну вот и замечательно. А теперь подвиньтесь, я иду. Э-ге-гей! Люблю безобразия!