ВМ: Награда?

Глава 5

Наконец, работа! Наконец, меня никто не будет отвле…

— Да что ж вам всем от меня надо-то? — едва не вслух взрываюсь от негодования, когда меня отвлекают-таки.

— Ванечка-а, — это Алина подкралась.

Ага, Ванечка — это я, если что.

И эта коварная сама невинность и милота берет и сзади обвивает руками за плечи меня, сейчас расположившегося за эрзац-верстаком с инструментами.

Эх(сглотнув). Ну вот когда ты уже подрастешь? У меня ж потребности(вздохнув).

Но надо отвечать, а то разомлел тут, понимаешь:

— Да, солнышко, — аж всё слипается от меда в моем голосе.

— Это — Верочка. Она хочет тоже. Ну это, некромантом стать.

Она шо дурная? Притащить эту свихнувшуюся в наш дом. Ту самую, что до конца потрошения досидела. Этак я утром проснусь — а у меня голова в тумбочке. Так, что ли? Не, такого нам не надо.

— Лапочка, это очень-очень сложно. А Верочку мы подлечим, обязательно. Я вот, часов через 40, если меня не будут отвлекать — закончу «Исцелялочку», и Верочке уже не будет хотеться никого ножиком штрыкать, — аж у самого скулы свело, столько патоки разлил.

— Она не психованная. Совсем-совсем. Это она — просто студентка. На медицинском. И ей такое не страшно совсем.

— Ты адекватная? — уже нормальным голосом спрашиваю девицу, что стоит рядом с добросердечной Алинкой.

— Да, я в норме, — ровным голосом отвечает довольно безэмоциональная, даже во время казни, Вера. — Не поехавшая, если речь об этом.

Ну проверим.

Руку украдкой положил на Бабайку, а сам внимательно осмотрел эту вот, студентку-медика. Ну что можно сказать? Невысокая совсем. Русоволосая. Выглядит моложе, чем есть, если она и правда студентка из меда. Глаза серо-сизые какие-то. Нос с фактурным кончиком, но красивый я бы даже сказал. Верхняя губа, когда девчонка не контролирует себя, приоткрывает передние два зубика. Но, не смотря на все милые, казалось бы, детали, какая-то она строгая, собранная и жестокая, что ли. Нет, наверное правильнее, готовая даже на жестокость. Да, так вернее. Лицо её, в отличие от подвижного, живого и эмоционального у Алины, эдакое застывшее и холодное. В общем, мутная она, какая-то.

— Зачем тебе убивать и истязать живых людей? — спрашиваю.

— Э-э… Я и не хочу истязать и убивать. Но ты ведь не Игрок, однако у тебя есть сила. Сила — в знаниях и умениях. Я тоже хочу получить подобные знания, даже если нужно убивать и истязать, — довольно ровно и собрано отвечает Вера.

— Но зачем тебе сила?

— Как зачем? Чтобы меня больше не использовали как скот.

— Хм, — на миг смутившись, быстро беру себя в руки и продолжаю, пронзительно и даже строго при этом глядя на собеседницу. — Но зачем так сложно? Вот. Возьми этот нож. Перережь ей горло и стань вместо нее, раз она настолько глупа, что поверила тебе. Рядом со мной тебе не нужно будет копаться в вонючих кишках. Я и так защищу и даже улучшу тебя. Хочешь, к примеру, стать сильной и хищной как пантера? Ты тогда сможешь буквально испить крови любого своего врага, кои теперь будут не ровней тебе новой. Никто больше не сможет принудить тебя, такую отныне могучую, ни к чему против твоей воли. Ведь ты обретешь ту силу, которую так жаждешь, причем, как и сказал, куда как проще. Я даже могу сделать тебе ушки и хвост, если пожелаешь. Так как, хочешь? Вот он, нож.

Аля аж поперхнулась и даже слегка сбледнула с лица. Ее практически черные глаза расширились, полные губы чуть задрожали, а идеальный носик и красивые скулы резче очертились.

А нехрен тут, своих подружек-манипуляторш водить. Да, жестоко, но пора взрослеть, девочка.

Вера же посмотрела на трясущуюся Альку, потом на нож, на меня, сидящего с невозмутимой рожей и выжидательно уставившегося на нее. И наконец сказала, осторожно так подбирая слова:

— А можно я лучше… ну это, в кишках там, а? Я ведь не это… ну, не то чтобы стать сильной прям любой ценой. Мне больше из-за научного интереса. А ее можно не убивать. Она поумнеет еще. Молодая просто. А?

Так, похоже, теперь в этой троице я выгляжу как самый поехавший. А со мной сейчас говорят как с неадекватом, способным от любого неверного движения или слова начать херню творить.

— Ну как хочешь, — лениво убираю нож, продолжая держать мину при так себе, как видно, игре. — Второй раз предлагать не буду.

— Ты научишь меня… некромантии? — некоторая надежда проскакивает в по-прежнему сдержанной интонации Веры.

— Ты хочешь именно некромантию?

— Нет, я хочу изучить любую магию, просто ты назвался некромантом.

— Ну а как же ты отомстишь своим насильникам? К скольким из них у тебя счеты? Скольких ты пустишь на запчасти? — продолжаю выводить на эмоции эту ледышку.

Мутная она, или я уже говорил?

— Я(вздохнув)… Я хочу постичь магию не для мести. Если, чтобы ты согласился учить меня, мне придется каждый день улыбаться этим тварям, я пойду на это. Может, хватит уже меня проверять и дергать за больное? Я не поехавшая, — о, даже эмоции какие-то у этой снежной королевы прорезались.

— Зачем ты осталась и наблюдала за мучениями вчера?

— Не для удовольствия, — заверила она. — Хотела понять принципы и систему. Что и для чего ты делаешь.

— И как? Поделись своими наблюдениями?

— Не знаю… Тяжело сосредоточиться, когда они воют. Я имела дело с трупами в морге, с увечьями, с травмами от которых всё холодеет. Но это… Это пипец просто. Когда нужно не остановить, облегчить, прекратить, а наоборот подстегивать, усугублять, наращивать и… чтобы они всё прочувствовали. Наверное, даже осознали. Ну и чтоб не умерли раньше времени. Жесть, в общем. Но я четко осознала, что доноров ингридиентов нужно заставлять страдать, тогда те нанесенные символы превратят кости в, эм, ЭТО. Я не поняла, ЧЕМ стали кости. Я такого не видела никогда. Так?

— Всё верно. Кости, а особенно разумных, взятые еще у живых и с соблюдением особых ритуалов, приобретают определенные качества. Они становятся способны впитывать, передавать и сохранять энергию смерти, и не только. Увы, если ты не маг то, чтобы получить подобного уровня материалы, ПРИХОДИТСЯ совершать подобное. Благо, что сейчас полно тех, кто заслуживает такого. Из тех, кого я подверг подобному за эти дни, было только трое, у кого на счету меньше сотни людских жизней. Но они обидели Алину, поэтому я их не пожалел, — уже нормально, то есть не играя, объясняю я, по видимому, своей новой ученице. А затем обращаюсь к всё ещё боящейся дышать Алине. — Ты поняла, почему я так с тобой?

— Но она же правда нормальная! — с обидой и негодованием отвечает милая Аля.

— Я объясню ей, — влезла Вера, и пытается её увести.

— Вот, Алиночка. Ты сама привела ту, кто будет вертеть тобой и возьмет всё, что ей будет нужно, а ты даже и не заметишь этого, — вздохнув, с философским видом говорю брюнетке. Потом поворачиваюсь к русоволосой и говорю уже ей. — Не переоцени себя. Подумай вот над чем, если за нее я несколько часов разбирал на части даже девочку 17 лет, то что сделаю с кем-то другим? А теперь идите, мне нужно работать.

Мда, жути я конечно нагнал. Ну и Алине неприятно, и даже, наверное, больно сделал. Но и подчеркнул ее ценность для меня. Уж очень Вера продуманная и, как мне кажется, готовая беспощадно наступить на горло своей гордости ради достижения цели. Мне не нужно, чтобы она обработала Алю и подмяла под себя. Пусть лучше отыгрывает старшую сестру и знает свое место. Ученица — не более.

На АвторТудей есть больше работ автора.

Через несколько часов возни с костями, я сделал перерыв и вышел из лаборатории, под которую определил кабинет хозяина. В доме уже во всю проходила уборка. Аля с, как я понимаю, переехавший к нам Верой уже вовсю мило щебетали.

Я вздохнул. Опасная эта Вера, а Але пора взрослеть и не… Хренасе, а это что за?

Уставился я на давешник со́сок из постели Пеги, или как там его. Обе блонды сейчас «жужжали» со швабрами и ведрами. Прям персонал клининговой службы из порно.

— Барышни, а вам домой не надо? — наконец нашелся я что сказать.

— Иван, можно нам остаться? — обратилась ко мне одна.

Причем, как могло бы показаться, не моргая трогательно глазками и не с просящей, а с очень такой деловой интонацией эдакого супер профессионального секретаря. Ага, из порно. Это, к слову, была та, которая с губами. Она в этой парочке, видимо, мозг. Занятно.

И да, Аля меня настойчиво зовёт именно так, ни в какую не желая Стасом именовать. Так что, по-видимому, меня уже заочно представили этой вот… особе.

Да уж, элитная, прямо скажем, тётя. Не девчонка, давно уже. Ухоженная светлая блондинка с длинными подкрученными и наверняка нарощенными волосами. Спортивная, подтянутая. Бедра делала с хорошим тренером. Сиськи — у не менее, наверное, хорошего хирурга. Хотя, не знаю, слишком уж они у нее шарообразной формы, а такие только в одежде и выглядят роскошно. Без одежды же — аж, порой, до неприятия фальшиво и лично для меня отталкивающе. Что еще? Со следами косметических процедур на лице, но и природа там постаралась. Нос — прямой до неприятия. К слову, я всегда считал нос элементом индивидуальности, а тут он обезличен, стандартен, идеален. И это не красиво, как по мне. Скулы — от косметолога. Глаза — с РЕСНИЦАМИ. Голубые, надо же. Однако глядя на ее лицо, видишь только губы. О, они просто огромные, но вот как так, что вовсе не уродливые — я хз. Шикарные. Со слегка вздернутой и приоткрывающей передние зубки верхней губой, почти как у Веры, но у той всё обычно, тут же… обильно, мягко говоря. В ее облике вообще, я смотрю, всё «сделано» с некоторым перебором, но при этом с качеством и, поди ж ты, со вкусом, хоть и весьма-весьма специфическим.

Это как, если уже всё приелось и более ни что особо не трогает, так сказать, то обращают свой взор на таких вот. Уже гиперболизированных, скажем так, но ещё не до уродства. А тут ещё и природа не отдыхала, так что мадам не оставляет равнодушным.

Но надо отвечать, а то залип я что-то на нее. Мда(растерянно).

— Д… — прочистив горло, продолжаю. — Девушки, я в ваших услугах не нуждаюсь. И более того, не могу быть уверен в вашей лояльности. Предлагаю вам взять понравившееся в доме, как компенсацию за те тяготы и лишения, что вам пришлось претерпеть, и в добрый путь!

— Я — Ольга, — ничуть не смутившись, всё тем же деловым тоном начала она… подсекать, ибо я, похоже, уже на крючке этих ее губ. — Если вы позволите на вас работать, то мы готовы предложить к вашим услугам достойное качество и высший класс оказываемых услуг, а также производимых работ. Мы ОЧЕНЬ заинтересованы в надежном и, главное, адекватном работодателе. В это тяжелое время мы со всей ответственностью заявляем, что гарантируем полную лояльность, а также готовность с пониманием и старанием относиться к своим обязанностям. Если вы не возражаете, мы могли бы пройти и всё обсудить более предметно и подробно, а также провести презентацию доступного перечня наших услуг. Я убеждена, вы оцените уровень и останетесь довольны.

Сука, я чуть не ржу, на последних силах сдерживаясь. Эти шкуры так активно сейчас продают свои… услуги, причем настолько на серьезных щах, шо пипец. Это просто мастер-класс активных продаж какой-то. Так. Попробуем-ка их смутить.

— Простите великодушно, о какого рода работе идет речь?

— Мы предлагаем очень широкий спектр услуг личного характера, что позволит в полной мере насладиться богатой палитрой ощущений, ощутить тепло и уют пронизанные нежностью и заботой. Уверяю, что ни минуты сожаления в последствии вы не испытаете. Испытайте нас.

Блин, и даже в лице не изменилась, всё также заботливо-обеспокоенная моська, выражающая готовность. На всё. Вторая блонди, но потемнее, всё это время простояла с приоткрытым ртом, переводя взгляд то на меня, то на свою коллегу.

— Ольга. Боюсь, моя близкая подруга отнесется без понимания к факту вашего найма. Я очень ценю вашу готовность, но увы, ни чем, к сожалению, не смогу помочь.

— Иван. Если позволите, я бы взяла на себя все трудности, которые только могут возникнуть с вашей подругой, и непременно заручилась бы ее согласием на наш найм, — вот же сучка, а она мне даже нравится.

— Ну что же. Попытайтесь. Ольга, — так, и пора валить, а то не могу уже больше сдерживаться. — А сейчас, простите, мне нужно отойти.

Да-а-а. Дожили. С таким я еще не сталкивался и, похоже…

О, Аля.

Она обнаружилась в нескольких метрах, примерно с тем же выражением лица, как и у второй со́ски. Той, которая с шикарными, непонятно натуральными или нет, сиськами.

— Вань, а что за работу они предлагают, я так и не поняла?

Вера, что стояла тут же, но чуть в сторонке, потянула руку к лицу. А я вот стою и не знаю, что ж ей сказать, чтобы не заржать.

— Позвольте мы объясним?

О, спасительница! Киваю Ольге и скорее отсюда.

А на мой ржачь, уже, правда, в другом конце дома, прибежала какая-то тетка.

Да блин, тут что, странноприимный дом теперь? Ты-то кто?

Но спросить не успел. Извинилась и свалила. Я, вообще-то, выходил, чтоб наладить дежурство на въезде в поселок, пока камеры видеонаблюдения не установлю. А не по дому бегать, ища место, где не оскорблю ничьих чувств своей такой нечуткостью. Но тут прям трагикомедия-фарс.

Фу-у-ух. Ладно, вроде успокоился, и больше смех не душит, так что пойду. Займусь делом, наконец.

Вернувшись в большую гостиную, застал Алю, которая сидела на диванчике и что-то рассказывала Ольге. Именно так, не наоборот. Пипец.

Присутствовавшая же тут Вера, увидев меня, поспешила в мою сторону. Вздохнув, видимо до дежурства я ещё нескоро доберусь, кивнул ей следовать за мной и перешел в соседнее помещение.

Тут, вообще, есть где уединиться. Здоровенная хата.

— А что, Верунь, может мне тут школу магии и волшебства открыть? Смотри, вон уже сколько многообещающих учениц вокруг, — натужно хохмлю.

— Это Олька Климова. Она нормальная, не предаст, если с ней по-людски. Умная. Это я — из мажоров, дочка хирурга-светила. А она — из своего мухосранска сама пробивалась. Жила у главы холдинга ТрансНефтеГазМяс. Заметь, у него жила, а не где-то, — как всегда апатично, но при этом деловито принялась вводить меня в курс дела Вера. — Вторая шкура — попроще. Без затей. Не знаю, чья она и откуда взялась. Так, видела пару раз. Но если Олька с нею подошла к тебе, то там можно быть спокойным. Можешь смело брать их. Ты ведь с Алей не спишь. А со мной не надо. У меня там… плохо всё.

Мда, неприятно как-то, когда про тебя — все всё. Прям реалити шоу какое-то, где всё на виду.

— А может, я из ЭТИХ.

— Может. Только маскируешься хорошо. Слюной там всё зака́пал.

Поклёп! Ну ладно-ладно. Губы, конечно, у той рабочие. Мда(забегав глазками).

Переведём тему:

— Дня через три будет чем тебя полечить, — посчитал нужным я заверить девушку, которую, как и прочих строптивых, невесть сколько держали на бесправном положении в бараке работяг. — Жаль, на диагност еще столько же потребуется, а у меня другое в планах.

— Вот так просто можно взять и вылечить человека? Как это выглядит, принцип работы? — необычайно, с позволения сказать, эмоционально засыпала меня вопросами, как говорится, хлебнувшая, но не сломленная медичка.

— Нет. Не просто так. Для успешного использования данного артефакта мне необходимо было кое что изучить, — и это я про старшее заклинание Исцеление 4-го уровня. — Пожалуй, только я и смогу им пользоваться. Хотя, не исключено, что и квалифицированный врач — на людях, ботаник — на растениях, ну и так далее. В общем, помимо артефакта нужны и специфические знания. А работает он так. Содержит заряд энергии, маны, если хочешь, чего должно хватить на 9 сеансов лечения, при которых как бы подключаешься к живому организму и можешь всячески на него влиять. Лечить, изменять, ломать, убивать. В рамках анатомии этого вот организма, разумеется. Человеку уши кролика не вырастишь, иными словами. Для этого уже покруче штука нужна. Да даже для отращивания органов кое-что другое нужно. Тут же — что попроще. Рак там излечить, или что-то подобное.

— Феноменально. И все это из некромантии?

— От некромантии тут только способ получения основы для артефакта и механизм наполнения его энергией. Это, увы, вынужденная мера для того, кто не владеет магией.

— Э-э… То есть ты не маг, а… Кто?

— Вселенец. Там убили, тут засунули в ЭТО. Немощное и бесталанное. Только знания и остались. А то бы я ТУТ сейчас куковал? Уж, скорее, дроу гонял бы. Теми самыми тряпками. Ну или наградил бы белоснежной кожей и золотистыми волосами(хулиганская улыбка) их главную жрицу. А может, еще и робким, податливым характером и кротким нравом.

— Ты и такое може… мог?

— Я — полный мастер магии Пространства, Жизни, Менталистики, Земли и Рун. Так что, уверяю тебя, мое нынешнее состояние временно.

Да, выпендриваюсь. Я вообще затеял этот разговор, сочащийся самовосхвалением себя великого, для стимуляции лояльности данной мутной особы. Пусть опасается ужалить исподтишка столь всесильную личность. Ну и подкупить перспективами желаю. Лучше ведь дружить с таким, как я, ну и использовать, ясен пень, чем вступать в тупую конфронтацию, ничего не выгодав в итоге. Тем более, я вполне ведь корректно с нею себя веду, и меня, как кого-то несносного, нет нужды терпеть. Так что так.

— Значит, магию можно. вернуть? Точнее, если тело иное — получить? — ох, сколько затаенной надежды в ее словах.

— Я работаю над этим, Вера, — ломаюсь, как та тёлка.

— И… и так любого можно сделать магом? — не сдерживаясь, жаждет конкретики она, купленная мною с потрохами, ну почти уже.

— Ну(каварная улыбочка), я же, как ты видишь, в теле вполне обычного человека. Не так ли? — мол, а то бы я тратил свое время на пустое.

— Что нужно, чтобы получить шанс тоже стать магом?

А вот тут, детка, я тебя за язык не тянул. Сама, заигравшись, сказала именно «шанс». И их есть у меня.

Но хватит кривляться и этой витиеватости. Смотрю ей жёстко в глаза и проговариваю четко:

— Верность, Вера. Нужна всего лишь верность. Я, как ты поняла, весьма ценю и стараюсь заботиться об Алине. Она мне дорога такой, какая она есть. Я бы не хотел, чтобы вы, взрослые девочки, поломали ее. Помогли стать внимательнее и в чем-то опытнее — да. Но не повредили в ней то, из-за чего она такая, какая есть. РЕДКАЯ, не испорченная. Я уже раз не уследил, и ее чуть не сломали и не испортили. Больше я такого не допущу.

— Я всё сделаю. Шкурам объясню. Что-то еще нужно?

Здравствуй, Вера, вот ты и показала свое истинное лицо. И я почти не ошибся в тебе.

— Пока этого достаточно. Я могу дать многое и умею ценить важных для меня разумных.

— Я поняла. И готова.

— Хорошо. Скажи, пожалуйста, что в поселке происходит? И что за люди в доме кроме нас пятерых?

Короче говоря, в доме, помимо упомянутых, остались три женщины из тех, кого бандосы пригнали на хозработы по дому. Они работали в других домах прислугой. Поселок-то мажорский, так что на территории был и персонал, а не только жильцы. Конкретно этим — идти некуда. Они одинокие, а прошлых работодателей или убили, или они теперь не так перспективны в плане безопасности. Хм(иронично). Ну пусть так.

В поселке, насколько известно Вере, часть людей собираются уезжать, часть попрятались, часть передрались на почве прошлых конфликтов. Собраний никаких не было. Что касается других женщин из барака, таких как Вера, то они разбрелись по своим домам. Некоторые держатся вместе. Попросил Веру донести до них о перспективах лечения и о возможности поквитаться с обидчиками. И желательно озвучить претензию до того, как те свалят из поселка, чтобы я таких пока посадил под замок. Если же алчущие возмездия сами по физическим причинам не смогут выйти на судебный поединок, то могут найти бойца вместо себя. О способах оплаты за услуги пусть сами договариваются. Не самые бедные люди.

По поводу дежурства на въезде. Вера заверила, что мобилизует жильцов — им это даже больше надо. Попросила рацию на пост.

Примерно так. На этом и завершили разговор.

Проходя мимо всё еще мило беседующих Алины и Ольги, там даже вторая уже активно участвует в общении, я вздохнул и направился продолжать возню с Исцелялкой.

Так, в общем, и работал, пока спустя какое-то время не был приглашен к ужину. Неплохому, надо заметить. Продуктов у нас теперь достаточно. Два полных грузовика, как-никак.

За столом меня встретили все. Вздохнул, поприветствовал и присел. О, а неплохо нас кормят.

— Ванечка, я была бы не против, если бы Оля и Люба, работали у нас, — начала Алина.

— Какой вариант трудоустройства и перечень обязанностей вы утвердили, Аличка? — да, я тот ещё гад. А как иначе-то?

— Ой, Иван, — перехватила инициативу Оля-губы. — Я подготовлю подробный договор и принесу. Чуть позже зайду к вам.

Ага, знаем мы, что ты там принесешь.

— Эм…

— Любовь также может присутствовать на подписании, — не дав мне уныло шуткануть, выставила хитрая Ольга всё так, будто я ненасытная скотина и одной мне мало. — Для уточнения возникающих в ходе обсуждения вопросов, конечно же.

Ага, блин, и Алю еще пригласите. С тремя за раз я еще не пробовал. Ну точнее, в одной комнате не пробовал. Юнира тогда за дверью ведь была. Мда.

— Как вам будет удобней. Ольга, — закрыл я тему, а то что-то я слаб в пикировках.

За ужином болтали о всяком. В основном дамы. Я больше слушал и обдумывал то, как бы нам тут продержаться до окончания подготовки мною хотя бы основных амулетов. Может, стоило начать не с Исцеления, а изготовить Пространственный молот, например, или Огненный шквал, ну или еще что-то боевое? Но Исцелялка нужнее, а из боевого можно и другое что-то придумать, похитрее.

— Ваня, а Любаше какие бы ушки больше пошли? — вырвала меня из раздумий Алина.

Они всё это время обсуждали, ну точнее подыгрывали Але, которая рассуждала на тему срочной необходимости обзаведения всего коллектива ушами.

— Финиковой лисы, — буркнул, глянув на похотливо облизнувшуюся «Любашу».

— Ой, а о чем ты думал? — не унималась Алина. — Ты всегда такой механический, когда что-то обдумываешь.

Надо же, не знал.

— Да так, малыш, ничего серьезного. Тебе мы вырастим уши Чебурашки, который ищет друзей, — с доброй улыбкой и теплом в голосе решаю не расстраивать милоту.

— Ну-у-у, какая же я Чебура-а-ашка? — поддельно обиженно, но со счастливыми искрами в глазах, возмущается Аля.

— Дружелюбная. Вон, не успели переселиться, а уже полон дом НАСТОЯЩИХ подруг! — плотоядно окидываю взглядом это изобилие, и многообещающе скалюсь.

Мол, я вам покажу, как манипулировать моей лапочкой. Думали, хорошо пристроились? Я из вас боевой гарем забабахаю, когда Биоконструирование запилю. Ушки они захотели. А крылья и хвосты с ядовитыми шипами не желаете? Копыта делать не буду. Фи, уродство. Чё эт они сбледнули? Я же не вслух сказал?

— Ой, ты такой добрый!

Это что сейчас было? Троллинг от Алины? Надо же. Неожиданно.

— Скажешь тоже, — и беззаботно отмахнулся.

Так, как бы мне скрафтить что поубойнее, но и практичным чтоб оставалось, а? Надо хорошенько всё обдумать.

А после ужина я вернулся к своему увлекательному колупанию и пилению костей. Однако через некоторое время меня прервал стук.

Договор, небось, принесли?

Вздохнув, отложил дремель. Ну и возвестил, что, мол, можно войти.

Оу. Прихорошились как. И обе таки пришли.

Любовь была почти копией Ольги, кроме груди. Вот, где загадка. По виду — не шары с натянутой кожей, как у Ольги, а вполне себе натуралистичной формы. Очень пленительно. Видимо, так бывает, когда импланты помещают в от природы немаленькую грудь. Даже прически у обеих блондинок схожие, у этой слегка короче только, да и цвет — не платина, а мёд. Глаза — карие и аналогично с «опахалами» РЕСНИЦ. Нос — копия Ольгиного, как впрочем и скулы. Губы, правда, поменьше будут, но тоже выдающиеся. Черты лица, разумеется, иные. Не так хороша от природы, как Ольга, но из той же лиги, скажем так.

— Ива-а-ан. — подсаживаясь мне на колени, поиграла обертонами талантливая, кажется во всем, Ольга.

Любовь же уже орудовала с ширинкой, профессионально заняв место на коленях. Своих.

Ах, так вот для чего им такие губы! А я то думал… Ого, это ж если Любушка такое со мной несчастным творит, то что же будет, когда Оленька свою тяжелую артиллерию применит? У нее-то губы позначительнее будут. Да-а-а это, скажу без прекрас, настоящий профессионализм. Как она там говорила? Спектр услуг и… и что-то там… еще было…

Это было… такого у меня еще не было. Я, правда, не в своем теле сейчас, и высокий результат не смог показать, но вот мой новый персонал — в первый же день постарался. «Воодушевляли» меня профессионально. Оленька сбегала за инвентарем, и с Любашей они устроили мне шоу. Горячие девочки. Да. К тому же, очевидно, довольно сработанная пара. Даже роли у них уже распределены. Похоже, блондинки знакомы давно и плотно, эм, сотрудничают даже без наличия «заказчика». Хм(весело). Дамы знают свое дело и тут даже потасканный лич оживет и поспешит воспользоваться приглашением столь пленительных особ. Вот и я не стал кочевряжиться.

И нет, я не брезгую после Пеги. Если так рассуждать, то лучше сразу в монастырь. А то со сном проблемы начнутся, а то и вовсе с головой, если к каждой женщине подходить с позиции: «И этими губами она целует детей?!!».

Ну а то, что они обе шкуры, готовые продаться подороже, так чего тут удивительного-то. В какие времена живём? Пылкие, но целомудренные комсомолки давно в «Кавказской пленнице» все остались. Так что пора бы уже повзрослеть. Хотя Аля удивительно похожа. Хм(озадачившись).

Но возвращаясь к нашей всеселой парочке. Ведёт в их дуэте, как ни странно, Любовь. Она, оказывается, такая затейница. Весьма властная, к тому же. Хотя так и не скажешь. Ну а Оленька прям влюбленными глазами, полными слез счастья, выискивала взгляд неумолимой партнерши-доминаторши, когда две шалуньи устраивали свою презентацию. Оля тогда была послушна и исполнительна. Самоотверженно воплощала любые капризы своей госпожи. А я — так, на подхвате. Всё больше ценные указания старательно исполнял. То там пристроиться, то тут подержать бьющуюся в экстазе бесстыдницу. Не ожидал, что Ольга ТАК темпераментна. Ну и столь отзывчива подобным «ласкам». Я даже со счета успел сбиться, а эта неугомонная всё никак не давала сосредоточиться на подсчетах. Но это я так, чисто ради утоления своего любопытства, и чтоб понять: есть ли предел.

Любовь, довершив очередной этап возведения на вершины удовольствия и пики наслаждения своей живой игрушки, потребовала внимания и к своей персоне, но уже от меня. Она предпочитала традиционные удовольствия, а с Оленькой это — такое. Всё больше баловство и потакание экзотическим вкусам и причудам подруги. Так вот, отстегнув увесистую причуду, диаметром уверенно стремящуюся к чему-то из мира животных, о длине же я старался даже и не думать, Любовь всецело отдалась любовным утехам. А она оказалась неженкой. Если Оленька стремится расширить спектр ощущений и насытить их рельефом и остротой, доводя всё почти до грани, а иногда и пересекая ее. То Любава растворяется в ощущениях и плывет на волнах, которые иногда захлестывают ее с головой.

Надо же, какие чувственные особы и нечуждые смелым экспериментам. Была бы у меня моя эмпатия, я бы с удовольствием, причем буквально, исследовал бы этот феномен. Ведь так, как я имел удовольствие сблизи наблюдать, притворяться, в принципе, не возможно. Да и я — уж не юнош впечатлительный. В общем, занятные дивы. Пожалуй, стоит их реально нанять. Ну и отблагодарить. Но после.

— Всё ли вам понравилась, Иван? — уже приведшая себя в порядок Ольга решила продолжить эту игру.

Воздевшая же очи к небу Любовь, не поддержала подругу, а просто прильнула ко мне и шепнула на ушко, обдав его жарким дыханием, а заодно и плечо наградив роскошью своей премиальной груди:

— Спасибо.

На что получила мою сдержанную, но весьма теплую улыбку. Ну а Ольгу, в ответ на ее вопрос, я удостоил кивком, отчего-то вышедшим эдаким барским.

Ну а чё, стану я ещё перед персоналом лебезить. У нас честные отношения работник — босс. Всё.

После того, как столь взволновавшие меня особы покинули кабинет, я попытался вернуться к работе. И вскоре наконец смог это сделать. Хотя и было нелегко.

А ночью у нас были гости. Когда я уже спал, и почему-то с сопящей под боком Алиной. И когда только успела прибежать? Так вот, посреди ночи поступил вызов по рации от дежурного у дороги.

Там был удобно расположенный дом, на втором этаже которого и размещался наблюдательный пост. Перепуганная женщина, а именно ее сейчас смена была, сообщила, что по ту сторону моста остановились три джипа, потушили фары, и выпустили более десятка вооруженных людей, которые уже движутся по мосту.

Дав указание сидеть как мышка, я быстренько собрался, вооружился и, раздав указания жильцам дома, поднялся наверх. Этот дом был самым высоким в поселке, точнее имел декоративную башенку, где можно было устроить снайперскую позицию. По пути наверх определил, где лучше устроить запасную. Жаль, не догадался подготовить кого-то как наблюдателя-корректировщика. Придется всё самому.

На ремингтон я установил теплак, правда я его еще даже не опробовал. Придется сейчас выеживаться, чтобы хоть как-то, хоть куда-то. Помимо этого у меня был с собой РПК, на всякий случай, ну и ПНВ прихватил, ночь же.

И вот, слегка поигравшись с настройками ТВП, я решился на первый выстрел.

Так, кого же, кого же?

Ребятки, что к нам сейчас лезут, представляли из себя, по-видимому, бригаду таких же дуриков, что и осевшие тут ранее. А вообще, странные какие-то. Они тупо перли по центральной улице к особняку. Да даже, если бы тут всё еще сидели люди Пеги, их и тогда наверняка сразу бы обнаружили и подняли тревогу еще на посту у моста.

Это такой хитрый план, что ли?

Чудаки эти хоть и не стали шуметь, въезжая прямо в поселок, а решили по-тихому пробраться, но все равно, судя по всему, имеют весьма смутное представление о том, к кому лезут. О нас они знать еще не могли, значит прут против какой-то засевшей здесь группировки, о которой, очевидно, только что-то слышали.

Ну или я не знаю.

Край не пуганных идиотов! Где армия, где профессионалы, неужели мир теперь будет в руках вот ЭТОЙ «некондиции»? Я понимаю, что у них в группе один или парочка Игроков, но это ж не повод настолько недооценивать предполагаемого противника.

Ладно, харэ бухтеть. Вон тот — Игрок, по-любому.

Дослал патрон. Прицел. Дыхание. Спуск. Тут же передернул. Прицел с поправкой. Спуск.

В живот. Ага, понял.

Подрегулировал настройки прицела и снова вложился, изучая изменения ситуации после утраты противником их главной боевой единицы. И там, что неудивительно, было на что посмотреть.

Не, ну ты погляди на него. Каков! Это не отвага, это слабоумие.

Очевидно, главный у бандосов отжигал не по-детски. Этот «командир полка» во весь рост и прямо посреди дороги отдает указания, ещё и кинематографично так машет руками, мол, кому куда бежать укрываться. Винтовка-то у меня достаточно шумная, поэтому убыль они сразу заметили, вот и засуетились.

Эх, активные «уши» не догадался прихватить. А палить из этого моего скворечника — никаких ушей не напасешся. Ладно, вылечу потом, если чё. Шо там этот, всё ещё машет? Во дает. Нет, я, конечно, не знаю, может это ещё один Игрок, и у него способность такая: неуязвимость или еще чего-то в этом роде, но это ж какое-то неуважение. Или они не слышали о приборах, позволяющих вести ночной бой?

А, блин. Точно! У нас ведь в поселке освещение на улицах повреждено. Еще прошлыми постояльцами. И там, где эти «белогвардейские цепи» в свою психическую атаку сейчас идут — реально кромешная тьма. А эти бараны думают, что раз ночь, и если они не видят, то и никто не видит. Феноменально.

Ладно, пора с ним кончать.

Спуск.

В сердце, надо же. В общем, минус один. Так, а ты куда побёг?

Перезарядка. Спуск. И перезарядка.

Минус. Чё там, попрятались, да?

Спуск. Перезарядка.

Кто ж так выглядывает? Так, всего минус четыре, и… А нет — «командир» еще шебуршится.

Докидываю еще патронов в магазин. Прицел и спуск.

Вот теперь минус четыре. Так, Игроков, похоже, и вправду было двое. Еще поныкались восьмеро. И ведь даже не пытаются меня подавлять. У меня-то ствол без пламегасителя, и вся эта иллюминация отчетливо демаскирует мою позицию. Но, увы и ах.

Да-а-а, хорошая штука тепловизор, даже как-то не спортивно. О, а вот и еще один дружочек. Что ты там, дорогой? А, забрался в дом и из окна выглядываешь?

Спуск. Перезарядка.

Уже нет. Осторожней нужно быть. Ваня пристрелялся. Ваня злой. Его из кроватки подняли. Так. Еще семеро где-то. Пожалуй, сменим-ка мы позицию. Очень надеюсь, что оттуда чего-нибудь новенького откроется.

Дозарядившись до полного магазина, поднимаюсь, сгребаю имущество и поворачиваюсь готовый перемещаться.

— А ты что тут делаешь? Ну-ка — в укрытие. Марш!

Это Вера — что-то там высматривала в темноте, сидя за моей спиной. Хорошо хоть не спорит.

Ага, а отсюда я вижу полтушки еще одного.

Так, отдышаться. Теперь вкладка. Прицел. Дыхание. Спуск.

Ой же ж как ошметки полетели(поморщившись). Хотя это, должно быть, теплая кровь так тепловизором отображается. Даже.50 BMG, попав в голову более легкого, чем человек, павиана — ничего не взрывает и не отрывает, а пронзает насквозь даже не отбросив тело. Оно, лишь качнувшись, падает под своим весом. Это только в кино тела уносит на несколько метров при попадании снайпера, или Рембо какой-нибудь из крупняка разрывает на части попаданиями бесчисленные тела врагов. Хотя, справедливости ради, боеприпасы бывают разные. Но вернемся к нашему подранку. Стоп. Ему на помощь спешит товарищ. Уважаю. Но прости, друг, не ту сторону ты выбрал.

Спуск. Перезарядка.

Минус помощник. И…

Спуск. Открыл затвор.

И минус подранок.

Дозаряжаюсь.

И их осталось пятеро(напеваю). Так. Надо пошевелить их.

— Вера ты тут?

— Да! — слышу голос.

— Ты умеешь стрелять?

— Из ружья. По тарелкам.

Хм, мажоры.

— Мухой к Але, она знает, где оружие. Выбери из двух ружей подходящее тебе, снаряди и ко мне. Справишься?

— Да!

— Осторожней с оружием.

— Да! — донеслось из коридора от уже умчавшей девчонки.

Вот сейчас она была не холодная и расчетливая особа, а девчонка с горящими глазами и трепещущая от нетерпения. Как бы не напортачила.

Слышу топот.

— Уже пришла? Так. Как тебе оружие — знакомо? Совладаешь? — интересуюсь, внимательно отслеживая ее реакцию. — Отлично. Держи ПНВ. Подожди. Вот так. Да. Всё, теперь правильно. Не суетись. Всё нормально. На глаза опускать вот так. Разобралась? Значит слушай. Пойдешь к вон тому дому. Станешь левее той хозпостройки. Это важно! Левее. Поднимешь с глаз ночник и шарахнешь пару раз из ружья. Просто в ту сторону. Целиться не надо, потому и ПНВ уберешь с глаз перед стрельбой. Он старый, засветка будет. Как только отстреляешься, то сразу. Я повторяю, сразу! Нырнешь назад и не высовываешься, пока я не разрешу по рации. Поняла? Повтори задачу.

Вера все сделала как положенно. Бандосы на ее стрельбу отреагировали, как нужно. Один побежал. Еще один шарахнул очередью куда-то «в туда». Третий пополз, даже и не знаю куда. Но я не терял время. Первым упал «беглец». Но явно был еще жив. После вернусь к нему. «Стрелок» уже укрылся, но я теперь знаю, где он.

Значит — «ползун».

Прицел. Спуск.

Готов. Довершим с раненым «беглецом».

Перезарядка. Спуск. Перезарядка.

Всё. Теперь — «стрелок». Он укрылся за… О!

Резкий перенос и быстрый выстрел, перезарядка, прицел, спуск.

Минус. Какой хитрец! Высмотрел, значит, мою позицию и давай заливать из калаша. Правда, попортить мне фасад и окна не успел. Косой и нервный — всё в небо ушло. Ну и я быстро среагировал.

Так. Вернемся к спрятавшемуся. А он уже и не прячется вовсе, высунулся и зовет «заливальшика». Переживает.

Спуск. Перезарядка.

Так. Еще где-то последний. Где ж ты заныкался, родной?

— Вера, жахни еще пару раз и прячься. Прием.

— Сделаю. Прием, — прошипела рация.

Ага-ага «аппаратура при нём». Где же ты засел, тихоня?

— Верочка, покричи погромче, чтобы выходил с поднятыми руками. Мол, жизнь гарантируем и всё такое. Прием.

— Принято.

Ага, выполз.

Спуск.

Всё. Все. Так, теперь — пойти и вон того, очевидно, подранка допросить. Он один остался. Остальные, как показывает теплак, уже остыли.

Допрос последнего показал, что это была бригада Тёртого, как поэтично-то, которая давно в контрах с бригадой Квёлого. Блин, я думал 90-е давно прошли, а тут прям бригада Рашпиля и бригада Утюга, словно дешманский сериал какой-то. Так вот, когда эти вот узнали, что «обсос Пега» взял под себя Квелого, то «блахародные доны» возмутились и, заручившись поддержкой блатных Игроков, выступили в поход. Кипя праведным гневом, как водится. А тут такое. Кстати, на вопрос: «Какого они полезли, если Пега, вон, на мосту висит?» Ответ был гениален: «Так темно же, хз кто там висит». Рука-лицо.

Но проблема еще не решена окончательно. У Тертого, как выяснилось, человек двадцать осталось. И они могут заявится сюда, уже будучи более подготовлены.

Гадство, мне некогда их выжидать. Мне амулеты пилить надо, а тут эти лишенцы лезть будут. Тьху.

Вот какого хрена, власти бездействуют, а? Разве сложно зачистить весь этот сброд? Игроки? Я вас умоляю. Я, вон, в одно лицо вынес уже этих Игроков целую кучу. И без всякой магии-шмагии легко бы это повторил. От огнестрела-то они гибнут ничуть не хуже обычных обывателей. А грамотно устроенная засада не оставит шансов даже самому крутому и прокачанному отморозку. Это если Игрок из какого-нибудь спеца выходец, то такой может озаботиться, но хрен там он выстоит против системы и правильной организации. Ты в безопасности, пока нахрен никому не нужен. Ага. Как тот Неуловимый Джо.

И главное, в сети молчок. Будто все верхи уже зачистили, а «почта, телеграф, вокзал» под контролем, так сказать. Пугает это. Неизвестность всегда пугает.