ВМ: Награда?

Глава 6

Следующим утром к нам в дом зачастили делегации жильцов поселка. Но я злорадно поручил Вере все «связи с общественностью», правда пообещав также, после обеда дать ей первое задание, уже как ученику мага. Спро́сите, чего они ходють? Так это после ночного боя.

В результате этой стычки, к слову говоря, добавилось несколько автомашин, коротких калашей, ружей и ПМов. И это к тому арсеналу, что Пеговцы вывезли со склада МВД, и который хранится тут, в доме.

Так вот, народ в поселке впечатлился бодрым отражением бандитского набега, вот и приходил прояснить за перспективы. Ну и заодно узнать, шо я имею им сказать. Мы таки строим коммунизм или у нас рыночная экономика. Народ-то хочет кушать, а в магазине переучет, уже дней десять как. Мда.

Мой спикер на это — предложила воспользоваться личным автотранспортом и таки уже съездить в город. Я им не отец родной и не генсек. Освободил из крепостного права, так чего ж им еще надо, со… согражданам таким? И вообще, я занят.

И так полночи не спал из-за тех утырков, а тут еще и Алина эта. Ввергает в недоумение и диссонанс. Заявила, что, мол, отныне будет спасть со мной. Но только спать, так как пока еще не готова к большему. Но, говорит, Оля с Любой хорошие, поэтому ничего страшного.

И вот что это было?

Всё. Испортили мне девчонку. Была такая лапочка, а теперь прожженная интриганка. Короче, ну их всех, пойду дальше свои костяшки строгать. С ними как-то проще.

Мда.

День этот прошел в трудах с перерывами на отдых и прием пищи, во время которого общались обо всём и ни о чём. Задание Вере, как и говорил, я дал. Показал ей набор рун, необходимый для подготовки древесины-накопителя. Показал ещё, что и как делать, ну и отправил на заготовку. С костями пока ей рано.

В течение дня с поста на въезде сообщений о нарушителях не поступало. Хотя, как мне кажется, разведчики по-любому должны были быть. И если таких проморгали, то сегодня ночью, думаю, завалится вся шайка. Ну, этого… Тертого или Копченого, как там его было-то?

Народ, к слову, предупрежден о возможных ночных проблемах. А сам я ряд подготовительных мер произвел. Посмотрим, в общем.

В целом же день прошел в заботах и трудовых подвигах. У меня, вроде бы, что ни день, то войнушка, но магическая мощ моя — по-прежнему в зачаточном состоянии. Так что закрылся в кабинете и ковал свое будущее могущество.

Пока примерно в то же время, что и вчера, ко мне не наведались работницы… Нет, не плаща и кинжала, и даже не ножа и топора, а… эм-м, каблуков и лубриканта, пожалуй. Да, так будет ближе всего. Так вот, эти нехорошие девочки, на мое: «Не сейчас, я очень занят». С участием и пониманием успокоили: «Да-да, мы мешать, конечно же, не будем. Раз такое дело, мы тут, с краюшку… тихонько», — и Люба стала пристегивать ЭТО. Еще более устрашающее чем ТО, что вчера можно было по ошибке принять за снаряд от 155 мм гаубицы. Ну а Оля с готовностью и смирением, тщательно маскирующим чистое и незамутненное счастье, принялась распечатывать парочку емкостей со смазкой.

З-з-заразы. Не дали, короче, поработать.

Но потом, когда счастливую Олю наконец вынесли, я смог уже не отвлекаясь насладиться погружением в мир бёдер, локтей, рёбер, лопаток и берцовых костей. Некромантией, короче.

А уже перед сном Аличка побеспокоилась, справляются ли мои новые сотрудницы, ответственно ли относятся к трудовой дисциплине.

Вздохнув, думаю, что на такое сказать и как вообще реагировать.

Говорят, детей в наше время уже нельзя бить — нагло врут! Нужно, иначе вырастут вот такие. А сейчас начинать уже поздно, разве только в развлекательных, так сказать, целях.

Ещё раз вздохнув, успокоил: «Пока справляются. Спи».

Ночь прошла спокойно. А это может говорить о том, что Тертый на измене и пока что собирает побольше бойцов. Ну или то, что они там ещё просто не придали значения задержке невернувшегося отряда.

Я передал, чтобы на посту были повнимательнее на предмет наблюдателей и просто проезжающих мимо. Хотя куда там можно проезжать, когда дорога ведет только в Запрудье? Но всё равно. Бдительность и ещё раз она же!

Ну а далее я приступил к работе. Если ничего не отвлечет, то к ночи должен закончить Исцеляху

Но уже днем поступил вызов по рации. Сообщали о подъехавшей машине, и человеке, что вышел и рассматривает висельников.

Так. Нельзя терять время, иначе потом задолбаюсь их всех хоронить.

Вылетаю из дома, хватаю велик. Да, это быстрее будет, чем на авто. Ну и лечу к мосту. А на подъезде, не попадая в поле зрения все еще «вынюхивающего» приезжего, врубаю Бабайку и уже своим ходом мчусь тому за спину.

Вот если бы не удивительная особенность нематериальности, то из-за спины любопытствующего гостя проявился бы не жутковатый тип с каменной рожей, а запыхавшийся и взмокший толстячок с красной рожей. Магия, что тут скажешь.

Когда я внезапно возник из воздуха, приезжий дернулся и не наполнил свои штаны нештатным содержимым лишь по причине бывалости и тертости.

О, Тертый?

Но продолжим театр:

— Чем могу служить, любезный? — выдаю скучающим тоном, пребывая в позе потомственного мажордома в кхе-кхе-надцатом поколении, причем как минимум Темного Лорда, а то и самого Властелина Хаоса. Короче, хавайтесь все.

— Я тут парнишек потерял, на трех машинках подъезжали пару дней назад. Не встречали?

— Они побеспокоили сон Темнейшего, — надо же, какое придыхание я выдал, и вышло даже без тренировки у зеркала. — Их пришлось пустить на ингредиенты.

Ну, да. Конкретно этих я не разбирал. Просто закопали. Но подобных им ведь разбирал? Разбирал. Так что не сильно натрындел.

— Куда? — изумленно переспросил гость.

— Кости, органы, жилы. Кожа на барабан, — бубню, едва не зевая, монотонным голосом. — У вас еще что-то? А то у нас скоро жертвоприношения.

Часов жалко нет, а то бы демонстративно глянул. Однако всё равно решаю поддать адку и с нескрываемым интересом вивисектора в глазах начинаю разглядывать гостя, сопровождая это действо контрольным вопросом, с ужасно наигранной интонацией в стиле «чтобы никто не догадался»:

— А у вас какой вес, вы говорите?

— О… Совсем забыл. У меня ж там… это… опаздываю, в общем я. Моё почтение Темнейшему. Всего хорошего.

— Угу, — с явственным выражением сожаления провожаю ретировавшегося Тёртого пристальным взглядом с поворотом вслед за ним головы, когда как торс неподвижен.

Затем, когда тот уже у машины и украдкой бросает на меня взгляд, я возвращаю голову на, как говорится, 12 часов и исчезаю прямо на глазах зрителя этого вот театра одного актера. Так, а теперь скорее из зоны видимости, чтобы не зафэйлить всю постановку.

Фух. Прокатило. Хотя, конечно, после Тертый уже начнет искать объяснения произошедшему и оправдания самому себе, укладывающиеся в привычную ему картину мира, но сейчас у него на уме только всякая жуткая жуть. Да, не спорю, если он не дурак, то вскоре наверняка попытается чужими руками нас прощупать. Но именно сейчас его валить не стоило. Хоть и легко можно было бы. Всё-таки нужно, чтобы для начала пошли слухи от братвы, кои из машинки наблюдали за происходящим. Слухи о том, что если даже Тертый весь «стерся» рядом с этим отмороженным упырем, со мной всмысле, то значит — простым пацанам ловить в этом гиблом Запрудье нечего.

Некогда мне сейчас еще одну банду обнулять. Хоть и не помешало бы.

Итак, в третьем часу ночи я завершил Исцелялку.

Фух. Нужно идти отдыхать. Сегодня даже вечерних утех не смог себе позволить. Попросил девушек войти в положение и справиться сегодня самим. На что был слегка выбит из колеи вопросом, мол, стоит ли им уделить внимание Алине Викторовне. Однако быстренько извинившись, эти две непонятливые, пусть и догадливые, дуры поспешно ретировались. Ага, после того, как я вслух начал размышлять на тему: хватает ли мне костей на всё задуманное.

Не хватало мне тут еще, понимаешь, чтобы они в свою «секту» и эту невинную душу затащили. И так испортили дитя. Интриганки чертовы.

Более, ничего примечательного сегодня, точнее уже вчера не происходило. Что ж, а теперь спать.

Ну что такое? Ну только же прилег. Какого хрена?

— Что там? Прием.

— Броневик! Тут. Такой. С пушкой. Ой, с пулеметом. Многоколесный… А, прием.

Да ёж твою медь! Где эти гребаные бандосы БТР-то угнали? А у меня и нечем их принять. На МВДшном складе только стрелковка была, и даже ни одной Мухи завалящей. Да и бронебойных патронов там не было. Хотя я не знаю, 5.45 шьет его? Винтовочный бронебойный — точно, если в борт, а этот — без понятия. Да и чего думать, если все равно нету.

— Что они делают? Прием, — пытаюсь пробудить мозги, одеваясь.

— Стали. Стоят и не едут. Прием, — прошуршало из рации.

— Они светятся или погасили огни? Прием.

— Светят этим… фонариком таким большим… Ой, прием.

Да что за дежурную такую поставили сегодня?

— Ясно. Сейчас буду. Не высовывайся. Конец.

Значит, приехали покалякать. Ночью. Нахрена? Странно это.

Взял РПК на плечо, ПНВ на башку, светошумок чуток распихал. В руки проверенную уже болтовку с теплаком. Поехать решил на машине.

Всем своим сказал, мол, боевая готовность, спрятаться за домом. А то КПВТ такие стены разваляет, а так хоть, на пути пули их несколько будет. Можно было бы в подвал всех спустить, но мало ли, вдруг спешно уходить придется. А там, позади дома, у меня и лодочка со стороны реки припрятана.

Итак, если у гостей один бэтэр, то это не очень большая проблема. А вот если это только парламентер, а по кустам стрелков распихали, то проще свалить. Я всех «не вывезу». У меня тупо заряда на амулетах не хватит. Против грамотного командира и хорошо вооруженных бойцов — я сольюсь.

Приближаюсь к мосту. Фары потушил, сам — в ПНВ. Он хоть и унылый, но луны хватает.

Так, сейчас вон там присяду и окрестности в теплачок осмотрю. Навряд ли гости предусмотрели такое.

После недолгого изучения обстановки, я пришел к выводу, что это ловушка. Поясню.

Приехала бронемашина. Рядом стоит «военный» в форме, всё как положенно. С мегафоном. Он, думаю, как увидит реакцию местных, пригласит на переговоры главного или уполномоченного. Беседа будет вестись в световом пятне от их прожектора, где уже поставили раскладной столик и два стульчика. БТР, чтобы не нервировать, задрал ствол в небо. Всё располагает к душевной беседе, но и предполагает наличие силы, в случае чего.

Да вот только, вон там — сидит пулеметчик в ночнике и три стрелка. Там — еще один с группой поддержки. Левее — гранатометчик, и также с товарищами. А во-он там — снайпер с ночной СВДхой.

Всего я насчитал 19 грамотно рассредоточившихся и укрывшихся бойцов. Вот только, не совсем бойцов. Часть — в форме и снаряге, часть — по гражданке, но тоже в разгузах, брониках и касках. Не могли они все на этом бэтэре приехать. Их там, где-то по дороге, раньше ссадили, и они сюда по-тихому пробрались да заняли позиции, организовав, вполне себе, огневой мешок.

Что делать? Выйду — грохнут. Хотя, скорее, станут подминать под себя, угрожая и давя силой. Хз зачем они именно среди ночи ездят. Нет, понятно, чтобы иметь преимущество в ночниках. Но основная их цель: зачистка или установление контроля?

Эх, видно, опять кривлянья и фиглярство придется устраивать. Плохо, когда ты слабый.

— О, мужики! А вы чё тут? — вдруг раздалось из темноты. — Вы эта, того, тама — упырь, грят, какой-то обитает. Вон, лихих робят из бригады Пегого — живьем, грят, жрал. А самое вкусное на потом оставил и развесил, чтоб, значицца, доходило. Гурман йоптить (сплюнув).

Всю эту дичь я начал втирать хриплым пропитым голосом, выйдя неуверенной походкой у ночных гостей со спины. С обратной стороны, нежели они ожидали переговорщика.

— Ты кто? — это наконец разродился тот, что у БТРа ожидал с мегафоном наперевес.

— Так Митрохин я. Меня ж тут кажная собака знат. А вы эта, не боитесь? А то, грят, колдун ночью как днем видит. А вы, вон, разлеглись с пукалками своими и как на ладони у него, — и задираю руку вверх, тыча в небо.

— Он что летает? — дрогнувшим голосом, просипел переговорщик.

— Не-е-еэээ! Как можно? Он эта… тилипатируиццо! Во!

Тут из зассады выбежал, по-видимому, их главный. Сухой, седой мужик. Явно из бывших. Тех, которые бывшими не бывают.

Ну подыграем.

— ЗДРАВ-ЖАВ, ТАЩ ПАЛК-НИК! — хрипло заголосил я, вытянувшись как мог.

— Не ори! Что еще знаешь о колдуне? — деловито включился в беседу седой.

— Так эта. Он этих как сожрал, то местных и повыпускал. На откорм, знамо! А то Пеговские дюже лютые были. Не кормили совсем и, почитай, сотнями народ в расход пускали. А этих, ну, кто остался — колдун за… за-гипна-зизи-рывал. Во! А иначе кто ж в своем уме от людоеда-кровопицы не сбежит? Я вот — сбёг. И жив, цел, орел!

— Ты видел, как он ел людей?

— Не-еэээ, он жеш и меня бы съел тогда.

— И телепортацию не видел?

— Вот что видел — то видел. К нему Тертый как приехал, так он пряма с неба и упал к Тертому, значицца. Прямо на загривок. Во! Тот, кажись, даже обделалси. А колдун БАЦ, — резко повышаю голос, от чего все вслушивающиеся, аж дернулись.

— Что? — не своим голосом вопрошает другой, тот что у БТР раньше стоял.

— Всё! Зазипназизиорвал!

— Тьфу — сплюнул «полковник». — Что они делали?

— Так разговаривали, что ж еще? Колдуну, видать — мало полбанды Тертого. Было, мда. Так вот он, знамо дело, и послал, ну, чтоб еще деликатесов подвозили. У того ить, почитай, душ двадцать еще осталось. Во-от. А вы не знаете, колдуны душами питаются или токмо вялеными бандитами?

— Всем отбой. Уходим, — более не обращая на меня внимания, отдал указание «полковник» в рацию. И повернулся к переговорщику — Страт, собирай тут и догоняй.

А я с пьяным видом осел на землю. Заторможенно наблюдая, как спешно собираются и грузятся в БТР переговорщик и его помощник, вылезший из «коробочки».

Ну что сказать. У страха, как говорится, глаза велики. Ну или «бывший» совсем на пенсии мхом порос. Мда. Видать, анализировал он, анализировал, да не выанализировал мои «пьяные бредни пропойцы», от кого, вообще-то, даже спиртным не воняет. Да и если рассудить, то от меня, судя по рассказу, как от помойки должно разить, а не гелем для душа и теплой девочкой из-под бока.

Фух, вроде бы отразил первый натиск. Повезло. Знать бы, что они вообще хотели. Тогда и предполагать можно, чего же дальше ждать. Но «жуткие» слухи о «гиблом месте» теперь запущены еще через один источник. Понятно, что когда от сюда повалят «переселенцы», хотя уже не КОГДА, а скорее ЕСЛИ, то выяснить, что тут за такой упырь-колдун-темнейший обитает — не составит труда.

Некоторое время я посидел, потом упал спиной в траву и, уйдя в нематериал, рванул к теплаку. Нужно осмотреть округу на предмет оставленных наблюдателей.

Ну что же. Пусто. Все свалили. Мда. Этот «конторский» — явно не спец и не полевик. Опер-следак какой-нибудь. Хотя прокол с не вонючим алкашом показателен. Наверное, давно уже кабинетный. Предполагаю, что он ходит под каким-то сильным Игроком, который явно не в теме специфики овеянной множеством слухов службы. А наш «полкан», похоже, мастер показухи, очковтирательства и кабинетных интриг. Думаю, наплел тому, что он, мол, большой спец и ветеран спецслужб, ну и, что без него — ну просто никак. Вот и при должности сейчас ходит.

Но вот какого хрена они вообще добиваются — это важно, и очень мне интересно. Зачем ездят? Всего лишь подминают территории, оставляя слабых, а сильный конкурентов для своего босса выпиливая? Так, что ли? Ладно, пока это будет как рабочая гипотеза. Хотя всё это, конечно, пальцем в небо. Слишком мало информации.

Но вот что прямо-таки «прокричало» о тревожности и серьезности ситуации в целом, так это наличие у этих, явно не вояк, вояцкого оружия, снаряжения, ну и техники. Всё было явно не МВДшным. Хотя техника, в отличие от остального, унылая. Не знаю, как тут, а в прошлом мире вояки от таких бэтэров активно избавлялись, заменяя на пушечные с подбоем, теплаком и прочими элементами «попила».

Почему попил? Дык, что то гроб — что это. Солдатики, с Афгана еще, почему на броню залазить-то стали? Потому что при подрыве на мине ты с брони просто улетишь куда-нибудь, а если внутри будешь — то хана. А толку в ЭТОМ ездить внутри, если ж оно с бортов шьется винтовочным калибром. Я уж не говорю про реактивные гранаты. МРАПы ведь не просто так буржуи придумали, пусть это, по сути, высоченная, не устойчивая, способная ездить только по дорогам повозка, а не боевая машина. Нет, конечно, подбой хотя бы пули теперь держит, а без тепловизора в наши дни уже никуда, но у западных-то «партнеров» их кампфвагены и 30 мм в лоб держат, и 14.5 в борт, хоть и не плавают, а сто́ят, как… Но сейчас не об этом.

Важно то, почему всё это добро у каких-то левых типов? Где власти? Как вояки позволили без их координации использовать свои ресурсы? Выходит, всё. Спеклись? Нет больше государства? А генералы выпустили из рук свои козыри, даже не заняв мест князьков? Так, что ли? Но ведь, чтобы такое произошло, им что-то серьезное должно было помешать.

Ну вот кто, к примеру, при развале СССРа стали собственниками когда-то государственных заводов? Их директора и другие шишки из руководства! Ну или бандосы, что пришли и отжали уже у них. А кто, по идее, должен бы был стать новыми военными вождями и князьями сейчас? Разумеется, командиры частей или соединений! А вовсе не какой-то левый некомпетентный хрен из «смежников». Ведь среди тех, что сидели в засаде, если и были вояки, то их мизер, а похожи они больше на дезертиров или резервистов каких-нибудь. Настоящих же командиров у них и вовсе не было. Грамотно их всех рассадил какой-нибудь максимум бывший сержант. Вот такие пироги.

А вообще, если рассмотреть ситуацию целиком, хрень какая-то выходит. Я, как бы, сюда переехал, чтоб меня не доставали. А что вышло? Всё наоборот. Теперь я должен отыгрывать местного феодала и защищать свои земли да людей. Проще, блин, было бы в квартире сидеть и пилить потихоньку свои амулеты, равнодушно не вслушиваясь в происходящее на улицах. Меньше внимания бы к себе тогда привлек. Ну или плюнуть на всё да поехать в больничку, под «крышу» обосновавшихся там орлов. Занимался бы лечением смертельных, неизлечимых заболеваний, а в свободное время спокойно, без спешки изготавливал всё необходимое для своего становления. Или вообще, срулил бы в глубинку отшельником, а то и куда подальше, в теплые края, например. Тьфу. Всё у меня не слава богу.

Ладно — спать.

Проспал почти до полудня. На сегодня намечены медицинские мероприятия.

Начал с Алины.

Без амулета-диагноста — плохо. Только на жалобы пациентов и приходится опираться. Не уверен, что всё излечил, но всё что явное — точно.

Следующей была Вера. У нее и правда всё плохо было. Но теперь — всё хорошо. Из того, о чем знали, во всяком случае.

Потом пригласили еще нескольких женщин из барачных невольниц. Всех их я тоже восстановил. Не знаю, как там с психикой, но физическое состояние выше среднего. Эх. Диагност нужен.

На сегодня с исцелениями закончил. Заряд восстанавливается.

После улучшения физической формы ко мне обратилась одна из желавших поквитаться с насильником из бараковских.

Вздохнул. Описал ей правила, соблюдение которых буду гарантировать. Поединок назначили на 15−00.

Мда. Не думал, что кто-то отважится. Да еще и собственноручно, то бишь без выдвижения поединщика-представителя. Ведь мало того, что она, нетренированная женщина, србралась выйти против мужика, так ещё ж ведь они тут все, в поселке, состоятельные. И даже не взирая на то, что бандосы самое, по их мнению, «жирное» выгребли по домам, разнообразные ценности всё равно еще остались. Всё-таки то, что жлобу — какая-то непонятная хрень, мажору — может быть предметом редчайшей ценности. В общем, было чем расплатиться с представителем ее интересов, а не вот это вот. Но поединок, так поединок.

Собрались почти все. Я огласил правила.

Вызов без моего одобрения в поединок не выльется. Не хватало мне тут дуэлей ради наживы. Бой будет с ножами, без защиты. До смерти или крови. Это до боя определяет вызывающая сторона. Победителя я бесплатно полностью отлечиваю. Проигравшего, если таковой останется — по договоренности.

Примерно так.

Что ж, послушаем суть претензии.

Ну что сказать. Ничего, особо мудреного.

Тетка былы, как тетка. Не красавица и не уродка. Спортивная. Ухоженная. Как и все тут. Мажоры же. Вызвала она пузатого, но в бараке слегка осунувшегося, лысоватого мужика не выдающегося роста. Бой выбрала до смерти. Обвинила в том, что он не просто удовлетворял похоть, а измывался. Ее знакомую довел до того, что та голову себе разбила об какой-то элемент конструкции. До смерти. В общем, гнилой персонаж.

Его жена что-то пыталась высказать, но я вмешался. Правила есть правила. Если она не согласна, то может вызвать поединщицу сама. Завтра. Два поединка в день у одного человека — нельзя. Заткнулась.

Весомость повода я признал и дал отмашку.

Началось. Не знаю, на что рассчитывала поединщица, но двигалась она, прямо скажем, не очень. Совсем. Мужик, конечно, тоже не Геракл, но он ушлый и подвижный, да и тяжелый, когда как эта — будто уже попрощалась с жизнью. В общем, вялая была и безынициативная в бою.

Пузан ее уже два раза успел порезать и даже расслабился. Кажется, нравится ему это.

Больной! Я его потом по-любому грохну. Того, кому нравится измываться над слабыми без их на то согласия, ну, бывают же еще мазохисты, так вот, уродов и насильно истязателей мне тут не надо. Ему дай власть, так он же ж еще похлеще бандосов тут порядки заведет, упиваясь властью.

Тетка уже истекала кровью и заметно ослабла. Осела на колено и опустила голову. Похоже, завершение этого малоприятного зрелища уже близко.

Этот же, ипанутый гладиатор, начал перед толпой вздымать руки и что-то выкрикивать бравое.

Больной урод! Хана тебе. Нельзя же настолько терять связь с реальностью. Если б тетка себя так вела, я бы и ее тоже приговорил.

В общем, пошел он ее докалывать. Та уже опустила и голову, и руки. Когда же мужик сблизился с жертвой и протянул лапу к ее волосам, очевидно намереваясь задрать голову и провести по горлу лезвием, женщина выверенным росчерком внезапно перерезала ему бедренную артерию.

Фигасе. Опасная сука. Знала, куда резать чтобы наверняка. И, похоже, всё специально свела к возможности нанести именно такой вот коварный и мало кем ожидаемый удар. Как говорится, в последний момент и из последних сил, решив исход поединка с утратившим бдительность противником, заранее уже торжествующим. Ну что сказать. Мое уважение. Не мытьем так катаньем.

Мужик бился в предсмертных конвульсиях в гробовой тишине, а я пошел лечить истекающую кровью тетку. Ей и самой уже не долго осталось, но раз обещал.

Вот такие у нас тут страсти.

После боя я решил приступить к работе. Я уже обдумал и принял решение о выборе следующего уже вовсе не амулета. Проанализировав ситуацию прошлой ночи, я решил следующим делать не эрзац какого-нибудь из моих прошлых Системных заклов, а придать ряд необходимых опций уже существующему образцу вооружений. По сути, создать артефакт, а возможно и развивать его дальше. Выбор я остановил на болтовом Ремингтоне. Он вполне меня устроил по итогам прошлых конфликтов.

Проще говоря, имея возможность бесшумной и беспламенной стрельбы, я бы этой ночью не клоунадой занимался, а выпилил бы всех, к хренам.

Ну надоело мне корчить из себя актера больших и малых площадок страны. Я хочу опять быть опасным. Правда, пути достижения этой цели вижу в создании биоконструкторского амулета. Но это — все-таки высшее заклинание, и изготовление займет не менее 150 часов работы, а то и больше. Если буду работать как каторжный, то дней через десять выдам.

Однако, пока я буду выделывать задуманное, мне уже нужно иметь то, что позволило бы, не сближаясь с врагом, гасить того так, чтобы даже не мог понять, кто и откуда. То есть — артефактный огнестрел.

Задействована в нём будет магия тьмы и света. Порядок со смертью и так почти во всех моих амулетах присутствуют, но только как сервисные, а не принципиальные.

Напомню. Свет — отлично работает со всевозможными энергиями и их преобразованиями. Тьма — сокрытие, уловки, неочевидность. Порядок — связки, увязки, логика. Смерть — основа магии для немага, и она тупо питает всё это нагромождение рун.

Можно было бы еще и хаос привлечь, на доработку боеприпасов например, но стремаюсь я с этой, не близкой моим устоям, гадостью связываться. Хаос хорош в разрушении, но и подчиняться не желает. Не люблю, короче.

В общем, отложив пока планы с Биоконструктором, приступаю к работе над винтовкой. Надеюсь, не сильно долго провожусь. Тут-то, по сути, просто связка младших заклинаний. Главное, чтоб не отвлекали.

Вера, к слову, уже получила традиционное ежедневное задание по рунам и правилам работы с материалами. Я подготовил ей некое подобие методички, куда ежедневно, по мере возможностей, добавляю что-то новое. Так что она отправилась прорабатывать материал, и меня не донимает пока.

Так и корпел в мастерской, а вечером прервался на очередной сеанс жаркого времяпрепровождения с моими ценными работницами. Был решительно и бескомпромиссно удовлетворен, ну и вскоре оставлен. И дальше портить осанку с глазами.

Что делать, продолжил портить.

Ну а сейчас, уже в постели и перед сном, обуреваемый сомнениями и регулярно генерируемыми своей воспаленной фантазией подозрениями, я углубился в анализ новостей. Да, я иногда и этим гиблым делом занимаюсь.

В мире — всё, блин, спокойно и обыденно. Никаких эксцессов. Самое значимое, что происходит, так это вторжение дроу в Америке. Всё.

Как такое может быть? Кто-то точно фильтрует инфопотоки. Причем глобально. Тут, ё моё, ездит отжатая у военных бронетехника с какими-то мутными чертями, но в сети, кроме роликов с котиками да енотиками, ну и вымораживающе-кринжовых липсинков с кручением жопой в камеру, а также лайвов Игроков в иномирье — ничего. НИЧЕГО!

Я и не думал, что такое бывает. Вот интересно, а если я сейчас залью видосик с висельниками под музыку, то что будет? Скорее всего, конечно, его удалят. А за мной приедут те, кто всё это мутит. Вычислят по IP, мля. Мдэ-э-э. Непонятное пугает.

Перед сном, короче, был чувственно расцелован полностью физически здоровой Алиной. Но остановлен в момент готовности перейти к близости более высокого порядка, так сказать. И тут же отчитан за несдержанность.

Не, странная. Сама ведь распалила. Я, так-то, на сегодня уже был всем доволен, и большего не требовалось. А теперь я же еще и виноват. Ну не готова и не готова, кто ж против. Но зачем было так активничать!

Перевернул ее и шутейно дал по мягкому, в общем. После чего, недовольно поворочавшись, отправился-таки в мир грез.

Ночью никто не вторгался и не пытался нас штурмовать. Хоть выспался в кои-то веки.

Утром был затискан и с виноватым видом зацелован.

Ну ладно. Подыграю.

Картинно повздыхал, куда-то в пространство посокрушался, что, мол, никто меня в этом доме не любит. На что тут же был обихожен завтраком в постель, ну и прочими элементами сладкой жизни, в понимании Алины.

Правда, как по мне, гораздо удобнее лопать за столом. А массаж должен делать профессионал, чтобы не приходилось восторженно вздыхать и цокать, на это вот щипание и форменное избиение. Но это так — брюзжание. Чертовски ведь приятно быть объектом приложения чьих-то заботы и старания. Пусть и такого неумелого.

Уже после, Вера, получая новую порцию рун, упомянула, что кризис с продуктами в поселке пока решен. Ну, у нас-то тут, в доме, никакого кризиса. Это у мажоров есть уже нечего. Так вот, была сформирована колонна негоциантов в один из ближайших поселков, где есть фермерское хозяйство. О нем вспомнил один из жителей и на своей машине съездил на разведку. Там оказалась территория безопасности под контролем небольшой группы Игроков. Торговать они согласились. Вот и было решено сформировать уже полноценный караван.

В качестве обменного фонда набрали всякое элитное барахло, пройдясь по особнякам. Коньяки, вина, дорогая мебель, электроника и тому подобное. Так что этот вопрос пока решен.

Ну а после, у меня опять была работа. Даже обедал у себя. Настолько увлекся. Тут ведь уже присутствовал элемент творчества, и я не столько делал, сколько обдумывал, что и как лучше для большей перспективности и потенциальной масштабируемости конечного результата.

Так и просидел весь день у себя.

Вечер пришел скоропостижно, а с ним и мои милые баловницы осторожно заглянули. Вдруг у меня, затворника такого, сейчас в процессе что-то сверхважное и безотлагательное. Но узрев мою плотоядную улыбку, впорхнули, плотно прикрыв двери за собой.

А я что — я ничего. Мне, заработавшемуся, не помешает отвлечься. Ну а что может быть лучше, чем порадовать себя вниманием двух столь умелых особ, готовых воплотить все твои капризы.

Я, правда, какой-то, эм, скучный. Всё больше, как правило, присоединяюсь к воплощению ими же ихних капризов. Я, так-то, особо им и не нужен. Сами справляются. Но контракт — дело святое. Трудовая дисциплина, КЗОТ и всё такое.

Эх, надо какое-нибудь безобразие затеять, что ли. А то как-то неловко за себя и свою такую скучность. Хм(кровожадно), может, заставить их обои переклеить?

Не, это, пожалуй, чересчур жестко и предельно извращённо будет. И в таком безобразии без стоп-слова не обойтись. А то: «Пощады, босс!» — лишь только раззадорит меня, того ещё садиста.

Ладно, пусть сами что-нибудь придумают эдакое, а я, как всегда, уже подхвачу и вольюсь, тэк скээть.

А следующим утром к нам пожаловали гости.

Ночь прошла обыденно, ничего подозрительного замечено не было. Пока около десяти не подъехала колонна из четырех авто. Посигналив, привлекая внимание, остановились перед мостом.

Сейчас, наблюдая их в оптику и перепроверяя заросли с помощью тепловизора, я отметил, что всё чисто. Без подстав или засад.

Делегация включала пятнадцать человек. Незнакомые.

Интересно. Кто-то новый? Или это уполномоченные от прошлых? Тёртый, скорее всего. «Комитетчик» бы на броне свой драгоценный зад подвез бы.

Выслал, короче говоря, к ним Веру. Её не жалко. Шутка(врёт). Да и держать себя в руках она умеет, так что от нее там толку будет побольше других. Как говорится, кто тянет на том и возят. Да и подлечу я ее, в случае чего. Главное, чтоб кровь быстро остановила и не отсвечивала больше. Проинструктировал я ее как следует на этот счёт.

Сам же, как и сказал, в этот момент я отслеживал ситуацию из укрытия.

И вот, подойдя к гостям, ну и выслушав их, Вера прорадировала, что к нам прибыла Ольга Грозная с целью наладить контакт с сильным колдуном и некромантом.

Вот, блин, вас еще не хватало. Не могли завтра приехать, как раз с винтовкой закончил бы. Может, сказать, что Темнейший занят? Ну там, девственниц мучает, и ему некогда, поэтому пусть заедут на недельке. Да нет, как-то это уж очень натужно.

Какая-то Ольга Грозная ещё. Очередная, небось, потекшая башкой решила визит вежливости к такому же идиоту совершить. Так, что ли?

Вздыхаю.

Нужно было сценическим костюмом озаботиться. Маску, как у Ганнибала Лектера, черную мантию, ожерелье из фаланг пальцев. А то не представительного я вида, как для заявленной-то роли.

Ладно, хрен с вами. Пятнадцать голов как-нибудь зафигачу, если что. Пора уже выходить из тени.

— Вера, возвращайся. Я иду. Прием.

— Приняла. Иду. Конец связи.

Взял обоих типов свои боевые амулеты, пистолет сзади за поясом засунул. Ну и, когда уже Вера была в безопасности, отправился на встречу.

— Ты⁈