Вор под кроватью

Глава 5

Самым сложным было заставить себя повернуться и неторопливо пойти по улице в обратном направлении, прочь от особняка Мейпса.

Все мои воровские инстинкты кричали мне: «Остановись, безумец! Смотри, вот дом, казавшийся таким неприступным, а ты подобрал к нему ключик, который позволит тебе ласточкой вспорхнуть вверх и очутиться внутри в мгновение ока и без всяких проблем. И между прочим, в кармане брюк у тебя лежит связка отмычек, а в другом кармане — пара резиновых перчаток, которые ты можешь натянуть на свои умелые воровские руки. Как удачно всё совпало: ну почему не воспользоваться тем, что ты по привычке захватил с собой?! А может, то был знак свыше? Может, ты предчувствовал, что тебе выпадет счастливый билет?»

Я не звонил ни в дверь, ни по телефону, так что не мог с уверенностью утверждать, был ли кто-нибудь дома, но мне дом казался пустым. Я где-то читал, что обитатели домов издают звуки, даже когда молчат, — этакий невнятный гул, исходящий от их комбинированной энергии. Не знаю, правда ли это, но могу сказать, что сам я действительно чувствую присутствие людей в доме. Здесь ничего такого не ощущалось, что отчасти подтвердилось, когда я заглянул в гараж: на одной половине гаража лениво дремал новенький блестящий «лексус», но вторая половина была пуста.

Господи, ну как же мне хотелось остаться и на славу поработать! Руки чесались, глаза слезились, я пускал слюни, как все собаки Павлова вместе взятые. Кончики пальцев звенели, кровь с грохотом мчалась по венам. Однако я собрал последние остатки самодисциплины и шёл ровным шагом, не оборачиваясь и не сбавляя хода.

Ну ладно, вкрадчиво продолжал нашёптывать мне внутренний голос. Ну хорошо, не грабь сегодня Мейпса. Но как насчёт других домов? Наверняка они построены по тому же принципу. Разве ты не хочешь попробовать свои силы, отточить мастерство, чтобы в пятницу предстать во всём блеске? А почему бы не обчистить два дома зараз, если это так легко? Почему, чёрт побери, не заработать чуток?

«Потому что нельзя, — твёрдо сказал я себе. — Грабёж в квартале вызовет панику, все насторожатся, я не могу так рисковать». На это мой внутренний голос (надо отдать ему должное, весьма находчивый, гад) выдвинул контраргумент: кража со взломом за два дня до того, как я собираюсь обчистить дом Мейпса, полностью отведёт подозрение от Марти. Все решат, что в районе начал действовать искусный домушник-профессионал и Мейпс стал его очередной жертвой. Тогда уж никто не будет выяснять, кому Мейпс насолил и кто захотел отомстить ему таким необычным способом.

«Ну давай, парень, начни с того дома на углу, — продолжал бормотать мой несносный искуситель, — тогда копы не станут допытываться, с чего это дом Мейпса вдруг обнесли. Им главное — выяснить мотив и тому подобное. После второго ограбления они расставят засады во всём квартале и будут до скончания века ждать, когда взломщик придёт в третий раз, чтобы взять его с поличным. А он не явится, и все останутся с во-о-о-от таким длинным носом».

Аргументы, с которыми не поспоришь. Единственное, что можно сделать, — продолжать идти не оглядываясь, и я так и поступил: руки в карманах, голова вжата в поднятые плечи. Голос продолжал петь мне сладкие песни. «Спасибо, что поделился своими соображениями», — сказал я ему; дойдя до метро, прошёл на платформу и сел в поезд, идущий в сторону дома.

Дома я прежде всего снял ветровку и повесил её в шкаф. Заодно я открыл свой потайной ящик (его довольно просто открыть, если знаешь как) и запихнул обратно неиспользованные отмычки и резиновые перчатки. Затем приготовил себе чаю и включил телевизор. «Западное крыло» давно закончилось, шёл «Закон и порядок», да и то уже конец: обвинитель Джек Маккой пытался устроить подсудимому подлянку с подтасовкой свидетельских показаний, так он хотел посадить беднягу. Когда запускали этот сериал, все копы и прокуроры были, как один, розовыми херувимчиками, а потом какое-то время их показывали сплошь злодеями. Видимо, сейчас зритель дозрел до того, чтобы «хавать» сказку о том, что они «такие же люди, как мы, со своими достоинствами и недостатками».

Я не очень-то следил за ходом расследования, но что-то мешало мне отойти от телевизора и заняться делами, и через какое-то время я понял что. Или кто. Там, за загородкой, где сидели присяжные, была женщина, похожая на одну мою знакомую, с которой пару лет назад у меня была короткая интрижка. С тех пор я её не видел и, если честно, вообще забыл о её существовании.

Даже сейчас я не мог с точностью сказать, она это или нет. Тогда она немного подрабатывала в массовке, хотя, как мне кажется, до серьёзных ролей так и не добралась. Ещё она немного сочиняла, немного пела, но основным источником её доходов, с которых она покупала себе косметику и колготки, была работа официанткой. Сериал «Закон и порядок» снимается в Нью-Йорке, а не в Лос-Анджелесе (и слава богу, по крайней мере, массовка выглядит по-человечески, с разными носами и подбородками), поэтому вовсе не исключено, что некая официантка (а по совместительству актриса/писательница/певица) могла случайно попасть на роль присяжной.

Если бы оператор показал её крупным планом, остановил бы камеру на ней хотя бы на пару секунд, я смог бы с точностью сказать, она это или не она. То есть Франсин или не Франсин. Но, как назло, он лишь равнодушно скользил по лицам присяжных, ни на ком не задерживаясь, — это меня бесило. Я не мог отойти от телевизора. Время от времени мелькало её лицо — и каждый раз я говорил себе: «Чёрт возьми, ну как похожа!» — но точно всё равно не мог определить. Я надеялся, что в следующий раз смогу узнать её наверняка, и так и сидел, забыв про остывший чай, перед экраном, если честно, вообще не слушая, что они там болтали.

Через какое-то время присяжные вынесли вердикт (подонка оправдали, Маккой зря рисковал бессмертной душой, идя на подтасовку фактов), а я так и не решил собственной шарады. Я надеялся прочитать фамилии актёров в титрах, однако вместо титров эти сволочи врубили крупным планом Сэма Уотерсона и Фреда Томпсона — чуваки переживали, что обвиняемый ушёл из-под их острых клювов. Затем прокрутили-таки титры, но со скоростью света, да и всё равно, кто бы стал включать в титры массовку? А жаль, так я и остался сидеть в темноте, гадая, что стало с Франсин.

Я посидел с полчасика, думая о ней (не то чтобы много можно было вспомнить, мы всего-то пару недель встречались, ну, максимум месяц). И, если мне не изменяет память, мы успели переспать лишь один раз — это, собственно, и положило конец нашим отношениям, и вовсе не потому, что мы друг другу не понравились. Нет, просто мы не были созданы друг для друга и, видимо, в глубине души давно уже поняли это, а переспали для очистки совести, чтобы точно знать, что проверили все тайники и лазейки наших душ и тел. Ну а после того как мы удовлетворили сексуальное любопытство, оказалось, что нам, собственно, нет больше повода встречаться.

Я попытался вспомнить, как давно встречался с Франсин, но смог только вычислить, что это было не меньше двух лет назад и не больше шести. Затем я решил сосчитать, сколько женщин было у меня с тех пор. Если честно, не помню, сколько получилось, да это и не важно: любая цифра привела бы меня в уныние. Скажем, после Франсин у меня было тридцать женщин. Или, скажем, две. Понимаете, о чём я?

Ну а самое грустное из всего этого — похоже, в последнее время я вообще разучился играть в игры «давай подружимся». Похоже, я не то что флиртовать, уже и замечать женщин разучился. Ни одного свидания с прошлой осени: тогда я разговорился с одной симпатичной покупательницей, закрыл магазин на полчаса раньше времени, выпил с ней по рюмочке в ближайшем баре, а потом мы сходили в кино в шикарный комплекс на 3-й авеню. После этого я поймал ей такси, сказал «Спокойной ночи!»… и больше мы не виделись. К слову, я даже взял у неё номер телефона, да и она прекрасно знала, как со мной связаться, но почему-то ни один из нас не стал продолжать знакомство. Я не позвонил, а она с тех пор уже не появлялась у меня в магазине.

Если же вспомнить, когда я в последний раз был в постели с женщиной… Ну, даже не знаю, что на это и сказать-то. У меня были настоящие отношения с женщиной почти полгода, зимой, только не этой, а прошлой, но мы так плохо расстались… с таким ужасным скандалом, что потом я ещё долго отходил от этих отношений. Ну а затем, прошлой весной (то есть около года назад), я вообще выбыл из игры.

Выбыл из игры. Нет, вначале, конечно, я побарахтался, помахал руками, попрыгал, пытаясь не вылететь с ринга. Оставшись один на один со своим разбитым сердцем, я, что вовсе не оригинально, начал пить. Не просыхал, наверное, с неделю, но потом здоровье не позволило продолжать в том же духе. Во-первых, это жуткое похмелье с утра — как народ такое выдерживает? А во-вторых, в пьяном виде мне становилось ещё горше от всего, что произошло. На втором этапе я решил завязать горе верёвочкой и найти другую — и какое-то время довольно резво гонялся за бабами и даже некоторых умудрялся укладывать в постель. Впрочем, те дамочки, которых я охмурял, не стоили и десятой доли моих усилий. Просто в тот момент я был как помешанный, ничего вокруг не замечал. Ну и наконец я бросил баб и всерьёз занялся грабежами — две недели как минимум я еженощно что-то взламывал и кого-то грабил. Пустился во все тяжкие, как говорят, рисковал так, что и сегодня страшно вспоминать, но, по крайней мере, у меня не возникло глубокого, неосознанного желания быть пойманным. Никто меня и не поймал, и, когда я всплыл обратно на поверхность и вновь стал доступен для службы обществу, в тайнике у меня (и не только) ждала своего часа круглая сумма, которую я отложил на чёрный день. Получше вашей пенсии, будьте уверены! Так что в своей профессии я добился значительных успехов, чего нельзя сказать о бухле и бабах.

Ну а после этого… после этого я трахался примерно так же часто, как совестливый монах, недавно принявший постриг. То есть вообще не трахался. Я помог Кэролайн заполнить в анкете рубрику «обо мне» на её сайте знакомств; «У тебя весеннее настроение, но тебе не с кем разделить его? Могу помочь! Я маленькая, да удаленькая. Глаза — фиалки, щёки — розы, сочетаю задиристый нрав с мягкостью кошечки. Обожаю носить шёлковые платья с резиновыми сапогами! Обожаю виски и Нью-Йорк, ненавижу бейсбол, а для компании держу пару кошек. Серьёзные отношения — сплошная головная боль; так как насчёт НЕсерьёзных отношений?» В принципе Кэролайн понравились мои идеи, но, когда она предложила помочь составить нечто подобное для меня, я замахал на неё руками. Я совершенно не мог представить себя с женщиной. Я говорил себе, что это пройдёт, что у меня просто наступил период безбрачия. Да и не нужна мне баба, обойдусь! А если действительно приспичит, тогда, полагаю, автоматически включится то, что называется «обаянием», и те девчонки, что нынче шарахаются от меня в разные стороны, внезапно поймут, что я-то и есть главный герой их жизни. Конечно, это придёт, думал я. Главное — не суетиться. Это всего лишь вопрос времени.

Поэтому, когда «Закон и порядок» закончился, я ещё минут пять посидел у телевизора, тупо слушая местные новости, а затем, орудуя пультом как веслом, отправился в сёрфинг по каналам; где-то я задерживался на пару минут, где-то — секунд на тридцать, но, к сожалению, ничего из увиденного не привлекло моего внимания. Может быть, я просто слишком быстро перескакивал с канала на канал, не давая им ни малейшего шанса меня заинтересовать. Потом я подумал, что неплохо было бы позвонить Франсин: «О, привет, я видел тебя сегодня в „Законе и порядке“, клянусь, глаз не мог отвести от скамьи присяжных! Без тебя этот сериал был бы невыносимо скучен!» Я даже сунулся в телефонную книжку посмотреть, не сохранился ли у меня её номер, — увы! После того как мы расстались, я поменял книжку и, конечно, не стал переписывать номер Франсин в новую. Достав с полки увесистый том «Жёлтых страниц», я вдруг сообразил, что не помню её фамилию. Н-да… Я ещё посидел перед экраном, прыгая по каналам, потом выключил телик и поднялся.

В принципе я пересказываю всю эту ерунду так подробно лишь для того, чтобы вы поняли, почему я сделал то, что сделал в тот вечер. Я не оправдываюсь, просто хочу показать, что меня привели к тому непреодолимые обстоятельства, а именно — тупость наших телепрограмм.

Хоть мне немного стыдно признаваться, всё же не буду затягивать агонию, скажу коротко: подойдя к чулану, я отпер мой тайник, достал инструменты и перчатки, накинул ветровку, подумав немного, поменял её на тёмно-синий блейзер, а затем запер сейф, вышел из квартиры, почти бегом спустился по лестнице и выкатился из дома.

Господа, я отправился на ночную вылазку.