Враг любит больно

Глава 14

Приезда Роберта жду как на иголках. Он предупреждал, что с отцом я общаться не буду. А тут тот сам приехал, не могла же я его выгнать.

На нервах иду в кухню.

Есть какая-то там поговорка про «сытый мужчина — это добрый мужчина».

Надеюсь, народная мудрость спасет мое положение хотя бы немного. Но по правде говоря, я готовить не умею вообще.

Что поделать, мама ушла рано, а больше научить меня было некому. Кухней занимался повар и большинство продуктов я видела исключительно в приготовленном виде.

В холодильнике на нижней полке есть большой контейнер с едой из ресторана. Там два стейка, гарнир из картофельного пюре. Отдельно стоит миска с салатом, который нужно только заправить.

Но этим Роберта не задобрить, наверное…

В морозилке нахожу замороженную целиком курицу.

— К такому меня жизнь не готовила, — достаю ее ледяную, аккуратно кладу на стол, — и что с тобой делать?

Хорошо, что в наше время существует такая прекрасная штука, как интернет. Без нее подобные мне давно бы вымерли.

— Окей, гугл… как приготовить замороженную курицу?

Первый же запрос выдал целых четыре способа. Я пролистала рецепты, вроде все и не так сложно, как кажется. Да все осваивают готовку, чем я хуже.

— Мммм…. Так. Разогреть духовку, положить курицу на противень, смазать курицу маслом и приправами…. Можно положить картошку рядом с курицей для гарнира.

Живот при мысли о готовой еде урчит.

Ладно, глаза боятся, руки делают. Кладу курицу на противень. Она в целлофановом пакете, так ее не намажешь. Долго сражаюсь с упаковкой, которую в итоге приходится просто разрезать ножницами. Во время процедуры все руки успевают заледенеть.

Сложное это дело — готовка.

А некоторые же и завтрак, и обед, и ужин.

На всякий случай мою курицу под краном. Выглядит она как-то не очень, в тарелке с корочкой обычно лучше. Наливаю на противень масло, как мне посоветовали в сети, потом щедро салю и посыпаю разными приправами. Их в шкафчике нахожу целых четыре пакетика.

Картошку нахожу с трудом. Она почему-то в нижнем ящике кухни рядом с мусорным ведром.

И почему так?

Ай… погуглю уже завтра.

Ее тоже мою, потому что чистить не получилось. У меня какие-то квадратики маленькие выходят.

Помню в мундирах называется такая, если не чистить. Робу так и скажу, что я за здоровое питание.

Курица целая, картошка в мундирах. Для красоты раскладываю веточки фенхеля и отправляю в духовку.

Первые двадцать минут ничего особенного не происходит, я даже думала, что может чего-то напутала. А потом постепенно процесс пошел. Внутри меня забурлила неподдельная радость. Я же по-настоящему готовлю. Даже сфоткала себя на телефон на фоне духовки, пусть на память будет.

Потом я сидела рядом со стеклом и постоянно посматривала, чтобы ничего не сгорело.

Повар дома мне всегда говорил на робкие попытки ему помочь, что обязательно спалю что-нибудь.

— Привет, — голос Роба отрывает меня от созерцания подрумянивающейся курицы.

— Привет, — резко поднимаюсь, — а я тут готовлю.

— Пахнет вкусно, — он щурится.

Пересекаю пространство кухни, поднимаюсь на цыпочки и нежно целую Роберта в губы.

— Как день прошел? — делаю максимально невинные глазки.

— У меня как обычно. Одни нервы, — он складывает руки на груди, — а у тебя как?

— Ну … вот, — киваю на духовку, — готовить решила. А утром папа приезжал, но ты знаешь.

— Знаю.

— Мы поговорили, и он уехал.

— О чем?

— Просто хотел убедиться, что у меня все хорошо.

— Ясно, — Роб выдерживает напряженную паузу, но больше никак не комментирует встречу, — вот.

— Ух ты, — наконец обращаю внимание на бумажный пакет в его руках. Нахожу в нем десяток различных тестов на беременность.

— Продавец сказал, что лучше взять несколько на всякий случай. Там они разные.

— Давай попозже, ладно? После ужина, — ставлю пакет на стол. По телу начинают бежать горячие мурашки, которые хочется с себя сбросить. Ох уж эта возможная беременность, я к ней по-прежнему не готова.

Таймер на телефоне, который я поставила на всякий случай, начинает пищать. Выключаю духовку, вооружаюсь прихватками и очень медленно достаю свой кулинарный шедевр.

— Пробую первой на всякий случай, — смущенно поджимаю губы, — это моя первая курица.

Роберт протыкает ее ножом, выпуская розовую жидкость и отправляет в духовку еще на полчаса. Я не возражаю и даже не спрашиваю почему он умеет готовить и откуда все знает.

— Там два стейка в холодильнике, — напоминаю на всякий случай.

— Ну нет, я хочу эту первую твою курицу.

— Там еще и картошка. Тоже первая.

— Боже, Ясь. Я с тобой никогда не соскучусь, — Роберт улыбается. Оставляет меня приглядывать в одиночку за курицей, пока сам переодевается и быстро принимает душ.

— Готово?

— Наверное.

В этот раз Роберт сам вынимает мой шедевр из духовки и сам режет. Я как подступиться к этой целой тушке не понимаю. Вот рыбу от костей вилкой отделить — это пожалуйста, улиток съесть тоже. А тут придется покупать курсы по кулинарии.

Раскладываю по тарелкам готовую курицу с картошкой, из холодильника достаю салат, заправляю. Роберт все это время с интересом наблюдает за всеми моими действиями.

— Вот, — сажусь за стол напротив него. Первый кусочек курицы обнюхиваю, обсматриваю. Вроде ничего особенного, я такую же ела уже не раз. Кладу кусочек в рот, зажмуриваюсь. С солью я прилично так переборщила. Дальше жжет перец, которого тоже стоило положить меньше.

Перевожу взгляд на Роберта, а тому вроде нормально. Есть и даже не плюется.

— Для первого раза очень хорошо, — выдает резюме после съеденной ножки и выпитого стакана воды.

— Спасибо, — с благодарностью целую его в солёно-перченые губы. Герой, не меньше!

Сама я на такой подвиг не решаюсь. Разогреваю стейки с пюре, которое мы благополучно доедаем за второй заход.

Взгляд падает на пакет с тестами. Надо пойти и сделать, глупо тянуть дальше.

Решительно сжимаю пакет в ладони и иду в спальню. Тут меня серьезно накрывает паникой.

Я что, стану мамой в восемнадцать?

Боже, да я на первом курсе. Я не умею готовить, я вообще младенца в руках не держала ни разу.

Что я буду делать с ребенком?

А что, если я совершу какую-нибудь фатальную ошибку и испорчу ему тем самым жизнь?

Как я с этим справлюсь?

Рассыпаю на пастели горсть разноцветных коробочек. Перед глазами плывет, но я стараюсь дышать медленно.

Яся, ты не робкого десятка.

Ты справишься!

— Черт, — запираюсь в ванной комнате с тестами. Тут на все надо пописать, где на полосочку, где в окошко. Да твою же мать, что все так сложно в этой жизни у женщин?

— Ясь, все хорошо? — раздается осторожный стук в дверь.

— Мммм… я пока разбираюсь куда писать.

— Можем завтра съездить сдать кровь. Продавец сказал, что это самый надежный вариант.

Ага… Съезди сдай, потом результатов жди. Так я паниковать буду еще дольше.

— Нет, я хочу сейчас.

Разложив тесты на раковине, выбираю три самых простых. Делаю тесты, выхожу с ними к Роберту.

— И? — он смотрит на меня во все глаза. Уже не такой собранный, как обычно.

Глаза горят, грудная клетка ходуном ходит. Взгляд сосредоточен на пластиковых тестах, зажатых в кулаке.

— Не знаю, мне страшно смотреть, — бормочу сипло.

— Давай я, — Роб тянет подрагивающую ладонь.

— Ой, Роб, — прижимаю ладонь к груди, — что мы с ним будем делать? Он же будет орать. Ты вообще рекламу памперсов видел?

— Видел. Я и Максима новорожденного на руках держал, — он чертыхается сквозь зубы, — Яся, давай их сюда. — Да… Роб не меньше меня нервничает.

Вкладываю тесты ему в руки, отворачиваюсь.

Да что же будет?!

Что же будет!

Аааа!

— Ясь… — из-за спины вкрадчиво.

— Ммм?

— Так ты результат узнать хочешь? — голос Роберта уже не такой напряженный.

— Н-нет, — разворачиваюсь к нему неуверенно. Встречаюсь с широкой улыбкой.

Это улыбка облегчения, что мы не беременны или радость такая, что я залетела?

— Совсем?

— Завтра скажешь, — прохожу мимо него.

Ой все, от правды все равно не спрячешься.

Резко разворачиваюсь и вынимаю из кулака один тест.

Одна полоска.

Оу…

Одна…

Ну и отлично…

Я не сильно переживаю.

Вот, глупо было думать, что я могу залететь с первого раза.

Нет и нет.

Вынимаю из кулака второй тест.

А тут две!

Что?

Что, блин, это значит?

Там одна, тут две!

Роберт разворачивает последний тест, на котором полоски тоже две.

— А как же… — я машу первым.

— Бракованный, наверное.

— А может эти?

— Ну два против одного, знаешь ли…

— Ну нет. Это выборка из трех вариантов. Нам нужно больше, — решительно бегу в ванную, где еще тесты остались.

Делаю их и они все показывают две полоски.

— Ясь, — Роберт опять стучится в ванную, — что там?

— Бейбик… орущий бейбик на целых две ярких красных полоски.

Роберт приоткрывает дверь, засовывает свою голову. Рассматривает меня на полу в окружении бумажек и тестов.

— Если что, я рад.

— Да я вижу, что ты рад, — вздыхаю тяжело, — а я как-то не очень готова. — Показываю руками свой будущий большущий живот, — вот к этому.

— Малыш, не сиди на холодном, — Роб со вздохом поднимает меня на руки, переносит в спальню, — ты будешь очень горячей секси — мамочкой, уверен.

— Ты просто хочешь меня подбодрить.

Роб садится на кровать, меня усаживает на себя. Обнимаю его, провожу ладонями по широким плечам.

— Неа. Уже представляю все твои округлости, ммм…

— Маньяк, — от его потяжелевшего взгляда мне становится горячо. Я где-то читала, что в беременность не только живот растет, но еще и грудь. А у многих женщин очень сильно повышается либидо. Последнее странно как по мне.

— Есть немного, — Роб ведет пальцами по ложбинке груди. Сжимает одну своей огромной ладонью, — можно больше не осторожничать.

— Да мы и раньше как-то не очень, — прижимаюсь своим лбом ко лбу Роба. Встречаюсь с ним глазами, — я тебя люблю, Роб. А ты? Прямо сейчас мне нужно это услышать. Я от тебя беременна.

— Мне казалось, это и так понятно.

Роб кусает свою сексуальную нижнюю губу, я мотаю головой в разные стороны.

— Кажется, это случилось с первого взгляда. Не думал, что такое бывает в реальности, — Роб хмыкает, всем телом напрягается. Как же тяжело мужчинам признаваться в чувствах, оказывается, — тем более со мной, — его брови собрались у переносицы, грудь поднялась от протяжного вздоха, — ты была как ангел, за которым неслись демоны. Сразу понял, что будешь моей. И даже твоя фамилия не стала препятствием. Это тянет на люблю?

— Думаю да, — тяну за край футболки Роба, оголяю его до пояса. Нежно веду пальцами по тату в виде крыльев и дате. Это было ужасно, что сделал с ним и его мамой мой отец, но мы справимся.

Любовь — это все побеждающее чувство. Она сильнее ненависти.

Мы построим с Робом свою прекрасную семью.

Я подарю ему дочь или сына.

Из его памяти сотрется все ужасное, его заменит моя нежность и детский смех наших детей.

Касаюсь своими губами губ Роберта, целую чувственно и долго. Ерзаю на его коленях, ощущая как под попой начинает каменеть пах. Желание мгновенно затапливает низ живота и заставляет грудь налиться тяжестью.

Медленно соскальзываю с его колен на пол, облизываю пересохшие губы.

Что он там говорил про секси будущую мамочку?

Я могу, я очень даже. Сейчас покажу…