Враг любит больно

Глава 5

Идем по обшарпанному темному коридору. На полу бычки, с потолка свисают лампочки без абажуров. В нескольких я замечаю воду и место начинает казаться мне вдвойне небезопасным.

Роб не говорит ничего, лишь смотрит на меня с любопытством. Если для меня главный аттракцион — это странное место, то для него я.

Чего он хочет от меня добиться?

Увидеть, как я испугаюсь и побегу обратно к папочке?

Вот уж нет, я пойду до конца.

Спускаемся по ступенькам на этаж ниже. Это мы уже в подвале под землей. Идем еще некоторое время по второму коридору. Он не чище первого.

В конце еще одна дверь. Роб стучит в нее и нас пускают внутрь.

— Ого, — я прикусываю губу. Никогда не была в подпольных казино, но сразу понимаю, что это оно. Помещение большое, вытянутое. На контрасте с убогими коридорами выглядит как дворец. Тут тебе и темный паркет на полу и дорогие деревянные панели на стенах, хрустальные люстры. Окон в подвале быть не может, но на нужных промежутках висят шторы. Видимо, чтобы мозг не пугался нахождения в подземном бункере.

По всей площади рассыпаны столы с зеленым сукном, сбоку большой бар с девушками на высоких стульях. Они красивые, яркие, в обтягивающих блестящих платьях. Я не дурочка, так что сразу понимаю, это не студентки или посетительницы. Эти девушки здесь продают себя.

А я в жизни проститутку не видела. Мое смутное представление о них сложилось по фильмам «Красотка» и «Интердевочка». Девочки легкого поведения в фильмах очень отличались, так что сейчас у меня будет шанс посмотреть, какие они в реальности.

— Ты бизнесмен или бандит? — поднимаю взгляд на Роба.

— А твой отец бизнесмен или бандит? — зеркалит он вопрос, насмешливо усмехается.

Я не знаю, что ответить на этот вопрос, потому что как ни прискорбно признаваться, я не знаю отца по-настоящему. В прошлом он сделал много плохого, по семье Роберта бетонным катком проехался.

Как он заработал свои деньги, ради сохранности которых меня сейчас продает Яру?

Нечестно — это же очевидно.

— Он бывает здесь?

— Да, вместе со своими подельниками.

Нервно сглатываю. Представляю, что будет, если отец увидит меня здесь. Подельники — это Егор и отец Яра, я так понимаю.

— Здравствуйте, Роберт. Виктор Демидович вас ожидает, — рядом с нами появляется приятная девушка в черном костюме. Волосы убраны, на лице минимум макияжа. Она смотрит на окружающую обстановку с некоторой усталостью, в руке планшет.

Девушка скорее похожа на администратора дорогого заведения, в которых я привыкла бывать, чем на работницу подпольного притона.

— Позаботьтесь о девушке, чтобы она не скучала, — Роб подталкивает меня к ней, но я цепляюсь за его руку. Я точно не готова остаться здесь без него.

— Я вернусь, выдохни Яся, — он целует в волосы и уходит.

— Чай? Кофе? — интересуется буднично девушка, приглашая меня к бару. Роб теряется среди столов и исчезает, — у нас хорошая карта алкогольных напитков.

Боже, он же точно не оставит меня здесь?

Не может, ну нет…

После того, что между нами было… А что было? Секс и все…

Заставляю себя дышать ровно и у меня даже получается улыбнуться. Сдается мне, в таких местах не стоит показывать, как ты испуган.

— Чай, — с осторожностью присаживаюсь на высокий стул рядом с девочками. Они смотрят на меня настороженно. Улыбаюсь им мило и сосредотачиваюсь на кружке перед собой. Не хватало только, чтобы они за конкурентку меня приняли. Слышала, что конкуренция у них может быть жестокой, волосы еще повыдирают.

— Работу нужна? — Нина цепким взглядом пробегается по моей фигуре.

Ее вопрос вводит в ступор. Пару секунд соображаю, что за работа, а потом как до меня доходит…

— Нет! — Запахиваю на груди куртку поплотнее.

— На всякий случай, — она вынимает визитку из кармана и кладет рядом с моей ладонь, — у нас очень хорошо с безопасностью. Все анонимно, охрана привозит и отвозит до дома. Оплата наличкой.

— Ух ты, надо же… — губы растягиваются в нервной улыбке. Я с девственностью не так давно рассталась, а тут сразу в проститутки предлагают.

— Иван, присмотрит, чтобы не трогали. Мне идти нужно, — она кивает бармену на меня, — девочка Роберта, так что аккуратнее.

Да уж, я прямо как бездомный котенок. То одному, то другому меня подкидывают.

Бармен осмотрел пустой стакан на свет, оставил его и облокотился локтями о стойку. Интересный парень, немногим старше меня. Весь смуглый, накачанный, в татуировках. На брови и в губе пирсинг.

— Может, тебе что-нибудь поинтереснее, девочка Роберта? — он снисходительно глянул на мой чай.

Ну да, перед остальными девочками в высоких бокалах стояли разноцветные коктейли.

Я вздохнула.

— А можно мне молочный коктейль с мороженым? Клубничный? — Двинулась к нему ближе и спросила почти шепотом.

Парень от смеха чуть не подавился. Ударил себя кулаком по груди, головой покачал.

— Да без проблем, — сдул со лба длинную черную челку, подмигнул, — первый раз за все время работы здесь делать буду. Жутко волнуюсь, девочка Роберта.

— Яся, — мои щеки начало жечь от румянца. Не вписываюсь я в это место от слова совсем. Как ворона белая тут сижу. И на меня смотрят.

Девочки за стойкой, мужчины со столами. Первые с негодованием, вторые с интересом.

Вскользь осматриваю зал. За столами в основном мужчины постарше, молодых не так много. Отец с друзьями вполне мог бы сидеть вон даже за тем центральным столом, где точно сидят богачи. Это видно по высоким пирамидам из фишек, по дизайнерским костюмам, по сигарам и стайке молоденьких девушек вокруг них. Там чувствуется власть за тем столом.

Хорошо, что отец параноик и моя социальная жизнь минимальна и строго контролируется. Он никуда меня с собой не берет, в соцсетях закрытый профиль. Меня здесь никто не узнает, если только это не его ближний круг.

— Держи, Яся. Расскажешь, как на вкус, — передо мной появляется высокий стакан с молочным коктейлем. Сверху украшен сливками, зонтиком и большущей клубникой.

— Хорошо, — под его пристальным взглядом откусываю клубнику со сливками и облизываю губы.

— Мда, у всего зала уже привстал, — выдохнул он с усмешкой, — осторожнее, Яся. Такую малышку и украсть могут легко. Тут помимо Роберта полно крупных игроков.

Ставлю локоть на барную стойку, чтобы закрыться от сверлящих взглядов из зала. Посасываю через трубочку коктейль. Мне уже совсем его не хочется, но чем еще занять себя в этой нервной обстановке, не знаю.

Скорее бы Роберт пришел, а то предчувствия у меня по поводу моей любящий задницы приключения, не очень.

Отвлекаюсь на мужчину, появившегося в зале. В отличие от меня он тут смотрится очень органично, я бы сказала идеально. Высокий, пьяный, с двумя девочками, которых обнимает за талию. Костюм помят, рубашка расстегнута. Галстук болтается на груди блондинки справа. В белозубой ухмылке сигарета.

Он шлепнул обеих по заднице. Забрал галстук, который заткнул в карман и сел за стойку на соседний от меня стул.

— Водку, двести, — развернулся с интересом ко мне. Расфокусированный взгляд скользнул по моему коктейлю, потом по одежде. Глаза сально задержались на топе в районе груди, — беру.

Бармен усмехнулся и отступил. Сделал вид, что с большим усердием натирает стакан. Бросил меня, когда ему сказали присмотреть. Отлично, блин…. Потрясающе…

— Сейчас набухаемся и будем играть. Чую, девочка, ты мне сегодня удачу принесешь.

— Я тут не работаю.

Все мое лицо горит от стыда. По телу от мужского плотоядного взгляда колючие мурашки бегут.

— А что ты тут делаешь? — удивляется очень искренне.

— У меня… свидание…. с парнем.

Сказала то, что сказала.

Да уж…

Бармен закашливается, чтобы скрыть приступ смеха. Мужик застывает с открытым ртом.

Я на нервах допиваю коктейль. Там почти ничего не осталось и я с противным звуком тяну воздух через трубочку.

— Повтори, что бы там она не пила, — отмирает мужик. Вынимает галстук из кармана, лицо вытирает, — а давно я на свидании не был, лет десять уже. Многое поменялось, видимо. Раз девственниц в блядушники теперь зовут вместо кино. Парень то где? Бля… я хочу ебало этого бессмертного героя увидеть.

— Я не… — расправляю плечи. Что сразу девственница?

Скромнее девушек на соседних стульях выгляжу, конечно. Но не настолько же.

— Роберт сейчас придет. Он по делу отошел, — стараюсь говорить уверенно.

Он же вернется, правда?

Сколько я тут сижу уже?

Минут двадцать точно… он же меня не бросил? Не мог…

Сердце в груди болезненно сжимается. Затравленно оглядываюсь по сторонам. Проститутки, игроки, алкоголь. Этот мир совершенно мне чужд, мне одной тут страшно.

— Роб? — мужчина дергает бровью. На бармена смотрит, который утвердительно кивает, — охуеть.

Передо мной появляется новый молочный коктейль. Пить больше не хочется, я салфетку тереблю бумажную в пальцах. К глазам подкатывают предательские слезы.

— Плесни ей виски в молочную бурду. Я Дима, — зевает мужчина, — так уж и быть, побуду с тобой, пока твой парень не вернется, — на слове «парень» из него вырывается смешок, — но если не вернется, уходить советую со мной. Из всех присутствующих я буду самым добрым, — глаза его загораются опасным огоньком.

Смотрю на бармена, тот пожимает плечами, будто не при делах. Ну да, до моей безопасности тут никому дела нет.

Кусаю губы. От напряжения все тело сводит так, что дышать практически невозможно. В груди больно очень, жжет. Кажется, я на грани истерики от страха.

Я убью Роба, когда он все-таки появится!

Со мной так нельзя!

Нельзя!

Со спины обнимают сильные руки, знакомый запах забивается в нос и щекочет там. Меня сразу отпускает.

Сейчас я точно разрыдаюсь, но уже от облегчения.

Роб протягивает руку и тянет мой коктейль через трубочку, морщится.

— Поехали.

Он напряжен, зол. Весь натянут.

— Может, сыграем, Роб? — Дима опрокидывает в себя водку. Глядя на меня, облизывается, — по-крупному.

— Лучше проспись, Дима, — Роберт стаскивает меня со стула, заводит за свою спину.

— Где взял? — тот пытается заглянуть за Роба, чтобы посмотреть на меня, — я тоже хочу себе такую прикупить.

— Где взял, там больше нет. — Роберт толкает меня в коридор.

Иду за ним тихо, позволяя держать себя за руку. Когда мы оказываемся на улице, с жадностью глотаю влажный ночной воздух. Забираюсь в машину на пассажирское сиденье с ногами. На Роберта не смотрю.

За окном машины мрачно. Тусклые фонари слабо вырывают у темноты окружающий убогий пейзаж. В грязной воде луж отражаются тяжелые облака, воздух намагничен. Еще чуть-чуть и хлынет дождь.

Роберт садится рядом, открывает окно. Закуривает.

— В зале камеры, — говорит ровно.

— Ммм…. — мычу себе под нос.

— Я следил из кабинета, — цедит сквозь зубы. Недокуренная сигарета летит в окно.

В лобовое стекло ударяют первые тяжелые капли. Они стекают редкими дорожками вниз, размывая дома и переулок перед нами.

Дождь усиливается, начиная барабанить по крыше, по капоту. Вокруг нарастает шум.

— Мне было страшно, — хмурюсь, стирая скатывающуюся по щекам влагу. Веду себя как малолетка. Но не могу сдержать эмоций.

Роб закрывает окно, приглушая уличные звуки. В салоне темно и прохладно, я начинаю дрожать.

— Иди сюда, Яся, — он перетаскивает меня к себе на колени, напряженно смотрит в глаза, — ты пьешь молочные коктейли и веришь в добрых единорогов. Ты хоть понимаешь, к кому в руки попала?

— К бандиту? — поднимаю на него зареванные глаза, всхлипываю.

— Я ни хуя нехороший, Яся, — ладонь Роба скользит по моей шее, ощутимо сдавливает, — я тебя испорчу, сделаю такой, как я хочу. И никто тебя уже не защитит, точно не твой папочка.

— Ты хороший, — мотаю головой, — ты же меня там не бросил. Не оставил им.

— Наивная дурочка, — выталкивает с болезненной усмешкой. Тянется к моим губам.

— Пусть, — прикрываю глаза, чувствуя его поцелуй на своих губах. Роб, как яд, проник в мой организм и потек по венам. Все тело в его руках снова запылало.