Враг мой

34

— Как ты могла? Я доверял тебе! — Светодар бушевал и всё не мог поверить, что имеет дело с «засланным казачком». После поимки в галерее, стража доставила Лавиру прямо в комнату для допросов. Ту самую, где была прозрачная клетка. На счастье или несчастье, но там дежурил Фарташ. Он сразу оповестил герцога Тузора. Глава ОКОСа был так рад, что подтвердились его личные подозрения против новой «любимицы» Светодара, что даже не мог скрыть, что происходит. Принц мигом узнал о ее аресте и примчался вместе с Тузором. А вскоре, выслушав все обвинения, которыми осыпали Лавиру «косари» и стража, Светодар выгнал всех, решив самолично вести расследование.

Он возмущался, метался по комнате, не знал, кому верить — себе? Любимой? «Косарям»? Как проверить, кто говорит правду? Лаивра рыдала и готова была поставить на кон свою жизнь, только бы доказать, что не хотела принцу ничего плохого.

— Если добром не скажешь, что ты здесь делала, и кто тебя прислал, тебя ждут пытки. «Косари», кому угодно развяжут язык. Они ломают не только кости, но и любое упрямство. Не доводи до этого, Лавира. Несмотря ни на что, ты дорога мне… Я не хочу, понимаешь?!..

— Если бы я могла сказать, — слабо улыбнулась Лавира, — пытки бы не понадобились. На мне заклятье. Оно связывает мне язык и сердце. Если я скажу лишнее или полностью поддамся преступным чувствам, моё сердце остановится.

— Так может, ты действовала под заклятьем, тебя вела чужая воля, а ты не понимала, что делаешь? Если ты только жертва…

— Нет! Это действует не так. Меня заставили, но я всё понимала.

— Отвечай, ты хотела меня убить? В этом было твоё задание?

— Нет!

— Хотела устроить похищение, заманить меня в ловушку и передать в руки врагов?

— Нет!

— Что тогда? Что настолько страшное вы задумали, что даже сказать об этом невозможно? Не верю, что ты не можешь открыть мне вашу тайну, думаю, просто не хочешь! Торгуешься за свою жизнь!

— Я, правда, не могу, ваше высочество, — из глаз Лавиры катились крупные слёзы. Она стояла перед принцем на коленях, с руками, закованными в тяжелые антимагические цепи. Светодар резко шагнул к ней, рывком поднял с колен и усадил на пустой стул.

— Рассказывай!

— Да… хорошо… я расскажу вам всё… Но обещайте, когда я упаду мёртвой, вы моментально позовёте своего слугу Малерна. Если будет еще не поздно… Или тогда он вам расскажет остальное. Вы обещаете, ваше высочество?

— Да, слово принца! Говори, я слушаю.

— Всё началось два месяца назад, когда круг пэров, точнее, один из них, придумал мне секретное задание. Правда в том, что у меня есть дар… Вам страшно это слышать? Я понимаю. Но я сама за последнее время узнала столько нового, у меня мир перевернулся!

— Вот и со мной сейчас это происходит, — Светодар сел напротив, провел рукой по лбу, убирая волосы. — Скажи правду, почему ты пропала, когда я… Моя ошибка в том, что я умудрился привязаться к подставной кукле! Но, хуже того, я признался тебе в любви, а ты… Ты ничего не сказала тогда. Тебя это пугало? Или это была игра?

— Я не играла с вами, ваше высочество! Мне не было нужды прикидываться. Вы сами приблизили меня к себе. Но когда вы сказали… тогда… Нет, я не испугалась. Я была уничтожена! До этого я надеялась, что всё пройдет гладко, ведь мы уже друзья… Ужасно, что я вас полюбила, но я могла скрывать эту напасть. Но когда вы…

— Что ты сказала? — подскочил Светодар. — Ты любишь меня? Давно? Повтори!

— Нет, нет, нет! — Лавира сильно сжала виски руками. — Вы всё равно мне не поверите! Считайте, вам послышалось. Но правда в том, что меня никто не похищал. Я сама старалась убежать как можно дальше от вас, от этого ужасного искушения! Я больше не могла вас видеть, знать и… Какая сейчас разница, ради чего я оказалась во дворце? Я не смогла этого выполнить. Потому что люблю вас… Вы были мне худшим врагом, вы и сейчас мой враг. А я… ничего не могла с собой поделать! Не устояла… глупо, правда?

— Нет уж, говори всё, — приказал Светодар. — Я должен знать, кто тебя прислал и для чего. Только тогда я смогу делать выводы. Моя любовь к тебе очень мешает вести расследование. Но я клянусь, что ради государства я пожертвую своим сердцем, и прикажу ему молчать! Если мне придется отдать тебя в руки «косарей», я это сделаю. Один Бог знает, чего мне это будет стоить, но сделаю! Смертная казнь для изменников придумана не мной. Я не имею власти в Осветории, я только верно служу ей. Говори!

— Нет, вы не сможете казнить меня. Не успеете. Меня казнят другие, только за то, что я разговариваю с вами. Я готова ответить на все вопросы. Но помните… вы обещали!

— Ты не соврала, что у тебя есть «дар»? Ты колдунья? Можешь это доказать?

— Только если вы снимете цепи… а это опасно для вас. Впрочем, нет, могу оказать иначе! Напишите что-нибудь на листке, чтобы я ничего не видела. А я вам прочитаю.

— Какой-то ярмарочный фокус? — нахмурился принц. Но взял перо и написал задание. Лавира бледно улыбнулась, слыша каждое слово, пока он выводил их.

— «Моя любимая, ты съела мое сердце, ты хочешь бросить меня в огонь, и я готов идти туда вместе с тобой!» — свободно прочитала она. Принц моментально сжег листок. Он явно думал, что никто не узнает, что он там написал. Теперь он смотрел на Лавиру с суеверным ужасом. Он задавал вопросы обо всём, что она делала. Она отвечала. Сердце сжималось всё сильнее, но пока Лавира напрямую не назвала свое задание, не открыла план круга пэров и не называла имен, она с трудом, но могла отвечать.

Принц заметил, как побледнели ее губы. Как она машинально прижимает руку к груди слева, как часто дышит, преодолевая боль. Но всё-таки спросил самое главное:

— Скажи, что тебе приказали сделать, когда войдешь ко мне в доверие?

— Я должна… использовать свой дар… чтобы заставить вас… — она судорожно вдохнула и упала замертво. Принц думал, просто потеряла сознание или прикидывается. Но он сразу пощупал пульс, выскочил в коридор и велел страже немедленно доставить сюда Малерна. Им не пришлось далеко бежать. Слуга принца шел им навстречу. Его вело тревожное предчувствие. Лавира куда-то пропала, хотя должна быть у себя. Что с ней?

— Малерн! Это заклятье, она сказала… ты знаешь, что делать? — Принц вцепился в него, как утопающий в соломинку. Малерн печально глянул на лежащую Лавиру. Ему придется выбирать, спасать ее и самому стать приговоренным. Или позволить умереть своей единственной родной душе, кроме Воришки. Сжав кулаки, Малерн решился.

— Я знаю, как снять петлю, ваше высочество. Я искал способ, когда узнал, что Лавира… Да, да, я знал! Сейчас неважно. Мне нужно четыре красные толстые свечки, ключевая вода и перо ворона, но это у меня есть, — он достал из кармана черное перо.