Выживший. Книга вторая

Глава 17

Особняк Лики Аникеевой выглядел так, будто его растаращивает от собственной важности и фальшивого лоска. Он возвышался за пятиметровым забором, как огромный нарыв, переполненный фосфоресцирующим гноем. Слепил панорамным остеклением и ландшафтным дизайном.

Каждое дерево на участке было подсвечено, будто это не обычная сосна, а гребаный экспонат в музее тщеславия. Судя по количеству иллюминации, бюджет «праздника жизни» мог год кормить мой родной район вместе с его гаражами и бродячими собаками.

Я вышел из такси. Поправил воротник нового пиджака. Чары снова недовольно завозились внутри. Как медведь в берлоге. Они словно говорили: «Ну всё, парень. Мы вошли в опасную зону. Здесь либо ты сожрешь их, либо они тебя».

У ворот дежурили крепкие ребята в классических костюмах, которые сидели на них как на коровах седло. На лбу каждого виднелась татуировка. Просвященные. Естественно. Куда без них.

Во взглядах охранников не было настоящей жизни, только бестолковое подчинение и злая агрессия, предназначенная чужакам. Они вылупились на меня все разом. Что-то в моем внешнем виде парням не понравилось. Наверное, костюм. Завидуют, сволочи.

У одного из «быков» дернулось веко, правая рука скользнула к кобуре под мышкой. Даже сквозь туман Благодати, жравший его мозг, он почувствовал угрозу.

Я в наглую промаршировал к воротам, на ходу бросил: «Волков. Меня ждут. Провожать не обязательно».

Охранники нахмурились. Тоже одновременно. Но дорогу перегораживать не стали. Тот, что самый нервный, быстро сверился со списком приглашенных. Похоже, озвученная фамилия была там указана.

Внутри особняк отличался запредельным уровнем пафоса. Огромная гостиная больше напоминала бальный зал. Она оказалась под завязку забита людьми. Здесь собрался весь «цвет» города. Если считать цветом ту плесень, что обычно разрастается на гнилых продуктах.

У мраморного камина распивал шампанское депутат из Госдумы. Я видел его рожу по телеку. Он в каком-то семейном шоу с пеной у рта призывал народ к «скромности и духовному росту». А сейчас лапал за задницу модель, которая была младше его раза в два.

Чуть левее кучковались звезды эстрады. Их смазливые рожи вызывали желание немедленно проветрить помещение. Бизнесмены с холеными физиономиями, политики с глазами дохлых рыб и меценаты — все эти люди улыбались, пили «Кристалл» за сто косарей бутылка, обсуждали свои деяния и последние новости.

Придурки не понимали, что они — всего лишь батарейки в красивой упаковке. Что их энергия уже расписана в бухгалтерских книгах Изначального Града. Счастливый скот, который привели на банкет перед тем, как пустить на фарш. Да, пока что через Дом Благодати проходят обычные люди. Но скоро, очень скоро, потребуются все резервы. В том числе «элитные».

Лика материализовалась рядом со мной мгновенно. На ней было платье цвета запекшейся крови. Оно облегало её тело так плотно, что казалось, будто сучка просто обмазалась темно-бардовой краской. Глубокое декольте сверху, высокий разрез снизу. И на кой черт ей эта тряпка? Если при желании можно рассмотреть все самые интересные места. Ходила бы голой.

— Ты выглядишь… потрясающе, — произнесла она низким голосом, её глаза на миг сверкнули неприкрытым желанием.

У дряни явные проблемы с самоконтролем. Может, она нимфоманка? А что? С головой явно какая-то хрень творится. Она в свои шестнадцать спокойно была готова перерезать горло живому человеку. Не каждый мужик на это способен.

— Старался соответствовать интерьеру, — буркнул я, демонстративно игнорируя ее декольте. — У тебя тут многовато народу для частного приема. Решила устроить перепись участников списка Forbes?

Лика тихо рассмеялась. Ее смех отозвался вибрацией в моем организме, где-то ниже пояса.

— Это не просто люди, Максим. Это — союзники. Те, кто понимает истинную ценность нынешних реалий. Пойдем, я познакомлю тебя с ними. И со своим… — Лика еле заметно поморщилась, — Со своим супругом. Лучше представить вас друг другу сразу.

Лучше? Я мысленно усмехнулся. По мне это вообще не лучше. Это — шиза. Знакомить мужика, которого ты хочешь поиметь, с официальным мужем.

Лика потянула меня к группе мужчин у окна. В центре стоял человек, который выглядел здесь самым… скромным. Среднего роста, с простоватым лицом, в обычном сером костюме. Если бы я встретил его на улице, не обратил бы внимания.

— Игорь, дорогой, — Лика коснулась плеча мужчины. — Познакомься. Это Максим Волков. Тот самый парень, о котором я тебе говорила. Мой новый начальник службы безопасности.

Так вот, как выглядит лошара, который оплачивает сытую жизнь дряни.

Он повернулся к нам. Я ожидал увидеть в его глазах ревность, ненависть или хотя бы тень недовольства. Но нет. Игорь смотрел на Лику с таким обожанием, что меня слегка затошнило. Это был взгляд побитого пса, который готов лизать руку хозяйки, даже если она только что сломала ему лапу.

Мужик перевёл взгляд на меня. Лицо — мертвая маска. Никаких эмоций. Игорь Аникеев, похоже, рад лично встречать любовников своей жены, подавать им коньяк и стелить постель, лишь бы она разок улыбнулась ему своей хищной улыбкой. Высокие отношения. Мне до такого далеко.

— Очень приятно, Максим, — муж Лики протянул руку. Его ладонь была сухой и холодной, — Лика много о вас рассказывала. Она говорит, вы — человек с уникальными способностями. Мы рады, что теперь с нами такой отличный специалист.

— Взаимно, — ответил я, с трудом сдерживая настоящую реакцию. Как бы не блевануть на его костюм от «восторга».

Пожалуй, даже для меня это мерзко. Лика в открытую показывала мою персону всем присутствующим, в том числе мужу, как нового породистого жеребца. А он… он просто жмет мне руку.

Игорь моргнул несколько раз. Затем снова повернулся к Лике. В одно мгновение его взгляд изменился. Стал фанатично счастливым.

Пу-пу-пу… А у нас тут, похоже, чары…

В памяти всплыла картинка. Вечер, я прячусь в подворотне и наблюдаю за Ликой, которая стоит возле закрытого магазина Косого. Когда сучка уехала, на асфальте остались морозные пятна. И запах. Сладковатый. Признак чар.

Я чуть не рассмеялся в голос. Дрянь, похоже, таскает какой-то артефакт, вызывающий состояние идиотизма у мужиков. Они не просто ее хотят, им мозги отказывают напрочь. Артефакт дорогой, качественный. Скорее всего, сделанный на заказ.

Так вот, в чем причина моего возбуждения, когда сучка находится рядом. И вот в чем причина ее реального интереса.

Любой парень уже пускал бы слюни под воздействием магии. Но я — не любой. Я — Выродок. Ее артефакт цепляет меня еле-еле. Слабенько. Я испытываю желание, не больше. Лику от этого штырит.

Она видит во мне человека, способного противостоять чарам. А не только подходящего для спаривания самца.

Похоть дело хорошее, однако относительно меня сучка быстро сообразила. Если я клал большой и толстый на ее магическую приблуду, значит, могу игнорировать и другие артефакты. Она выбрала меня в свою охрану ради реальной безопасности.

— Максим, не скучай, — Лика провела пальцами по мой груди, сверкнула глазами. — Я скоро вернусь. Надо убедиться, всё ли готово к главной части вечера.

Я заверил ее, что скучно мне точно не будет, и отошел в сторону.

— Фаворит, значит… — прошептал себе под нос, провожая дрянь взглядом. — Ну, ок.

Проследил, куда направилась хозяйка этой богадельни, а потом тихонечко двинулся за ней. К стеклянным дверям, ведущим на широкую веранду.

Там было гораздо меньше света. Обычно в таких местах люди собираются, чтоб обсудить какие-нибудь секреты. Вряд ли Лика будет это делать в одно лицо.

Подошел к приоткрытой створке, замер с восторженным видом, будто любуюсь иллюминацией в саду. На самом деле, напряг и слух, и зрение. Пустил немного чар.

По факту, это «немного» оказалось таким мощным импульсом, что я теперь слышал даже то, что происходит в соседних дворах. Пришлось сбавить обороты.

Лика прошла до дальнего угла веранды. В темноте, рядом с перилами, припорошенными снегом, замерли три мужские фигуры. Я узнал их сразу.

Первый — Боцман. Его мощную тушу обтягивал смокинг. Сомов стал еще более крепким, упитанным. Квадратная физиономия, короткая, бычья шея. Он курил вонючую сигару, стряхивая пепел прямо на безупречный заиндевевший мрамор.

Рядом — близнецы Леха и Витя. Они стояли в одинаковых позах, скрестив руки на груди, как две статуи. По детской привычке Витя был обрит наголо. Леха — с модной стрижкой. Ничего не изменилось.

Лика приблизилась к своим подельникам, кутаясь в меховое манто, которое накинула перед выходом.

— … потери среди сырья становятся критическими, — долетел до меня хриплый, прокуренный бас Боцмана. — В последней партии почти сорок процентов ушли в полный отказ систем. Мозг плавится раньше, чем накопители заполняются на две трети. Мы теряем энергию. А ОН требует всё больше.

Под этим «ОН» Боцман явно подразумевал своего магического куратора. Назови его имя, сука! Назови имя!

— Мы в курсе, Дима, — Лика небрежно поправила волосы. — Именно поэтому нам одобрили открытие еще одного корпуса в «Светоче». Клиника уже не справляется с наплывом переработанного сырья.

— Нужно быстрее открывать второй Дом Благодати. В районах окраины, — подал голос Леха Гордеев. — Там публика проще, вопросов задают меньше. Накачаем их эйфорией, и пусть сливаются по графику. Если кто сдох, так всем по хрену. Маргиналы, алкаши, нарики.

— Да конечно! — фыркнула Лика, — Ты видел их энергию? Дерьмо какое-то. Разумнее открыть еще парочку ваших залов. В соседних районных центрах, может. Там Домов нет. Оттуда сырье можно перебрасывать сюда.

— ОН недоволен темпами, — Боцман сплюнул за перила. — Его не волнуют наши трудности. Если мы не дадим нужный объем в этом квартале, полетят головы. И что с этими гребаными экспериментами? Задрал просто. Мы содержим такой штат ученых, что НАСА отдыхает. Они уже несколько лет работают впустую. Кто-нибудь вообще понимает, что он ищет?

— Ага, — поддакнул Витя Гордеев, — Только ты видел, какую он истерику закатил из-за мамаши этого Либина? Как вообще ее выкрали из закрытого блока, не могу понять? И кто? Это точно особо подготовленная группа спецов. Положить наших парней, знаете, могли только настоящие профи.

— Все это, конечно, круто, мальчики, — Лика забрала сигару у Боцмана, затянулась, — Но у нас есть проблема посерьезнее. Круг. Он всё еще не замкнут. Хочу напомнить, время работает против нас. Я, к примеру, уже замечаю, что былая удача и фарт поворачиваются ко мне задницей. Еще немного, и мы начнем терять все, что имеем. Вам не приходит в голову, что те же проблемы со «Светочем», с этой пропавшей дурой — итог разорвавшегося Круга.

— Приходит, — Хмуро буркнул Леха, — Меня другое напрягает, почему он не называет нам причину, по которой все полетело к чертям собачьим. Твердит, как умалишённый про разорванный Круг. Но в чем причина-то? Никто не думал? Мы провели ритуал восемь лет назад и тот сопляк отправился в Изначальный град. Верно? Если сейчас Круг перестал работать, не значит ли это, что обмен нарушился…

Гордеев многозначительно замолчал. Остальные тоже стояли, как пыльным мешком пристукнутые.

— Да нет… — Боцман покачал головой, — Нет… Не может быть. Ты имеешь ввиду, что придурок Либин сдох?

— Ты тупой? — моментально психанула Лика, — Он имеет в виду, что придурок Либин сбежал от магов.

— Зашибись. — Витя Гордеев выматерился, достал пачку сигарет из кармана и нервно закурил, — Вы представляете, о чем это говорит? Если Либин смог сбежать, то кем этот парень стал? Мандец… Мало того, Косой пропал, так еще это.

Я мысленно усмехнулся. Вот теперь можно и Стасику послушать, о чем говорят его друзья. Вытащил банку из кармана, поднес ее к дверям, чтоб глаз мог видеть все, что происходит на веранде. И, надеюсь, слышать.

— Косой — это балласт, — Боцман со злостью ударил кулаком по перилам. — Дебил, который считал себя таким же как мы. На хрена вообще его тогда подтянули?

— Ой, а что это у нас с памятью? Это была твоя идея. Ты захотел, чтоб твоя «шестерка» участвовала в ритуале, — усмехнулась Лика, — Разнылся, типа Стасик хороший человек. Правильный пацан. Ну вот. Доволен теперь?

— Хватит лаяться. — Одернул Лику Витя, — Завтра днем мы с братом сами поедем к Косому. Магазин — единственное место, где он может шкериться. Перетряхнем там всё. Каждую доску в полу вскроем. Продавцов прижмем, они сто пудово что-то знают.

Банка в моих руках еле ощутимо дрогнула. Я опустил взгляд. Глаз Косого крутился на месте, как умалишенный. Похоже, Стасик слышал все сказанное и ему это не понравилось.

— Согласна, — Лика кивнула, — Найдите его. Мы повторим ритуал, а потом… Косой стал опасен своей непредсказуемостью. Думаю, он достаточно пожил. Есть же какие-то варианты, чтоб закрепить Круг намертво. Должны быть. Тогда можно и от Стасика избавиться.

Дрянь взглянула на часы на изящном запястье.

— Так… Через полчаса ОН обещал быть здесь. Встречаемся в библиотеке на втором этаже. Там нет лишних ушей, я подготовила документы по новому проекту. Обсудим детали. И… Нам надо все-таки добиться от него ответа, из-за чего разорвался Круг. Это важно.

Боцман и Гордеевы согласились с предложением дряни. Вся их компашка двинула к дверям.

Я тактично свалил подальше от выхода. С наглым лицом впёрся в небольшую тусовку звезд телевидения, которые трескали канапе со шведского стола.

Библиотека, значит. На втором этаже. Мне надо закинуть туда глаз Косого. До того, как вся эта компания снова соберется. Заодно узнаю, кто такой ОН.

Дождался, пока Лика и ее компаньоны рассосутся по залу. Затем бесшумной тенью скользнул к лестнице.

Поднялся всего на несколько ступеней, когда зазвонил телефон. Сердце сразу тревожно ёкнуло. Вытащил мобильник из кармана, нажал на прием.

— Макс! МАКС! Помоги!!! — Иван не говорил, он захлебывался воплем. — Тебе срочно надо вернуться! А-а-а-а-а! Это жопа! Просто жопа! Валентина Петровна, держите ее за ноги! За ноги! Сука!

— Что происходит⁈ — рявкнул я, пытаясь из криков Ивана выудить что-то вразумительное. Пока только было понятно одно — он в истерике.

— Ее утягивает куда-то! Светящееся окно и ее туда засасывает! — Иван натурально рыдал. Слышно было, как он бьется обо что-то металлическое. — Сначала закричал Стас. Мы прибежали. А он там… Макс, у него НЕТ ГЛАЗ!!! Это что за инфекция⁈ А в коробке — одно глазное яблоко прыгает! В коробке! Само!

— Ваня! Давай! Возьми себя в руки! Что происходит⁈

— Я вбежал… На кровати женщина. Стас говорит, твоя мать… Валентина Петровна, да держите же вы ее. Стас!!!

На заднем фоне раздался звук истеричного вопля Косого:

— Макс, тут открылась какая-то хрень. Типа портал! Твоя мать светится и ее затягивает в эту дыру!

— Она светится, Макс! — завизжал Иван, перекрывая вой Косого. — Синим! Таким ярким! Воздух… воздух рвется вокруг неё! Её затягивает куда-то внутрь! Стас орет, что она — портал! Или там портал! И у Стаса НЕТ ГЛАЗ! СУКА!

Связь оборвалась коротким, сухим треском.

В ту же секунду внутри меня что-то щелкнуло. Будто невидимая рука последние несколько часов оттягивала резинку, а теперь резко отпустила ее.

Я почувствовал, как энергия, накопленная в моих венах, вырвалась на свободу. И я вообще ничего не мог сделать, чтоб остановить это.

БЗЗЗЗТ! БА-БАХ!

Ближайший настенный светильник взорвался, окатив меня и гостей, крутившихся возле лестницы, дождем раскаленного стекла. За ним лопнул второй. Третий.

Музыка захлебнулась. Десятки богатых, сытых придурков замерли, задрав головы вверх.

Напряжение в доме скакнуло так, что техника начала сходить с ума. Лампы, светильники, плазменные панели вспыхивали белым и взрывались. Лампочки в гигантской люстре под потолком начали разлетаться на мелкие осколки. Пух-пух-пух-пух! Как пулеметная очередь.

— Что это⁈ — закричал кто-то из гостей. — Посмотрите на него! Вон! На лестнице!

Все присутствующие одновременно повернулись ко мне.

Я опустил взгляд на свои руки. Из-под кожи сочился черный туман. Мои глаза… я чувствовал, как чернота выплескивается за пределы зрачков, заливает всё лицо.

Внутри бушевала настоящая буря. Торнадо. Ее причиной стала ярость. Бешенство из-за того, что магические ублюдки сейчас делают с матерью. А это они. Я уверен.

Магия, извращенная, ядовитая, та, которую сдерживал несколько часов, вырвалась наружу. Она больше не подчинялась. Вокруг меня формировалось нечто, напоминающее черный, убийственный ураган из чар.

Воздух в зале задрожал. Я увидел, как от каждого гостя в мою сторону потянулись тонкие серые нити.

Люди начали падать. Они оседали на пол, хватались за горло. Их кожа за какие-то считанные секунды становилась темной и сухой, будто осенняя листва.

Я видел, что происходит. Понимал. Осознавал. Мои чары убивают всех, кто здесь находится. Не потому что хочу этого. А потому что так решила моя извращеннная магия.

Гребаный «Прах»! С этим заклятием что-то не так! Аномалия превратила чары в нечто очень сильное, опасное и полностью автономное.

Конкретно сейчас я просто высасывал жизнь из людей, которые собрались в доме Лики. На хрена? Понятия не имею!

Злость, которую испытал во время звонка Ивана, послужила катализатором. Она сорвала печать.

Дом стонал. Бетонные перекрытия пошли трещинами. Гравитация в зале начала давать сбои — обломки стекла и капли шампанского медленно поплыли вверх.

И тут реальность в центре зала просто… порвалась.

Из маслянистой, дрожащей пустоты шагнула высокая фигура. Статный, в чёрной одежде, с волосами, собранными в пучок. Лорд Риус.

Он стоял среди катающихся по полу тел, среди корчащихся в агонии людей с таким видом, будто зашел проверить, хорошо ли накрыт стол.

— Браво, Выродок, — Риус улыбнулся. В зале стаял невыносимый шум: крики людей, звон бьющегося стекла, гул чар, но я хорошо слышал его голос, — Великолепное зрелище. Ты даже не представляешь, насколько шикарная у тебя сейчас аура.

Попытался сделать шаг к нему, но мое тело было сковано вышедшими из-под контроля чарами. Меня распирало от притока энергии. Миллионы вольт чужих жизней бились внутри моего торнадо.

— Аномалия нестабильна, — Риус подошел ближе к лестнице, любуясь хаосом. — Ты сожрал слишком много «Праха». Не удивился, почему диссипация впитала все заклятие? Почему она не захлебнулась и не подавилась? Нет? А должен был. Дело в самом «Прахе». Это особое плетение. Особые чары. Пожалуй, одни из немногих, которые тебе не стоило впитывать. Но я знал… Знал, что в критической ситуации твоя упрямая натура возьмёт верх, и ты непременно сделаешь что-нибудь максимально необдуманное, безумное. Я все просчитал, Выродок.

Из моего города вырвался хрип. Вроде бы. Я пытался что-то сказать. Ни хрена не вышло. По факту, мое тело находилось внутри чёрной воронки. Эта энергия вообще не давала двинуться.

— Ты переполнен. Твоя аномалия сейчас работает как детонатор, — спокойно продолжал Риус, — Если останешься здесь, этот дом, этот город… они просто схлопнутся. Превратятся в воронку из праха и битого бетона. Ах, да… Твоя мать… она сгорит первой. Там, где она находится, стоит небольшой усилитель. Я — твой единственный выход, — Риус развел руками. — У тебя есть выбор. Ты можешь сдохнуть здесь, заодно уничтожив всё, что тебе дорого. Или можешь вернуться со мной. Прямо сейчас. Я стабилизирую аномалию. И твоя мать… она останется в этом мире. Живая. Проснется, забудет все, как дурной сон. Тебя, кстати, тоже. Все забудут тебя. И тот смешной человек, у которого ты вырвал глаза. И девушка в тату-салоне. Симпатичная, кстати. Одобряю. Этот мир спокойно будет жить дальше. А Дома Благодати… Если ты пойдешь со мной, этот вопрос мы тоже решим. Даю слово Лорда.

Я посмотрел вниз. Многие лежали в отключке. Не знаю, живые или уже нет. Лика ползала по паркету, её красивое лицо превратилось в маску старухи, она беззвучно открывала рот. Боцман лежал у стены, его мощное тело стало гораздо меньше. Высохло.

Но моя ярость, чары, они не успокоились, не насытились. Старый ублюдок прав. Я чувствовал, что воронка только разрастается. Ей мало тех жизней, которые она может забрать здесь. Она хочет большего.

А еще я понял, что Риус все просчитал. С самого начала. Он дал мне возможность увидеть реальность. Узнать о Домах Благодати. Найти мать. А потом каким-то образом подсунул гребаного Человека без лица с его сраным «Прахом». Уверен, тот придурок даже не догадывается, что Риус использовал его.

У старого ублюдка есть свои планы. Свои цели. Но он хотел, чтоб я столкнулся с Благодатью и проектом «Барьер» лоб в лоб. Чтоб я сам узнал правду. Увидел ее своими глазами.

Энергия внутри меня достигла критической точки. Воздух вокруг начал взрываться фиолетовыми и черными искрами.

Снова посмотрел на свои руки. Они были покрыты чернильной хренью до локтей. Вены пульсировали в такт разрушению.

— Ок. Ты победил, старый ублюдок. Я иду.

Не знаю, слышал ли мой голос Риус или он просто почувствовал. Но его лицо озарила довольная улыбка.

Я не стал спускаться по ступеням, просто собрал всю волю в кулак и прыгнул через перила. Судя по тому, что прыжок удался, Лорд Риус помог мне чарами. Подтолкнул.

Я приземлился прямо перед Боцманом. Теперь внутри урагана мы были с ним вдвоем. Моя рука метнулась к горлу Сомова. Схватил его, поднял вверх. Сейчас он весил не больше мешка картошки. Развернулся, посмотрел на Риуса.

Маг всё-таки увидел меня в этой черной воронке. Как и мой груз. Он небрежно пожал плечами.

— Забирай, кого хочешь, — фыркнул Риус.

В следующую секунду, разлом, из которого вышел старый ублюдок, начал менять очертания. Мгновение — и я увидел Врата. Распахнутые. За ними полыхало багровое небо Изначального Града.

— Слышишь, Риус? — я двинулся к открытым створкам, украшенным магической вязью. Каждый шаг давался с трудом. Попробуйте идти, когда вокруг вас хреначит энергия долбаных чар. — Ты пожалеешь.

Старый ублюдок рассмеялся. Как только моя нога переступила грань, отделяющую обычный мир от Изначального града, он ответил:

— Посмотрим, Выродок. Добро пожаловать домой.

Я активировал Ключ от Всех Дверей. Да, Врата и без того открыты, но со мной — живой груз. Без помощи артефакта я не дотащу Боцмана до финальной точки. Он сдохнет. А я имею на его счет совсем другие планы.

Ообернулся в последний раз. Окинул взглядом разрушенный зал, разбитые бутылки, лужи дорогого пойла, умирающую элиту города. В следующую секунду Врата с тихим скрипом начали закрываться.