Я вернусь

Глава 18

— А где мы находимся? — поинтересовалась я, когда ко мне вернулась способность разумно мыслить. Сначала я обнаружила себя в объятиях Дейроса. Мы сидели на полу, привалившись спиной к стене, моя голова лежала у него на плече. Одной рукой он обнимал меня, другой зарылся в мои волосы. Я осмотрела нас с ним, мы были почти одетые, значит, ничего непоправимого не случилось, даже немного жаль. Нашла глазами Нейтоса, он мирно спал недалеко от нас, устроившись прямо на полу, о, как его вырубило с одного поцелуя.

— Мы в моем охотничьем домике, видимо, после нашего с братом исчезновения здесь никто больше не появлялся, — Дейрос говорил тихо, целуя мою макушку, надо бы отстраниться, но мне было так уютно. Недолго.

Опьянение магией проходило, на её место пришла головная боль и депрессия. Еще недавно все было ярким, красочным, понятным, а сейчас опять сомнения и неуверенность.

— Какие наши дальнейшие планы? — спросила я, со вздохом выпутываясь из рук Дейроса. В его глазах промелькнула грусть, но быстро спряталась за невозмутимым видом.

— Подождем, когда проснется Нейтос, и решим, наверно отправимся к нам домой, ты не против?

— Да нет. Дейрос, а в какой части вашего мира находиться твой охотничий домик? — мне пришло в голову, что раз Дейрос может открывать порталы, он откроет один для меня, куда-нибудь в восточную часть Драконьих гор. Главное, чтобы он там бывал, или хотя бы поближе к горам, не хотелось бы еще пару месяцев провести в дороге.

— В Темных горах, в наших исконных землях.

— Чего-то я не припомню такого названия на карте, на ней только Драконьи горы были. Или вы живете на другом материке? — вот это будет подстава, у меня даже мороз по коже прошел от её возможной грандиозности.

— Темные горы — это восточная часть Драконьих, только не упоминай это в присутствии моих соплеменников. Это считается неприличным, — хмыкнул темный эльф.

— Да мне все равно, как они называются, — радости моей не было предела, наконец-то повезло. — Я тебе сейчас покажу карту, а ты ткнешь в место, где мы сейчас находимся.

Я подскочила в поисках сумки, и куда только делась депрессия и головная боль. Сумка лежала под головой у Нейтоса, пришлось вытаскивать, он не отдавал, обнимал её как родную. Будить его не хотелось, я присела рядом с его головой, и стала её приподнимать, молниеносный рывок и я лежу на полу, а Нейтос нависает надо мной с кинжалом. Стоит ли говорить, что я испугалась?

— Эрин? — спрашивает этот уже не спящий красавец.

— Нет, её труп, — ворчу я в ответ, а в стороне ржет Дейрос. Меня чуть не убили, а ему весело, где справедливость и сострадание к ближнему?

— Эрин, прости, рефлексы сработали, — убрал кинжал младшенький, — ой, я тебя поцарапал.

И прежде чем я успела дотронуться до предполагаемого пореза, Нейтос наклонился и языком провел по моей шее. Я дернулась, сразу вспомнились их клыки, это на острове они были хорошие под угрозой смертной казни, а сейчас кто этих темных эльфов знает, схарчат и не подавятся. Наверно, в моих глазах мелькнул страх, Нейтос отстранился и с обидой сказал:

— Почему ты меня боишься, не съем я тебя.

— Ты бы себя видел, — мне было неудобно за свой страх. — Особенно, с каким гастрономическим интересом ты на меня смотрел, только что не облизывался.

— С гастро… каким интересом? — удивился он, опять я на русский язык сбиваюсь.

— Как на еду, в общем, — ответила я, пытаясь подняться. — Лучше скажи, зачем ты меня облизывал?

— В нашей слюне присутствуют вещества, способствующие скорейшему заживлению, — за Нейтоса объяснил брат, пока тот удивленно хлопал глазами. — Но с тем же успехом помогла бы и магия.

— Я пока не привык, на острове мы экономили каждую крупицу магии, — пробормотал младший.

— Ладно, мы как раз думали, что делать дальше. Какие будут твои предложения? — я решила замять этот эпизод. Пока Нейтос думал, я достала карту и расстелила её на полу, света не хватало, и рассмотреть её было сложно. Дейрос заглянул мне через плечо, прошептал какое-то слово и над нами повис светящийся шарик.

— Сейчас мы вот здесь, — ткнул он в карту, если я правильно помню масштаб карты, то до светоча не больше недели пути на северо-запад.

Это была поистине хорошая новость, запасов еды мне на неделю хватит, а там посмотрю, главное — добыть светоч. Дело оставалось за малым, убедить братьев, что нам отныне не по дороге. Интересно, когда я исчезну из этого мира, братья автоматически станут вдовцами? У них, что ли, спросить?

— Я думаю, нам нужно наведаться домой, успокоить мать, — со вздохом произнес Нейтос, странно, двадцать лет не видеть мать и не гореть желанием её увидеть сейчас. Может, у них с братом было тяжелое детство? Воображение тут же нарисовало сцены избиения маленьких эльфиков их маргинальными родителями. Я постаралась подавить фантазию, пока её не уловил Дейрос, потом замучаешься оправдываться, где я такое видела и как такое возможно.

— Да, вам обязательно надо навестить мать, она двадцать лет места себе не находила, наверно, — поддержала я парней.

— Тогда решено, сейчас приводим себя в порядок и отправляемся, — решительно поднялся Дейрос, а за ним полетел и "светлячок".

— Дейрос, ты не покажешь, как можно выйти из твоей хижины? — натолкнувшись на его непонимающий взгляд, решила рассказать все, как есть. — Понимаете, у меня в горах есть одно дело, крайне важное. Отсюда несколько дней пути, извините, но я не пойду к вам в гости, пока не разберусь с ним.

— Скажи, куда тебе надо и мы тебя проводим. В наших горах людям не рады, у тебя могут быть неприятности, если столкнешься с патрулем, — нахмурившись, проговорил Дейрос.

— Ничего, сама дойду, а вы должны проведать родственников. Если хотите, через декаду возвращайтесь в этот домик, я на обратном пути вас здесь подожду и тогда с удовольствием наведаюсь к вам в гости. Да, чуть не забыла, мне вам вещи вернуть надо, — полезла я в сумку, только бы не смотреть на них.

Окаменевшие лица, разом утратившие человеческие чувства, только холод и надменность выражали они и затаенную обиду, что мелькала в глазах у Нейтоса. Я им ничего не обещала, старалась говорить правду, почему же я чувствую себя предательницей. На глаза наворачивались слезы, я никак не могла сосредоточиться на поиске вещей в сумке, в голову лезли совершенно другие мысли. Поэтому я не сразу заметила, что мы в домике уже не одни.

— Дейрос, зараза, ты ли это? — весьма импульсивно воскликнул кто-то. Я посмотрела в сторону говорящего, им оказался еще один темный эльф, увешанный холодным оружием, как новогодняя елка, неужели он всем этим умеет пользоваться? За ним стояли еще два представителя их племени, все трое на вид были молоды и симпатичны. Но если мои эльфы были мулаты с волосами золотистого оттенка, то эти были более смуглыми и с белыми волосами, дроу, кажется, так их в наших книжках называют. Своим эльфам я этого слова не говорила, есть у меня подозрения, что оно у них нецензурное.

— Я, Варрис, а ты здесь какими судьбами? — Дейрос подошел к своему знакомому, и они обхватили друг друга за предплечья, что-то вроде нашего рукопожатия.

— Так сигналку тут установили после вашего исчезновения. А сегодня, пару часов назад, она сработала. Нас и послали проверить, что да как, — улыбнулся Варрис во весь рот, а клыки-то у него длиннее.

— Что-то вы не торопились с проверкой, — усмехнулся старший из братьев, отступая на шаг.

— Бабская волокита, ну ты же знаешь, — отмахнулся этот улыбчивый тип, тогда как у его сопровождающих округлились глаза и без того большие. Они стали подозрительно оглядываться, пока их взоры не наткнулись на меня. Может, после валяния в пыли я стала выглядеть и не очень хорошо, но это не могло оправдать тот страх, который я увидела в их глазах. Они даже побелели немного. Один из них положил своему главному руку на плечо, и когда он обратил на него внимания, кивнул в мою сторону.

— Не бойся, это не женщина, а человечка, — я не поняла, меня так оскорбили, что ли.

— Дейрос, что, не смог расстаться со своей игрушкой? — подмигнул этот шовинист моему эльфу, вот же гад, он его плохому научит. — А она ничего, отдашь её мне, когда тебе надоест?

От этого заявления у меня выветрились все нормальные слова из головы, остались одни матерные, то есть непереводимые. Я молча встала, глянула на помрачневшего Дейроса, на офигевшего Нейтоса и поняла, что защищать они меня как-то не торопятся. Вывод: все мужики сволочи.

— Слышь ты, шовинист ушастый. Я тебе сейчас так дам, что хотелка твоя отвалится. Дейрос, что за хрень, почему это белобрысое чмо меня оскорбляет, а ты молчишь? — гневно посмотрела я на своего, так называемого, мужа.

"Белобрысое чмо" что-то прорычало и бросилось на меня с голыми руками. Дейрос же стоял, опустив голову, это меня разозлило окончательно. Как в постель тащить, так я хороша, а как защитить от соплеменников — сама старайся. Ну я и постаралась. Я не говорила заклинаний, не делала специальных жестов, просто махнула рукой и Варриса, вместе с его командой, снесло воздушной волной, впечатав в противоположную стену. Дом заходил ходуном, но устоял, в отличие от белобрысых мерзавцев, которые стекли по стеночке, ненадолго лишившись сознания.

— Ты мне не ответил! — напомнила я опешившему от такого зрелища Дейросу. Он сглотнул и посмотрел на меня виноватыми глазами.

— Если бы я стал защищать тебя, это равносильно признанию, что ты моя игрушка, — со вздохом произнес он. — Я не говорил тебе, у нас матриархат. Во главе всех темных эльфов стоит Повелительница, эта должность выборная, Совет Матерей выбирают самую сильную в магическом плане дочь из достойных родов племени. У нас женщины на порядок лучше владеют магией, чем мужчины. Поэтому все ответственные посты занимают женщины. Но, как и у всех, встречаются и такие, которые в магии слабее или вообще не владеют ею. Это в основном бесправная прислуга, которой могут пользоваться воины, игрушки, одним словом. По нашим законам, только если женщина магически сильнее мужчины, она считается свободной и может сама выбрать себе мужа или мужей.

— Я правильно поняла, что после этой демонстрации тебе будет не так стыдно, что я твоя жена? — криво улыбнулась я. Мне было обидно, почему я должна кому-то доказывать свою состоятельность, как женщина. Я отряхнула с себя пыль, поправила одежду, повесила на себя сумку.

— Зачем ты так? Ты же знаешь, как я к тебе отношусь, — подошел он ко мне и заглянул в глаза. Он смотрел на меня с нежностью и обидой. — Я сам едва сдержался, чтобы не размазать его по стенке, но это законы моего народа, и я должен их соблюдать. А они гласят, что женщина должна защищаться от домогательств сама.

— Мне плевать на ваши законы, я не собираюсь по ним жить. А вам на заметку хочу сказать, что если бы моему любимому или близкому человеку кто-то угрожал, нападал или оскорблял, я бы обязательно встала бы на его защиту, невзирая на законы. И оденься, что о тебе подумают соплеменники, — я отошла от него, даже не посмотрев, какое впечатление произвели мои слова.

— Нейтос, сделай из моей накидки мешок, сможешь? Я пока достану ваши вещи, — я присела возле стены и стала одну за другой доставать сначала статуэтки, а потом и мешочки с камнями. — Нейтос, глянь, я ничего не забыла?

— Эрин, прекрати, — Нейтос присел рядом, положил мне руку на плечо. — Я понимаю, тебе обидно, но пойми и Дейроса, тяжело переступить через традиции. Не уходи вот так с обидой. Задержись на пару дней с нами, познакомишься с нашими родителями, посмотришь подземный город, а потом мы тебя проводим, куда тебе надо. Тем более нужны запасы еды, теплые вещи, ночами в горах холодно, веревка, крючья, вдруг то место труднодоступное.

В чем-то он был прав, ведь мне еще обратный путь предстоит.

— Все я понимаю, просто устала. Нет, не от вас, а от всего. Тяжело попасть в незнакомое место со своими законами и без надежды на возвращение домой, к любимым. Да кому я рассказываю, вы через это сами прошли. Вспомни, каково вам было с братом на острове в первое время, — я повернула к нему голову, краем глаза отмечая, что Дейрос оделся и стоит рядом. А Варрис с остальными эльфами пришли в сознание и потихоньку "отскребают" себя от стены.

— Я хорошо помню то состояние, депрессия сменялась надеждой, когда мы придумывали очередной вариант, и обратно, когда он не срабатывал. Именно поэтому мы и хотим, чтобы ты не торопилась, будет вдвойне обидно, если из-за какой-то мелочи, ты не сможешь попасть в святилище. Только оно находится отсюда в нескольких днях пути, — ответил на мой невысказанный вопрос Нейтос. Откинул с моего лица волосы, вытер пыль со щеки, на мгновение прикоснулся к моим губам, вздохнул и отстранился.

— Ладно, пара дней ничего не решает, — сказала я, поднимаясь с пола. — Но не больше, договорились?

— Если только ты сама не захочешь остаться дольше, — подскочил Нейтос, радостно улыбаясь. Я тоже улыбнулась в ответ и подошла к Дейросу, протянула ему руку для рукопожатия и спросила:

— Мир?

— Мир, — сказал он и обнял меня, а на ухо тихо прошептал: — Прости.

— Ты в следующий раз подсказывай, как я должна себя вести, — так же тихо сказала я. — Я же не знаю ваших законов, а твое невмешательство меня обижает.

Очередной портал привел нас в огромный зал, вырезанный в скале, его стены были украшены резьбой, но из-за скудности освещения подробности рассмотреть не удавалось. Из зала в разные стороны вели коридоры, мы свернули в один их них.

— Это была Приемная зала, — тихо рассказывал мне Дейрос. — Из внешнего мира можно переместиться только сюда. Внутри города перемещение порталами запрещено, исключение только для Повелительницы и Совета Матерей. Посмотри, как красиво, правда?

Я покрутила головой, но ничего красивого не увидела, для моих глаз едва хватало света, чтобы не спотыкаться, где уж там любоваться фресками.

— Дейрос, я в темноте не вижу, — тихо сказала я, чем вызвала злорадный оскал Варриса, видимо, он все-таки услышал. После произошедшей с ним неприятности он начал поглядывать на меня не только с интересом, но и с каким-то азартом, отчего Нейтос хмурился, а Дейрос прибывал в задумчивости.

— Я и забыл, — он щелкнул пальцами и рядом со мной повис "светлячок". Видно стало лучше, удавалось даже разглядеть эпические картины битв.

— Куда мы идем? — спросила я через некоторое время, идти молча было скучно.

— В наши с Нейтосом апартаменты, пока мы будем переодеваться и ужинать, Варрис доложит Повелительнице о нашем прибытии.

— Ванна хоть есть в ваших апартаментах? — мне вспомнилось, что я вся в пыли, да и вообще ванна в этом мире превратилась для меня в навязчивую идею. Так что я теперь старалась наслаждаться каждой возможностью расслабиться в горячей воде, у меня где-то в сумке завалялись разные баночки с притираниями для тела.

— Конечно, — отозвался Нейтос, прикрывая зевок ладонью.

— Я могу потереть тебе спинку, если парни устали, — ухмыльнулся Варрис, окидывая меня раздевающим взглядом.

— Дейрос, а я могу ему дать по морде? Или только магией можно ему что-нибудь поджарить? — обратилась я к старшенькому, демонстративно не замечая сжатые от ярости кулаки его любвеобильного соплеменника.

— Нет, Эрин, драться можно только после прямого оскорбления, — с серьезной интонацией объяснял мне муж, но его глаза искрились от смеха.

— Жаль, но нельзя, так нельзя, — улыбнулась Дею, взяв его за руку.

Вообще-то я это сделала, чтобы позлить Варриса, за недолгое пребывание вместе я заметила, что проявление нежности, заботы или других нормальных отношений между супругами вызывали у него зубовный скрежет. Надо будет спросить у парней, чем это вызвано. Но тут Дейрос посмотрел мне в глаза, и меня затопила волна нежности, душа взлетела и устремилась к темному эльфу, я не сразу поняла, что это наши общие чувства. Они хороводом кружили вокруг нас, отрезая от реального мира, было только одно желание — остаться вдвоем.

— Эрин, Дейрос, — голос Нейтоса вывел меня из затянувшегося ступора. Я перевела взгляд на него и увидела затаенную грусть. — Пойдемте, здесь не место…

— Меньшой у вас, я смотрю, не при делах, — ехидно улыбался Варрис, хотя в глазах пряталась зависть.

Руку Дейроса я так и не выпустила, поэтому ощущала его молчаливую поддержку. Нейтос стоял рядом, второй рукой провела по его щеке и невесомо коснулась губ поцелуем, передавая частичку той нежности, что еще гуляла в моей душе. Глаза парня вспыхнули радостью, а на губах появилась мечтательная улыбка, он сам взял меня за руку. Так дальше мы и шли втроем, мне казалось, что даже с закрытыми глазами и на расстоянии я могла бы почувствовать братьев, где бы они не находились, как уже было с Аглией.

Апартаменты моих супругов никто не занял, что меня очень удивило, их же двадцать лет не было, а подземный город не резиновый, у них же есть рост населения или нет? Это был первый вопрос, который я задала, едва удалились Варрис с товарищами.

— У нас редко рождаются дети, мы живем от пятисот до полутора тысяч лет. Мало у кого за такой срок жизни появляется больше двух детей, — объяснил Дейрос.

Он устроил для меня небольшую экскурсию. Помимо общей гостиной и двух спален была и ванная, точнее, комната с бассейном, в нее я влюбилась сразу. Отделанная светло-зеленым мрамором, с хитро расставленными зеркалами так, что от небольшого светлячка, который так и летал за нами следом, комната наполнилась светом и теплом. Надо попросить Дейроса научить меня тоже такому фокусу, не все же "лампочки Ильича" зажигать. Вода в бассейне была умеренно горячая, к тому же она постоянно обновлялась. Так-так, где тут полотенчико и халатик?

— Эрин, только недолго, скоро должны принести ужин, а потом придут от Повелительницы, — он немного замялся, но все-таки продолжил: — И мне надо с тобой поговорить, точнее, кое-что рассказать.

После такой занимательной фразы я в рекордные сроки закончила омовение и, накинув на себя халатик одного из братьев, вышла из ванной. Странно, вроде в комнатах не убирались, а вещи чистые, как будто недавно выглаженные, и никакого запаха затхлости.

— Дей, так странно, вещи чистые, а в комнатах пыль? — спросила я у старшенького, в то время как Нейтос тут же метнулся в ванную.

— На комодах заклинание консервации, чтобы туда ни пыль, ни влага не попадала, — улыбнулся он. — Пойдем, поговорим.

Он утянул меня в одну из спален, усадил на кровать, хотя там были и кресла, взял меня за руку и…

И молчок. Это намек, что мне надо задавать наводящие вопросы?

— Дей, — позвала я его, отвлекая от каких-то невеселых мыслей, что-то начало мне не очень нравится. Неужели, не успев прибыть в родимый дом, он заговорит о разводе, нет, я и сама не против, наверно.

— Эрин, я хотел рассказать тебе кое-что о наших обычаях, чтобы у нас не возникло в следующий раз недопонимания, — значит, не развод, почему-то сразу стало легко-легко, как будто камень с души свалился. — Начну с того, что непосредственно касается нас, с брачного обряда.

Или все-таки развод?

— Дейрос, не тяни, я не маленькая девочка, я выдержу любую правду. Если хочешь сказать, что по вашим законам наш брак недействительный, так и говори.

— Наоборот, — крепко вцепился в мою руку супруг. — Наверно проще показать.

Он сдвинул свой брачный браслет, открыв мне на обозрения татуировку, такую же, как у меня, только она не была уже серой. В ней переплетались зеленая и золотистая вязь, искрясь, переливаясь, на их фоне третья серенькая ниточка совершенно терялась.

— Как красиво, — выдохнула я, схватив его за руку и любуясь игрой цвета, поворачивая то так, то эдак его запястье.

— Эрин, ты мне руку открутишь, — рассмеялся Дей. — Золотистый цвет означает привязку душ между супругами, зеленый — единство разума, те самые картинки, которые мы можем подсматривать друг у друга.

— А серая что значит? Хотя дай догадаюсь, она засветится после единения тел? — я наблюдала, как он справляется с волнением.

— Да и будет красного цвета, — кивнул он на мою догадку. — А теперь главное, что я хотел тебе рассказать, когда на татуировке только красный цвет, что чаще всего и случается, то развестись не проблема. Когда к красному цвету добавляется зеленый, развод уже невозможен, но супруги могут жить отдельно, не встречаясь годами, завести себе любовников или даже взять второго, а то и третьего супруга. Если же на татуировке есть золотистая вязь — это единение душ.

— И в чем это проявляется?

— Неважно, — Дейрос явно не договаривал. — Я рассказываю это затем, чтобы ты не обратилась к Повелительнице с просьбой о разводе. Во-первых, аннулировать брак невозможно, во-вторых, это оскорбление меня, нас.

Я потрясенно переваривала услышанное, у меня были подозрения, что татуировки не так просты, но чтобы настолько. Дейрос ждал моего ответа, я чувствовала исходящее от него напряжение, мне же надо было подумать, машинально покрутила свой браслет, сдвинула его, рассматривая такую коварную вязь татуировки: золотистая, зеленая, красная. Так, стоп, красная?

— Дей? Ты ничего не хочешь мне еще объяснить?

— Прости, Эрин, — он попытался отвести глаза, но я не дала, развернув парня лицом к себе. — На свадьбе я пил меньше, именно поэтому почувствовал, что в вино что-то подмешали, пошел в ванную, чтобы избавиться от выпитого. Мы, эльфы, плохо переносим афродизиаки, когда вернулся, вы с Нейтосом, в общем, ты понимаешь. Тогда я ушел в ванную, чтобы не мешать вам.

— Почему я ничего не помню? Почему одежда так и осталась на мне? — эти вопросы я задавала скорее себе, чем ему, он же не виноват, что я напилась.

— Наверно, из-за смеси трав с вином, у меня тоже небольшие провалы в памяти, как и у Нейтоса, а по поводу белья, — парень покраснел. — Оно легко сдвигается. Эрин, ты только не злись на брата, это я ему сказал ничего не говорить, он с самого начала хотел покаяться. Он до сих пор чувствует себя виноватым, не отталкивай его.

— Дей, я не ребенок, и свою вину не собираюсь перекладывать на Нейтоса. Просто мне интересно, почему вы это скрыли? — я действительно не сердилась на парней, толку. Единственное, о чем я жалела, что ничего не помню, надеюсь, нам с Нейтосом понравилось. Но спрашивать этого я не буду, не хочу обижать Дея.

— Я был уверен, что покинуть остров не получится, ведь мы перепробовали все возможности. Поэтому я попросил брата молчать, чтобы не испортить ваших отношений, — он гладил мою ладонь, не сводя с меня глаз. — Ты, правда, не злишься?

— Правда, Дейрос, — улыбнулась ему, напрочь забывая, что хотела обдумать ситуацию с привязкой душ. Завтра, подумаю об этом завтра.

Я засмотрелась на него, неожиданно понимая, что он мне нужен, весь, а не только душой и разумом. В его глазах нашла отражение та же мысль, глядя в них, на ум приходила строчка из песни: "Мне так нужна любовь твоя, и ты об этом знаешь". Я знала, впервые в жизни знала, что этому мужчине нужна только моя любовь. Да какого черта, сколько можно издеваться над ним и над собой, ведь я хочу этого не меньше. Я потянулась к нему, с целью воплотить наши желания, он понял все без слов, скользнул рукой под халат…

— Дейрос, там ужин принесли, — влетел Нейтос, заставив нас вспомнить, что на сегодня еще есть дела. — Извините, я не буду мешать.

На парня тяжело было смотреть, откуда-то пришло понимание, если он сейчас уйдет, ничем хорошим это не закончится.

— Нейтос, иди сюда, брат тебе рассказывал о брачных татуировках? — спросила я у младшенького, мысленно прося прощения у Дея. Я хотела соскользнуть с его колен, даже не заметила, как на них оказалась, но он удержал, шепнув, чтобы я осталась. Тогда я просто развернулась к нему спиной, позволяя обнимать и перебирать мои волосы.

— Присаживайся, — похлопала рядом с нами по кровати. — Дай руку.

Нейтос сел, протянул мне руку с браслетом, я сдвинула его, с удивлением обнаружила помимо красной вязи, что было ожидаемо, еще и золотистую. Как такое может быть? Разве привязка души не должна быть только с одним? Или я путаю с легендами из моего мира о "половинках"? Я надеялась, что хоть Нейтос проживет нормальную жизнь темного эльфа. Правда, золотистая ниточка была бледненькая и едва видимая, может, еще не все потеряно?

— Узор стал цветной? — он тоже с удивлением разглядывал свое запястье.

— Красная — это единение тел, — парень моментально смутился, отвел глаза и забормотал извинения. — Золотистая — душ.

Я, в задумчивости о том, как все не просто и что же делать дальше, поглаживала татуировку младшего мужа, с изумлением замечая, как бледная ниточка под моими пальцами разгорается все сильнее.

— Дей, посмотри, разве такое может быть? — но Дейрос меня не слышал, он увлекся моей шеей, сдвинув ворот халата на плечо, покрывая ее поцелуями. — Прекрати, щекотно.

Я хихикнула, дрожь пробежала по всему телу, заставляя крепче сжать руку Нейтоса, и встретиться ним взглядом. В его глазах было столько тоски, что сердце кольнуло болью, захотелось его обнять, успокоить. Я протянула к нему руки, парень не то со всхлипом, не то со стоном, прижался ко мне. Запустила руки в его еще влажные волосы, ласково массируя затылок и целуя висок, шепча, что мы с этими привязками разберемся. Но ему этого было мало, он накрыл мои губы поцелуем, страстным, безудержным, как будто он мог быть последним в нашей жизни.

— Возьмите меня к себе, — хриплый голос разорвал интимную обстановку. Краска резко хлынула мне в лицо, когда я осознала, в каком виде и чем занимаюсь. Халат почти слетел, открывая верхние прелести не только для обозрения, но и для страстных поцелуев Нейтоса, к нижним девяносто примерялся старшенький. Думаю, зайди Варрис на пару минут позже и недостающая привязка свершилась бы. Я судорожно натянула халат, буквально отбирая части своего тела у увлекшихся парней, по-моему, им даже наблюдатель в лице Варриса не был помехой. Что называется — другие традиции, хотя нет, просто позднее зажигание, но разборки взбешенных братьев с их сородичем меня не интересовали. Прежде чем спрятаться в ванной, я задержала свой взгляд на белобрысом Варрисе, вот кто его просил вмешиваться? Хотя нет, хорошо, что он так вовремя влез, я бы не смогла потом смотреть в глаза супругов, все-таки через воспитание и привитые нормы приличия тяжело переступить.

Мужчина стоял, вцепившись в косяк двери, ведущей в гостиную, не сводя с меня жаркого взгляда, от такого может расплавиться даже камень. Это получается, он серьезно хотел к нам присоединиться? То есть это не была шутка или издевка? Кошмар, ну у них и порядки, надеюсь, парни смогут доступно объяснить ему его ошибку.