Ядерная война. Сценарий

Пролог Ад на Земле

Взрыв термоядерной бомбы мощностью в 1 мегатонну сопровождается вспышкой света и выделением тепла такой невообразимой силы, что это находится за гранью человеческого разумения.[5] Температура в 100 млн градусов Цельсия в четыре-пять раз превышает температуру в центре Солнца.[6]

В первые доли миллисекунды после того, как термоядерная бомба поражает Пентагон под Вашингтоном, возникает вспышка света. Это мягкое рентгеновское излучение с очень короткой длиной волны.[7] Оно нагревает окружающий воздух до миллионных температур, создавая гигантский огненный шар, который расширяется со скоростью в миллионы километров в час. За считанные секунды диаметр огненного шара достигает почти двух километров. Интенсивность света и тепла такова, что бетонные поверхности взрываются, металлические предметы плавятся или испаряются, камень крошится, а люди мгновенно обугливаются.[8]

Пятиэтажное здание Пентагона площадью 600 000 квадратных метров и все, что находится внутри, взрывается, превращаясь в раскаленную пыль от первоначальной вспышки света и тепла. Стены рассыпаются в прах под натиском почти мгновенно настигшей их ударной волны. Все 27 000 работников погибают в ту же секунду.

В огненном шаре не остается ничего.

Абсолютно ничего.

В эпицентре — абсолютный ноль.[9]

Тепловое излучение от огненного шара, распространяясь со скоростью света, мгновенно воспламеняет все, что может гореть, на много километров вокруг.[10] Занавески, бумага, книги, деревянные заборы, одежда людей, сухая листва мгновенно вспыхивают и становятся топливом для гигантского огненного шторма. Он начинает пожирать территорию площадью более 260 квадратных километров, которая еще мгновение назад была центром американской власти и домом для 6 млн человек.[11]

В паре сотен метров от Пентагона Арлингтонское национальное кладбище — все его 260 гектаров — в мгновение ока превращается в пепелище. 400 тыс. могил павших героев, почти 4000 захоронений освобожденных рабов, живые посетители, пришедшие отдать дань памяти в этот весенний день, работники, ухаживающие за газонами и деревьями, гиды с туристами, почетный караул у Могилы Неизвестного солдата — все обращается в горстку сажи, в обугленные человеческие силуэты. Им, сгоревшим заживо, уже не придется испытать тот невообразимый кошмар, который только начинается для миллионов раненых, пока еще живых после этого первого внезапного ядерного удара.[12]

В полутора километрах к северо-востоку, на другом берегу Потомака, мемориалы Линкольна и Джефферсона превращаются в руины: их мраморные стены и колонны раскаляются, трескаются и рассыпаются.[13] Стальные и каменные мосты и магистрали, соединяющие эти исторические памятники с окрестностями, вздыбливаются и обрушиваются. К югу, за автострадой 395, современный торговый центр Fashion Centre в Пентагон-Сити с его многочисленными бутиками модной одежды и товаров для дома, окрестные рестораны и офисы, а также прилегающий отель Ritz-Carlton — все исчезает в одно мгновение. Потолочные перекрытия, деревянные конструкции, эскалаторы, люстры, ковры, мебель, манекены, собаки, белки, люди — все вспыхивает и горит. Конец марта, 15:36 по местному времени.

После взрыва прошло всего три секунды. В четырех километрах западнее, на бейсбольном стадионе «Нэшионалс Парк», 35 тыс. болельщиков наблюдают за игрой. В одно мгновение одежда большинства из них превращается в пылающий факел.[14] Кто не сгорает заживо в первые секунды, получает тяжелейшие ожоги третьей степени.[15] Кожа обугливается и слезает, обнажая кровоточащие ткани.

Ожоги третьей степени требуют немедленной специализированной помощи, часто включая ампутацию конечностей, чтобы спасти жизнь. В «Нэшионалс Парк» могут оказаться несколько тысяч выживших — те, кто в момент взрыва находился внутри, покупая еду или в туалетах. Теперь им срочно нужны места в ожоговых центрах. Однако на весь Вашингтон есть всего десять специализированных коек для ожоговых больных в Ожоговом центре больницы MedStar Washington в центре города. И так как он находится примерно в 8 километрах к северо-востоку от Пентагона, то уже, вероятно, не работает или разрушен. В Ожоговом центре Джонса Хопкинса, в 72 километрах к северо-востоку, в Балтиморе, менее двадцати специализированных коек, но они все скоро будут заняты. Всего в США в любой момент времени доступно всего около 2000 специализированных коек в ожоговых отделениях.[16]

За считанные секунды тепловое излучение от ядерного взрыва мощностью 1 мегатонна над Пентагоном вызывает глубокие ожоги у примерно миллиона человек, 90 % из которых погибнут. Эту мрачную статистику ученые и военные специалисты уточняли десятилетиями.[17] Большинство пострадавших не смогут сделать и нескольких шагов от места, где их застал взрыв. Они попадают в категорию, которую эксперты по гражданской обороне в 1950-х годах, когда впервые были проведены эти страшные подсчеты, назвали «погибшие до оказания помощи».[18]

На Объединенной базе Анакостия-Боллинг, военном объекте площадью более 400 гектаров на юго-восточном берегу Потомака, погибают еще 17 000 человек. Среди них почти все сотрудники штаб-квартиры Разведывательного управления Министерства обороны, Агентства связи Белого дома, станции Береговой охраны США в Вашингтоне, ангара президентского вертолета Marine One и десятков других строго охраняемых федеральных объектов, обеспечивающих безопасность страны.[19] В Национальном университете обороны гибнет большинство из 4000 курсантов. Трагическая ирония судьбы: этот университет, созданный на деньги Пентагона к 200-летию США, готовил офицеров, чтобы те обеспечивали глобальное военное превосходство Америки. Этот университет — не единственное высшее учебное заведение военного профиля, уничтоженное первым ядерным ударом. Школа национальной безопасности и ресурсной стратегии имени Эйзенхауэра, Национальный военный колледж, Межамериканский оборонный колледж, Африканский центр стратегических исследований — все они мгновенно прекращают свое существование. Вся прибрежная зона — от парка Баззард-Пойнт до епископальной церкви Святого Августина, от Военно-морской верфи до моста Фредерика Дугласа — полностью разрушена.

«Погибшие до оказания помощи»

(U.S. Federal Civil Defense Administration)

В XX веке человечество создало ядерное оружие, чтобы избавить мир от зла. Теперь, в XXI веке, оно же грозит этот мир уничтожить. Испепелить все дотла.

Физика ядерного взрыва чрезвычайно сложна. Термоядерная вспышка высвобождает два импульса теплового излучения.[20] Первый длится мгновение, второй — несколько секунд, и именно он заставляет кожу людей воспламеняться. Эти световые импульсы абсолютно беззвучны. После них приходит оглушительный грохот взрывной волны. Чудовищный жар ядерного взрыва порождает волну сверхвысокого давления. Она распространяется от эпицентра, как гигантское цунами из сжатого воздуха, несущееся быстрее звука. Она сметает людей, подбрасывает их в воздух, разрывает легкие и барабанные перепонки, затягивает и отбрасывает тела. «Как правило, крупные здания разрушаются из-за перепада давления воздуха, тогда как люди и такие объекты, как деревья и опоры линий электропередач, уничтожаются ураганным ветром», — комментирует сотрудник Атомного Архива, собирающий эту ужасающую статистику.[21]

По мере расширения ядерного огненного шара фронт ударной волны вызывает катастрофические разрушения, двигаясь подобно бульдозеру[22] и распространяясь на 5 километров вперед.[23] Воздух за ударной волной разгоняется до сотен километров в час — скорости, которую невозможно вообразить. Для сравнения: ураган «Сэнди» в 2012 году, нанесший ущерб, исчисляемый 70 млрд долларов и унесший жизни 147 человек, имел максимальную устойчивую скорость ветра около 130 километров в час.[24] Самая высокая скорость ветра, когда-либо зарегистрированная на Земле, составила 407 километров в час на удаленной метеостанции в Австралии. Ядерная ударная волна в Вашингтоне мгновенно разрушает все сооружения на своем пути, уничтожая офисные здания, жилые комплексы, памятники, музеи, парковки, — все превращается в пыль. То, что не сметено взрывом, разрывается на части ураганным ветром. Рушатся здания, падают мосты, опрокидываются краны. Предметы любых размеров — от компьютеров до многотонных грузовиков и двухэтажных туристических автобусов — взлетают в воздух, словно теннисные мячики.

Ядерный огненный шар, поглотивший все в радиусе 1,8 километра, теперь поднимается вверх, подобно воздушному шару. Он взмывает с земли со скоростью 75-100 метров в секунду.[25] Проходит 35 секунд. Начинает формироваться знаменитое грибовидное облако, его огромная шляпка и ножка, состоящие из испепеленных людей и обломков цивилизации, меняют цвет с красного на коричневый, затем на оранжевый. Затем наступает смертоносный эффект обратного всасывания:[26] автомобили, люди, фонарные столбы, дорожные знаки, паркоматы, стальные балки — все затягивается обратно в центр пылающего ада и поглощается огнем.

Проходит минута.

Шляпка и ножка грибовидного облака, ставшие серовато-белыми, поднимаются на 8, затем на 16 километров от эпицентра.[27] Шляпка тоже растет, растягиваясь на 16, 32, 48 километров в ширину, вздымаясь и расширяясь. В итоге она выходит за пределы тропосферы, преодолевая высоту полета пассажирских самолетов и достигая слоев атмосферы, где формируется погода Земли. Радиоактивные частицы рассеиваются надо всем, что находится внизу, выпадая на Землю и ее обитателей в виде смертоносных осадков. Как предупреждал десятилетия назад астрофизик Карл Саган, ядерная бомба создает «дьявольское варево радиоактивных веществ, которые также захватываются облаком».[28]

Не прошло и двух минут после взрыва, а счет погибших и умирающих уже идет на миллионы. Теперь начинается настоящий ад. Это уже не первоначальный огненный шар, а невообразимый по масштабам пожар. Газопроводы взрываются один за другим, превращаясь в гигантские огнеметы, извергающие непрерывные потоки пламени. Взрываются цистерны с горючим. Детонируют химические заводы. Запальные огоньки водонагревателей и печей действуют как зажигалки, воспламеняя все вокруг.[29] Разрушенные здания превращаются в гигантские печи. Повсюду люди заживо сгорают в огне.

Проломы в перекрытиях и крышах действуют как гигантские дымоходы. Углекислый газ, порожденный огненным штормом, стелется по земле и затекает в тоннели метро, где пассажиры задыхаются, не успев покинуть свои места. Те, кто пытался спастись в подвалах и других подземных убежищах, мучаются от рвоты и конвульсий, впадают в кому и погибают. Каждый, кто на поверхности земли оказался обращен лицом к вспышке, — иногда даже за 20 с лишним километров от эпицентра, — мгновенно слепнет.[30]

В 12 километрах от эпицентра, в кольце диаметром 24 километра вокруг Пентагона (зона с избыточным давлением 0,35 кг/см²), автомобили и автобусы сталкиваются друг с другом. Асфальт на улицах плавится от невыносимого жара, затягивая выживших, словно расплавленная лава или зыбучие пески. Ураганный ветер раздувает сотни очагов возгорания в тысячи, а затем в миллионы пожаров. На расстоянии 16 километров раскаленный пепел и горящие обломки, переносимые ветром, вызывают новые пожары, которые сливаются друг с другом. Весь Вашингтон превращается в единый гигантский огненный шторм. Мегапреисподнюю. Вскоре он перерастет в огненный мезоциклон. Проходит 8, может быть, 9 минут.

На расстоянии 16–19 километров от эпицентра (в зоне слабых разрушений) уцелевшие бродят в шоковом состоянии, словно живые мертвецы. Они не понимают, что произошло, и отчаянно пытаются спастись. У десятков тысяч людей здесь повреждены легкие. В небе разыгрывается жуткая картина: птицы — вороны, воробьи, голуби — загораются на лету и падают вниз, словно огненный дождь.[31] Нет электричества. Нет телефонной связи. Нет возможности вызвать экстренные службы.

Электромагнитный импульс от взрыва мгновенно уничтожает все средства связи: радио, интернет, телевидение. Автомобили с электронными системами зажигания в радиусе нескольких километров от зоны взрыва не могут завестись. Водопроводные станции не в состоянии качать воду. Вся территория, пропитанная смертельной радиацией, становится недоступной даже для спасателей. Лишь через несколько дней те немногие, кто выжил, поймут страшную истину: помощи не будет.

Люди, каким-то чудом пережившие взрыв, ударную волну и огненный ад, внезапно осознают жестокую реальность ядерной войны: они остались один на один со смертью. Бывший директор Федерального агентства по чрезвычайным ситуациям США Крейг Фугейт говорит, что единственный шанс на спасение — это научиться «выживать самостоятельно».[32] Начинается отчаянная «борьба за еду, воду и элементарные средства для поддержания жизни».

Откуда и почему у американских военных ученых такие ужасающе точные знания? Как получилось, что правительство США владеет столь подробной информацией о последствиях ядерного удара, в то время как общественность остается в неведении? Ответ столь же чудовищен, как и сами вопросы: все эти годы, начиная с окончания Второй мировой войны, правительство США готовилось и отрабатывало сценарии всеобщей ядерной войны. Речь идет о ядерной Третьей мировой войне, которая неизбежно унесет жизни как минимум 2 млрд человек.

Чтобы разобраться в этом подробнее, нужно вернуться в прошлое, более чем на шесть десятилетий назад. В декабрь 1960 года. В штаб-квартиру Стратегического командования ВВС США, где проходило одно секретное совещание.