Ярче солнца

Пятьдесят шестая глава. Василиса

Я смотрела в когда-то любимые глаза и не знала, что чувствую.

Я действительно ничего не чувствовала.

Сегодня был слишком эмоциональный день и сейчас я опустошена настолько, что не могу распознать собственную реакцию на когда-то любимого человека.

Я изменилась.

Мне пришлось.

И в этом есть и его вина. Но я не злюсь.

Нет.

Я благодарна и на этом всё.

Мы не поставили точку в прошлом и это многоточие преследовало меня все три года одиночества и отчаянья, но я справилась, сама.

Сама.

И это самое важное на данный момент.

Мне всё равно как он здесь оказался, как давно он знает где я и кем я стала.

Безразлично.

Я своё выплакала, выстрадала, написала.

Я писала, как сумасшедшая и на холсте, и на бумаге.

Писала всю свою боль в двух разных манерах, одна была понятна всем, кто умел читать, другая была понятна тем, кто любил искусство, ну или я хотела, чтобы это было понятным.

Письма я сожгла. И не жалею.

Катрины...

На выставке, к которой я стремилась всё своё существование.

Они не продаются, но я знаю и их участь.

Иначе не получится идти вперед.

Он мой якорь.

А я хочу отшвартоваться он его причала.

У него своя жизнь, и по его костюму от Armani и запахом на три тысячи долларов, могу догадаться, что Дима добился того, к чему шёл.

Я рада.

Но не могу показать ему этих эмоций.

Не имею права.

Я не та самая.

Но как я и говорила раньше, я своё выплакала, я приняла тот факт, что в конечном итоге выбирают не меня.

Это больно осознавать, но я не боюсь правды и больше не прячусь от неё.

Как говорит мой дедушка и на нашей улице перевернется грузовик с пряниками.

К слову, я ненавижу пряники, но жду этот чёртов КАМАЗ.

— Мой дом здесь Дмитрий Олегович, и я прошу тебя оставь меня, возвращайся к себе и живи свою лучшею жизнь со своей девушкой. — я сказала это слишком жалко, не как представляла в своей голове, ну да ладно время не отмотаешь, а я и не хочу.

— Девушкой? — Дима с прищуром, непонимающе посмотрел на меня.

— Ну возможно женой, прости я не слежу за тобой и не знаю кем ты теперь являешься, у меня слишком мало времени и желания. — я отвернулась, наблюдая, как люди выходят из здания, где проходит моя выставка.

Чёрт. Не могу поверить, что я смогла.

Мои мысли заставляют меня улыбнутся, но переведя взгляд прямо я поняла, что этого делать не стоило.

Не сейчас, не рядом с человеком, которого я планировала навсегда оставить в прошлом после завершения мой выставки.

Но у судьбы свои планы и он стоит прямо передо мной.

Хм, я снова улыбнулась своим мыслям, наверное, я выгляжу странной в глазах Димы, но могу себе это позволить, мы художники немного не в себе.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, какая девушка. — Дима выжидающе смотрел на меня, его глаза сканировали моё лицо, и я не знаю, что он хотел увидеть.

— А у тебя их было много? — с ухмылкой спросила, — Я про ту, что так рьяно поздравляла тебя с предстоящей победой, ни или может она просто была благодарна за что-то. — всё-таки боль в глубине души всё же осталась и я, улыбаясь трясу головой, это пройдёт.

— Ты про Машу? — Дима казался растерянным, — Василис я не понимаю ничего.

— Я не знаю её имени, да и, собственно, не хочу. Мне кажется, мы ведём бессмысленный диалог. Ты зря приехал. Уезжай. — я выпалила всё на одном дыхании, развернулась и собралась уходить.

— Ты не уйдёшь так просто. — Дима развернул меня за локоть и присел на корточки, пытаясь надеть мои туфли, о которых я совершенно забыла.

— Ты не имеешь право меня останавливать. — я словно ядом плевалась ему в затылок пока Дима пытался впихнуть мои ноги в туфли.

— Я имею право знать причину, по которой ты мне звонила тысячу раз, а потом сбежала. — он посмотрел на меня снизу, но казалось, что это я внизу, а он, его глаза горели злостью и обидой, возможно.

— Ты меня предал. — тихо сказала я когда он поднялся.

— Я тебя боготворил. — сказал Дима мне прямо в глаза. — Я, может и был не лучшим парнем в твоей жизни, но я не предавал тебя.

— А что это тогда было? — я долго держалась, и мне казалась, что эмоционально истощена, но нет, — Я была там, я видела, как она выпрыгнула из машины и набросилась на тебя. — я отвернулась понимая, что показываю ему свою заинтересованность, свою боль, которую я несу три года, одна.

— Ты видела. — у Димы было задумчивое лицо, он усмехнулся своим мыслям и снова посмотрел на меня, — Но ты не так все поняла Солнце...

— Не называй меня так! — я перебила его, потому что от его слов, сердце пропускало удар.

— Хорошо. Но дай мне объяснится. — он сделал паузу, — Я тренировался весь день, закинул свои вещи в шкафчик и колотил грушу готовясь к выступлению. Я желал эту победу и старался ни о чём не думать, хоть поводов для размышления было очень много. — я не смотрела на Диму, но чувствовала его взгляд на щеке, — Мне нужно было сходить в свой номер, я знал, что это не займет много времени, поэтому пошёл на легке, не взяв с собой даже телефон. Выйдя из домика, в котором жил, я увидел отца, тогда он исчез из моей жизни не объяснившись, а через секунду на меня набросилась подруга детства, которая тоже кинула меня, когда мы были ещё детьми. Я был удивлен, растерян и не понимал, что происходит. Они также неожиданно появились в моей жизни, как и когда-то ушли из неё. Я был зол, они пришли прямо перед выступлением, выбив меня из колеи, я только настроился и тут новые эмоциональные качели. Василиса я ждал тебя, хотел подарить тебе эту победу, но как бы я не высматривал, не искал тебя взглядом, мы оба знаем, что тебя там не было.

— Меня не пустили. — тихо сказала я в своё оправдание, — Я бегала по кабинетам в поисках пропуска, вместо того чтобы сидеть в самолёте, но возможно нужно было не убегать тогда, а просто плыть по течению, и кто знает, может быть, ты нашёл меня раньше, а я не увидела того, что видела.

— В нашей истории слишком много бы, тебе не кажется? — его рука нежно прикоснулась к моей, Дима будто спрашивал разрешения, я улыбнулась своим мыслям он двадцать минут назад заткнул меня горячим поцелуем, а сейчас спрашивает разрешения.

— Возможно. — я всё-таки убрала свою руку, хоть волна мурашек бегали по моему телу.

— Я видел картины, они прекрасны и не такие, как в Москве, ты изменилась. — он улыбался, а я смутилась и уверена мои щеки покраснели от его слов.

— Спасибо. — зачем-то сказала я.

— Но... — Дима хотел что-то спросить, но промолчал, а я не на столько смелая, чтобы отвечать на его немой вопрос. — Встретимся завтра? — Дима тепло улыбнулся и махнул проезжающему такси, открыл дверь и не дождавшись ответа посадил меня внутрь. — Встретимся. — сказал он, поцеловал меня в нос и захлопнул дверь.

Спустя несколько секунд я поняла, что сейчас на самом деле произошло, Дима назвал мой адрес, мой адрес, он знал его, так почему не приехал раньше.

Уже дома лежа в горячей ванне, я размышляла о том дне и о всех возможных и невозможных бы, но не надумав ничего хорошего я выпила стакан лимонной воды и легла спать.

Утро началось не с кофе, а с неожиданного звонка. Я настолько была удивлена что не сразу поняла, что звонит не телефон, а дверной звонок.

Кто притащился с утра пораньше и побеспокоил меня, я опять затопила соседей?

Готовясь к ругани с раннего утра, я открыла дверь, но вместо криков увидела букет ромашек.

— Доброе утро спящая красавица. — Дима протягивал мне букет, кофе и коробочку, судя по всему, с пирожными. — Впустишь? — его невинный взгляд разбудил волну мурашек в моём теле.

— Проходи. — потирая глаза сказала ему, — Какого хрена ты приперся в такую рань, учитывая, что знаешь во сколько я вчера вернулась домой и какой у меня был насыщенный день? — я в негодование, а он стоит, улыбается в моей прихожей, одетый с иголочки и пахнущий на миллион.

— У меня на тебя планы. — он играл бровями и вёл себя так будто мы не расставались на три года, это меня бесило, поэтому я впихнула всё что он мне подарил и пошла в ванну. — Кухню сам найдёшь. — крикнула я, захлопывая за собой дверь.

Что мне делать?

Как себя вести?

Я не знаю, но, судя по всему, нужно просто прожить этот день плывя по течению.

Не спеша приняла душ и надела домашний спортивный костюм я отрыла дверь, которую закрыла на два замка, и старая вести себя естественно вышла из ванной. В конце концов я у себя дома.

Кстати, это действительно моя квартира. Я купила её совсем недавно, сама, без чей-то помощи.

Я прошлась по освещенному солнечными лучами коридорчику и вошла в кухню-гостиную. Комната была не очень большой как в целом и сама квартира, но мне хватало.

На кухне Димы не было и я очень надеялась, что он не в спальне. Бог услышал меня, и оказалось, что Дима стоит на балконе и смотрит на просыпающийся мегаполис.

Здесь немножко по-другому ощущается жизнь, и сначала мне казалось, что людей слишком много и все куда-то бегут, не замечая никого вокруг. Я так и не смогла стать похожей на них. Шла медленнее, смотрела по сторонам чаще и могла остановиться, чтобы взглянуть на небо, которого почти не видно среди каменных джунглей.

Но мне здесь было спокойно.

Дима вошел в гостиную занося с собой запах сигарет, я, наверное, была похожа на обезьянку с выпученными глазами.

— Ты куришь? — моему удивлению нет предела.

— Хм, редко. — сказал Дима, закатывая рукава рубашки. — Как спалось?

— Мало. — ответила, заваривая себе чай и игнорируя стаканчик с кофе, который принёс Дима.

— Я тоже жутко не выспался.

— По тебе не скажешь. — пробубнила себе под нос.

— А ты такая же красивая по утрам. — я слышала его улыбку, но старалась игнорировать его слова, он не мой, уже нет.

Я повернулась с чайником в руках, Дима сидел на моём месте, сзади на диване висел его пиджак и всё вокруг будто изменилось, стало каким-то другим, не таким пустым.

— После завтрака одевайся по удобней, мы пойдём на аттракционы. — Дима наблюдал как я разливаю чай по кружкам и сажусь на противоположную сторону стола.

— Сегодня не работают аттракционы. — с ехидством сказала я.

— Работают. — его самодовольное лицо сияло и без солнечных лучей, которые играли на его идеальном лице.

Боже, дай мне мозгов не влюбиться в него снова.

Дорогие мои, мы почти подошли к концу этой истории, осталось всего ничего и последняя точка будет поставлена.