Язык почерка, или Проблемы на бумаге

Инесса Игоревна, вы очень точно упомянули многое из того, что меня беспокоит, если не сказать – ненавижу в себе, и что сыграло со мной злую шутку. Я рос во внешне благополучной семье. Постоянно работающие отец-водитель и мать-педагог (начальные классы). Большое влияние на мое воспитание в младенчестве оказывала бабушка (тоже педагог), которой меня часто отдавали в раннем детстве.

Мать довольно сложный человек, и отношения с ней были и остаются такими же. В памяти осталось то, что мне практически не отказывали, а иногда и навязывали мелкие радости (мороженное, карусели и т. п.), но я точно помню, что отношение ко мне было такое, будто я ученик из ее класса. Это было и в детсадовском возрасте, и в начальной школе, и потом, когда мои сверстники укреплялись в своей самостоятельности. Причем это отношение, как правило, выражалось в критике и нравоучениях по отношению ко мне и тому, что я делал. По крайней мере, поощрений за хорошо сделанную работу я не помню. Становясь старше и нуждаясь в каком-то авторитетном мнении и правильной оценке своих действий или хотя бы разумных ответах на свои вопросы, я вместо этого получал все те же нравоучения и критику детского уровня.