Забирая ее

Глава 1

За месяц до событий пролога

Самира

Я думала, убежав, я начну все с чистого листа. Думала, больше не будет такой сильной боли, как рядом с ним. Но здесь только хуже…

Мой побег не решил ровным счесом ничего. Заур не стал дальше. Каждый день, каждую секунду, каждую ночь он со мной. Этот мужчина пробрался внутрь меня, в самую глубину. Он пророс в меня так сильно, что я уже не знаю, где заканчивается он и начинаюсь я.

Новую жизнь оказалось начинать намного трудней, чем думала. И сейчас мне придется отдать им самое дорогое, что есть у меня. Внутри меня. И я не могу разделить с ним эту боль. Потому что ему больше нет места в моей жизни.

Внутри была полная пустота. Видимо, обезболивающие еще действовали, не позволяя боли вырваться наружу. Но я знала, что она придет, обязательно. Более того, я ее ждала, потому что с ней легче не чувствовать того, что творилось в душе.

За окном опустился сумрак. Темно желтые стены палаты сейчас казались еще более унылыми. Семь мест, а я одна. И эта сквозящая тишина убивает. Так сложно забыться, сложно отвлечься от мыслей. Если бы кто-то был рядом, если бы кто-то мог разделить мою боль. Но я одна…

Прикрыла глаза, почувствовал сильный спазм в животе. Начинается. Стиснула пальцами подушку, зажмурилась, и снова его образ перед глазами. Когда же он перестает мне сниться?! Когда?!

Стук в дверь заставляет вздрогнуть. Едва успеваю поднять голову, в палате загорается свет. Он режет мне глаза.

— Простите, — раздается мужской голос. Спокойный, бархатный тембр. Я помню его, слышала где-то. Его звучание действует на меня успокаивающе.

Когда глаза привыкают к свету, я, наконец, могу увидеть, кто рядом со мной. Это доктор. Мужчина. На нем врачебный халат. В его руках какие-то документы, а зеленые добрые глаза смотрят на меня не моргая.

— Ну как ты?

В его взгляде волнение, что удивляет меня. Будто ему есть до меня дело. Я не знаю этого мужчину, и его внимание заставляет меня нервничать.

— Простите… — я пытаюсь принять сидячее положение, но он кладет мне руку на плечо, прося, не двигаться. Его ладонь горячая и сильная. Я остаюсь на месте, продолжая удивленно на него смотреть.

— Мы не познакомились, — улыбнулся доктор. — Шестаков Дмитрий Игоревич, я оперировал вас.

— Оперировали? Но…

Я была растеряна. Выходит, моя врач, с которой была договоренность, не вела операцию?

Мужчина нахмурился.

— Кое-что пошло не плану, и мне, как заведующему отделению пришлось вмешаться…

Я молчала. Не удивлена, что все пошло не так. Кажется, сама судьба была против. Более того, не уверена, что рада своему спасению. Я даже думать не могла о том, на какой шаг пошла.

— Самира, не корите себя… — он дотронулся до моей ладони, а я вздрогнула.

— Не нужно, не говорите об этом. Я устала, хочу спать.

Мужчина кивнул. Отстранился от меня.

— До завтрашнего утра мы последим за вашим состоянием. Пока отдыхайте.

Его слова удивили меня.

— Но я думала, меня отпустят сегодня. И палата оплачена всего на день.

Доктор поднялся, сейчас он смотрел на меня с высоты своего роста. В его глазах читалась жалость. И это почему-то злило меня.

— Не переживайте, это бесплатно, — он замер, словно пытался подобрать правильные слова. — В любом случае, в таком состоянии я бы вас не отпустил. Ваш муж может навестить вас…

От его слов стало еще больней. Я не знаю, к чему он клонил, но говорить о Зауре мне точно не хотелось.

— У меня нет мужа. Хорошо. Спасибо вам.

Я прикрыла глаза, желая только одного. Удавиться. Исчезнуть. Раствориться и больше не существовать.

Когда Элина дала мне шанс, когда я все-таки смогла убежать из города, я была на невероятном подъеме. Были слезы и боль, но у меня был шанс. А сейчас, спустя всего три месяца я лежала в пустой темной палате, на больничной койке после операции. Ослабленная, разбитая, пережившая то, что не пожелает пережить ни одна женщина. У меня никого нет. Мне не к кому прижаться, некому выплакать свое горе. Я знаю, что где-то там есть Алина, но звонок ей может обойтись слишком дорого для обеих.

Мне страшно. Я чувствую себя маленькой девочкой, заблудившейся в темном лесу. Заур забрал у меня все. Он изменил меня, и начать что-то заново будет сложно.

Ночь была темной, и с каждой минутой страхи все сильней сжимали мое сердце. Мне казалось, что в любой момент может появиться он. Сделать мне больно, истязать. Я боялась появления Заура, но в глубине души, я все еще любила его и скучала. В какой-то момент мне стало так страшно, я просто не могла вдохнуть. Подскочив на кровати, вся мокрая от пота, я смотрела в темноту широко раскрытыми глазами и пыталась глотнуть воздух ртом.

Но каким бы глубоким не был вдох, кислорода все равно не хватало. А потом, в какой-то момент раскрылась дверь и в палату вбежало несколько людей в белом. Медсестра делала мне укол, но я не видела ее лица. Я не видела лица врача, заглядывающего в мои глаза с тревогой. Укладывающего меня на постель и успокаивающего. Я не видела никого, и ничего, но я чувствовала его запах и слышала голос. Он успокаивал меня. До тех пор пока я не перестала видеть ЕГО. Пока он не ушел в темноту, оставив меня в покое.

Два дня прошло после операции. Я лежала в своей постели, арендованной квартиры. Пустой и холодной, из окна которой был виден центр небольшого провинциального городка.

Перевернувшись на спину, почувствовала, как желудок стягивает спазмом от голода. Нужно было просто взять и подняться. Выйти из дома и сходить в ближайший магазин за едой. Нужно было, но не хотелось.

Кажется, за эти дни я выплакала все слезы. Я была пустой, уставшей и обессиленной. Уже неделю не выходила на работу, наверняка, больше и некуда спешить. Не думаю, что меня стали бы ждать. Да и честно говоря, быть горничной в захудалом отеле — не лучшее из занятий. Но так было проще — тяжелый физический труд выматывал, и лишь сильно устав, я могла уснуть. Труд помогал мне брать себя в руки и хотя бы какое-то время не думать о нем.

В тишине меня накрывало. И эта боль сводила с ума.

Раздался стук в дверь. Я замерла в испуге, посмотрев в сторону коридора. Кто это? Кого могло принести сюда? Липкий страх полз по моей спине, проникая в каждую клетку тела. Заур. Он нашел меня.

Прикрыла глаза, пытаясь унять бешено бьющееся сердце. Нет, этого просто не может быть. Заур не знает, где я нахожусь.

Стук повторился. Я надеялась, что незнакомец уйдет, но он не делал этого. Поднявшись, я кое-как добрела до прихожей. В двери не было глазка, поэтому я спросила.

— Кто там?

Раздалось мужское покашливание.

— Самира, это Дмитрий Игоревич. Открой, пожалуйста.

Я замерла в удивлении. Мой врач? Но, что он тут делает?

Повернув замок, распахнула дверь. Мужчина стоял в проеме. В стильном пиджаке и со слегка растрепанными волосами. Этот образ придавал ему дерзости. Его небесного цвета глаза улыбались.

— Ты убежала из больницы. Не явилась на осмотр. — в его голосе не было укора и это немного успокоило.

Но я все еще не понимала, что он тут делает.

— И? Вы пришли осмотреть меня на дому? Вот уж до чего довел платный сервис…

Я прошла внутрь, мужчина следовал за мной.

— А у вас оказывается отличное чувство юмора. Рад, что не ошибся.

Скинув обувь, он прошел за мной в гостиную.

— Не ошибся в чем?

Я повернулась к доктору, он задумчиво смотрел на меня.

— Я принес еды… — приподнял в руках бумажный пакет.

Я начинала понимать, к чему он клонит, и это не нравилось мне. Я не доверяла этому мужчине. Да, он первоклассный специалист, и судя по отзывам его пациенток — врач от бога. Но наши с ним отношения закончились, когда я вышла за порог больницы. Чего он пытается добиться?

— Так вы доктор, или доставщик?

В ответ на мой вопрос, он только усмехнулся. Док огляделся по сторонам, рассматривая мое жилье. Меня все это начинало злить и нервировать.

— Так, хорошо, — я направилась к столику, где лежала сумка. Потянулась за кошельком.

— Скажите, сколько с меня? Простите, но у меня нет сейчас аппетита…

Мне не нравилось его пристальное внимание. Да, я благодарна доктору за хорошо проведенную операцию. Врач, с которым я договаривалась, просто не пришла в клинику, а Дмитрий Игоревич взял все на себя. Совершенно бесплатно. Он первоклассный специалист и добрый человек. Но… он мужчина. И он вторгся на мою территорию.

Шестаков поставил пакет на стол.

— Ну, знаешь ли, у меня за плечами ночное дежурство. Последнее что я ел — батончик сникерса и кофе в десять утра, — произнес мужчина с обидой в голосе. — Я урвал последнюю порцию жареных крылышек и не собираюсь уходить с пустым желудком. Или ты выгонишь меня?

Дмитрий состроил такой обиженный вид, что я едва не рассмеялась. Может и нет ничего плохого в одном совместном ужине? Тем более, крылышки так аппетитно пахли, что у меня слюнки потекли.

— Ну, если все так запущено, не заставлю же я вас умирать от голода, — усмехнувшись, направилась к стойке.

Док вымыл руки, а я достала пару тарелок из шкафа.

— Простите, но у меня практически нет посуды, не говоря уже о напитках и еде. Предложить могу только чай.

В этот момент кольнуло в боку, я схватилась за живот. Мужчина поймал меня за локоть.

— Садись. Чай я и сам заварить могу, — он наглым образом устроил меня на стуле. Его подбородок был около моих глаз и я смогла внимательно рассмотреть его губы. Они были необычной формы, в виде буквы «м». Верхняя немного пухлей нижней. И только когда мужчина отстранился, я поняла, что пялюсь слишком долго.

Дмитрий отвернулся и поставил чайник. А я, чтобы не думать о происходящем, стала разворачивать принесенную доком еду.

— Так ты недавно здесь? — он обернулся, посмотрел на меня с улыбкой. — В твоих документах прописка…

Я не хотела касаться этих тем.

— Могу я попросить вас об одном?

Он обернулся и замер в ожидании.

— Давайте обойдемся общением без вопросов о прошлом и о личном. Вы мой доктор, я ваш пациент. Спасибо за еду и за внимание…

— Договорились, — он пожал плечами. — Мне тоже не особо хочется делиться тем, каким придурком я являюсь, — он так добродушно рассмеялся, что я растерялась в первые секунды.

— Ой ли…

Он пожал плечами, поднося ко рту крылышек.

— Я закончил мед, и мне предложили работу в крутой столичной клинике. Но в то время я был в отношениях, а моя девушка закатила истерику, из-за того что я должен был уехать в столицу без нее. И я… не поехал. Остался здесь, купил ей кольцо и предложение сделал. А на следующее утро мой друг признался в том, что у них давно отношения. Та девушка, она хотела бросить его и остаться со мной, раз я решился на брак.

Звучало не слишком радужно. Предательство — это больно. На каком бы этапе отношений оно не случилось.

— И?

— В итоге я остался без работы мечты и девушки. Вот, живу один, даже ужином накормить некому, — нахмурился он, пододвигая ко мне блюдо.

Я покачала головой, на что мужчина нахмурился.

— Эй, пациентка. А тебе хорошо питаться нужно. Восстановительный период и все такое.

— Питаться… а что еще? — усмехнулась грустно.

Если бы вся проблема была в хорошем питании…

— Положительные эмоции, прогулки на свежем воздухе и никаких нервов…, - он перечислял все это, деловито загибая пальцы.

— Вот с этим совсем туго, док. К тому же, я работы лишилась. Пару дней отлежусь и нужно искать дальше…

Он поднял на меня глаза и замер. Слишком много было спрятано в его взгляде. Намного больше, чем положено врачу.

Крылышки были вкусными. А еще он принес бесподобное жаркое и нежнейший тирамису. Я и не думала, что такая голодная. Только когда доела последний кусочек, смогла остановиться. И тут же залилась краской, потому что мужчина в этот момент смотрел на меня с приподнятым уголком губ.

— Ну вот, хоть румянец появился. А то напугала меня вчера.

Я опустила глаза, немного смутившись. Он вдруг стал подниматься из-за стола.

— Ну что ж, тебе лучше, думаю, могу спокойно идти спать.

Он сказал это таким расстроенным тоном, было видно, что уходить он точно не хочет. Удивительно, но и мне этого не хотелось. Снова остаться одной. Даже словом не с кем обмолвиться. И снова боль начнет давать о себе знать.

— Простите, док… может моя просьба покажется вам наглостью… — произнесла я со смущенной улыбкой. Он приподнял бровь, давая понять, что мужчина весь во внимании.

— Но… я так боюсь оставаться одной. Вы не могли бы еще чуть-чуть задержаться? Посмотрим что-нибудь по телевизору, поговорим… — я пожала плечами. Только произнесла это, как вдруг поняла, какую глупость сморозила. Сами?! Что же ты творишь?! Зачем попросила?!

Секундная пауза казалась мне вечностью.

— Я останусь. Только при одном условии, — усмехнулся он. — Ты расскажешь мне о себе.

Я нахмурилась, тогда мужчина покачал головой.

— Мне не интересно, от кого ты бежишь и почему вдруг оказалась в чужом городе. Хотя… вру. Очень интересно. Но я не буду спрашивать об этом. Я хочу, чтобы ты рассказала, где работаешь, чем занимаешься и что собираешься делать.

Я задумалась. Три месяца полной тишины и ни одного знакомого. Может док — это мой шанс? Новый друг — разве это плохо? Может и боль моя утихнет?

— Хорошо, я смогу это сделать.

Он кивнул и, пройдя к дивану, завалился на него со всего маху.

— И еще одно предупреждение — заявил он с донельзя деловым выражением лица.

Я устроилась в разложенном кресле напротив. Посмотрела на него, тогда мужчина произнес без тени улыбки.

— Я могу уснуть на середине фильма.

Я засмеялась.

— И это я, пожалуй, смогу стерпеть.

Дмитрий улыбнулся. А потом, посмотрев на телефон, нахмурился.

— А еще я храплю.

А вот теперь я засмеялась во весь голос.

— Нет, ну это уже перебор, док.