Утром Вика проснулась еще до восхода солнца, ее жутко тошнило. Лежа на кровати, он вспоминала весь ужас вчерашнего вечера. Как она могла так опозориться!? Где были ее мозги?
«Мне что-то подсыпают. Надо бежать. Я не могла натворить все это по доброй воле, – Вика вспомнила, что у нее уже отобрали телефон, ключи, возможно, сейчас что-то нехорошее происходит в ее квартире, с мамой. – О, боже! Я же подписывала какие-то документы!», – Вика схватилась за волосы. В ее больной голове мысли с трудом раскладывались по полочкам.
«Вадим. Такой галантный, а отдал меня Сергею, как проситутку. Потом уехал куда-то, а Сергей все подстроил так, чтобы я станцевала этот чертов стриптиз. Ведь мне плохо сейчас не от супа. А вчера было так хорошо. Что это? Что за таблетки?», – Вика решительно поднялась. Сквозь туман в глазах и боль во всем теле, сходила в душ, где ей стало еще хуже. Она долго сидела на полу и думала, как теперь выбираться отсюда. В итоге решила притвориться, что едет к маме, наобещать, что вернется, ведь очевидно, – ее хотят сделать сексуальной рабыней.
Девушка одела свой белый костюм и подошла к двери, та, как ни странно, легко открылась. Вика прошла по пустому коридору. На входе в зал стоял охранник в строгом костюме.
– Туда пока нельзя. Вы что хотели? – сурово спросил он.
– Мне бы мою одежду и выйти отсюда.
– Прачечная прямо по коридору и налево. Выйти пока не получится.
– А когда получится? – девушка решила не накалять обстановку, а то вдруг еще и бить начнут.
– Позже. За вами придут.
Она молча повернулась и пошла искать прачечную. В маленькой комнатке в конце коридора находились несколько стиральных и сушильных машин, а также большие белые шкафы на кодовых замках и множество бытовой химии в углу. Ее юбка и блузка мятыми, но чистыми, лежали поверх одной из машинок.
Вика тут же переоделась и вернулась в номер. Бежать через окно было нереально. Оно не открывалось, а битье стекол привлечет дополнительное внимание. Нужно быть очень осторожной. Ведь при любой попытке сопротивления ее могут просто посадить на героин. Она наслушалась множество подобных историй.
«Черт! Они же могут отобрать у меня квартиру! Зачем он спрашивал документы? Паспорт? Таааак! Бежать срочно! А еще лучше выкрасть телефон и позвонить Саше. Какая же я дура! Вот вляпалась»… – снова выйдя в коридор в надежде найти помощь, она стала дергать все двери подряд. Но они оказались заперты. Так постепенно дошла до поворота, за которым находился вход в зал. Охранник уже ушел. Она приоткрыла дверь и посмотрела в маленькую щель, в зале было пусто. Тихо пройдя в холл, девушка подергала наружную дверь, которая, естественно, оказалась закрытой на замок. Вика села на пол у входа и решила ждать. Все равно ничего другого не оставалось. Может быть, придет клиент или кто-нибудь другой, кто сможет выпустить ее отсюда.
Ее мутило, хотелось лечь и не дергаться. Смутно вспоминалась вчерашняя легкость. Раздирало желание все вернуть и ни о чем не переживать, думать, что ты всеми любима, у тебя все отлично, летать как бабочка.
Так, лежа на полу перед дверью, измятая, с большими темными кругами под глазами, девушка плакала, тихо и долго, иногда засыпая, обнимая себя собственными руками, жутко жалея о потерянном прошлом, чести, квартире.
Ее разбудил голос Вадима:
– Ты почему лежишь тут, а не в номере?
Вика села. Посмотрела на него злым уставшим взглядом, очень хотелось плюнуть в это некогда красивое лицо. Теперь же оно было ей противно, в глазах виднелся жестокий расчет, пустота и жажда денег.
– Ты продал мою квартиру? – прямо спросила Вика, еле шевеля губами.
Вадик подал ей руку.
– Иди – проспись, ты бредишь.
– Ответь мне.
– Я не собираюсь ничего тебе отвечать. Ты себя видела? Плохо выглядишь. Сейчас я дам тебе таблетку и станет легче.
– Я не буду пить никаких таблеток! – почти закричала Вика, хотя очень хотела избавиться от боли и недомогания. Она взяла протянутую руку и с трудом поднялась. – Отпустите меня.
– Куда? – усмехнулся Вадим.
– Домой, – грустно ответила девушка.
– Пойдем, сядем за стол.
Вика поплелась в зал. Она ничего не видела, еле волоча ноги по паркету, мечтая лишь о большой кровати с теплым одеялом. Ее судорожно трясло. Вадим налил стакан воды и предложил выпить.
– Там что-то есть? – с опаской и одновременно надеждой спросила Вика.
– Нет, это просто вода.
Он сел и посмотрел на девушку. Она маленькими глотками выпила воду, и ее тут же вырвало прямо на пол. Вадим встал и взял несчастную за локоть.
– Тебе надо лечь.
– Я не вернусь в номер, – упрямо ответила Вика и пошла к выходу.
– Ну, и катись. Сама прибежишь.
Вика обернулась.
– Верни мне мой телефон.
Вадим усмехнулся, достал из кармана ее трубку и паспорт.
– Держи.
Он отправился за Викой, набрал код возле двери и выпустил ее на улицу.
– Как добраться до города?
– На такси, – усмехнулся он.
– У меня нет денег, – Вика готова была расплакаться.
– Вик, не дури, вернись в номер. Расслабься, выспись, а потом мы все порешаем.
Она понимала, что путь назад – путь в никуда. Ее просто подсадят на наркотики. Но куда она сейчас ринется без денег в этом ужасном состоянии? Она постояла в раздумьях. «Нет, пока есть шанс остановиться – надо его использовать!» Она резко развернулась и зашагала к выездным воротам.
У ворот в стороне стояла небольшая будка КПП, охранник вышел из нее и посмотрел сквозь девушку, будто ее и не было. Она оглянулась. Позади с безразличным видом стоял Вадим. У нее не нашлось слов прощания, так холоден и равнодушен был его взгляд, так презрительно смотрели его глаза, как на собаку, которая боится получить от хозяина палкой по хребту.
Вика с уверенностью направилась к воротам и, обернувшись на Вадима, толкнула их:
– Открой!
Вадим кивнул, охранник нажал кнопку на пульте в руках.
Ворота поддались, и Вика вышла за пределы территории.