Заноза для соседа. Тает все

P.S.

Ровно через год

Все плохо. Канун нового года, и мы опять разругались со Стахом.

Он в последнее время постоянно мрачный.

Похоже, я ему окончательно надоело.

Из того, что я выяснила у его мамы, у Стаха отношения никогда не переваливали за срок в пару месяцев, а мы уже целый год вместе, и он явно уже не знает, как все это прекратить.

Я бы и рада гордо хлопнуть дверью, но каждый раз, когда я собираюсь с духом, чтобы не реветь, и собираюсь завести непростой разговор, Стах, избегая скандала, переносит все разборки в койку и зверствует как никогда в другие дни.

Я понимаю, что выяснения и расставания никто не любит, но так не может больше продолжаться. У меня уже нервы ни к черту. И в последние дни слезливость повышенная. Мне даже кусок в горло не лезет в присутствии Стаха, начинает мутить, и он от этого еще больше злится.

А началось все несколько месяцев назад, когда мне окончательно сделали хату.

Вообще первый этап ремонта, когда мне казалось, что можно въезжать, был закончен, как и планировалось, в конце февраля, но тогда у нас со Стахом был такой сладкий период, что я не торопилась съезжать. А потом, когда стало пора отдавать ключи хозяйке дома, как-то незаметно я переехала в соседний. Ненадолго, пока все вещи не разберу, пока технику не подключат…

К лету, когда я все же решилась на возвращение, Стах поехал проверить, что там мне наделали мужским взглядом. Раскритиковал все. Тут неготово, там недоделано, тут работали рукожопы…

Нанял бригаду, которая исправляла косяки все лето. Надо отдать должное прорабу, я бы не выдержала. Каждая инспекция Стаха заканчивалась новыми требованиями. И только в сентябре уже стало очевидно, что придраться больше не к чему.

Я стала покупать комнатные цветы, всякие штучки для Шашечки и одного из ее сыновей, которого решилась оставить себе, а Стах, глядя на складируемое мной в подсобке барахло, зверел.

И вот сегодня с утра опять что-то доставал и ему чем-то помешало большое кашпо под замиокулькас. На мое обещание поскорее увезти все это, меня злобно оттрахали и без всяких извинений уехали.

Уже восемь часов вечера, пора гуся ставить в духовку, в его нет.

Может, еще не поздно уехать к Аньке? Потом останусь на своей квартире, а после праздников заберу отсюда вещи…

Так и сижу абсолютно несчастная, переругиваясь с Шашей. Она до сих пор обнюхивает все и ищет рыжего, который оказался на самом деле котом Натальи Константиновны, временно переданным на содержание сыну, а теперь отбывшему к хозяйке.

В половине девятого происходит явление Христа народу.

На кухню, где уже сервирован стол, заходит Стах.

Мрачный, зубы стиснуты.

Он молча ставит передо мной точно такую же, как и в прошлом году, коробочку.

– Открывай, – сердито требует Стах.

– Послушай, не стоит… – у меня сейчас слезы потекут. Ну какие подарки? Какие напоминания об отличных днях, когда сейчас все плохо?

– Открывай, Люся!

Дрожащими пальцами распускаю ленту, заглядываю под крышку и застываю. Не веря собственным глазам, я переворачиваю ее кверху дном и трясу. Там пусто. Перевожу растерянный взгляд на Стаха:

– Что это значит? – голос дрожит.

– Это означит, что теперь мы занимаемся сексом без презервативов и делаем детей. Никуда ты не уедешь. И если тебе так нужно впадать в крайности, пусть для этого будет порядочный повод. Единственным приемлемым оправданием истерики я считаю беременность, – рубит он. – Кольцо купим вместе. А то ты постоянно жалуешься, что пальцы стали отекать…

Я хлопаю ресницами, и тут меня озаряет.

Я подрываюсь с места и бегу в туалет. Так, было же где-то! Я точно покупала полгода назад, испугавшись задержки!

Три минуты стресса, и я смотрю на две полоски.

Выхожу, держа тест за спиной. Бледный Стах как раз глотает шампанское из горлышка.

– Ты чего? – спрашиваю я пришибленно.

– Я чего? Любимая женщина мечтает свалить, предложение даже не дослушала…

– Тебе придется меня простить, – говорю я, – у меня есть оправдание.

И показываю тест.

Стах на него смотрит почти минуту, потом поднимает меня на руки и несет наверх.

Я смотрю на родное лицо и понимаю, что отомщу за все нервы, потраченные, пока я думала, что не нужна ему. Но сегодня же новый год! Надо же опробовать подарок!